Игра на четверых

- Что!?- - Ох, Том. Видел бы ты свое лицо...- Гоулд мягко постукал британцу по плечу, вытирая подступившие слезы от смеха. Он весело что-то прошептал, и, наконец выпрямившись, протянул другу свернутый клочок бумаги. -Это задание я написал ещё утром для Метта. Не знал, что на него выпадешь именно ты- Протянув черноглазому свернутый лист с заданием, любитель коллы вяло откинулся на спинку стула, протирая уже сонные от усталости глаза. - Я надеюсь, что это не очередная твоя глупая шутка. Потому, что если это так, Эдд, ты знатно получишь- Разворачивая переданный шатеном предмет, Риджуэль нервно выпрямлял согнутые в тридцать три слоя кончики бумаги. На помятом листочке слабо выводились чернильные буквы. Текст которого был написан аккуратно, не смотря на то, что там довольно много ошибок. - Ну ты грамотей конечно...-

***

С каждым новым слово глаза парня расширялись все больше, а рот замлел в немом крике. Чего блять? Это задание не дня него. Спасибо, он пожалуй, откажется. - Это шутка такая? Знаешь ли, я на такое не подписывался- скомкав обёртку обратно, британец злобно швырнул ее в сторону автора, что по всей видимости, сдерживал подствупивший к горлу комок смеха. - Что ты! Мы тут не шутки шутить пришли- Наигранно вздохнув, Гоулд "вежливо" и "аккуратно" поднял под локоть ворчуна, начиная что- то нашоптовать тому на ушко. - Чего?! Только через мой труп!- черноглазый быстро оттолкнул друга подальше, начиная взглядом быстро бегать по комнате. Парень гарантирует, что за подобные шутейки и врезать сальтухой с ноги может. В его, собственно, репертуаре. - Что он тебе сказал?- Мэтт, что все это время нелепо пожевывал чуть пригорелый попкорн, заинтересовано взглянул на гитариста. Лёгким движением он поставил пустую стеклянную миску на стол, придерживая в другой руке пачку яблочного сока. - То, что я никогда не буду выполнять...- блондин нервно оперелся о дверной косяк, прожигая грозным взглядом перламутровые пряди подростка: - И вообще, мне надоело играть! Я пошел спать- Аккуратно развернувшись, парень устало поплелся в сторону лестницы, чувствуя на себе множество заинтересованных взглядов. Боже, как они достали. Достали их вечные детские игры, достали все эти тупые бессмысленные посиделки, достала их "вечная", и можно подумать "крепкая" дружба. Аж блевать тянет. Боже, успаси. - Том, постой...- на плечо британца легла теплая рука Гоулда, которая в ту же секунду потянула парня обратно, воспользовавшись его озадаченным видом. - Остань! Ты ебанулся- Тома быстро запихали в шкаф, стулом закрыв единственный от туда выход. Тот долго упирался, но вести битву против двух человек явно было бессмысленно. А чуть позже, когда тот угомонился, ребята заного расселись в круг на полу, прихватив с кухни новую пачку попкорна. - Зачем ты его заперел?- Из за дверного проема выглянула ярко-рыжая макушка. Харвиз несколько секунд оглядывал пустое место, где до этого сидел Ридж, а после, немного поправив ремень на штанах, уселся рядом с Эддом. - Ты многое пропустил, пока был в туалете- усмехнулся Ларссон, незаметно оглядывая прикрытую дверцу шкафа. Было довольно тихо. Наверное британец уснул. Либо затих специально, притворившись спящим. В любом случае выпускать они пока его не планировали. - Итак парни, сейчас мы узнаем, кто будет помогать Тому в задании- привстав на колени, Гоулд резко притянул к себе бутылку со стола, что недавно до этого была опустошена Риджуэлем. - На кого попадет горлышко бутылки, с тем Том проведет в заперти всю оставшуюся ночь в шкафу- шатен хитро прищурился, медленно оглядывая удивлённых друзей. - В смысле?- - В коромысле. Кто будет крутить?- Не дожидаясь ответа, даже положительного, Гоулд быстро поднял стеклянный предмет над головой, быстро раскручивая в руке, а после мигом опустив на мягкий ковер. Мягкие скрученные жгутики коврика заметно замедляли бутылку, от чего та быстро остановилась, носиком показывая на рогатого парня. - Ха-ха, Торд. Не повезло тебе- Метт заметно расслабился, схватив со стола недопитую коробку сока . -Да, согласен. Бедный шкаф. К утру скорей всего останутся только обломки- усмехнулся Эдд, поднимаясь с пола, и отряхивая накрошенные частички попкорна со светло-серых штанов. - Очень смешно, дружище. Вот только Том скорей всего уснул, поэтому никаких драк, в этот раз, к сожалению, не будет- Ларссон устало облокотился о мягкую сидушку дивана, не желая вставать, и вообще что либо делать. Он устал. И эту ночь он скорей всего проведет тихо. Возможно. Если Том действительно не спит. - Как хочешь. Главное, чтоб ты выполнил задание...- Гоулд медленно взглянул на шкаф, как бы приглашая нового участника на свой временный пост.

***

Том все слышал. Он следил за каждым их шагом, действием, вдохом и выдохом. Он не хочет. Ему страшно. Проводить время с Ларссоном — подписывать себе смертный приговор. Рогатое пу́гало реально пуга́ло, и Том просто надеялся, что Торд быстро уснет. Дабы не привлекать к себе внимание, он быстро забрался под стопку наваленной парнями одеждой, в которой опознал свои давно потерявшиеся голубые шорты. Ха, походу Эдд действительно не уследил за пачкой одежды, ибо закинуть любимые шорты черноглазого в стопку ненужных вещей было глупо с его стороны. А ведь Ридж их долго искал, даже спрашивал соседей. Эх, врунишка Гоулд, не поздоровится тебе, когда Риджуэль выберется.

***

Дверца шкафа медленно приоткрылась, запуская бледно-запотевший свет в глухое помещение. Британец старался быть как можно менее громким, имитируя это тем, что он как бы спит. Но глухие выдохи сильно выдавали его, подметив это тем, что "гость" остановился забираться внутрь, нелепо поглядывая на стопку "ожившей" одежды. - Эй, дурень. Я знаю, что ты не спишь - Ларссон бегло оглядел внутренности старой мебели, блекло отражающей его ярко-красную толстовку. Собачится в этот раз уже не хотелось, ибо парень уже проваливался в глубину своих извращённых хентайских снов. Все, пиздец, сейчас прямо так, в такой позе и уснет. Движения стали более плавными, и, быстро закинув выглядывающие из за шкафа ноги в белье, Торд откинулся на стопку наброшенных старых вещей, в которых, по его мнению, и прятался обладающий супер фантазией, Ридж. Как и ожидалось: из под темно-серого свитера вынырнула светлая, непримечательная макушка британца, что в тот же момент злобно оттолкнула в край оборзевшего соседа с мягкого наброшенного белья. -Ты совсем охренел, педик чертов?!- Том брезгливо отряхнул только что дотронувшуюся до Ларссона руку, отводя бездонный взгляд на висевшие над ними вешалки. Уж больно неловкая вышла ситуация. По крайней мере, для Тома, точно. - От педика слышу- усмехнувшись, Ларссон медленно прошёлся нагретой рукой по вскопанным, разлохматившимся рожкам, что аккуратно торчали по обе стороны его пряной прически. Безумно красиво, завораживает. Он лениво кочнулся назад, падая спиной прямо на Риджуэлла. И, замахиваясь ногами вперёд, положил их на небольшую кучку помятой одежды Эдда. -Ты, блять, совсем ахуел?- -Есть такое- Ларссон злобно усмехнулся, продолжая назло британцу разглядывать обковыренный потолок шкафа. Будто, что-то там увидел, и совсем не замечает бестолковых попыток парня выбраться. -Пошел в жопу, ёбнутый пидор- Том со всей силы ударил соседа по позвоночнику, отскочив, и медленно усевшись в дальнем углу шкафа, прижав голые, замершие ноги к себе. Его забавляло смотреть на Торда, который лишь тихо, себе под нос, шипит, грозно поглядывая на парня напротив. Он до сих пор потирал ушибленно плечо, которое тоже, по случайности, задел при ударе Ридж. -Ахуел?- сероглазый медленно опустил потирающую ушиб руку, внимательно вглядываясь в сидящего в уголку Тома. - Не понимаю, о чем ты- - Ты...Ладно, ничего страшного. Хочешь кое что покажу?- Торд бегло ухмыльнулся, как бы невзначай переведя нарушающую атмосферу тему. Он схватил британца за запястье, осторожно притягивая мальчишку к себе, пока тот, неуверенно поглядывая на сияющие серые глаза, пытался хоть как-то отцепить свою руку из крепкой хватки. -Не хочу. Нет- гитарист зацепился свободной рукой за какой то крючок, не давая больше возможно притянуть себя к Ларссону ближе. -Вот же..- Раз Риджуэлль, собственной персоной, такой неподатливый, то Торд, так уж и быть, сам сделает все за него. Ларссон, оттолкнувшись от старой стенки, лениво проскользил по гладкой поверхности шкафа к парню, подталкивая того спиной на старое белье. - Что ты делаешь, еблан? Отпусти, иначе я Эдда позову!- британец злобно ударил соседа по носу, от чего тот моментально прижался к больному месту руками, но почему то с Риджуэлла, все также, не слезал. - Маленький птенчик слишком много кукарекает...- Пытаясь одной рукой дотянуться до лежащей неподалеку футболки, сероглазый ловко связал Риджуэллу запястья, закинув их через свою шею. Он мягко, словно до этого и не было никого удара, коснулся указательным пальцем сладких губ гитариста, поглаживая их, иногда надавливая, и просовывая в приоткрытый, глянцевый рот британца. Кровь уже не бежала ручьем, засохнув на кончике румяного носа. Она приятно обжигала гладкую кожу Ларссона, заставляя того нервно вздрагивать от нежных прикосновений к Тому. - Сука- Риджуэлл пытался незаметно развязать душащие руки, футболку. Она неприятно обтягивала верную часть запястья, от чего потом, скорей всего, останутся небольшие впалые синяки и ссадины: -Ты сука, Ларссон. Отстань от меня- Риджуэлль действительно немного покраснел, лёжа на уже давно сдавленной кучке белья, ведь, в какой то степени, ему все же нравился Ларссон. Что то в нем такое было. И, как ни крути, сероглазый все же был прав. Том пидор. Причем самый настоящий, собственной персоной. Он и сам не понимал, что его привлекло в такой конченной, заезжанной личности. Ларссон- чистое зло во плоти. И Том это прекрасно понимал. - Что такое? Тебе не нравится?- хитро оскалившись, хентайщик осторожно прятянут британца к себе, убирая уже весь мокрый, покрытый в слюне, палец. - Н..Нет, не нравится- Гитарист злобно оттолкнул приближающуюся руку серглазого, пытаясь засунуть хотя бы половину своей головы в плотно-вышитый недавно бабушкой, свитер. Ларссон уже слишком много увидел, хватит с него. - А мне кажется иначе- он слабо дотронулся до края мягкой толстовки, осторожно оттягивая ее вверх. Все происходило на сколько медленно, что Риджуэлль почувствовал себя параноиком, что вот-вот заплачет и просто провалиться сквозь землю. Рассыпается песком и разобьётся на тысячи осколков. Ему не был противент Ларсон. Нет. Скорее наоборот. Хотя, он сам пока что, в этом не уверен. Но блин, это же Томас Риджуэлль. В его жизни нет, и никогда не ожидалось такого слова, как "любовь". Он чувствительный, хотя на первый взгляд так и не скажешь. Воссидателен, горд, хлоднокровен. Не публичная личность, и никогда ею не был. Что сказать...Таких людей называют Томами Риджуэллами, и вообще, никак иначе. - Все таки игра была неплохой идеей, что скажешь?- усмехнулся Ларссон, поглаживая впалый живот собеседника. Риджуэлл сам по себе был похож на небольшую куклу, от чего ладонь Торда почти полностью помещалась на хрупких рёбрах мальчишки. Оттянув указательным пальцем резинку светло-серых боксеров, Ларссон почувствовал дрожь, которая прошлась по всему телу и позвоночнику британца. Он только и мог, что внаглую ухмыльнуться столь чувствительному телу Риджуэлла продолжая обжигать бледную кожу своими касаниями, и безудержно стараясь не спровоцировать партнера на крики. - Ужасная игра. Ужасное все. - в пол голоса прошептал Том, все также безуспешно растягивая края сероватой, пыльной футболки, что продолжала сдавливать тонкие запястья парня, - И конечно же ужасный ты, Торд- -Серьезно?- неожиданно тихо сказал норвежец, невесомо поцеловав собеседника с подбородок. Его глаза заметно потемнели, выдавая и так заметное возбуждение. Медленными изгибами, он дошел до такой же чувствительной и гладкой шеи Тома, заранее зацепившись за нее клыками и покусывая слабо выпирающие ключицы. - Ты несёшь полный бред. Смирись, Том, я не такой глупый, как ты думаешь- Ларссон неторопливо сжимает в руках пухленькие бедра нижнего, поглаживая свободной рукой его пряные на запах, золотистые пряди волос. Они красивые, с этим он спорить не будет. Особенно в том случае, когда это действительно правда. Его рука плавно перешла от затылка, к спине, поглаживая, и спускаясь все ниже. Край кофты снова вздымался вверх, на этот раз, уже окончательно откинув от себя лишнюю, на взгляд норвежца, вещицу. - Что ты удумал, чертов извращенец?- как бы не старался Ларссон пробраться ближе к британцу, тот вечно сковывал ноги вместе, ударяя выпирающими коленками, то по ребрам, то по плечам товарища сверху. - Может, перестаешь так делать? - раздражённо прошептал Торд, нетерпеливо хватая ноги соседа. Он резко развел их в стороны, пытаясь быстро прошмыгнуть к угрюмому личику Тома.. - Ага щас! Пошел ка ты, Ларссон, на хуй- Риджуэлл со всей силы сомкнул ноги вместе, подлавливая Торда в ловушку, и невольно срывая с него злобный, разгневанный рык. Это была последняя капля терпения норвежеца, и она, к сожалению, или к счастью, безысходно сгорела. Возиться с Томом, как с маленьким, Ларссон не собирался. Обойдется. Тем более, Том уже давно мог позвать кого нибудь на помощь, если конечно же бы , хотел. Это лишь очередной спектакль, показуха, в главной роли которого- Томас Риджуэлль. Наглый, вредный и до боли в косточках, возбуждающий. Не для кого-то там, а именно для Торда. -Не вини меня потом- Парень резко вцепился в сладкие губы Тома, сразу же, без каких либо предупреждений, углубляя поцелуй. Со стороны шкафа можно было услышать легкое, неприметное причмокивание, которое, скорей всего, по мнению прохожего, могло доноситься из соседней комнаты. Сладкий, нежный, бархатный поцелуй, без каких либо развратных на то мыслей. Не в стиле Торда, соглашусь. - Мфхм- острые клыки Ларссона неприятно задевали язык, от чего Том упрямо старался разорвать столь непривычный для него поцелуй. Руки до сих пор были связаны за шеей Торда, что уже начало конкретно подбешивать юного Риджуэлла. Было крайне неудобно, учитывая то, что кисти постоянно напряжены. Парень почувствовал, как его боксеры медленно хватают за края, плавно оттягивая вниз. Странно, что рогатый ещё не сорвался, ведь Том давно учуял запоздавшие "мужские феромоны" Лассона, и что-то давно упирающееся в его пока что девственную промежность. Но он не нытик, справится. Но стоит только отползти Риджуэллу от радостно странствующих рук Торда, как тот снова прилипнет к разгоряченному телу с новой силой. Давление шалит и Томасу кажется, что он вот-вот впадет в депрессию, закинется таблетками, или напьется до состояния "меня нет, хер там плавал". Но чтобы он не делал, это Ларссон, и придерживаться правила "один раз -не пидорас"- как раз таки в его ебанном стиле. - Придурок- Торд монотонно спускался засосами к шее, общипывая гладкую кожу клыками. Переходя на грудную клетку, и заново возвращаясь к сладким, со вкусом малины, губам, остановил беглый взгляд на ярко-выраженных сосках. В одном из них красовался еле заметный пирсинг, что позже, как узнал Ларссон, тот сделал ещё в двенадцать лет. - От придурка слышу- Боксеры в светло-серую клетку, что до этого аккуратно подчеркивали стройную фигуру парня, были небрежно скинуть в дальний угол шкафа. За ними полетели и маты со стороны Риджуэлля, который, в ту же секунду, начал импульсивно надавливать руками на шею Торда. -Перестань, Том. Ведешь себя как маленькая девочка -Ларссон вальяжно прикусил раскрасневшуюся мочку уха партнера, медленно дотягиваясь до ремня своих черных джинсов. Звон металлической бляшки эхом разнёсся по всему помещению, и Торд, судорожно навалившись на дверцу шкафа, начал внимательно слушать подступающие к гостиной шаги. - Ты придурок! Сейчас из за тебя я опозорюсь перед лучшим другом- - Взаимно- Торд внимательно заглянул в маленькую дырочку в стене дубового изделия, огибая мокрыми пальцами ее края: - Сиди тихо, и помалкивай. Кажется Эдд проснулся...-

***

Свет на кухне резко погас, от чего норвежец мимолётно улыбнулся, поглядывая в маленькую дырочку в стене дубового шкафа. Походу, у Гоулда очередная бессонная ночь, от чего тот снова плетется на кухню, пытаясь хоть как то заесть свой незначительный, по мнению друзей, стресс. Любитель коллы всегда думал, что во всех "представлениях" ночи виновен именно Ридж. Ибо какого черта ещё неделю назад этот вечно хмурый и недовольный парень постоянно жаловался на плохую сонливость? И какого, мать его, черта, сейчас каждую новую ночь из его комнаты доноситься хриплые посапывания уставшего, после километрового забега, спортсмена? Вот и Эдд не знает, в чем он провинился. И какого, вообще, черта, бессонница присмотрелась именно на его трудолюбивую тушку.

***

- Ну что, Том. Продолжим нашу игру?- Торд снова усмехнулся, легонько дотрагиваясь подушечками пальцев до чувствительной шеи Риджуэлла. Проскользив по вертикальной поверхности, палец резко остановился по середине ключицы, массажируя мягкую кожу в районе груди. Она была бледна, что довольно сильно нравилось Ларссону, ведь, именно в таком положении, Риджуэлль покинет шкаф с ярко-красными засосами. И возможно, даже, не утаится от удивленного взгляда Эдварда Гоулда. - Закройся- злобно прохрипел Том, все также безнадежно пытаясь скинуть Торда со столь удобного местечка, с которого, по всей видимости, верхний слезать не хотел: - Ты довольно тяжёлый, идиота кусок- - Тогда поменяется местами- взяв Тома под локти, он осторожно посадил младшего себе на колени, заодно проверив, насколько крепко держит его запястья футболка. Язык мягко прошёлся по грудной клетке Риджуэлля, продолжая вырисовывать монотонные, лаковые узоры. От этого, как новогодняя, заблестела кожа младшего, неярко отражая полосы света через шкаф. Решаясь оставить мучения парня на потом, Ларссон осторожно приподнимает Томаса за бедра, переворачивая того спиной на ядовито-прохладный пол шифанера. -Расслабься- с усмешкой прошептал Торд, поправляя запутанный локон с мягкой головы соседа. Волосы нижнего уже давно не держались в вертикальной укладке, от чего непослушные пряди вяло скатывались на бледное лицо. - Расслабится тут только твоя рожа с прибытием в больницу- ещё одна попытка развязать проклятую футболку, которую Риджуэлль мусолил уже минут тридцать. Сразу видно- ткань хорошая. Наверное, именно для таких случаев и изготавливали. Чертов рынок, и все, что там продается. - Спокойней, я же не пытаюсь тебя изнасиловать- весело, как он думал, пошутил Ларссон, после чего без предупреждения протолкнул длинные, слегка суховатые пальцы в рот британца. Заранее предугадав действие Риджа, он с силой сжал скулы парня, пока тот, злобно поглядывая на рыжеватые рожки, пытался невинно прокусить Ларрсону плоть. Десять секунд показались Торду вполне пригодными, и немного придержав щеки Риджуэлла, тот быстро высунул намокшие пальцы из укрытия. Они громко причмокивали между собой, пока липкая слюна стекала по основанию короткого ногтя. - Подставь ка свою сладкую попку- рогатый медленно приблизил шаловливые руки к бёдрам черноглазого, сначала ласково поглаживая, а потом резко просунув один палец в промежность британца. Тот, скрючившись, невольно вскрикнул, ухватившись обоими руками за оголённые плечи Торда. Проведя ладонью по хрупкому телу Риджуэлла, Ларссон дождем осыпает его запястья и плечи. На грудной клетке Тома выступают веточками ребра, и Торд, как завороженный давит свободной рукой на них пальцами, вырывая из парня болезненный всхлип. У него хорошо виден контур ключиц, выпирающие тазобедренные косточки, худая талия. Тому кажется, что он умрет под взглядом серых глаз. Ларссон смотрит властно, уже не даёт двигаться: —Торд...черт,— Дыхание парней сбито к чертям. Оба покрылись слабой испариной, и лежащая под ними одежда стала неприятно липнуть к телу, сковывая движения. Том ещё раз попытался отстраниться, скорее для вида, не сильно пиная парня в грудь, но его ноги уверенно зажали по бокам, слегка надавливая на коленные чашки: —Как же меня бесит твоя неприступность,—Юноша прижимается ближе, отчётливо слыша быстрое сердцебиение Риджуэлла. Его тело-холодное, Тома-горячее. Укусы и засосы уже полностью покрывали шею и грудную клетку черноглазого. Юноша был помечен. Не смотря на уже слабые попытки Тома выбраться из объятий, Ларссон аккуратно разворачивает на живот хрупкое тело, чуть приподнимая бедра. Ему открывается безупречный вид, и шумно выдохнув, он проводит языком вдоль позвоночника, от чего Том непроизвольно стонет. Его спина прогибается до хруста, и Торд недовольно цокает: —Тебе бы прислушаться к моим советам и завязать с алкоголем. Ты на нем помешан, серьезно. Займись ты спортом наконец. ,—Он приподнимает его голову за волосы, прижимаясь пахом к задней точке: —Что у нас любят девчонки? А, точно. Займись балетом, и я смогу трахать тебя в самых тесных местах,— Пальцы Торда болезненно проскальзывают во влажное отверстие, и Том мычит, подгибая пальцы на ногах. Тело реагирует слишком остро, и он неосознанно сжимает простынь: —Черт,— Плечи Риджуэлла то и дело поддрагивали от перенапряжения, и Торд, слегка сжимая их, другой рукой продолжает растягивать парня. Он тихо хрипит: —Снаружи волшебно. А что же будет внутри?,— Глаза уже покраснели от возбуждения. Руки дрожали, неосознанно делая резкие движения. Торд яростно вцепился в мягкую кожу, оставляя кровавый засос. Тот быстро окрасился в яркий цвет, слегка истекая алой жидкостью. Том снова дернулся, сжимая какую то белую ткань под ним ещё сильнее. Его тело издало громкий стон, и он, испугавшись своей реакции, захлопнул рот ладонью. —Не держи в себе,—Кто то резко отдернул руку, и в ту же секунду на тыльную сторону ладони приземлились мокрые губы. Походу, Ларссон облизывался, и не раз. Пальцы с пошлым звуком покинули отверстие черноглазого, и под недовольное мычание Тома, Торд достал из рядом лежащей сумки ультрамариновую баночку. По ее стенкам медленно стекала прозрачная густая жидкость, и выдавив консистенцию на ладонь, он не спеша распределил ее по члену. Том почувтвал, как юноша аккуратно раздвигает его ягодицы, с усилием надавливая на позвоночник. Он ощутил неприятное давление снизу, мыча в знак протеста, но оппонент лишь осторожно погладил его по голове, зарываясь пальцами в шелковистые пряди: —Не напрягайся, котик. Я сделаю все максимально аккуратно,— На последок Торд хрипло вздыхает, запрокидывая голову вверх. Его руки сжимаются на талии Риджуэлла, и он неспешно вводит ноющий член. Том шипит, а на черных глазах наворачиваются слезы. Его тело автоматически сжимается, и томно стараясь выхватить ртом воздух, он до побеления костяшек сжимает кулаки. —Святой Эдд, дай мне сил не кончить сразу. Ты слишком узкий, Риджуэлл,— Ларссон не двигался, давая Тому привыкнуть к новым ощущениям. Он медленно поглаживал лохматую макушку, придвинувшись чуть ближе: —Скажи что нибудь, ты пугаешь своим молчанием,—Он медленно качнулся вперёд, вырвав из черноглазого болезненный стон. —Не двигайся пока— Голос Тома заметно озяб. Он говорил от чего то шёпотом, глотая последние буквы. Торд проигнорировал его слова, начиная плавно двигаться. Белоснежные клыки яростно соприкоснулись с бледной коже на шее, оставляя на поверхности багровый засос. Сердце отстукивало какой то сумашедший ритм, а по телу рассыпаются волны боли после каждого точка. Неожиданно для самого себя, Том резко выгибается навстречу, пропуская громкий, протяжный стон, тут же заливаясь краской. Неприятные ощущения беззаботно покидают хрупкое тело, смешиваясь с тягучим наслаждением, и он тихо постанывает, закрывая рот ладонью и жмуря мокрые от слез глаза. Ларссон неожиданно останавливается, наконец снимая свою красную толстовку. По телу Тома волнами гуляет дрожь, и он смущённо подгибает пальцы, невольно представляя торс Ларссона. Торд снова начал вбивать Тома в мягкую кучу одежды. Он слабо рычал, надеясь достать ту самую точку, и наконец, победно ухмыльнулся, когда услышал громкий протяжный стон. Стараясь как можно сильнее надавить на простату, он вылизывал сладкую шею, уже готовясь к конечной разрядке. Горячая жидкость медленно разлилась внутри Тома, и он, до хруста выгнувшись в спине, громко вскрикнул. По внутренней части бедра потекла густая белая субстанция, слегка пачкая белье. Торд блаженно вздохнул, поглаживая парня по спине. Его рука не спеша переместилась на талию Риджуэлла, и он наконец опустил на него взгляд: —Живой?,— Получив в ответ слабый кивок, он усмехнулся, падая рядом и притягивая голое тело к себе. Его пальцы зарылись в густую шевелюру, и вдохнув кислый запах алкоголя, парень устало прикрыл глаза. —Это была самая лучшая игра в моей жизни,—