Я уничтожу тебя

***

— Чёрт, чёрт, чёрт… — шептала Маринетт, чуть ли не влетая в комнату, с силой хлопая дверью. — Больно.       Какой-то придурок написал записку о том, что ей нужно было прийти в подвал. Она не ожидала там встретить Агреста со своими дружками, а уж тем более того, что её будущий муженёк кинет в неё граблями. Конечно рана не очень серьёзная, но кровотечение без бинтов не остановить. Чтобы на неё подумали, а после участвовать в допросе, занимая роль преступника. Пришлось закрыть рану кофтой, естественно она пропиталась кровью, её можно только на помойку. В ноге ощущалась боль, но она дохромала до своей «обители», а потом в комнате чуть погром не устроила, пока искала эту аптечку.       Руки тряслись, она делала всё впопыхах, иногда бинтуя очень сильно, а после ослабляя и перевязывая заново. — Кто же это был? — её вечная привычка болтать с самой собой.       Это уже не первый раз, каждый раз, когда её просят прийти, а она как дурочка наивная идёт, а после славно огребает. Первую записку она получила перед дракой, потом после выписки и сейчас.       Сложно указать на одного человека, это определённо фанатки Агреста. Они обещали ей настолько «райскую жизнь», что по их словам она забыла бы, как выглядит Адриан.       Большинство думают, что именно она им манипулирует, есть скелет, которым она шантажирует его. Сначала все думали, что она беременна, но после того, как её медицинская карта была удачно украдена, слухи развеялись. Маринетт как была девственницей, так и осталась.       Никто не спросил её толком, лишь поставили перед фактом. Ей и без того страшно, она словно казни ожидает, а не свадьбы. В первую их встречу в колледже он показал своё отношение к ней, да и следующие тоже.       Как-то раз она проходила мимо коридора в котором мало кто тусуется, в тот день она натянула капюшон, боясь нарваться на девчонок и услышала такой разговор. — Да брось, не всё так плохо, — это был Мир.       Мир привлекал всех без исключения, с ним хотелось дружить целую вечность. Он сплошь ходячая загадка, красив, учится неплохо, да и отец его ловко подмял под себя большинство крупных марок автомобилей. Маринетт смотрела на него, завидовала белой завистью, хотела быть похожим на него. Хотела бы она быть его другом, но это лишь мечты. — Сам бы так же запел, когда бы тебя под венец потащили, — фыркнул Агрест. — Она мелкая, стрёмная… Я бы её серой назвал бы. Скучная, глупая, да и явно смотрит какие-нибудь детские мультики и радуется. Я читал её досье, чуть не уснул.       Не очень приятно слышать такое от будущего мужа. Если слабая вера, что он может измениться, но вряд ли его мнение изменится. — Досье — это не лицо человека, — Мир слез с подоконника. — Если ты узнаешь её, всё может переменится. Возможно, этот брак не станет самым страшным ужасом для тебя. — Мне нравится Хлоя, — парень убрал телефон и посмотрел на друга. — Мы с ней с самого детства, я ей верю, она мне тоже. Хочу быть ближе к ней, а не к той серой поломойке. Я с этой даже в постель не лягу, а уж про остальное пока молчу. — Ты поосторожнее со словами, — Мир похлопал его по плечу. — Земля круглая, а бумеранг всегда может вернуться к тебе.       Маринетт и правда старалась, но его слова всё же вывели из равновесия. Ей с трудом удалось не зареветь в голос, но удержать в себе несколько слезинок не смогла. Если он так сейчас считает, то что в браке — то будет. Хотя ответ очевиден. Если он сейчас не пытается сблизиться, то проку мало.       Вот так продолжая жить, никого не трогая и получая в свой адрес сплошные гадости. Она ведь терпит. Терпит то, что в её шкафчик вечно мусор кидают, меня время от времени записки с угрозами. И это дочь короля. Она и правда как тряпка себя ведёт. Маринетт хочет спрятаться у себя в комнате и сидеть не вылезая. Здесь у неё друзей нет.       А ведь будучи маленькой девочкой, у неё было много друзей, но всё утекло, как вода со временем. Был один друг, но… Он тоже ушёл, оставил её, забыл, буквально вычеркнул из жизни. С того момента её психика дала сбой.       Маринетт каждый раз говорит, что в порядке, но отец чувствует неладное и заставляет идти дочь к психологу. Врач попросил нарисовать её несколько рисунков, затем поговорил и спросил о её любимых книгах. Всё было с мрачной темой, такое ощущение, что буквально балансировала на грани смерти. Брюнетка тогда пыталась объяснить, что не планировала суицид, ей просто нравилось писать сказки с печальным концом. Именно в писательстве она могла найти утешение.       У неё есть талант к рисованию, руки до сих пор помнят, но сейчас она просто перестала. Ей понравилось писать, не для кого-то, а чисто для себя. А после брала деньги и шла в издательство, где заказывала издание одной книги. И сейчас у неё больше тридцати книг. Никто их не видел и не увидит, они только для Маринетт.

***

      Она не ожидала того, что за ней приедет именно Адриан, а так бы пришлось ехать на такси. Ближе к общаге, Маринетт хотела его поблагодарить, но боялась сказать что-то не то и после услышать очередные насмешки в свой адрес.       Стало не по себе, когда он уставился на книги, пусть девушка и не подавала виду, но ей стало страшно. Странная реакция со стороны парня, заставила Маринетт подумать об одной теории, но быстро её откинула. После его ухода она пыталась успокоиться, унять сердце, мыслью, что он ничего не понял и не догадался.       Ещё одно потрясение случилось на выходных. Адриан написал, что хочет видеть её. Мол это будет свиданием. Маринетт до последнего ждала ещё сообщение, где говорилось, что это была шутка или же он просто ошибся, но ничего такого не было.       Дата и время были назначены, Маринетт сильно волновалась. Если бы кто-то наблюдал как она минут десять из трёх толстовок выбрала одну. Ей чужды свидания, она как могла, так и собиралась. Ах, да, ещё с косметикой она полный ноль.       Это был неписанный закон для омег. Она должна иметь хотя бы одну косметичку и быть красивой. Но это не относилось к Маринетт.       До того как плеснули кислотой в глаза она и правда считала себя красавицей. А её самооценка была такой, как нить, но она порвалась, когда увидела пятно. На левой стороне виска есть пятно, что на пару оттенков темнее её светлой кожи. Это чем-то напоминало родимое пятно. А её цвет глаз уже не васильковый, а сизый.       Ей сказал врач, что теперь её глаза сизого цвета, но она этого не видела, это уже не сизый, некий зелёный, точнее что-то такое.       Никогда бы Маринетт не подумала, что ей в глаза плеснут кислоту вперемешку с бензином, а после врач поставит диагноз — дейтераномалия или проще говоря — дальтоник. Люди, которые не видят определённый цвет, для неё красный стал грязно-жёлтым, зелёный тоже жёлтый и тд. Когда ей открыли глаза, то это не сразу было заметно, но после приезда в общагу, стала замечать, что цвета изменились. Её об этом уже успели предупредить, чтобы она не паниковала.       И вот сейчас попроси Маринетт взять в руки красный карандаш, то она его элементарно не увидит, даже синий начал отдавать оттенками зелёного. Это стрёмно на самом деле.       Ещё учитывая то, что она гуглила цвета, чтобы понять какого цвета она одевала толстовку.       Адриан выбрал кафе, где было малолюдно, чтобы их никто не увидел. Но ещё прикол был в том, что если доплатить за вип-комнату, то можно сидеть в одном помещении и на вас никто не посмотрит. Именно этим воспользовался Агрест. Дюпэн это очень порадовало, ещё не хватало, чтобы их увидела его фанатка, а после устроила ещё гадость в виде драки или опять нальют в глаза чем-нибудь едким.       Первые пять минут разговор не клеился. Маринетт вообще боялась говорить, а Адриан, то и делал, что проверил часто телефон, время от времени печатая там что-то. Когда им принесли заказ, Маринетт заметила, а ещё поняла, что ему тут скучно. Тогда зачем позвал? Из-за этого появилось неприятное чувство балласта. Она — балласт. Стало ещё не комфортнее.       Через некоторое время парень всё же отложил телефон в сторону и посмотрел на девушку, будто изучая взглядом. — Чем ты увлекаешься? — спросил он, заставляя девушку застыть. — Есть же хобби?       И что тут ответить? Судя как Адриан просто посмотрел на телефон, когда он просто загорелся, а через секунду потух, ему не очень интересно слушать её развёрнутый ответ. — Да ничем таким, — ответила она, понимая, что начинает откровенно врать. Ей жутко нравится писать, а ещё рисовать иллюстрации картинкам. — Фотки котиков люблю коллекционировать. — Понятно, — сжато ответил он, буквально сдавая свою незаинтересованность.       Как же хотелось рассказать больше, но уверенности не хватало для этого. И фотки котиков она не коллекционирует, ей это не очень интересно. — А как с учёбой? — продолжил спрашивать он, уже в открытую пялясь в телефон.       Маринетт захотелось встать и уйти. Это разве свидание? Он бы ещё дату её рождения спросил для поддержания, темы. Это не свидание, а просто тупая трата времени. Брюнетка поняла, что нужно закрыть эмоции, а также все желания говорить о своих мечтах под дальний замок.       Адриан не видит, как девушка смотрит в окно и поджимает губы, стараясь сдержать обиду. Только ей тут не всё равно. Тупо сводил поесть, называя это свиданием, чисто для галочки.       Не этого хотела Маринетт, когда просила отца об одолжении. Именно она попросила отца организовать эту свадьбу, да и вообще, чтобы эта свадьба была, посчитав это единственный путь помочь парню.       Маринетт постаралась успокоиться и всё же спросила: — Ты давно знаком с Хлоей? — Да, мы с ней с самого детства, — Адриан поднял взгляд. А Маринетт почувствовала, будто её сердце стало каменным стеклом, что падает и разбивается. — Сколько лет прошли вместе.       Ей больше не обязательно знать о таких подробностях. — Я тут подумал, может сходим кино посмотрим? Я тут посмотрел, есть несколько интересных фильмов, — он перечислил несколько, но они для Маринетт не очень, но её мнения никто не спрашивал. — И какой смотреть будем? — Я не особо в фильмах разбираюсь, — замямлила она, потирая лоб одной рукой. — Предоставлю выбор тебе. — Хорошо, — коротко бросил он.       Всё делали молча, добрались до общаги, парень включил фильм и Маринетт пришлось сесть и смотреть его. Агрест сидел отдельно, время от времени переписываясь с кем-то. Так получилось, что блондин отошёл в туалет, а телефон всё же оставил. Дюпэн немного расслабилась, а после решила достать свой телефон и узнать время, но он как назло сел. Тогда девушка решилась и взяла мобильник парня, случайно разблокированы его, где была переписка с Миром. Адриан: — Я задолбался сидеть, почему мне никто не сказал, что с деревом и то веселее на пару. Мир: — Ты её хоть расспроси, а не мне жалуйся. У тебя ведь свидание. Адриан: — Это и свиданием назвать глупо. Она молчит, а мне её даже слушать не хочется. Да и отец мне приказал с ней на свиданку сходить. Лучше бы вместо неё Хлоя была, мы целый день провели и не заметили бы сколько времени прошло. Мир: — Тебе ещё с ней жить, просто дай ей шанс. Может она тебя боится, будь дружелюбнее. Адриан: — Надеюсь она свалит после фильма. И не напоминай мне про жильё, я её уже терпеть не могу.       Если она продолжит это читать и дальше, то её нахлынет истерика. Маринет начала щипать кожу, дабы унять слёзы. Она успела прийти в себя, как только Адриан выйдет из ванной комнаты.       Фильм подошёл к концу, показались титры. Адриан бегал глазами, дабы начать говорить, но молчал. Зато Маринетт поняла, что парень старается деликатно спровадить её. Парень обращается как с животным, от этого рыдать хочется. — Я, наверное, пойду, вспомнила об одном деле, — протараторила она, осматриваясь и находя рюкзак с которым она пришла. Из свидание продлилось почти три часа. — Ладно, хорошо, — парень поднялся и выключил телевизор, наблюдая за девушкой, которая обувалась и уже хотела покинуть комнату, как случайно углом задела ногу, от чего она шикнула и не слабо.       Она совсем забыла про ногу. Так-то не больно, но стоит побеспокоить рану, как та болеть сильно начинает, а после девушка долго хромает.       Они живут в одной общаге, на разных этажах. Поэтому уже ближе к комнате не выдерживает и плачет, открывая комнату ключами. За это время, Агрест больше лицемерит, ему плевать ровным счётом, что его невесту стали избивать, он даже не догадывается, что запульнул в неё граблями, а ещё довёл до истерики сегодняшним «свиданием».

***

      На улице уже было темно, Маринетт хромала на одну ногу, держа одной рукой нос, надеясь, что кровь не идёт. Всё её одежда была в грязи, потому что её словно потаскали и не слабо об стенку приложили. Кто-то всё же узнал об их свидании и Маринетт пришлось поплатиться за это. Её подкараулили, затащили в тёмный угол, избили, унизили, порвали тетради с конспектами и ушли, не забыв нахаркать ей на одежду. Царапин и ссадин стало больше в несколько раз.       Было и правда темно, Маринетт не выдержала давления на ногу и буквально села на газон, упираясь в куст, прикрыв глаза, пока не услышала знакомые голоса. Посмотрев, она увидела Агреста, который улыбался, болтая с Хлоей и веселясь. Им так весело, словно они на свидании.       Адриану плевать, что Маринетт избили, что она не сможет подняться с холодной земли ещё час, ему было хорошо с Хлоей, пока его будущая супруга валялась в кустах как брошенная кукла, безвучно плача. — О привет, — Маринетт даже дышать перестала, когда услышала голоса тех, кто её только недавно избил. Они поздоровались с Агрестом и Буржуа. — Как вы? — Да не скучаем, — отмахнулась девушка. — Я смотрю вы тоже светитесь. Зачёты получили? — Да мы тут на одну персону наткнулись и мирно поговорили, — проговорила блондинка, которая порвала Маринетт рюкзак и две тетради. — А вы тут на свидании? Из вас отличная парочка. — А они дело говорят, — хмыкает Адриан. — Мы прям как истинные. — Мы друзья давно, так что не начинай, — отмахнулась Буржуа. — Тем более у него невеста есть. — Будто они по любви идут.       Маринетт столько в жизни не плакала как сейчас. Она держится, но и её терпению тоже может прийти конец.       Ребята ушли всей дружной оравой, а брюнетка так и продолжила сидеть по кустом, пытаясь успокоиться, а после встать, но из-за сильной боли в ноге это не так просто сделать. И когда ей удалось, то она направилась в сторону общаги, хромая, напоминая чем-то зомби.       Она прошла несколько метров, когда нога снова о себе напомнила, поэтому пришлось сесть на скамью, на улице уже холодно, а до общаги ещё прилично. Пока она дойдёт, то замёрзнет и может простыть. Только простуды не нужно, тогда ей придётся говорить с отцом, если он увидит избитую дочь, то ничем хорошим это не закончится.       Экран на телефоне был разбит, но сенсорная панель ещё удачно работает. На часах уже было за двенадцать, а это означало, что общага закрыта до утра. Вряд ли её просто так пропустят. Ничего не оставалось, как мёрзнуть на этой скамейке. — Эй… — послышался голос, когда Маринетт показалось, что уже задремала, но до жути замёрзла. — О, Господи…       Это был Мир, который даже отскочил, когда увидел избитую и дрожащую девушку. А тем более то, что это Маринетт. Она посмотрела на него, поёжилась и снова уткнулась в рукава кофты. — Ты спать тут собралась? — Мир был в шоке с такого поведения. Он дотронулся до её кожи, было такое чувство, что лёд в холодильнике потрогал. — Да ты же ледяная, пошли в общагу. — Она закрыта. — Её закрывают, но если предупредить, то тебе откроют, — он осмотрел её ещё раз и сделал шаг назад. — Вставай и пошли.       Она ничего не сказала, хотя хотела возразить то, что ходить она просто не может. Ноги затекли в одной позе, так ещё и рана сильно ныла. Она встала, взяла вещи, Мир уже повернулся и направился в сторону общаги, пока Маринетт пыталась сделать шаг. Если бы не ближний фонарь, то она бы просто упала. И сейчас она поняла, что дальше она не может идти.       Парень успел отойти, когда понял, что за ним никто не идёт, то развернулся и вернулся к девушке. — Почему ты не идёшь? — Я ног не чувствую, ходить не могу. — Почему тогда не сказала?       И снова промолчал, но на этот раз Мир не стал говорить лишнего, просто взял девушку и понёс в общагу.       Он принёс в свою комнату, хотя жил с Марком на пару, но второй видимо убежал к парням в карты играть. — Не спорь со мной, — рыкнул он, когда начал снимать с неё кофту. — Я не насильник.       И всё же кофту он снял, следом накрыл её одеялом, а потом ещё одним. С трудом, но девушке удалось согреться и уснуть ненадолго, а потом нога начала ныть. Мир не закрывал глаза, а спокойно спрашивал где и как болит. Тогда она сказала, что нога. Нехотя пришлось стащить ещё и джинсы.       Мир удивился ещё больше. Даже груша после битья и то симпатичнее будет. У неё на всём теле столько ран, что на пальцах не пересчитать. Рана, что болела у девушки была глубокой. Ей было больное, но она терпела, когда ей обрабатывали рану. — Почему ты не сказала о таких ранах? — всё не выдержал парень. — Для тебя это опасно. — Так конспекты, — брюнетка сидела и смотрела на разобранный рюкзак. — Придётся переписывать до утра. — Ты ещё и писать собралась? — удивлению Мира не было предела, она в руках и ручку держать не может, а собралась переписывать все десять тетрадей по сорок восемь листов. — Глупая, о себе подумай. Кто тебя так избил? Почему Агрест за тобой не приглядывает… А точно он же с Хлоей.       Маринетт и правда было жалко, но риск попасть с ней не очень хорошая перспектива. Поэтому прям в одеяле потащил её в её комнату, благо так получилось, что они жили на одном этаже.       В комнате девушки была темнота и тишина. Она чертовски устала и уснула сразу, Мир не стал забирать своё одеяло, а просто прикрыл её ещё одним, а, после тихо ушёл.        Парень пытался понять, что будет завтра, если кто-то узнает об этом. А Агрест хоть в курсе, что его будущую жену избивают как делать нечего. Он же сам потом плакаться прибежит, мол опять отец виноват.       Даже если это фиктивный брак, Маринетт девушка, а ещё и омега, ей ещё рожать. Будь Мир на месте Адриана, он бы давно разнёс колледж за это. Пусть это не настоящий брак, но это не значит, что Маринетт тут виновата, и надо делать из неё козла отпущения.       Мир и правда был зол на Агреста, так сильно, что очень хотелось врезать ему. Мир в ту ночь очень плохо спал, дело даже не в одеяле, а в мыслях, что были почти перед глазами.