Вовсе нет

      Холодный ветер пробирается под куртку, вызывая табун мурашек по всему телу. Откуда — то сверху, из темноты, летят хлопья снега. Одна снежинка приземлилась на нос юноше, который сидел на краю крыши многоэтажного здания и, свесив ноги, болтал ими. Он чихнул и, мотнув головой, поднял лицо навстречу ледяному ветру. Губы сжались в тонкую полоску, а веки, отяжелев, закрылись сами. Нагиса повернул голову вбок — солнце уже село, лишь на горизонте растворялись последние лучи заката, но и там вскоре стало совсем темно.       Парень тяжело вздохнул и откинулся назад, раскинув руки в разные стороны, он начал двигать ими вверх — вниз, делая снежного ангела. В глазах отражалось множество звёзд — парень высматривал созвездия.       Пролежав так минут десять, Шиота поднялся и склонился вперёд, смотря вниз. В голове крутились мысли, ни одна не оставалась надолго, исчезая так же быстро, как и появлялась. Лишь одна засела в мозгу, вцепившись в подсознание мёртвой хваткой ещё несколько месяцев назад.

Суицид

      Почему же Нагиса Шиота начал думать о таком? Нет, он не прибывал в депрессии, не было проблем, ни дома, ни в школе, его любили и дружили с ним, он всегда был позитивным человеком и при любой возможности помогал, чем мог. Голубоглазый и сам не мог сказать, почему он решился на это, просто не было определённой причины, что — то будто тянуло и привлекало, было интересно — как это, какие ощущения приносит полёт и осознание того, что все закончилось. Интересно, какова будет реакция других. Про Нагису всегда говорили, что он любопытный ребёнок и, видимо, не зря.       От размышлений парня отвлекли крики снизу, посмотрев, Шиота расплылся в улыбке, на детской площадке бегали и играли дети. Кто — то качался на качели, а кто — то тоже захотел покачаться и затеял из — за этого небольшую драку. Несколько силуэтов крутились на карусели, их курточки расплывались в цветные пятна и мазки. Но большинство детей лепили снеговика. Вскоре к ним присоединились взрослые, и дело пошло гораздо быстрее. Посреди двора медленно вырастала снежная фигура. Дети прыгали и бегали вокруг нового друга, хлопая в ладоши. Их родители с улыбками смотрели на них, наверное, вспоминая себя в их возрасте. Они начали забирать детей в тёплые и уютные квартиры, чтобы поужинать, и через двадцать минут двор полностью опустел, только снеговик остался стоять и с тоской заглядывать в горящие окна.       Голубовласый сунул заледеневшую ладонь в карман пальто, достал телефон и сразу же убрал его обратно. На часах восемнадцать тридцать семь, юноша ухмыльнулся, он сидел здесь уже два с половиной часа. Неожиданно в голове промелькнула интересная мыслишка. В груди засело чувство озорства, почти что детского. С каждой минутой оно разгоралось и вызывало приятную дрожь. Обкусанные в кровь губы исказила кривая полуулыбка, парень достал телефон.

Почему бы не попробовать

От переполнявшего его предвкушения, он нервно ходил по самому краю крыши из стороны в сторону, и обратно. Набирая совершенно незнакомый номер, пальцы дрожали, не попадая по цифрам. Наконец номер набран, сообщение написано и отправлено. Шиота стал ждать ответа, вновь усевшись на прежнее место.

«Привет, я знаю, мы не знакомы, но сейчас я стою на крыше и вот — вот спрыгну»

      Уже несколько минут парнишка, не отрываясь, смотрел на экран, но ответа все не было, даже не прочитали. Нагиса разочарованно выдохнул, чувство в груди понемногу стало угасать, он собрался убрать телефон в карман, как техника завибрировала, оповещая владельца о новом сообщении. Голубоглазый с нетерпением стал совершать неудачные попытки разблокировки телефона. Наконец разблокировав его, он открыл сообщение. Пришло оно с того незнакомого номера. «Желаю удачи)»       Нагиса удивлённо захлопал длинными ресницами. Такого он никак не ожидал. Несколько минут парень просто пялился на экран телефона, а после начал что — то быстро печатать.

«Неужели тебе плевать, я ведь и спрыгнуть могу, такими словами ты меня только подтолкнёшь»

      Уже после отправки сообщения Нагиса немного успокоился, он и сам не понимал, почему его так взбесили слова незнакомца. Но что — то удалять было поздно, его сообщение было прочитано. И ответ пришёл незамедлительно. «А ты разве не это только что хотел сделать? Во первых, я недавно пришёл с работы, жутко устал и очень зол, поэтому не страдай ерундой, пока я тебя сам с крыши не скинул. Во вторых, ты не рискнёшь прыгнуть, я вас знаю, засранцы мелкие. Людям честным пишут и достают их, вам, малышня, делать, что — ли нечего? В третьих, мне дела до тебя никакого нет, хочешь, прыгай, а от меня отъебись.»       — Агрессивная личность… — Нагису невольно передёрнуло, для себя он решил, что не стоит злить и доставать его. Шиота убрал телефон в карман, не ожидая ответа, и продолжил смотреть вдаль, на постепенно гаснущий свет в окнах, болтая ногами. В тишине раздалась характерная вибрация смартфона. Голубовласый не обратил на это внимания, но карман завибрировал ещё раз, ещё и ещё.       — Агрх! Да кто там?! — парень быстро достал изрядно доставшую его вещь и стиснул зубы. На дисплее высветилось сообщение. Оно было уже со знакомого номера. «Хей, ты серьёзно прыгнул?» «Не глупо ли это?» «Почему не отвечаешь?» «Неужели я тебя обидел?» «Ну же, ответь…» «А ведь я даже имени твоего не знаю…»       Сердце почему-то забилось в разы чаще, а на лице появилась улыбка. По всему телу разлилось тепло, щеки Нагисы порозовели. Он прикусил губу и начал быстро печатать.

«Нагиса Шиота»

«Меня зовут Нагиса Шиота»

      Резкий порыв ветра взъерошил голубые волосы, собранные в простые хвостики. Парень зажмурился и прикрыл ладонями глаза. Телефон снова завибрировал, оповещая о новом сообщении. «Карма Акабане, рад знакомству)»       — Карма… — с губ невольно слетело его имя. Шиота заинтересовался в собеседнике, он был довольно странным и его действия были крайне непонятны. Сначала желает удачного самоубийства, а потом беспокоится, не спрыгнул ли он. Да, странный и непредсказуемый. Ход мыслей нарушил громкий и неожиданный звук звонка. По коже будто разряд тока пустили, лицо побледнело, парень словно забыл как дышать. По видео звонку трезвонил Карма. Нагиса сглотнул, и, не включая камеры, ответил. На экране ничего не было, лишь темнота. Где-то с минуту было тихо, никто не произносил ни звука, как неожиданно откуда-то из глубины раздался охрипший и низкий голос.       — Так и знал, что так просто ты своё лицо первому встречному не покажешь, верно? — в голосе Кармы отчётливо слышалась усмешка, усталость и еле заметная ирония, — Ты такой предсказуемый.       Голос парня, словно бархат, так же мягок и приятен. Он, как колыбельная, усыпляет, отправляя в царство Морфея.       — Но и ты тоже не показываешь своё лицо! — Нагиса фыркнул, в этот момент он радовался, что камера отключена и не видно его покрасневших щек. Повисло неловкое молчание, никто не знал, как начать разговор.        — Ну так что, ты собираешься включать камеру?       — К тебе тот же вопрос…       На этом и закончили. Поговорили, блин. Вновь повисло молчание. Нагиса почесал затылок и вздохнул, что-то беспокоило его, в груди разрасталось чувство неловкости, поглощая с головой. Где-то загавкала собака, после послышался кошачий визг и звуки погони и драки. Вдали завизжала сирена — сработала сигнализация машины. Нагиса усмехнулся, вдруг из динамика чётко послышалась чья-то возня, а потом и голос.       — Давай одновременно включим камеры?       Шиота неуверенно кивнул, но тут же стукнул ладонью по лбу, его же не видно.       — Хорошо… — голос звучал жалко, осип от волнения и смущения. Несмотря на холод, становилось жарко. В голову пробирались сомнения и юноша съёжился.

«Как глупо»

      В висках стучало, в горле пересохло, а пальцы задрожали.       — Итак, на счет три. Раз…       В голове проносились тысячи мыслей, но в тоже время, ни одной. Дыхание прерывалось, и дышать становилось тяжело. Сердце будто остановилось.       — Два…       Сердцебиение ускорилось, из головы улетучились все мысли. Глаза панически забегали в поисках отступления.       — Три!       Неожиданно всё смущение и волнение, как по щелчку пальцев, испарилось, и Нагиса включил камеру. Карма сделал тоже самое. С экрана телефона на Шиоту смотрел парень приятной внешности. В глаза сразу же бросались ярко красные волосы и карие глаза, смотрящие в самую душу. В какой-то момент его глаза потемнели, вглядываясь в глаза Нагисы, и приобрели тёмно золотой оттенок.       А Карма внимательно осматривал своего собеседника. Фонарь на крыше отлично освещал юношу и Акабане мог во всех подробностях рассмотреть его. На него смотрел парень миловидной внешности. Голубые волосы заплетены в самые обычные хвостики. Голубые глаза смотрят с неким испугом, они бегали, словно ища что-то, по лицу. На нем было написано волнение. Губы голубоглазого задрожали, а по щеке скатилась слезинка, затем вторая, третья…       — Нагиса, неужели ты серьёзно плачешь? — губы Кармы растянулись в беззлобной ухмылке, обнажая небольшие клыки.       — Нет, блин, у меня глаза потеют, конечно плачу, не видишь что ли?! — Шиота усмехнулся и, хихикнув, вытер тыльной стороной ладони слёзы. В груди разливалось приятное и жгучее тепло, наполняя чувством счастья до кончиков пальцев. Оба улыбались, и если Карма хоть как-то пытался скрыть это, то Нагиса улыбался во все тридцать два зуба.       — Ну и чего ты лыбишься? — Карма склонил голову вбок.       — Сам-то!       Парни пытались сдержать смех, но получалось, мягко говоря, не очень. В итоге тишину ночных улиц резко нарушил хохот обоих, фыркая и краснея, хотя казалось уже некуда, Нагиса сильнее зарылся носом в красный вязаный шарф и присел на край крыши в позу лотоса. А Карма, уже не сдерживаясь, смеялся, он упал на диван и изображение на экране затряслось. Но вдруг Акабане замолчал, сменился в лице, сделав его как можно серьезнее, и резко сел, смотря на Нагиса в упор. Тот, в свою очередь, тоже перестал смеяться и со смущением отвел взгляд.       — Что-то случилось, я что-то не так сделал?       На него были устремлены суровые и прожигающие глаза нового знакомого, и от этого юноша съёжился, боясь, что Карма сейчас накричит на него и отключится, не желая больше общаться. После долгого молчания его лицо стало добрее, а губы растянулись в издевательской ухмылке.       — И чего это мы без шапки в такой холод, простынешь ведь. В следующий раз одевайся теплее.       Голубоглазка удивлённо распахнул глаза и с недоумением взглянул на красноволосого. Затем фыркнул и снова отвернулся, скрывая улыбку, появившуюся совсем некстати.       — Да ладно тебе, не обижайся, я же беспокоюсь.       Парень смягчился в лице и улыбнулся Акабане, прикрыл глаза, а щеки предательски покраснели, то ли от холода, то ли от смущения.       Они обсуждали и разговаривали на разные темы, рассказывали, как проводят свои будни, чем увлекаются и занимаются. За этот разговор они узнали друг о друге много интересного, было ощущение, что эти двое знакомы чуть ли не всю жизнь.       Глаза Нагисы устремились на время только тогда, когда пришло уведомление о низком заряде батареи. На часах двадцать три тринадцать, а на лицах обоих шок. Вроде бы разговаривали не так долго, а время скоро за полночь.       — Ничего себе мы поговорили… — пробормотал Нагиса и с тем же шоком посмотрел на Карму. Тот же, взяв себя в руки, серьёзно посмотрел прямо ему в глаза.       — Так ты собираешься спускаться или как?       — Хорошо…– парень покраснел, но тут же приободрился и вскочил на ноги, — Не могли бы мы встретиться? — он покраснел сильнее и отвел взгляд.       — Зачем?       — Я хочу поблагодарить тебя лично, ты выслушал и поговорил со мной, тем самым ты помог мне почувствовать себя нужным кому-то. И не просто кому-то, а тебе.       Нагиса медленным шагом подошёл к двери, ведущей внутрь здания, и открыл её. Дверь жалобно скрипнула, протяжно заскрежетала и завыла, и с трудом поддалась.       — Давай лучше я к тебе приеду, говори адрес.       На лице Шиоты заискрилась улыбка, а он сам будто засветился изнутри. Забыв про лифт и перепрыгивая через каждую вторую ступеньку, паренек с энтузиазмом спускался вниз. В глаза бросилась табличка: «18 этаж».       — Хорошо, записывай…       Оба улыбались в предвкушении предстоящей встречи. Карма, записав адрес, последний раз кинул взгляд на уже друга и, отключившись, отправился собираться, а Нагиса ещё быстрее спускался вниз. Сердце бешено отбивало чечётку, а в голове крутилась всего одна единственная мысль.

«Быстрей, быстрей…»

***

      По тихой и безлюдной улице шел молодой парень, он посильнее укутался в куртку, ладонью стряхнул с волос снег и зарылся носом в синий шарф, бормоча что-то себе под нос. Под ногами хрустел снег, в наушниках играла музыка, а мысли и разум были где-то очень далеко. Брови были сведены к переносице, парень был чем-то раздражён.       «Он охуел, или как?!»       Возмущению Кармы не было конца и края. Сейчас он материл таксиста, который вёз его, и удивлялся тупости водителя.       «Как, как можно было перепутать улицы и высадить меня за два квартала от нужного мне дома. Уже полчаса тут болтаюсь, дорогу найти не могу, ещё и ветер усилился, и снег сильнее пошёл. О, кажется, нашёл!»       К Акабане вернулось его волнение, затмевая всякое плохое настроение, ладони вспотели, ими он взъерошил и без того взъерошенные волосы. Он дышал тяжело и прерывисто, выпуская клубы пара. Карма ускорился и с быстрого шага очень скоро перешёл на бег. Ветер безжалостно бил в лицо, намереваясь сбить парня с ног. Снег застилал глаза и пробирался под одежду, вызывая мурашки по всему телу. Карма забежал на небольшой двор у многоэтажного дома. Его освещали два фонаря, прикрепленные к зданию. Они слабо освещали двор и прилегающую к нему детскую площадку. В глаза сразу же бросилась песочница, дальше шли горка и карусель, слева стояли две скамейки, возле них мусорные ведра. Справа стояли машина и трактор, там же сделанная из колёс гусеница, в центре площадки стояла беседка, а рядом снеговик.       Руки — ветки тянулись к Карме, в тщетных попытках схватить и обнять. Нос — морковь вздёрнут кверху, рот из камешек улыбается, а глаза — пуговки с жалостью и тоской осматривают пустой двор. Ведро на его голове съехало набок. Акабане подошёл к снеговику и поправил ведро, попутно стряхивая с него снег. Парень склонил голову набок, смотря на снеговика. Тот же смотрел на Карму с некой благодарностью. Взгляд юноши устремился в сторону, и он увидел недалеко стоящие качели, там сидел и тихо раскачивался чей-то силуэт. Карма видел только спину и голову, на которую был надет капюшон.       Сердце Кармы ухнуло куда-то вниз, кровь забила в висках, а ноги сами пошли к качели. Рука потянулась к фигуре и затронула хрупкое плечо. Она вздрогнула и резко повернула голову, снимая наушники, глаза испугано бегали по лицу Акабане. Перед парнем стоял сам Нагиса. Лицо последнего смягчилось, взгляд перестал бегать и устремился в глаза напротив, а губы растянулись в мягкой улыбке, он увидел знакомые черты лица. Гробовую тишину нарушал лишь тихий шёпот ветерка. Он слегка задел голубые волосы парня, словно поглаживая их, едва прикасаясь. Глаза Кармы расширились, рот приоткрылся, а сердце забилось о ребра, грозясь сломать их и выпрыгнуть из груди. Нагиса поёжился от ветра, продолжая смотреть в золотые глаза, не в силах отвести взгляд.       — Ты так и не надел шапку, — Карма провёл ладонью по мягким волосам и с издёвкой посмотрел в глаза напротив. Тот лишь хмыкнул.       — Ты ведь не собирался прыгать, не так ли? — Карма горько усмехнулся, понимая глупость всей ситуации. Он как маленький ребёнок поверил во всю эту чушь, и попался на удочку. Он притянул податливое тело за тонкое запястье к себе, юноши почти соприкасались носами. Снова подул ветер, играясь с волосами обоих парней. Хищная улыбка тут же появилась на лице Нагисы. Он сверкнул глазами и привстал на носочки, еще ближе приближаясь к красноволосому, чуть соприкасаясь носами.       — Я похож на идиота, чтобы так глупо и скучно умирать? — Шиота приподнял бровь и обжёг шёпотом губы стоящего напротив парня. В глазах обоих плескался огонёк безумия.       — Вовсе нет, — Карма тоже прошептал, сжал чужое запястье сильнее и другой рукой, положив её на шею голубоглазки, притянул к себе, касаясь мягких и сладких губ, с силой сминая их, Нагиса простонал что-то невнятное и, обняв Карму за шею, прижался теснее. Внутри обоих будто фейерверк взорвался. Шиота с охотой отвечал на действия Акабане. Воздуха стало не хватать, и они нехотя оторвались друг от друга.       — Вовсе нет…– повторил Карма, тяжело дыша, он смотрел прямо в голубые глаза, не желая отворачиваться. Взяв Нагиса за руку, молча повёл его прочь со двора, собираясь показать всю красоту ночного города.