Falsehood

Что действительно поражало Зейна в Лиаме, так это то, что тот был просто потрясающим актёром. Честно, по нему плачет сцена и кино. Потому что Малик был уверен на сто процентов, что в прошлый вечер Дэниелс был не настолько пьян, чтобы не помнить их разговор, однако же, этим утром он ведёт себя в школе так, будто ничего и не было, и Зейн просто не знал, как реагировать. С одной стороны: а чего он ожидал? И на что вообще надеялся? Неужели он хочет, чтобы Лиам помнил их разговор? Ведь тогда он наговорил много чуши. Но… брюнет бы соврал, если бы сказал, что не чувствует ничего к шатену. Сейчас, по крайней мере. Он не может игнорировать все эти взгляды, что Лиам бросает на него в коридорах или столовой, не может игнорировать и случайные касания, когда они проходят мимо друг друга, все эти вкрадчивые «извини» и «ты в порядке?». Он будто чего-то ожидает. Но чего? Аннет сегодня не было в школе, так как уехала с родителями к бабушке, у которой плохо со здоровьем. Поэтому весь день Зейн проводил с Найлом, Луи и Гарри. — I hate these blurred lines, — распевал Найл, когда они остановились около его шкафчика и увидели неподалёку Лиама, выделывающего совсем не невинные вещи с какой-то брюнеткой, совершенно не стесняясь. — I know you want it, — продолжил Луи низким голосом, поигрывая бровями в сторону Гарри, на что тот закатил глаза. Погодите. Что? — I know you want it, — тем не менее, подхватил Стайлс, пытаясь сделать движения, как в клипе. — You’re good girl, — не мог удержаться Зейн, напевая песню дальше. Он с улыбкой на лице смотрел на своих друзей, поправляя лямку рюкзака. И лишь какое-то неведомое чувство заставило его повернуть лицо в сторону Лиама — и буквально замереть на месте. Ему бы следовало отвернуться — нет, он должен был отвернуться, но его глаза будто приросли к Лиаму, что сейчас смотрел прямо на него, одной рукой держа девушку рядом с ним за шею и втягивая её в глубокий, пошлый поцелуй. Малик видел, как глаза девушки тут же закрылись, но сам Дэниелс не спешил этого делать — его взгляд был направлен прямо на Зейна. Брюнет не мог пошевелиться, он буквально замер на месте и не мог посмотреть никуда больше. Голоса друзей теперь слышались будто издалека, и всё, что он видел — Лиам. Шатен же в свою очередь раскрыл рот еще шире, смотря на Зейна и не собираясь отводить взгляда. В одно мгновение стало невыносимо жарко, тело стало покалывать, а щеки гореть. Это не могло больше продолжаться, поэтому Малик еле как заставил себя отвернуться и, не говоря ни слова, почти что бегом направился в сторону уборной, чтобы остыть и прийти в себя.

***

— Во что ты весь день играешь? — спрашивает Найл у Гарри, что опять уставился в свой телефон, усердно тыкая пальцем в экран. — Flying Cyrus, — вместо него ответил Луи, отпивая воду и тоже смотря на экран мобильника. — Чёртова игра! Так затягивает! Найл, до этого ни разу не слышав об этой игре, тоже потянулся вперёд, чтобы посмотреть, и тут же подавился собственной слюной. — Что это за наркомания такая? — вопрошал он, тыкая рукой в телефон. — Там же башка Сайрус летит в воздухе, её двухметровый язык развевается, а препятствия — это wrecking balls и молотки! Зейн посмеивался над всей этой сценой. — Это же… о, привет, красавчик! — подмигнул он проходящему мимо кудрявому русоволосому парню, которого зовут Айзек, как позже выяснил Найл. — Твои глазки сегодня еще более сверкающие. О, ты так мило смущаешься! — ну, понеслась душа в рай. Эти двое неплохо ладят в последнее время, да и они мило смотрятся. Милашка Айзек, что краснеет от любого комплимента в его сторону, и никогда не затыкающийся Найл, что комментирует всё происходящее. По-моему то, что надо. — Ладно, я вижу там Розмерту, поэтому ретируюсь на время, всем чао, — не сводя глаз со строгой фигуры их завуча, быстро сказал Гарри, собирая свои вещи и рюкзак и идя вслед за ней. — Он до сих пор не завязал с этим? — спросил у Луи Зейн, неодобрительно качая головой. Ни к чему хорошему это не приведёт. — Видимо, нет, — сквозь зубы прошипел Луи, и Малик заметил, как под столом сжались его кулаки. Язык так и чесался спросить, что вообще происходит между ним и Гарри, но он не хотел лезть не в свои дела. Захотят — расскажут, ну а он хочет просто оставаться хорошим другом, который будет их поддерживать в любом выборе.

***

Дела Лиама по части работы шли очень и очень хорошо. Чтобы хоть как-то отвлечься от этих странных и навязчивых мыслей и брюнете, Пейн начал вкалывать на работе. Он безупречно рекламировал товары, и результаты, что он показал в конце очередного месяца, когда босс компании вновь навестила «семью» Дэниелс, являлись лишь тому подтверждением. — Дорогой! В этом месяце твои результаты просто феноменальны! Тридцать процентов! Это, я могу тебе сказать, один из лучших показателей на моей памяти. Ты фантастический, и в который раз я хвалю себя за то, что приметила тебя тогда, и предложила работу. Ты — ценный экземпляр, — улыбнулась она. Безусловно, работа шла на «ура», но вот только должного удовлетворения это не принесло. В ответ на слова женщины Пейн лишь натянуто улыбнулся, думая, что за чертовщина творится с ним. Раньше для Лиама всегда на первом месте была работа. В общем-то, сейчас ничего не изменилось, но он уже не радовался и не гордился собой так, как нужно, как следует. Да, он — самый выдающийся работник-новичок, казалось бы, чего еще надо? У него имелось всё — привлекательная внешность, куча денег, работа, которая ему по душе. На предыдущих заданиях, в предыдущих «семьях» и школах было по-другому. Он, конечно, увлекался девчонками и парнями, но это было именно увлечение, ничего больше. А сейчас… это дурацкое навязчивое желание насчёт Зейна. — Что-то новенькое, — пропела Джейн над ухом Лиама, пока тот битый час держал в руках мобильник, готовый в любой момент нажать кнопку «позвонить», но всё не решающийся этого сделать. — Никогда не видела тебя таким. — Каким? — скорее автоматически отозвался Лиам, чем действительно заинтересованно. — Таким взволнованным, растерянным, неуверенным, — отозвалась девушка, одевая серёжки и крутясь перед зеркалом. — Дай угадаю, — она повернулась к парню, который всё смотрел в мобильник, будто сейчас на экране появится сообщение «ХВАТИТ ПЯЛИТЬСЯ И ЗВОНИ УЖЕ!!!», — дело в Зейне, не так ли? — Не твоё собачье дело, — ответил Лиам, запуская руку в волосы и оттягивая их, крутя телефон в руках. Конечно, дело было в чёртовом Зейне Малике, который занял все мысли парня. Похоже, эта увлечённость слишком затянулась и зашла чересчур далеко. Казалось бы, простая симпатия вылилась в невыносимое желание, а желание, в свою очередь, превратилось в самую настоящую одержимость. Везде он видел лишь Зейна. Причём, это получалось совершенно случайно. Брюнет будто был везде. Вроде бы, близко — всего в паре метров от него, но на деле же невыносимо далеко. Лиам лишь хотел… он не знал, чего он конкретно хотел. Наверное, он хотел банальной взаимности. Он не хотел, чтобы его чувства (а это уже были настоящие, реальные чувства) были односторонними. Он безумно хотел Зейна. — … но не стоит забываться, — услышал парень конец фразы Джейн. — Не забывай, что причина, по которой ты здесь — это, в первую очередь, работа. Так что не зацикливайся на сексуальных мальчиках. Не зацикливайся. Легко сказать. А вот что сделать, чтобы образ красивого брюнета перестал всплывать в сознании Лиама, как только он отвлекается на время? Что делать, когда, целуя девушку, он представляет, что на её месте — Зейн? Что делать, когда он не может контролировать себя и свои поступки, когда тот рядом? Но ты просто не зацикливайся.