Барон Бриджит

Нуар узнал его сразу. Не смотря на темноту и пыль, которой он был окружён, на возрастную хрипцу, сломившую голос, делая его ниже и выразительнее, и ставшие алыми белые полосы костюма. Он узнал его, потому что всё это время ожидал, когда он появится. Но точно не так, как это произошло. Злолюстратор ухмыльнулся, выходя на свет, пока Тайгер недоумевающе переводил взгляд с него на Барона, прошёл к последнему, протягивая руку и помогая встать, после чего торжественно вогрузил тиару Камня Обезьяны ему на голову, поверх шляпы. - Корона для короля. – Злолюстратор довольно кивнул, всего на секунду, но вставая на одно колено перед Семетьером. Тот кончиками пальцев коснулся его подбородка, в странном, властном подобии ласки, медленно поднимая юношу с колен, так, что со стороны казалось, будто они собираются поцеловаться. Слишком медленно. Слишком чувственно. Слишком провокационно, чтобы удержаться. Правда, он думал, что сорвётся опять Мультимаус, но нет, это был Нуар, что подзадоривало ещё сильнее. Натаниэль охотно и часто ревновал сам, но вот его самого, в силу безответственности большинства привязанностей, ревновали редко(скажем прямо – почти никогда). Особенно к самому себе. Нейт утянул себя и Злолюстратора в сложную, строенную тень от них двоих и пущенного в них Тайгером ящика, на несколько секунд замирая в темноте, а после высадил их на очередной подпотолочной балке. Художник, ещё не успевший встать полностью, чуть качнулся, но устоял, всё так же преданно смотря на него папортниково-зелёными глазами. Не за это ли Адриан в него и влюбился? Натаниэль был преданным, и преданным другими – не раз. Потому-то и лучше всех знал цену верности, все его друзья и по-настоящему близкие люди были верны настолько, чтобы даже зная о его планах, поддерживать их. А те, кому только предстояло узнать, точнее, тот, кому предстояло всё узнать, простит. Нейт знал это наверняка, потому что в этом с Адрианом они были похожи : Агрест прощал и продолжал любить тех, кто раз за разом причинял ему боль. И Натаниэля он тоже простит, пусть и не сразу, как раз за разом прощал отца и Леди Баг. Даже если сам Нейт прощать почти не умеет. - Как… как ты?! – В форме героев боль испытывать было трудно, но можно, особенно если она не была физической. В голосе Нуара её было столько, словно ему переломали все кости. Он молчал всё это время, потому что никак не мог подобрать не то, что слов – мыслей, после того, как Лайонхарт обернулся Семетьером. Потому что, в отличии от других, знал, кому вручил Камень Льва. Пальцы с подбородка скользнули дальше, по скуле и щеке, поглаживая жестом выверенным, но привычным, даже хозяйским. Барон улыбнулся, когда Злолюстратор сам потёрся о его ладонь, как ласковый кот. - Наши эмоции это не только психика, но и химия. Пара капель норадреналина, щепотка тестестерона, и вот, перед нами жутко злой и испуганный человек – идеальная жертва для акумы… - Нейт специально перевёл руку на другую сторону лица Злолюстратора, позволяя увидеть выглядывающий из-под высокого ворота его костюма алый оттиск губ на шее. – Если же ты о том, почему у меня есть силы после Кавардака… - Над полями шляпы появляются круглые львиные уши, уже не золотые, а такие же красные, как и волосы, с седыми на концах жесткими остинками, а длинный хвост с заострённой кисточкой довольно водит из стороны в сторону хищным крюком, ударяя по бедрам. – То нужно сказать спасибо львёнку за его кольцо. – Нарочно на глазах у героев, не отрывающих от него взгляда, Семетьер снял с руки кольцо, закидывая его в мешочек на поясе, а затем снял и сложил туда же тиару, после чего снова повернулся к терпеливо ожидавшему его Злолюстратору. –Кстати, родной, у меня есть одна просьба… - Проси что угодно. – С предыханием заверил его Злолюстратор. Нейт с удовольствием заметил, как перекосило Мультимаус – ну да, реплика была произнесена тем же влюбленным тоном, что и в прошлый раз. Интересно, если бы её спросили, она бы и сейчас сказала, что не переносит насилия? - Ты же поможешь мне уничтожить героев, правда? Злолюстратор замер, зрачки в его глазах моментально сузились. Он выпрямился, деревянным, неживым движением, существу человеческому свойственному лишь тогда, когда оно перестаёт таковым быть, полностью лишаясь воли. Он растопырил подрагивающие пальцы, словно не в силах определить, что ими делать, ударять или душить, сжиматься или замереть. Рене Руж решила, что это отличный шанс на атаку, но Тайгер встал перед ней, жестом показывая, что не время. - Он сопротивляется. – Тихо произнёс он, уже громче добавляя. – Нейт, давай! Ты сможешь! От его голоса дрожь Злолюстратора усилилась, а в зелёных глазах появилась узкая бирюзовая кромка, но радовался Нуар рано, и он это понял сам, поймав улыбку Семетьера. Одержимая ипостась Барона вообще-то оказалась весьма скупой на частоту проявления эмоций, воздавая сторицей их яркостью. В отличии от Бриджит, улыбавшегося невообразимо часто, улыбка, настоящая, была редкой гостьей на его лице, но всегда означала, что скоро станет ещё хуже. Обхватив Злолюстратора, за шею сзади, Нейт наклонил его к себе в поцелуе. Целовать, по сути, самого себя, было странновато – даже в разных формах, отличий было мало, температура губ была одинаковой, как и форма, не было… некоего ощущения, между вкусом и осознанием присутствия, что должны были принадлежать другому человеку, настолько они были похожи. Зато сомнений в том, что понравится партнёру тоже не было, а потому, поцелуй вышел хоть и кратким, но приятным для обоих. Натаниэль отлично видел это по лукавым искрам, вспыхнувшим в зелёных глазах. Злолюстратор с полуприкрытыми (чтобы не было видно, насколько ему весело) глазами потянулся вперёд, словно жаждал продолжения, но увидев улыбку Семетьера сожалеюще выдохнул и кивнул, произнося: - Твое желание будет исполнено. - Вот и отлично, родной. Прикроешь меня сверху? – Снова улыбнулся Семетьер, спрыгивая вниз, вызвав в Злолюстратора звонкий смешок. Художник устроился прямо на балке, садясь неподалёку от одно из прожекторов и приступая к рисунку. Первым делом в воздухе появилась огромная боксерская перчатка. Она, взяв небольшой разгон, стремиться вниз, но Карапакс вовремя накрывает всех куполом. Почти всех, не считая Мультимаус, стоявшую на острие атаки. Нейт ухмыляясь, сделал несколько шагов вперёд, подходя к героине. - Так-так-так… продолжим, Леди? А то в прошлый раз ты как-то слишком быстро сдулась… - В этот раз такого не будет, я обещаю! – Мультимаус оскалилась в ответ, крутя скакалку восьмёркой, делая шаг ближе. Злолюстратор был сосредоточен на пробитии защитного купола Карапакса, так что, их бой должен был стать дуэлью. Семетьер кивнул, вытаскивая из трости шпагу, поднял её в фехтовальном приветствии и тут же опустил, даже не пытаясь встать в какую-либо стойку. Он не раз говорил, что не был бойцом. Точнее, им не был Бриджит, поскольку являлся лекарем, а вот Семетьер… Ну, по функциям и боевым навыкам ему больше подходило слово «убийца». Или даже «палач». Мультимаус рванула вперёд, по широкой дуге попытавшись захлестнуть его скакалкой, как кнутом, но на этот раз он не стал перемещаться, просто уклонился, резко отведя ногу в сторону и приседая, пропуская скакалку над собой, а когда героиня оказалась ближе, схватил горсть с пола, пуская пряную пыль ей в лицо. Пока девушка пыталась промограться и прокашляться, Семетьер отступил ей за спину, прижимая клинок к горлу. - Сдавайся, Леди. Я не люблю убивать, хоть и умею. Девушка взрыкнула, на секунду чуть ближе прижавшись к лезвию. Кожа расступилась легко, источая капли крови, и Барон вздохнул, повел носом по её шее сзади, вдыхая сдобный запах от волос. Раньше, будучи в неё влюбленным, он и не думал о подобной близости, а сейчас он даже мог точно сказать, как сделать так, чтобы они оказались в одной постели. - Никогда! Я никогда не позволю такому злодею как ты, победить! Цепочкой мелких, легчайших поцелуев по шее сбоку заживив царапину, Нейт отпустил её, медленно встав перед её лицом, произнося. - Добро-зло, тьма-свет, Петро-Рада… Детка, для тебя я зло лишь потому, что хочу забрать талисманы. Жителям Парижа от меня вреда не больше, чем от вас с Нуаретте, а то и меньше, я же не использую Катаклизм тут и там… Нет, я не оправдываюсь, мне вообще плевать, я слишком трезв, чтобы разбираться в этом, но ты… Ты же героиня! Пример для подражания! А как себя ведёшь? Вполне ожидаемо, что за свои слова Нейт получил от неё в морду. Конечно, не только за них, но он даже не стал мешать девушке выплёскивать злость. Заслужил же, чего таить, он был первостатейным мерзавцем, особенно по её лицемерным меркам. Рефлекторно отступив на пару шагов, Барон потихоньку вернул голову в прямое положение, жутко ухмыляясь скошенной вбок челюстью, на которой рисунок кости покрылся черными трещинами. Ну а чего стоило ожидать? Любой, даже самый слабый супергерой, в этой форме играючи может поднять легковой автомобиль. И сейчас, тот же автомобиль на полной скорости врезался ему в челюсть – вряд ли Леди сдерживала силу. Тут и адамантий не выдержал бы… С диким хрустом вернув челюсть на место и проверив, что её части расположены более-менее правильно (магия регенерации поправит, но а вдруг?), Нейт сплюнул кровь на пол и хмыкнул: - Знаешь, Леди, я бы был поаккуратнее с ударами… Что ни говори, а мы не в пекарне Дюпен-Чен. – Его улыбка стала только шире, когда он заметил, как вздрогнула Мультимаус. Тайгер, всё это время за куполом наблюдавший за боем, судорожно пытаясь придумать, как выкрутится, ощутил, как по спине снова ползут мурашки. Он, черт возьми, знал Барона лучше, чем остальные, и то, что тот редко говорил без смысла – знал наверняка, а потому прошептал испуганно и тихо, но из-за того, что попал в очередной промежуток между ударами перчатки по щиту, его услышали все. - В каком смысле? - Ни в каком! Он снова издевается, это не имеет смысла! – Слишком поспешно для правды выкрикнула Мультимаус и Семетьер расхохотался. - Конечно же, это имеет смысл! Хотя бы тот, что это здание точно построено на старом кладбище*. – Барон наглядно показал указательным пальцем на пол, а после помазал рукой, словно прощаясь с ними. Нуар опустил глаза на покрытый пылью пол… Пылью… но он же помнил, что в первый раз всё было чисто, да и эта пыль… она ему знакома, это же… - Все вверх, быстро! – Крикнул Тайгер, поднимаясь пол самый купол с помощью своего шеста. В ту же секунду Барон, хлопнув в ладоши, рухнул вниз, упирая ладони в пол. По пыли словно прошла волна, вызвав шелест, а после он сменился испуганными вскриками. Мультимаус попросту замерла, когда призрачные руки схватили её за ноги. К её чести, она пыталась освободится, но ей это не удалось и руки быстро свалили её на пол. В куполе же, кроме самого Кота, спастись смогла только Рюко, а Рене Руж и Карапас быстро были схвачены. Призрачные руки ещё и успели стянуть с Нино талисман и защита пала. Тайгер вовремя это заметил и прыгнул вверх, на балки, а вот Рюко повезло меньше – на неё обрушился стеклянный куб, снова валя на пол, где её прижали призраки. «Неплохо… Уверен, что она не выберется?» «Я уже пририсовал кубу дно, сделав его герметичным» - Ответил шепотом по связи Злолюстратор. И верно – руки исчезли, но выбраться героиня Дракона не могла, как не старалась. «Стекло – изолятор, ток не пропустит, не говоря уже о воде с воздухом, а для того, чтобы его разбить, давление нужно куда больше, чем она сможет сделать в таком пространстве.» До Рюко уже дошло, что ни одна из её форм не помогает, но она всё равно старалась хоть как-то выбраться. Кот, оглядевшись, заметил, что Семетьер уже расправился с Реной Руж и Мультимаус, а потому поспешил к Злолюстратору, чтобы освободить последнюю героиню и самого Натаниэля. Но тот, едва заметив его приближение, только улыбнулся, и бросился бежать. И его, в отличии от Нуара, призрачные руки, всё ещё тут и там торчащие из пола, как водоросли, пропускали, даже не пытаясь задержать. А с минуту погони спустя, перед Тайгером, защищая Злолюстратора, и вовсе появился Барон, устало выдыхая. - Хватит, Адриан. – Произнёс он, удерживая руку с когтистым талисманом у самого своего лица, пока Кот, не опомнившись, сам её не опустил. Барон скосил взгляд вниз, на всё ещё мечущуюся в прозрачном кубе Рюко, вздохнул и произнёс. – Давай спустимся, я хочу кое-что показать тебе. - А меня не схватят твои шаловливые ручки? В бельмах Семетьера возник блик, который Адриан видел только у Бриджита, когда тот находил новое особо чувствительное местечко на месте Агреста, прикасаясь к нему губами. Ничего удивительного в том, что когда он ответил, его голос звучал неприлично низко. - Только если ты сам того не пожелаешь… Но и мы не будем рисковать. – Барон спустился первым, приземлившись на одну из груд ящиков. Когда же рядом оказался Нуар, Семетьер довольно дернул уголком губ, а после оторвал крышку у ближайшего ящика, открывая вид на лежащий внутри газовый баллон. - Что это? - Зелье. – Пояснил Барон. – Точнее, зелье в виде газа. Снотворное, действует даже на квами и им одержимых. Агрест по новому оглядел склад, прикинул количество ящиков(а значит, и баллонов), прикинул объем зелья без давления, и понял, что его с лихвой хватит, чтобы заполнить весь склад. - А как… - Семетьер снова дернул губами, спрыгивая на пол. К нему тут же потянулись руки, но было видно, что ничего плохого они ему сделать не хотели. В большей мере, это походило на то, как паломники хотели прикоснуться к своему богу, сошедшему на землю. Получалось, впрочем, с тем же успехом – руки проходили сквозь него, вызывая только еле заметное зелёное свечение возле Барона. Адриан припомнил ещё и жест, которым Барон вызвал призраков, и произнёс одновременно с обидой и восхищением. - Ах ты… Алхимик фигов! Очередное зелье? - Ага. Зелёное такое, токсичное – жуть, печень уже в кому просится, зато бестелестность по желанию и иммунитет против другой отравы, его обычно в условиях ядовитых джунглей используют. И, кстати, с учетом Феликса, на Элриков больше смахиваете вы. - Ой, вот только не начинай, Рой**. – Барон от неожиданности едва не выронил трость, а вот Адриан понял, насколько оплошал, только несколько секунд напряженной тишины спустя, и тут же покраснел, отрицающе выставив руку вперёд. – Нет. Это не то, что ты подумал! Я другое имел в виду! – Кое-как выдохнув и успокоившись, Адриан снова огляделся и потихоньку нащупывая мысль, что не давала ему ни покоя, ни окончательно сойти с ума, произнёс: - Зачем это всё? Все эти сложности? Барон довольно кивнул, подходя ближе, пока Нуар развивал мысль. - Ты мог попросту усыпить нас сразу. Ты вообще мог обойтись без всего этого! Ты же…- Начал он, но смолк, добавляя тише, с ужасом. - Ты же знаешь наши настоящие личности. - Именно. Я мог обойтись без акумы, без призраков, без зелья и без склада. Например, попросту выследив вас, попросту забирая талисманы по одному. Или наоборот – собрать за одну ночь, пока вы крепко спите после тяжелого боя с акумой и даже не способны ощутить моего присутствия. - Так какого черта ты так не поступил?! – Вспылил Адриан. – Почему ты не пробрался ко мне домой, не забрал кольцо, как вор и не исчез? И сейчас почему ты ведёшь как ширпотребный злодей перед падением, рассказывая свои планы?! Барон снова вздохнул, и даже открыл рот, чтобы ответить, но… - Всё, Кагами сдулась. – Произнёс, снова сидя на балке и покачивая головой Злолюстатор, на ходу стирая одну из граней куба. Барон кивнул, в ту же секунду оказываясь у него и перехватывая готовую выбежать азиатку. Поймав её, Семетьер произнёс. - Только из-за Феликса. – После чего, погладив девушку по щеке, поцеловал её, почти сразу вытаращив глаза – Кагами, не имея сил на полноценное сопротивление, укусила его за губу, чуть не прокусив её. Но, спустя пару секунд успокоилась, закрыла глаза, отдаваясь поцелую, впрочем, скоро завершившегося. «Ненавижу вас…» - Прошипел в наушник Марк, пока Натаниэль относил Кагами к другим девушкам, которых поднял с пола и аккуратно уложил на ящики. «Вас – это кого?» - Шепотом уточнил Барон. «Вас обоих! Кобелины…» Судя по его тону, его, как и Кота, неплохо пронял селфцестный поцелуй. Стоило порадоваться хотя бы о том, что Аликс здесь не было… У Адриана как-то разом кончаются силы. Настолько, что он попросту скатывается по стенке ящика вниз, садясь, бездумно повесив голову. Внутри пусто и стыло, словно один из многих складских сквозняков выдул из него напрочь так и не начавшуюся истерику. Он понимает, что стучит зубами от холода, только когда его руки касается что-то мягкое, и подняв голову, видит Злолюстратора. - Вот, держи. Тут прохладно. – Он протягивает рыжий с переходом в лиловый на краях, сверток, сразу его разворачивая и укутывает Адриана. Ткань, даже по виду тонкая и невесомая, тут же оплетает тело приятной тяжестью и теплом. - С-спасибо. – Больше от неожиданности, чем от холода, запинается Адриан и Злолюстратор улыбается, вставая и отходя, точнее, спрыгивая с ящиков на пол. И Агрест, при очередном взгляде на него почему-то вспоминает его сестру. Только ни у летучей Квин Би, ни у занимавшейся восемь лет гимнастикой и танцами Хлои, нет настолько лёгкого шага, что даже не приминает почти пыли на полу, не тревожит призрачные руки, ловко проходя меж ними. - Почему они его не трогают? – Спрашивает он скорее сам себя, но ответ звучит неожиданно близко. - Акумы считаются злыми духами, так что… в каком-то смысле, его родство с ними ближе, чем у любого из нас. Будешь? – Барон беззвучно переливает из термоса в крышку-кружку что-то горячее и пахнущее до одури приятно. Адриан сглатывает, тянет руки, и только потом, грея ладони о кружку, спрашивает. - А что это? - Горячий шоколад, настоящий. Челл***, сестра по целительской стезе моего квами из другого пантеона, мастерица его варить. Это не похоже на то, что Адриан ожидает, ни вкусом, ни запахом, ни текстурой. Шоколад оказывается очень, очень густым, бархатистым, почти не сладким, но согревающий не только теплом, но и толикой перца, какого-то совершенно ему не знакомого, с непривычным, но приятным фруктовым привкусом, мелкими граненными сухостью темно-багровыми бусинами перекатывающихся по дну кружки. Адриан смотрит в кружку, потом искоса на Барона, переводит взгляд на укутывающего остальных побеждённых в нарисованные им одеяла Злолюстратора и выдыхает: - Зачем ты это делаешь? Нет, я понял, что это какой-то твой план, но зачем ты сейчас заботишься о тех, кто хотел тебя победить? Барон частично поворачивает к нему голову, спрашивая: - А почему я не должен этого делать? – Адриан открывает рот, но не находит ответа, и снова берётся за шоколад. – Ты правильно сказал, что я победил, а значит, что по праву сильного, могу делать с ними всё, что захочу. Другое дело, что это не вписывается в привычную тебе злодейскую схему. – Теперь уже Барон покосился на него с укокоряюще-игривым прищуром. – То ты возмущаешься, что я веду себя как типичный злодей, то тому, что я на него не похож. Ты уж определись, что тебе надо. Адриан ощутил, как снова краснеет. Барон, это заметив, издал звук между мурлыканием и смешком, смутив его ещё сильнее. - Я одержал победу, Адриан, но… я не враг вам и никогда не был. Только противником. А моими противниками были герои. И, раз сейчас вы ими не являетесь, мне нет никакого резона провоцировать, драться или вредить. В том числе, и своим бездействием – здесь прохладно, ноябрь всё-таки, а девушкам переохлаждаться вредно. Особенно сейчас, когда они снова уязвимы. Адриан снова прищурился и спросил: - Ты вообще одержим? Уж слишком разумно рассуждаешь! Семетьер нарочито гаденько, в совершенно злодейском, точнее, прихлебательском стиле, хихикнул. - Конечно же, я одержим! – Твёрдо произнёс он, и Адриан понял – врёт как сон. Точнее, не врёт, даже не обманывает, но снова что-то не договаривает. Нуар сделал ещё несколько глотков, допивая шоколад, и сейчас по въевшейся, кошачьей привычке гонял крупинки перца по дну, наклоняя кружку туда-сюда. Отсутствие Плагга-обжоры ощущалось непривычной пустотой между рёбер и тяжестью камамбера в кармане. Когти браслета-слейва царапнули по металлическому боку, бессильно и скупо, не оставив и следа. - И план этот… слишком замороченный, словно не ты его придумал. - А вот это в точку – он не мой. – Барон хмыкнул, когда увидел, как встрепенулся Адриан и снова его заверил. – И не Бражника. Признаюсь, в манипуляциях он не плох, но с тактикой у него хреново. Ну честное слово, кто бы ещё додумался сделать злодея из трёхлетки? - О, нет, это была просто вершина его коварства. – Простенал Адриан. – Ты хоть представляешь, сколько мы с Леди маялись, пока пытались его победить?! Они рассмеялись, а несколько секунд спустя к ним вернулся Злолюстратор, с улыбкой спрашивая. - Вы чего? – Это вызвало новый всплеск смеха, объяснить который никто не мог. Отсмеявшись, Адриан указал рукой на Художника, севшего по другую сторону от него, спрашивая: - Ты специально выбрал его, зная, что я не смогу с ним бороться? - С чего ты решил, что выбирал я? - Ты сам сказал, что у Бражника туго с тактикой, а здесь… - он обвёл одной рукой склад. – Даже если ты не написал этот план, то отлично его срежессировал. Так же четко и точно, как и все свои ритуалы. Семетьер, словно что-то вспомнив, щёлкнул в воздухе пальцами. - Точно. Надо бы отпустить массовку… - Он спрыгнул вниз, сделал несколько танцующих шагов, мимолётно погладил пару из сотен тянущихся к нему рук, остановился, сделал пару вздохов, и снова хлопнув в ладоши, сложив их молитвенным жестом, рухнул вниз. На секунду, души замерли, а после по ним прокатилась идущая от Барона волна, увлекая за собой, размывая, развеивая множество рук на мельчайшие пылинки исчезающего в воздухе праха. Когда Барон встал, пыли на полу больше не было, лишь серые, едва заметные на бетоне линии гигантского веве. Нейт пошатнулся, вставая, но смог устоять, с гулким звуком уперев трость в пол, да и подоспевший Злолюстратор успел подставить плечо. Адриан охнул, подскочив, собираясь саму бежать и помогать, но замер, снова наткнувшись взглядом на линии огромного рисунка. Сколько нужно времени, чтобы в точности воспроизвести такой большой и сложный символ? А сколько средств потратить, чтобы заполнить снотворным такое количество баллонов? Сколько усилий приложить, чтобы разыскать склад, построенный на кладбище и договориться с его обитателями о помощи? Они с Леди Баг больше года пытались отыскать Бражника, сначала в паре с Мастером Фу, потом и потихоньку привлекая остальных. Но всё это словно бы погодя, почти не отвлекаясь от собственной жизни – хватало проблем и как подросткам, и как героям. Так сколько же, черт возьми, усилий потратил Бриджит, чтобы не только отыскать Бражника и как-то с ним сговориться, но и получить с помощью своих манипуляций все талисманы? Адриан поймал взгляд Барона и понял, что если он позволит себе хотя бы ещё одну секунду жалости к нему, и тот его попросту убьёт. Потому что даже ему не простит её. Не простит того, что Адриан уже понял, сколько усилий он, совершенно не способный к бою и войне, целитель, а не боец, приложил к тому, чтобы их победить. Потому что он верил, что то, во что он верит – правильно, так же, как они сами верили в то, что спасали людей. - Ты спросил, почему я выбрал его… Не только потому, что я знал, что его ты не тронешь… Просто... – Барон оглянулся на Злолюстратора, поддерживающего его с совершенно невозмутимым видом, словно его здесь и нет, и устало хмыкнув признал: - Я выбрал его, чтобы понять, чего же такого ты в нём нашёл? Адриан против воли улыбнулся. - И как? Понял? - Пока нет, но… Мне достаточно понимать, что он так же дорог тебе, как и ты – ему. Адриан непонимающе пару раз хлопнул ресницами и так и не смог остановиться, сам понял, что с ним, только почувствовав, как те тяжелеют от влаги, а сам он хлюпает носом. Барон и Злолюстратор растерянно переглянулись, подбираясь к нему ближе. Адриан, уже ничего не видевший от слёз, только почувствовал теплые ладони на своих плечах и спине, ринулся вперёд, на чью-то знакомо пахнущую шоколадом и розами грудь, только по запаху опознавая краешком сознания Барона, стискивая его до боли, царапая когтями лопатки, прижимаясь ближе. - Хэй, Нуаретте… - выдохнул горячо и тихо, обнимая его в ответ. Злолюстратор расположился рядом с ними, успокаивающе поглаживая спину Адриана. – Ты чего? - Я…Я… - Он проиграл. Поэтому ему так больно? Нет… Не в этом дело, а в том, что он… повзрослел? – Я не знаю, как объяснить… - Прерывисто выдохнул он и поднял взгляд, смотря Барону в лицо. – Знаешь, это холодное, неприятное чувство, когда понимаешь, что твоя сказка подходит к концу? Дробно дрогнул пальцы, у них обоих, неуловимо слажено, когда Нейт притянул его ближе. - Ты решил так, потому что подумал, что на этом всё? Что Камни Чудес – это единственная твоя ниточка к чудесам? Ох, Нуаретте… - Натаниэль еле заметно закачался из стороны в сторону, успокаивая немудерённым движением своего возлюбленного. – В этом мире их слишком много, чтобы бояться их потерять. Скорее, сам потеряешься, потому что они всюду. Магия – это не только талисманы и квами, есть множество путей к ней, да и чудеса можно создавать и без неё. Достаточно просто создавать. Ты не проиграл, Адриан, вы – проиграли, но не ты. Ты всегда помнил о том, что под этими масками и костюмами люди, поэтому так и хотел узнать, кем же была Леди Баг. И ты отлично знаешь, что даже один человек, обыкновенный человек, не герой, может сделать многое. Вы проиграли, я – одержал победу, но она принадлежит не только мне. Каждый из нас приложил руку к тому, чтобы создать то, что мы получили. И если ты действительно хочешь связать свою жизнь с чудесами – у тебя это получится. Даже без талисмана. Даже без меня. Адриан снова поднял голову, и Нейт кивнул, подтверждая свои слова. Он достиг цели, что поставили перед ним Хранители, получил талисманы… почти все, но Камень Тигра получить будет просто. Непросто будет уйти, оставляя Адриана. - А сейчас, Нуаретте, слушай внимательно: я скажу то, что хотел сказать давно, очень давно, но должен сказать именно сейчас, пока ты не возненавидел меня до конца. Адриан приготовился слушать, уже зная, чем закончится для него фраза – очередным поцелуем перед тем, как Барон исчезнет. Исчезнет так, чтобы не позволить увидеть это, запомнить, ощутить ещё больше боли от того, что кто-то ему дорогой снова уходит надолго, возможно – навсегда. Натаниэлю нелегко дались эти слова, как и всякая слишком сильная, слишком давняя правда, но он всё-таки произнёс: - Я тоже люблю тебя. * - отсылка к серии Бунтарка, где из-за акуме у четы Дюпен-Чен спрашивали, не построили ли они дом на старом кладбище. ** - уверена, такой анимешник как Нуар, не может не знать главный яойный шип Алхимика)) и, кстати, упомянутые Адрианом способы забора талисманов - предыдущие варианты финала, от которых я отказалась. *** -отсылка к богине майя Иш-Чель (целительства и удачи) и Челл - героини Дороги на Эльдорадо.