Дневник Афины

04.10.2014 «Родственную душу найти очень сложно. Если найдёте, то берегите»

      Привет, Джим! Сегодня наступили первые выходные октября, а это значит, что мы с родителями идём в баню! Эта у нас такая традиция — в первые выходные нового месяца ходить в баню. И, если честно, то я очень люблю эту традицию.       Папа пошёл разогревать баню, а мы с мамой приготавливаем себе чистую одежду. Самое интересное то, что меня всегда родители запускают мыться самой первой, так как я достаточно быстро моюсь, а родители любят попариться. Как они могут париться в жарком помещение, для меня всегда оставалось загадкой, которую что-то не хочется разгадывать.       Пока есть время, кратко расскажу о том, что происходило со мной в течение того времени, что я не держала тебя в курсе своих дел. Если кратко, то теперь Слава стал очень много разговаривать со мной в школе. Я бы очень обрадовалась, но есть одно «но». Он стал таким после нашей встречи у озера. У меня возникает такое чувство, будто он слышал наш разговор с папой. Однако я никак не решаюсь у него спросить об этом. Может, это моя паранойя, либо не хватает смелости спросить про это. До сих пор не могу ответить на этот вопрос.       О, забыла тебе сказать ещё кое о чем. Наши отношения с Василисой улучшились после того случая в раздевалке. Помню, как она несколько дней благодарила меня за то, что вступилась за неё. Правда, в последнее время она спрашивает про мои взаимоотношения со Славой. Ей я рассказывала всё как есть. На это она лишь странно улыбнулась.       И ещё кое-что. После того случая в раздевалке меня многие стараются избегать. Нет, мои одноклассники до сих пор спрашивают про наши отношения со Славой. Просто узнав ответ, они стараются как можно поскорее уйти от меня, словно я какая-то прокажённая. От этого очень грустно на душе, но я всячески пытаюсь этого не показывать. По крайней мере, своим близким. Удивительно то, что Слава каким-то непонятным для меня образом чувствовал моё состояние. Как только я решала побыть в одиночестве и выплеснуть все чувства, как он, словно по мановению волшебной палочки, появлялся рядом со своей неизменной вежливой улыбкой. После таких бесед мне становилось легче, но в тоже время Слава становился для меня всё более и более интересен. Но есть момент, который мне немного не нравится. Слава практически никогда не говорит о себе, своих чувствах, о своих прошлых переездах в другие города. Ведёт себя так, словно он тут всегда жил. Я этого всего не знала до одного разговора.       О, меня позвали в баню. Нужно спешить. Как вымоюсь, сразу же тебе расскажу всё более подробно.

***

      Ещё раз привет, Джим! Я отлично помылась в бане и теперь готова продолжать свой рассказ.       Сегодня я поговорила со Славой по душам. До сих пор нахожусь под небольшим впечатлением от этого разговора. Так, я опять сумбурно начала. Начну с того, что проснулась с учебником на голове.       Утро было серым, пасмурным для октября. Проснувшись, я увидела на экране компьютера своё заспанное лицо, а на голове лежал учебник по геометрии. «Неужели я опять заснула за домашкой?» — недоумевала я.       Я была не удивлена, что учебник лежал на моей голове. Просто, когда материал мне плохо даётся, я беру учебник и кладу его на голову. Этим я всегда пытаюсь настроить мозги на нужный лад. Знаю, что это глупо, но хотя бы даёт мотивацию. Видимо, организм устал очень сильно, раз я заснула за компьютерным столом. Немного приподнявшись, я почувствовала, как с меня слетел плед. Похоже, родители не хотели меня будить и укрыли им, чтобы мне не было холодно. Лишь подумав об этом, я улыбнулась. Какие всё-таки у меня классные родители! Посмотрев на часы, я увидела, что сейчас 8 часов утра. Значит, пробежка на сегодня отменяется. Я встала со стула и почувствовала, как заболели все мышцы моего тела от непривычной позы для сна. Добравшись до дивана, я, ты не поверишь, Джим, заснула ещё примерно на два часа. Я бы и дальше продолжала спать, но меня разбудили родители. Вставала с неохотой. Всё делала в каком-то замедленном темпе. Поев, я поняла, что моё сонное состояние так просто не пройдёт, решила пойти на озеро. Уж что-что, а прогулка до озера должна мне помочь окончательно проснуться. Переодевшись в тёплые джинсы, кофту, надела пальто, стала одеваться, попутно громко говоря, что пошла к озеру. Мама, как обычно, сказала брать трубки, поцеловала меня в лоб и отпустила гулять.       Закрыв за собой дверь, побрела в сторону леса. Незаметно для себя я уже дошла до озера. Подойдя ближе к скамейке, заметила, что на ней лежит Слава. Он меня не замечал, так как слушал музыку в наушниках с закрытыми глазами. Немного постояв на одном месте, я уже решила уходить, как он открыл глаза и посмотрел прямо на меня. Этот взгляд как будто обездвижил меня, и я осталась стоять на своём месте. Наверное, когда он понял, кто перед ним стоит, Слава натянуто улыбнулся. От этой улыбки стало не по себе. Я посмотрела в глаза друга, и они были встревоженные, даже расстроенные. Моё радостное настроение вмиг улетучилось. Слава теперь сидел на скамейке, освобождая мне место. Я села рядом с ним на скамейку, а он снял наушники и стал ждать, что же я скажу ему. Прошла минута, две, а разговор так никто и не начинал. Видя, как он хочет и дальше слушать музыку, я выпалила: — Что у тебя случилось? — А ты не по годам проницательна, — съехидничал Слава. — Убери свои шуточки в сторону. Я ведь реально хочу тебе помочь, — ответила я. — С чего ты взяла, что у меня что-то случилось? — поинтересовался Слава. — Может, потому что ты странно себя ведёшь. Тем более твоя улыбка до того натянутая, что аж противно смотреть. Так и хочется её стереть с твоего лица, — пояснила я.       В ответ я увидела ухмылку. После этого мы опять сидели в тишине. Сейчас она казалась очень неуютной. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я решила переключить своё внимание на озеро. Оно всё также оставалось неподвижным, даря невероятное спокойствие и умиротворение душе. Но даже магия озера не могла длиться долго.       В конце концов, мне надоела эта тишина между мной и Славой. Я встала, сделала пару шагов, бубня себе под нос, что тяжко в этом мире жить, как вдруг услышала непривычно тихий голос Славы: — Афина, я запутался. Я не понимаю, почему люди ссорятся? Почему мы заводим дружбу с кем-либо, если люди всё равно тебя предают? В чём смысл нашей жизни, если всё равно нас ждёт гроб и катафалк?       Такое состояние я обычно называю депрессией. Не раз в неё впадала. Однако я ещё ни разу не видела Славу таким: встревоженным, растерянным, потерянным.       В таком состоянии я не могла его оставить, поэтому я обратно села на скамейку. — Скажи, ты знаешь ответы на эти вопросы? — продолжил Слава. — Я не знаю точно, Слава. Я попыталась найти ответы на эти вопросы, но не уверена, что они правильные, — уклончиво ответила я. — Поделись своими ответами. Может, я найду ответ для себя. — Эх. Пойми, Слава, что на эти вопросы каждый человек находит ответ сам, — начала я. — Ведь твою жизнь никто за тебя не проживёт, а ответы именно на такие вопросы, которые ты задал, можно найти в течение всей твоей жизни. Они будут меняться, преображаться, изменяться из-за твоего жизненного пути. Если бы мне задали те вопросы, про которые ты спрашивал, я бы ответила на данный момент вот так. Живи ради своей жизни, семьи, будущего. Ради тех прекрасных моментов, будь то солнечный день, дождь, гроза, радуга, случайная встреча, знакомство с новыми людьми. Все эти мимолетные, казалось, моменты и есть твоя жизнь, так проживи её именно с такими моментами. Следующий вопрос — друзья. Люди всегда будут предавать друг друга под различными предлогами, обстоятельствами. Только ты должен понимать, что поступают так не друзья. Друзья не предают, а если и предали, то это были лишь завистники и враги. Старайся поменьше контактировать с такими людьми. А ссоры? Люди всегда ссорятся, ведь у каждого человека есть своя точка зрения. Однако через ссоры человек понимает, что есть моменты, когда надо прислушиваться к чужому мнению, а иногда идти на компромисс. Знаешь, — в этот момент я на секунду задумалась и продолжила, — жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на сожаления, обиды, гнев. Не живи плохими воспоминаниями. У тебя будет вся старость на разбирательство твоих ошибок. Вместо этого сам создавай те воспоминания, от которых будешь грустно улыбаться и думать над тем, какая была молодость. Рискуй, люби, разбивай старые мечты и из их осколков создавай новые. Не бойся признаваться в своих ошибках и слабостях, ведь это тоже часть жизни. Старайся замечать вокруг себя что-то радостное. Как сказал Том Хопкинс: «Быть несчастным — привычка. Быть счастливым — тоже привычка. Выбор за вами». Поэтому старайся быть счастливым, чтобы твои серые будни были окрашены всевозможными красками. Вот бы как я ответила на заданные тобой вопросы, — закончила я.       Честно сказать, в данной ситуации было непонятно, кто удивился сильнее: я, сказавшая такую офигенную речь, от которой сама же в шоке, или Слава, которого эта речь заставила сидеть с восхищенными глазами. Я была удивлена, что мой монолог так впечатлил друга.       Слава сидел неподвижно около десяти минут. Было видно, что он о чём-то сильно задумался, не замечая ничего вокруг. Это заставляло меня нервничать. Свою нижнюю часть кофты я всю измяла, ногти на руках немного погрызла. В конце концов, я встала со скамейки и стала гулять вдоль небольшого участка берега озера. Ходя туда-сюда, представляла сюжет книги, которую недавно прочитала. Это помогало успокоить нервы.       Наконец-то Слава заметил, что я не сижу рядом с ним, а стою около озера. Он встал, подошёл ко мне, взял за руку и произнёс: — Пойдём, погуляем вокруг озера, — предложил парень.       От его поступка я немного опешила и не смогла вытащить из себя хоть слово. Мы всё также продолжали стоять, держась за руки. Почему-то именно в тот момент никакие слова возмущения или протеста не вылетали из моих губ. Ох, Джим, ты просто не представляешь, что я чувствовала тогда. Хотелось убежать, закричать, наехать на него в конце концов! Вместо этого я молча стояла, смотря ему в глаза. — Ну? — поторопил меня с ответом Слава.       В ответ я лишь кивнула, не говоря ни слова. Получив утвердительный ответ, Слава улыбнулся своей лучезарной улыбкой, и мы пошли гулять вокруг озера.       Первые несколько минут мы просто шли и молчали. Лишь изредка Слава интересовался моим состоянием: не замерзла ли я. Слыша мой отрицательный ответ, мы продолжали всё также идти в тишине.       В тот момент я ненавидела это молчание! Слишком сильно чувствовалось напряжение между нами. Не выдержав, я начала разговор: — Ну и долго мы будем молчать? Для справки: когда зовут гулять, то обычно о чём-то болтают. Может, я не знаю, спросишь у меня как дела? — В своих книжках об это узнала? — усмехнулся парень.       На это я лишь демонстративно закатила глаза. У меня возникло ощущение, что он не понимал, что это молчание меня угнетало. А оно опять наступило. Я уже начала думать, что мы так и будем гулять в тишине, но тут неожиданно Слава начал разговор: — Знаешь, мои родители опять поссорились. Поэтому я был сегодня около озера. Оно помогает прогнать плохие мысли. Но, беда, до конца от них не избавишься. — А что именно произошло? — Если честно, толком не знаю, но вроде бы какие-то проблемы у отца на работе. Он долго об этом молчал, но мама узнала об этом и рассердилась. И, что странно, их спор заканчивается тем, что мама требует переезда в другой город. Как будто это исправит нашу ситуацию. Как будто поможет нам найти своё место. Для того, чтобы найти свой дом, нужно хотя бы пару лет пожить на новом месте, чтобы это понять. И эти ссоры достаточно часто происходят, — на несколько секунд Слава задумался, будто решая говорить мне или нет, и продолжил разговор. — В тот день, когда мы переехали сюда, мама начала говорить о том, что в прошлом городе всё было намного лучше. Меня тогда взбесили её слова, и никому ничего не говоря, я ушёл из дома. Бродя по лесу, я случайно наткнулся на это место. Кто же знал, что оно было уже занято, — с этими словами он многозначно посмотрел на меня. — В нашу с тобой первую встречу я подумал, что ты заносчивая и эгоистичная девушка. Тогда я начал тебя презирать. Но потом, когда я стал более-менее общаться с тобой, то понял, как я ошибался.       Слава замолчал, собираясь с мыслями, а я в это время переваривала услышанное. К чему весь этот разговор? Неужели он решился рассказать о том, что на самом деле он чувствовал всё это время? — Ты очень непредсказуемая личность, Афина. После нескольких бесед с тобой я понял, что ты на самом деле умная, добрая, хитрая, но бескорыстная девушка. И из-за твоего характера хочу дать тебе совет: не позволяй никому использовать себя. Твои качества являются твоей сильной стороной, но в тоже время и твоей самой главной слабостью. Ты слишком доверчивая и любишь всем помогать, но доверяй только тем, кого знаешь, и помогай только тем, в ком ты не сомневаешься. — Я ценю твои советы, честно. Только вот зачем ты мне всё это говоришь? — насторожилась я. — Потому что, Афина, я твой друг и не могу спокойно смотреть на то, как люди используют тебя и вытирают об тебя грязь. Но больше всего меня выбешивает то, что ты спокойно к этому относишься, будто не замечая этого. Нельзя же быть такой!       И в ту секунду моя маска безразличия была сломана. Я остановилась и начала реветь. Не плакать, а именно реветь. От плача у меня содрогалось всё тело. Я не видела лица Славы в тот момент из-за слёз, что беспрерывно текли из глаз. Очень надеюсь, что это первый и последний раз, когда я плакала на глазах человека, который привык видеть меня как стойкую девушку, способную стереть все преграды на своём пути. Слава, сам того не ведая, растеребил старую рану, которая не хотела заживать, несмотря на то, что прошло достаточно большое количество времени.       Первые мои детские воспоминания можно охарактеризовать так: светлые, но тяжёлые. Когда я была маленькой, я редко находила общий язык со своими сверстниками. Из-за этого я практически ни с кем не общалась. Очень многие меня избегали и говорили гадости. Как ни странно, это было в основном из-за моего имени. Когда я была маленькая, то мама рассказала мне, что моё имя означает мудрость. Тогда я поняла это слово как то, что я самая умная. И, естественно, я рассказала об этом в своей группе в детском саду. После этого начались небольшие нападки. Каждый раз, когда я чего-то не знала или делала что-то неправильно, все начинали смеяться надо мной. Было очень обидно и горько от этого. Так я постепенно становилась изгоем. Единственным, что мне помогало не впадать в уныние, были мои родители. Из-за них моё детство не кажется таким мрачным, а наоборот становится светлее. Вспоминая такие дни, невольно хочется улыбнуться.       И чтобы хоть как-то обратить на себя внимание, я начала вести себя очень грубо и дерзко. Самое парадоксальное то, что, если просили у меня помощи, то я никому не отказывала. Эти изменения заметили и воспитатели. Они сразу же сказали об этом моим родителям, ведь их удивляли такие кардинальные изменения в моём характере. Ещё бы. Кто бы ни забеспокоился, если его ребёнок из милого и послушного превратился в маленького бесёнка. После этого родители поговорили со мной. На этом всё закончилось, но только на время.       Такой метод привлечения внимания работал. Я стала бунтаркой номер один в нашей детсадовской группе. Это были интересные времена, но очень скоро началась школа. Это были новые люди, новые испытания. Единственное, что мне тогда нравилось, так это то, что никто меня не избегал и не дразнил. Тогда я решила попробовать снова стать той доброй, милой и послушной девочкой, которой была раньше. Всё бы так и продолжалось, не случись одного события, которое я даже вспоминать не хочу. После того случая снова начались нападки. Я не выдержала и перевелась в новую школу.       В новой школе меня ждало и новое разочарование. Никому я не была интересна как личность. Я была интересна тем, что очень неплохо учусь. Василиса была первой, кто увидел во мне человека, а не мои знания, за что я ей благодарна до сих пор. Быть бунтаркой у меня уже не было сил, и я решила смириться с участью серой мышки.       Именно все эти мысли нахлынули на меня, пока я плакала. Эмоции, которые я так долго копила в себе нашли лазейку и теперь выходили из меня через потоки слёз. А я всё продолжала и продолжала реветь. Я не заметила, когда Слава подошёл ко мне близко, притянул к себе и обнял, даря такое нужное в тот момент человеческое тепло. Чувствуя поддержку, я потихоньку начинала успокаиваться. Когда я более-менее пришла в норму, чуть осипшим голосом проговорила: — Слава, я это всё прекрасно знаю. Поверь, я не такая дура и простушка, чтобы не понимать и не замечать того, что меня используют. — Но ведь… — начал Слава. — Не перебивай меня. Ты не знаешь, что за жизнь у меня была. Однако, — я сделала паузу, — всё это в прошлом. То, что ты видишь перед собой, разговариваешь с этим человеком — результат всего того маленького опыта, который я получила от жизни. — Что же сломало тебя так? — недоумевал Слава. — Может и сломало, может, наоборот, сделало сильнее. Знаешь, я думаю, что моя жизнь была настолько красочной в детстве, что жизнь подкидывает мне серые будни для того, чтобы я смогла их разукрасить различными яркими цветами. Чтобы я могла избавляться от серости будней, — с вызовом ответила я.       Слава выпустил меня из объятий, отступил на шаг и посмотрел прямо в глаза. Он улыбнулся и неожиданно стал читать стихотворение:

Хорош не тот, кто ищет в людях слабость, Да и не тот, кто ищет красоту, Хорош лишь тот, кто дарит людям радость, Собою излучая красоту.*

      Он читал стих медленно, выделяя каждую строку и превращая каждую во что-то волшебное. Я впервые услышала в его голосе такую гамму эмоций, которые чем-то были похожи друг на друга, но в тоже время сильно отличались.       К своему удивлению, я запомнила весь стих и смогла воспроизвести его в своей памяти.       Слава закончил и опять посмотрел на меня. Его глаза сверкали счастьем, да и сам он излучал собой тепло и заботу. Своим настроем он заставил меня, наконец-то, беспечно улыбнуться. Обойдя озеро полностью, мы ещё посидели на скамейке и спустя какое-то время пошли по домам.       Когда мы подходили к моему дому и настало время прощания, Слава замедлил шаг. Я остановилась и посмотрела ему в глаза. От этого он слегка смутился. Это заставило меня улыбнуться, а его удивленно поднять одну бровь. Однако через несколько секунд мы уже смеялись. Так, без повода. Отсмеявшись, Слава спросил: — Кто я для тебя? — Что ещё за вопросы такие? Разве не понятно? — удивилась я. — Просто ответь на вопрос. — Ты мой друг, на которого я могу положиться и не получить нож в спину. Я надеюсь, что наша дружба со временем станет очень крепкой.       На мои слова Слава лишь загадочно улыбнулся, попрощался и ушёл домой. А я всё смотрела ему вслед и задавала себе лишь один вопрос: возможно ли, что я чувствую к Славе нечто большее, чем просто дружба? Время покажет.