Сборник миниатюр

«Он пробовал на прочность этот мир каждый миг — мир оказался прочней». © «Машина Времени»

Им по пятнадцать, и Инга уже перецеловалась со всеми парнями в классе. Со всеми, кроме него. Стаса это бесит, но он ничего не может предъявить — они не встречаются, а предложения сходить в кино или в кафе Инга отметает, едва он открывает рот. На выпускном она и вовсе устраивает шоу — целует взасос лучшую подругу и выкладывает видео в соцсеть. — Не надоело страдать херней? — с ленцой интересуется Стас, когда Ингу выворачивает на заднем дворе школы, пока остальные продолжают шерить бутылку дешевого виски по пластиковым стаканчикам. — Нет! — рявкает она и снова сгибается пополам. Им по двадцать, и за плечами у него третий курс института, а у Инги — сотни пьяных фотографий с танцполов и всего одна на развороте какого-то местного журнала. Она с гордостью демонстрирует снимок друзьям, хотя там и лица-то не видно – в кадре лишь нижнее белье и тонкие руки, придерживающие половинку граната. — Теперь ты знаменитость? — иронизирует Стас, когда Инга тычет фоткой ему в лицо. — Вернее не ты, а твоя… — Пошел в жопу, Ларин, — огрызается она, не забыв стрельнуть сигарету. Им по двадцать пять, и оба не высыпаются — Стас из-за ночных монтажей, а Инга после родов. Год назад она выскочила замуж за случайного знакомого из клуба. Ее шкаф по-прежнему забит дизайнерской обувью, которая теперь собирает пыль и скандалы — даже на встречу одноклассников вместо любимых шпилек Инга надевает унылые черные туфли на устойчивых каблуках. — Не надоела семейная жизнь? — привычно задевает ее Стас. Инга молча поворачивает колесико зажигалки и качает головой. — А почему за меня не пошла? Ведь он звал. Дважды. — Ему все равно, а тебе нет, — Инга пожимает плечами, закидывает ноги на белоснежную скатерть и затягивается густым дымом. Им по тридцать, и Стаса поздравляют с ситцевой свадьбой, а Инга бурно отмечает развод. Густую копну волос сменяет стрижка-ежик, колючая, как и ее взгляд. Инга демонстративно не созванивается с одноклассниками, и ставит на странице статус «Насрать на чужое мнение». Столкнувшись в метро, Стас узнает ее лишь по татуировке на шее и не успевает сострить про пацанский вид — из вагона Ингу выносит толпа. Стасу тридцать пять, и он все чаще прикладывается к бутылке. А Инга… Инге теперь всегда будет тридцать два. Она ушла тише, чем жила, без шума и скандалов — всего-то понадобилась пачка снотворного и кухонный нож. И старая помада, которой она коряво вывела на плитке в ванной: «Надоело». Стас знает, что это послание для него.