Я уничтожу тебя

***

      Прошла неделя, Мир очнулся елё живой: голова болела, тело ломило, а ещё рука ныла. Ему пришлось притупить свои порывы прийти к своей истинной, и даже удалось сдержаться. Хорошо, что Агрест провёл эту течку с Маринетт. Если они и правда переспали, то парень сожалел бы об этом очень долго. Когда он выбрался из комнаты, сразу же схватил бутылку с водой, умудряясь выпить её всю до дна. И, кажется, этого мало для него. — Привет, — пробурчал Адриан садясь за стол и тоже хватая бутылку начиная пить. — Как же я заебался. — Ты то? — усмехнувшись проговорил Мир. — Зная тебя, это не должно быть проблемой. — Как ты свой гон пережил? Мне вот это интересно, — Адриан был такой же уставший. — Я не очень люблю тусоваться с омегой во время течки. Это сильно изматывает, хоть вешайся. — Я думал, что умру, — парень пожал плечами. — Кстати… Что с твоими глазами? Ты на кота похож. — Я… Не знаю, у меня словно в голове рычаг повернули, а после вот эта фигня. — Это повадки альфы, ты должен уметь это контролировать, — Мир поднялся со стула, обошёл стол, взял рюкзак и достал бумаги. — Мне стало кое-что интересно, сам знаешь, что я просто так не сдамся.       Адриан не веря посмотрел на папку, а потом на друга, и снова на папку. Всё же неуверенно взяв и открыв её, достал рапорт и фотографии. Расмотрев фото, это была жуткая авария, много крови, а после взглянул на рапорт с полным отчётом и медицинский заключения. — Судя по-твоему удивленному лицу, ты этого не помнишь, — Мир по-хитрому ухмыльнулся, оперев голову на свои руки. — Конечно там говорилось об амнезии, но я думал ты в курсе всех дел. — Это я? — на фотографиях и правда был он ещё в юном возрасте. Только тут он истекал кровью, сильные гематомы, несколько зашитых ран. Он словно на свой труп смотрел. — Я помню как очнулся в больнице, меня обследовали, сказали, что у меня шок. Да мне это даже трудно вспомнить. — Оу… Я тут ещё узнал кое-что, — Мир явно веселился, смотря на растерянного парня. — В детстве ты дружил с одной девочкой, это была не Хлоя. Ты о ней заботился как о младшей сестре. Но знаешь, что самое смешное? Когда случилась авария, она была рядом. Когда вытаскивала тебя, сильно повредила ногу…       Этого было достаточно, чтобы Агрест подорвался с места и побежал туда, откуда только недавно пришёл. Мир лишь усмехался смотря на него. — На какие жертвы приходится идти, чтобы убрать от себя истинную, — буркнул он, открывая бутылку и снова начиная пить.

***

      Блондин влетел как ураган в комнату, смотря на свою жену, что только проснулась, но ещё не вставала. — Не смей мне врать, — это были первые его слова. — Долго вы меня дурить собирались? Хлоя мне загадки загадывала, ты перед течкой несла охинею. Я нихера не понимал, но меня просвятили. А нельзя прямо сказать, блять, было?! — Что ты орёшь? — Миранетт села, зло смотря на него. — Ты даже не пытался вспомнить. Я думала, что смогу всё исправить. Но после той аварии ты изменился, с того дня, когда ты пришёл в себя, ты делал мне больно!       Маринетт терпела. Сколько она терпела? Больше десяти лет терпела, она молчала столько лет, была для одного идиота преданной, наивно веря, что после правды они смогут нормально жить. Да нихера не получится, потому что Адриану это не надо. Да и никогда не надо. Нить за которую хваталась Дюпэн начинает рваться, если Агрест сейчас хоть слово ещё произнесёт, то она просто порвётся. — Можно подумать, что я мог? — отмахнулся он. — Ты мог, — она поднялась с места. — Но ты не пытался. Господи, Агрест, я знаю тебя, как облупленного. Если бы надо было, то давно всё бы вспомнил.       Она с трудом обходит парня, стараясь как можно быстрее убраться отсюда, вытерая слёзы из глаз. Адриан стоял на месте, бегая взглядом из одной точки в другую, явно раздражаясь. В итоге психанув, он просто пнул кровать и сам вышел из комнаты.       Он и правда никогда не задумывался, что было до комы из которой он с трудом вышел. Рядом была Хлоя и этого было достаточно, но сейчас, кажется, всё идет крахом. Он ведь и предтставить, что именно Маринетт была его подругой детства до аварии. Адриан понял, что забыл её. Он в этом виноват? — Почему у меня такое чувство, что это ты её истинный? — проговорил Мир, усмехаясь, смотря прямо в глаза. — Страдаешь, хах… — Если тебе больше нечего сказать, то свали нахуй, — рыкнул он. — Тебе же она тоже нравится, но твой секрет не даст тебе быть с ней. Так ведь?       Лицо парня изменилось, вместо усмешки появилась паника и растерянность. Теперь и Миру не смешно. — Точнее Маринетт тебе нравится как друг, — теперь пришла очередь усмехаться Агреста. — А тот кто тебе нравится, обязательно откажет тебе. И, скажу больше, разорвёт с тобой все связи, потому, что ты та ещё тварь. А может я за тебя признаюсь? — Только посмей, — рыкнул он. — Агрест, ты та ещё скотина, весь в отца, такой же манипулятор. Я помочь пытался и это твоя благодарность, — злость сошла, но Миру было слишком паршиво, ему обидно до глубины души, чего уж врать, он даже этого не скрывает. Его глаза покраснели и по щеке скатилась первая слеза. — Ты знаешь всё, ещё собираешься шантажировать меня. Знаешь, что? Да пошёл ты нахер, больше помощи от меня не жди. Ублюдок, блять.       Больше не сказав ни слова, он развернулся и ушёл, на ходу хватая рюкзак и прибавляя скорости, чтобы оставить блондина наедине с самим собой.

***

— Что это? — Агрест был вне себя от злости, врываясь в кабинет отца. — Почему ты ничего не сказал?! — А я должен? — холодно ответил тот, без интереса смотря на сына. — Это твоё прошлое, вот ты и разбирайся. — Даже из этой информации я мало чего понял, — он кинул отчёт с аварии и сел напротив Габриэля. — Почему я сиганул под машину? — Нас с твоей матерью разделила работа, — начал он. — Любовь прошла, мы решили разойтись, не мучая себя дальше. Мы развелись, только тогда мы и сказали тебе, когда Эмили собиралась уехать. Ты был против, начал истерить, убежал. Ты очень быстро убежал, никто тебя не смог догнать. Выбежал на дорогу, а там ехал грузовик с горючим, водитель из-за тебя не справился с управлением и влетел в столб и погиб. Ему отрубило голову стеклом, машина загорелась, непонятно почему. Когда мои люди прибыли, ты лежал без сознания, потерял много крови и ты был в разных ранах. Помощь тебе оказали быстро. Потом ты впал в кому на два месяца, когда ты очнулся ты помнил только меня и всё. — Но почему ты раньше об этом не говорил? — А ты спрашивал? Я не хотел говорить потому, что боялся снова пережить то, что было однажды, — Габриэль достал виски, налил в бокал и сделал глоток. — Мы с твоей мамой тогда испугались за тебя, даже были готовы снова жить вместе ради тебя, но воспользовались шансом. Твоя амнезия дала нам шанс разойтись с концами.       Адриан помнит, что он был спокоен, когда ему сказали о разводе. В младших классах некоторые задиры хвастались тем, что у них полная семья. Тогда Агрест слетал с катушек и избивал. Один раз у него поехала крыша конкретно, один из школьных хулиганов со своей шайкой зажали его в классе и начали издеваться. Он схватил огнетушитель и пробил голову задире. С того момента его стали обходить стороной, боясь. Он стал одиночкой и изгоем, которого боятся. До тех пор пока к ним в класс не пришла Хлоя, она прилипла к Агресту. Девочка рассказала, что у её родителей фиктивный брак, пусть они и заботятся о ней, но дома всегда мёртвая обстоновка. Тогда Адриан дал слабость и так они подружились. — Мы и правда пользовались твоей амнезией, сначала нам было не по себе, боялись рассказать тебе, — продолжил Агрест-старший. — Мы всё же признались тебе, ты был спокоен, страх пропал. Но мы пропустили одну деталь. Ты же знаешь, что Маринетт твоя подруга детства? — Да. — Мы забыли про неё, пусть мы и поддерживали отношения с её отцом, — мужчина налил ещё себе бокал виски. — Мы были слишком заняты, слишком переживали за тебя. Хотя это мы должны быть благодарны ей, если бы не она, ты бы давно оказался на том свете. Она тебя спасла в день той аварии, когда ты был в коме, она ухаживала за тобой. Но когда ты пришёл в себя, с тех пор я не видел её, до недавней сделки с её отцом.       Адриан смог сесть, ему помогли. Благо его позвоночник не был задет. Весь перебинтованный и потерянный. Ничего не помнит и мало чего понимает. Отец разговаривал с врачом, внимательно смотря на непонятные бумаги в руках врача. Они говорили какими-то терминами, мальчишка их не понимал, даже не пытался. Разум был пуст.       Хлопнула дверь, в кабинет вовравалась девочка, с улыбкой и слезами на глазах смотря на Адриана. — Ты очнулся. Это хорошо, — она и правда был счастлива, это видно по её глазам. — А ты кто? — без всяких эмоций сказал он.       Врач и Габриэль посмотрели на мальчишку, который был спокоен, как удав. — Ты не помнишь меня? — она не верила в его слова. — Прям совсем? — Я не помню тебя, — снова ответил он. — Я не знаю, кто ты.       Девочка сделала шаг назад, а после развернулась и выбежала из кабинета. Адриан тогда лишь пожал плечами, продолжая смотреть на врача и отца, которые не на шутку перепугались за мальчишку.       Блондин помнит этот момент очень хорошо, он тогда не заострял внимание на это. Та девочка убежала и больше не появлялась, поэтому он забыл её. — Я и Эмили решили, что пришло время тебе узнать всё, — Габриэль поднялся с места. — У нас с Томом были общие цели, мы решили объдиниться в работе, а для закрепления мы решили поженить вас. Всё было нормально, хотя это сложно сказать по твоим гулянкам. Но мы могли это контролировать, всё было нормально до тех пор, пока не объявился истинный Маринетт. Если она захочет развода, мы понесём утери. Тебе этого не понять, не ты создавал дело всей жизни с нуля. Я ради этого развёлся с женой, которую любил, забил на тебя, давая лишь деньги. Мы ходим по краю, и скоро можем упасть. Подумай об этом, Адриан.       Адриан смотрел в одну точку пытаясь переварить то, что ему выдал отец. Ему не прыгнуть выше головы, чтобы вспомнить, не от него это зависит, его мозг время от времени начал подкидывать воспоминания, но он этого не понимал. Он никогда не думал чем обернётся этот фиктивный брак.

***

      Маринетт сидела на лестнице уперевшись лбом в свои коленки, и тихо плакала. Агрест довёл её, ей больно, она чувствует, что огонь внутри неё начал угасать, словно жизнь утекает из неё. — Эй, истинная, чего нос повесила, — Мир присел рядом, улыбаясь, но его сдают его глаза — они красные, значит он тоже плакал. — Ну и Агрест, довел же нас до ручки. — Я уже ничего не знаю, кроме того, что я просто дура, — Маринетт посмотрела на парня, утирая слёзы. — Это наверно звучит смешно. Сколько бы он не причинял мне боли, я всё равно тянусь к нему, верю, что он одумается. Я очень напоминаю тех женщин, которые терпят побои мужа, продолжая жить, даже если они изменяют. — Наверно многие говорят, что тебе лучше уйти от него. — Серьёзно что ли? — она печально усмехнулась. — У меня даже друзей нет, кто мне скажет подобное. — Маринетт, прости меня, — Мир как-то печально усмехнулся. — Что доводил тебя. Просто, я знаю его характер, он далеко не идеал, хотел сделать тебя сильнее. Была у него одна девчонка, которая сдалась, она вскрыла себе вены, Агресту на это было плевать, а её в психушке закрыли. Не хочу, чтобы с тобой приключилось тоже самое. Ты моя истинная, я хочу уберечь тебя от такого, — чуть придвинувшись вперёд, обнял одной рукой. — Всё же без тебя мне будет очень плохо. — Ты как старший брат говоришь. — Раз мы истинные, если узнается, что мы ещё брат с сестрой, я уже не буду так удивлён. — Я тоже наверно, — она за долгое время улыбнулась, видимо эта связь истинных придаёт ей сил. Ей нравится Мир, а ещё хочется просидеть вот так. — У тебя красивая улыбка, — он и сам улыбнулся, поправляя исиння-чёрную чёлку с глаз, смотря прямо на девушку, невольно улыбаясь. — Просто улыбайся чаще.       Время словно остановилось, они смотрели друг на друга, застыв, кажется, даже дышать перестали. Просто смотрели друг на друга, забываясь обо всём. Мир смелеет, сокращая растоянии между их лицами, решаясь и целуя девушку. Она ответила ему, прикрыв глаза. Она забыла про Агреста, который причинил ей столько боли. Маринетт не представляла кого-то, она видела лишь Мира. Он классно целовался.       Адриан шел, убирая мобильник в карман джинс, но застыл, когда увидел как эти двое целовались, поджав губы, достал снова телефон и сфоткал их. — Ты доигрался, — шепнул он, уходя прочь, оставляя их на едине.