И взрывается все внутри

      Тони выбрался из Марка и оглядел мастерскую, какой она была десять лет назад. Вновь оказаться здесь было словно попасть на снимок из старого фотоальбома. Он помнил все до мельчайших деталей: в это время здесь кипела работа над Железным легионом. Всюду был беспорядок: на столах, не занятых чертежами или инструментами, копились чашки с присохшим на дно кофейным жмыхом, возле переполненных мусорных ведер валялись смятые листы бумаги и обертки от чизбургеров — вредная еда на вынос составляла весь его рацион питания на тот период времени. Тогда Тони почти не отходил от рабочего места. После битвы за Нью-Йорк у него обострились панические атаки, во что он с трудом верил, но трудно было отрицать очевидное — началом всему послужило вторжение Читаури. Он, честно говоря, до сих пор испытывал неконтролируемые приступы дрожи, когда вспоминал об этом. Хотя, вполне вероятно, что проблема была даже не в самой битве, а в том, через что прошли его нервные клетки за последние десять лет, начиная именно с нее.       За несколько месяцев он спроектировал около пяти новых костюмов, лишая себя нормального сна. На самом деле, неудивительно, что в это время с Пеппер у них все обострилось. Тони не врал, говоря Питеру, что он страдал запущенной стадией трудоголизма. Это было время небольшого затишья после создания «Контроля последствий», который должен был расчищать Нью-Йорк от обломков, и перед появлением Мандарина.       Боже, неужели этому Тони все еще предстояло пережить весь тот кошмар: Хэппи, Малибу, особняк, экстремис… Жутко было думать.       После отстройки поврежденных этажей башни Мстителей они с Пеппер набирали новые кадры в офис «Старк Индастриз», и именно в это время Тони впервые встретился с Беком, приняв его в свою компанию в качестве перспективного инженера.       Он не завидовал самому себе, сидящему сейчас в полном замешательстве за рабочим столом. Если бы этот Тони, еще со шрапнелью в груди, знал, что ему предстоит пережить в будущем, наверное, он бы предпочел уйти в отставку прямо сейчас. Увезти подальше Пеппер и просто жить где-нибудь на краю света, не думая ни о чем. Без угроз президенту, похищений и терактов. Но, конечно, Тони Старк бы никогда так не поступил. Этот еще не знал, но Тони хорошо помнил, как стоял напротив моря на месте, где от его особняка ничего не осталось, кроме валяющейся на земле отвертки, вглядываясь в горизонт, словно тот мог дать ему какие-то ответы, и думал о том, что он навсегда останется Железным человеком — чего бы ему это ни стоило. Он думал, что всегда защитит близких ему людей. Начнет все с чистого листа. Как по протоколу…       Тони с грустной улыбкой остановил взгляд на небольшом диванчике в темном углу мастерской, где Пеппер любила работать, поджав под себя ступни в тонких капроновых колготках и установив на подлокотник ноутбук, пока Тони занимался своими делами. Она столько раз спасала его, вытягивала с самого дна, а в итоге… И никакие подрывы костюмов, никакие обещания — ничего не поможет спасти ее. В его времени эта глава была дописана, и она кончилась прискорбно. Какая жестокая ирония, что Бек выбрал именно это время, чтобы переместиться и все разрушить. Ведь в этот период у Тони было все.       Тони неосознанно нахмурил брови, погружаясь в свои мысли, отстранено рассматривая, что творилось на столах. К собственному удивлению он поймал себя на том, что принюхивается, ища запах чего-то родного, ушедшего, растворившегося в воспоминаниях. Он нуждался в этом заземлении. Он привык, что работа его успокаивает, приводит мысли в порядок. А здесь, в мастерской, была сосредоточена вся его жизнь, все его проекты и труды. Ему не хватало этих запахов: железо, сварка, машинное масло… Пеппер.       Он мог поклясться, что на одно мгновение испытал те же чувства, что испытывал во время панических атак, почувствовав ее запах здесь.       — А как вы попали сюда? М-мистер Старк? Вы в порядке?       Тони вздохнул: Питер опять ему «мистерстаркал», что никак не помогало им с их маленькой проблемой в тридцать лет. Он посмотрел на него, но остановил себя, прежде чем что-то сказать. Взгляд омеги метался от него к столу, за которым сидел другой Тони. Последний следил за ними подозрительно пристально, и неудивительно, если учесть, какая нежная встреча только что развернулась на его глазах.       «Ты не хочешь знать об этом, приятель, поверь мне, вовсе нет, — подумал про себя Тони, кинув взгляд на свою молодую версию, глубокомысленно хмурившую брови. — Ты и без того ночами не спишь. А будешь знать, что это паукообразное с утра делало у меня на коленях — того и гляди не уснешь больше никогда. Помоги нам Христос».       — Да, я в норме, карапуз. А попал я сюда так же, как и ты, — Тони подошел к одному из столов и хмыкнул, заприметив чертеж ботинок Марка сорок. — Мистер Стью не соврал: там, в этом бункере черт ногу сломит, столько дверей. Я потратил достаточно времени, пытаясь отыскать генератор, и был уже почти у него, когда произошел скачок. Не успел. Наводил ракету на металлическую стену, где Бек его прятал, а затем Пятница сквозь помехи сообщила, что один из моих Марков — можешь в это поверить? — улетел! Я отвлекся всего на секунду. А пришел в себя на берегу Ист-Ривер с вопящими отовсюду чайками, — Тони поморщился при воспоминании об их истошных воплях.       Питер покраснел и отвел взгляд, а затем вздохнул и вновь поднял его на Тони.       — Так вы не нашли Бека? — он подошел чуть ближе, но сохраняя между ними достаточную дистанцию, все еще с опаской посматривая в сторону Тони-из-тринадцатого (Тони-не-из-тринадцатого решил, что такое прозвище будет весьма уместно).       Его глаза сверкали в чересчур ярком свете мастерской, и Тони на минуту засмотрелся в них. Столько жгучей энергии, возбуждения, страха, облегчения и непонимания плескалось в их глубине, что Тони стало даже интересно, способны ли его собственные глаза блестеть так же в его возрасте? Или это прерогатива оставалась лишь за молодыми? Или, может, он растерял эту способность с годами?       — Нет. Я ведь даже добраться до него не успел, — Тони поднял со стола кусок металла, покрутил в пальцах и небрежно откинул обратно на стол с противным лязгающим звоном под негодующий взгляд другого Тони.       — И в какое время он переместится, вы, значит, тоже не знали?       — Узнал из свежего выпуска какого-то журнала, валявшегося на скамейке на набережной. Если тебя интересует, понимаю ли я, почему он захотел попасть именно в этот момент, то нет. Хотя догадываюсь, — Тони вздохнул и повернулся к Питеру. — Бека рядом не оказалось, да и было бы слишком удачно, если бы произошло иначе. А удача, в последнее время, как-то не на нашей стороне. Теперь ищи-свищи его по всему городу, — Тони снова отвернулся, нашел на столе карандаш и по хозяйски сделал пару пометок в чертеже, оказавшемся под рукой. Все равно он потом найдет эту ошибку. — В его убежище было пусто — хоть с этим мне повезло. Все агенты Щ.И.Т.а были эвакуированы по приказу Фьюри, и, видимо, Бек своих людей тоже отослал. Были только металлические двери, за ними склады оружия и дронов. Он использовал их для создания своих иллюзий. И что-то мне подсказывает, что у него есть с собой в запасе пара интересных штук, из-за которых здесь, в это время, нам будет непросто его отыскать. Была та комната — эпицентр фотонного взрыва. Сенсоры там не работали, но я прочесал весь бункер, и это было последним местом, где он мог бы быть. И если меня выкинуло куда-то на берег, его могло отшвырнуть на другой конец Нью-Йорка. Где очнулся ты? — Тони вновь повернулся к Питеру, пробежавшись взглядом по его одежде. — И где, позволь узнать, большой металлический парень, которого ты подцепил у меня в мастерской? Вы расстались? — Тони комично вскинул брови. На самом деле, смешно ему вовсе не было. Внутри зарождался неприятный холод дурного предчувствия.       В глазах Питера на мгновение вспыхнуло возмущение, граничащее с сильным смущением, но затем быстро сменилось грустью и сожалением. Он так тяжело вздохнул, что его плечи высоко поднялись при вдохе и очень низко опустились при выдохе. Голова поникла, пальцы рук нервно сцепились в замок. Тони это не слишком понравилось.       — Я… потерял управление, когда попал в зону действия генератора, потому что отключился автопилот. Я думал, что разобьюсь о трассу, но за секунду до столкновения с землей произошел толчок — генератор перебросил меня сюда, и я очнулся… где-то в центре. Думаю, это произошло из-за прокатившейся над районом волны. Иначе бы все, кто были рядом со мной в тот момент, тоже бы попали под действие генератора. Но я был тогда в воздухе, так что меня зацепило ей. Я пришел в себя посреди перекрытой дороги, — Питер кинул быстрый взгляд на молчаливо сидящего за столом молодого Тони. — Там вроде как про-проводились гонки. И я оставил вашего Марка в переулке. Но я сделал его невидимым! — тут же воскликнул Питер, увидев, как шокировано округлились у Старка глаза. — Взял гарнитуру с собой, думал, в башне смогу подключить ее к Д.Ж.А.Р.В.И.С.у! И, в общем, встретил вас. Другого вас, то есть. И вот, — Питер развел руками, однако быстро вновь сцепил их перед собой, как бы сохраняя оборонительную позицию. Будто бы Тони должен был налететь на него с разгневанными воплями.       — Какое совпадение. Если я правильно помню, в тринадцатом году в Нью-Йорке официально проводились гонки. Всего одну ночь, на которую я так хотел попасть, чтобы отвести душу после… всего, — он кинул быстрый взгляд на вмиг напрягшегося Тони из этого времени. — Так ты, что же, упал прямо ко мне в руки? — хмыкнул он, вернув взгляд к Питеру, заставив того покраснеть еще немного.        Омега предупреждающе посмотрел на него. Тони не был настолько глуп (он вообще не был глуп), чтобы флиртовать с Питером на глазах у Тони-из-тринадцатого, но, веди он себя, как недовольный папочка (чего Питер, по-видимому, с напряжением ожидал), все выглядело бы куда хуже. Верно?       — И, если я все же правильно помню, я пришел первым в той гонке, — Тони с гордым ожиданием посмотрел на самого себя, и Тони-младший сдвинул брови чуть сильнее, но кивнул. — Поздравляю себя! — всплеснул он руками.       — Мне нужно выпить, — глубокомысленно заключила его помолодевшая на добрый десяток лет копия, напряженно сжав и разжав кулаки.       Он встал из-за стола, придерживаясь за его край, словно пол уплывал из-под его ног. Честно говоря, Тони бы не удивился, если бы тот прямо сейчас упал в обморок. Вовсе не потому, что они попали в столь нетипичную ситуацию, а просто потому, что спать ему определенно нужно было больше. Да и питаться лучше. Выглядел он болезненно: осунувшийся, похудевший, с темными кругами под глазами. Сейчас, если бы не волосы без намека на седину, Тони бы принял его почти за своего ровесника.       — Поверь мне, твоя печень тебе спасибо не скажет, — хмыкнул Тони и окинул фигуру перед ним сочувственным взглядом. — Адаптивная алкогольная гепатомегалия. Знаешь об этой малышке? — он поднял брови в насмешливой манере, но взгляд его был достаточно серьезен, чтобы дать понять, что он вовсе не шутит.       — У вас увеличен размер печеночных клеток? — удивленно встрял Питер, округлив глаза.       Тони перевел на него откуда-ты-вообще-знаешь-что-это взгляд, состроив гримасу.       — Что? Я отличник, — пожал плечами Питер, скрестив на груди руки, вновь превращаясь во взъерошенного воробья.       От его вида у Тони немного потеплело в груди.       — Нет, у меня нет гепатомегалии, это был блеф. Но с алкоголем, действительно, лучше завязывать, — пробормотал Тони.       — Плевать я хотел, вот что, — пожал плечами другой Тони, наводя палец на своего старшего двойника, затем на Питера. — Здесь ребенок, завербованный в Мстители, и человек, положивший конец моим надеждам на то, что я всю жизнь буду молодым и привлекательным.       — Эй! Полегче. Я хорошо сохранился, — тут же ответил Тони, повторяя жест с наведенным пальцем, словно они действительно были отражениями друг друга.       — Херовая ночь какая-то, — пробормотал Тони-из-тринадцатого. — Я должен выпить, — он рассредоточено махнул на них двоих рукой. — Конечно, есть еще надежда на то, что я просто нажрался накануне, поэтому вижу… все это, но, думаю, это слишком просто для моей гребанной жизни, — под конец речи голос Тони просел, будто ему не хватило воздуха закончить фразу, и он на мгновение прикрыл воспаленные от недосыпа веки, делая глубокий вдох.       Тони вздохнул, наблюдая за этим. Он знал. Он помнил.       — Только дыши, слышишь? Все нормально. Наверное, тебе действительно стоит выпить, приятель, — сказал он тихо, заставив своего двойника все же протолкнуть в легкие воздух. — Ты не один думаешь, что сошел с ума. Знаешь, я вот что скажу: твоя жизнь, может, и задница, но в ней есть хорошие люди. Такое счастье дорого дается. Поверь мне. Советую ценить, пока…       Тони сделал глубокий вдох и покачал головой.       — Значит, — тихо подал голос Питер, пошатнувшись в сторону Тони, словно почувствовав, что у того на сердце. — именно в это время у вас начались панические атаки, мистер Старк? — уточнил он осторожно, боясь побеспокоить не зажившую рану.       — После заварушки… с Читаури, — кивнул Тони, все еще глядя на свою копию — бледную, но вроде как в себе. — Больше надо спать и меньше потреблять никотина и кофеина. Брюс, кажется, советовал именно это. Ах, стой, он же еще не уснул во время твоего рассказа да? Ну, можешь, не тратить на это время, если что, — Тони бросил «себе» подбадривающий взгляд.       Тони-из-тринадцатого покачал головой, затем помассировал виски, словно пытаясь впихнуть в голову весь поток информации, свалившейся на него этой ночью.       — Глядя на тебя, мне кажется, что это действительно хорошая идея, — фыркнул он наконец в ответ.       «Кажется, он действительно неплохо держится», — подумал Тони.       Цвет лица другого Тони начал медленно приходить в норму. Да и шутки были хорошим знаком.       — Я думал, что в старости буду посимпатичнее, — заключил он.       — Милый, повежливее, — снисходительно фыркнул Тони. — Этот старикашка тебе вообще-то жизнь пришел спасать. Так что сворачивай лавочку бесплатных понтов и перестань позорить меня перед Питером. Ты вроде собирался выпить? Мне бы хотелось поговорить со своим протеже наедине. Знаешь, о спасении мира? Такие дела.       Питер в ожидании перевел на него взгляд, прижав скрещенные руки к груди чуть плотнее, поежившись.       — Надо слушаться старых, а? — хмыкнул Тони-младший, продвигаясь к выходу, и у двери обернулся к Тони через плечо, подмигнув.       — В этом фразеологизме говорится «старших», — пробормотал Тони.       — Тони не старый, — в унисон с ним пробурчал Питер.       Тони-из-тринадцатого недоуменно поглядел на него и обвел взглядом с ног до головы. Другой Тони же взглянул на него с игривыми искорками в глубине темных глаз. Из его груди вырвался короткий, но громкий смешок.       «Этот мальчишка…», — подумал он с нежностью.       — Прости, Пит, он не в курсе, что у тебя на это пунктик, — сказал он, посмеиваясь.       — Избавьте меня от этого, что бы это все ни значило! — рыкнул Тони-из-тринадцатого, выходя за дверь. — У меня чертовски болит голова. Сейчас я налью себе выпить, а вы двое, — он небрежно взмахнул в их сторону кистью, так и не обернувшись, — постарайтесь быть здесь, когда я вернусь, потому что я хочу быть уверенным, что вы мне не привиделись. Д.Ж.А.Р.В.И.С., глаз с них не спускай.       — Да, сэр, — отозвался ровный механический голос, и Тони-из-тринадцатого растаял где-то в глубине коридора. Затем послышался звук приехавшего на этаж лифта и тишина.       — Джар, выключи все камеры в мастерской, — стоило двери отъехать назад, отдал распоряжение Тони. — В самом деле, на что он рассчитывал?       — Позволю отметить, сэр, что ваше настроение сегодня весьма… переменчиво, — отозвался мужской голос.       — Папочка хочет немного личного пространства, — протянул Тони, как маленький ребенок, заламывая брови домиком. — Если я буду отдавать тебе какие-нибудь приказы в ближайший час — игнорируй их. Слышал же — у меня болит голова. Мне нужен отдых. Я измотан.       — Я вас понял. На ближайший час я не выполняю ваших распоряжений, какими бы они ни были, за исключением чрезвычайных ситуаций, прописанных в моей системе, сэр, — ответил ИИ.       — Умница, — хмыкнул Тони и развернулся к Питеру.       Тот смотрел на него в ожидании чего-то. Внимательно скользя взглядом по его лицу. Когда их взгляды встретились, Питер сник, робко поглядывая из-под челки, словно нашкодивший щенок, знающий, что сейчас получит взбучку за испорченный диван.       Тони вздохнул. Питер и сам знал, насколько безрассудно поступил, полетев за ним. Спорить не хотелось, ведь он бы тоже полетел, если бы мальчику нужна была бы помощь. Если бы в его безопасности Тони бы усомнился хотя бы на мгновение.       Он привалился торсом к столу и скрестил на груди руки, внимательно глядя Питеру в глаза. В мастерской было совсем тихо, но тишина переставала быть комфортной, так что Питер прочистил горло, прежде чем начать говорить.       — Я… — он переступил с ноги на ногу, явно чувствуя за собой вину. — Я знаю, я обещал не делать глупостей, — Питер запустил пальцы в свои волосы. — Я говорил тебе тогда. Говорил, что стал мудрее и могу оценивать свои поступки, взвешивать риски, и у тебя больше не будет неприятностей из-за меня. Я не хотел их создавать, честно. Но даже если ты злишься на меня за то, что я не послушался, я бы не смог сидеть спокойно, ожидая, когда ты вернешься. И я не буду извиняться! Потому что я полностью отдавал отчет себе в принятом решении. Это не было детской выходкой ради того, чтобы привлечь твое внимание или что-то типа того, и я думаю, что сделал все правильно. Вдвоем ведь будет легче не допустить непоправимое. Верно? Тони? — закончил Питер тихо. В его глазах плескалась робкая надежда на то, что Тони не станет ругать его.       И Тони подумал о том, что стоило бы, вообще-то. Он должен был сказать, что Питер снова сделал все сгоряча, не подумав о Мэй, не подумав о собственной жизни, о своем здоровье.       Тони бы сказал ему это еще пару дней назад… Но не сейчас. Слишком многое изменилось между ними. И дело было не только в том, что они чувствовали. Как раз наоборот. Питер не был просто омегой, в котором Тони безвозвратно тонул с каждым часом, нет. Он был самостоятельным и не маленьким («Боже-боже, просто смирись уже с этим, ты ему дрочил, Тони!»). И как бы самому Старку ни хотелось держать его подальше от всего того, через что он не раз проходил сам, он не имел права злиться на его выбор. Ведь Питер был здесь не только из-за него. Он был здесь, потому что хотел помочь. Всем. Спасти людей. Спасти свой дом, Мэй и своих друзей…       Он Мститель.       Тони начал свыкаться с этими мыслями. Хотя, видит бог, ему было не так уж и легко избавиться от настойчивого, зудящего под кожей желания взять его в охапку, завернуть в огромное пуховое одеяло и оставить в его спальне в квартирке Мэй, вдалеке от всего дерьма этого мира, пока Тони не разберется с этим один.       На самом деле, он гордился им. Питер вырос, он стал принимать серьезные решения. Жаль, что серьезность в их случае была эквивалентна опасности.       — Ты скажешь что-нибудь? — Питер бросил быстрый взгляд из-под челки. Его плечи поникли, он ждал тяжелого разговора, но Тони молчал, и с каждой секундой он накручивал себя все больше и больше. — Ты злишься на меня?       — Нет, я не злюсь, Пит, — Тони в очередной раз вздохнул, переводя взгляд на голограмму с отсчетом процентного выполнения подключения Д.Ж.А.Р.В.И.С.а к его семьдесят восьмому Марку.       Он не смог отказать себе в мимолетной фантазии о том, как сексуально Питер наверняка смотрелся в темной броне с ярко-синими прожилками. То есть, конечно, Питер смотрелся в ней никак — это же броня, но само осознание, что под ней был этот неугомонный пацан, заставляло его испытывать странное собственническое удовлетворение. Марки были не просто его игрушками — они были неотъемлемой частью его жизни. И то, что Питер захотел с этой частью познакомиться (наглым образом), было трогательно и, что ж, притягательно?       «Сколько еще фетишей ты насчитаешь, Тони?»       Тони отмахнулся от этой мыслишки, как от назойливого комара. У всех есть свои странности, так ведь?       — Нет? — запнувшись, переспросил Питер, удивленно глядя на него. — Но… Но я ослушался тебя, нарушил обещание, украл броню и… — Питер нервно забегал взглядом по мастерской, не зная, за что зацепиться. — И я оставил Мэй и Морган одних. Совсем одних, боже.       — Ну, раз уж Бек сейчас тут, а не там, мы можем не беспокоиться за их безопасность, верно? — Тони пожал плечами, оттолкнулся от стола и подошел к главному компьютеру. Он с легкой улыбкой ностальгии пробежался пальцами по тому хламу, что копился на его рабочем месте.       Питер выглядел не убежденным его спокойствием. Он напрягся, словно был готов в любой момент начать спорить.       — Ты правда не злишься на меня? — уточнил он. — Не хочешь сказать мне, что я поступил глупо? Как ребенок? Что подвел тебя. Снова…       — Нет, — Тони резко навел на него палец, — нет, и ты не должен говорить так. Никогда, понял? Ты никого не подвел, тем более меня. И если уж говорить честно, то из нас двоих необдуманно поступил я, а не ты. Я упрямо игнорировал возможности и интеллект Бека. Я недооценил его. Его газ способен копаться у тебя в мозгах похлеще Брюса с его психо-аналитическими способностями. С помощью моих перепрограммированных дронов он создал огромного элементаля воды, который должен был заставить агентов Фьюри покинуть его базу, чтобы он мог переместиться сюда один. Он хорошо продумал свои действия и подготовился. У него был план. А у меня… — Тони развел руками, — у меня не было ничего, кроме желания побыстрее со всем этим закончить. Уверен, он здесь не с пустыми руками. А я вот был бы один, если бы не ты. Понимаешь? Так что мне стоит поблагодарить тебя, — Тони опустил взгляд на стол, подвигав на нем металлические запчасти. Признавать свои промахи никогда не было его любимым занятием. — А теперь я понятия не имею, с чего нам стоит начать. И чего ждать от него. Мы в заднице, тут не поспоришь.       Питер выслушал его молча. Его челюсти немного расслабились, в глазах появился огонек радости при слове «нам». Он быстро преодолел разделявшее их расстояние, почти не хромая. Его регенерация либо усилилась после возвращение в мир живых, либо Питер был слишком счастлив, что Тони искренне не сердился на него, чтобы обратить на боль внимание.       Он остановился возле Тони. Его ладонь потянулась вперед, пока не коснулась мозолистых пальцев. Тони улыбнулся ему в ответ, тут же переплетая их, как тогда, когда они были на кухне. Его правда начало отпускать.       Он прикрыл глаза, делая глубокий вдох рядом с ним.       — Наши планы все равно никогда не срабатывали, — сказал Питер, вселяя в Тони еще немного спокойствия. — Знаешь, думаю, в этом даже есть преимущество.       Брови Тони поползли на лоб, однако улыбка и не думала куда-то исчезать с его лица.       — Не думаю, что это может быть преимуществом, знаешь ли.       — Может, — упрямо поднял Питер подбородок, стоя напротив Тони в полушаге. — Мы будем действовать по ситуации, а значит, Бек не сможет просчитать наши ходы.       — Сколько оптимизма, — хмыкнул Тони. — Это все еще называется «у нас нет плана», Пит. Но, во всяком случае, нас двое, а он здесь один, — удивительно, как быстро настроение Питера перешло к нему.       — И у нас есть Д.Ж.А.Р.В.И.С., Марки и, ну, ты… Второй ты. Во вселенной, в которой есть два Железных человека, зло не может победить, — лучезарно улыбнулся ему Питер.       — Я герой на пенсии, Пит, — покачал Тони головой. — Я хочу просто жить спокойно. Без того, чтобы каждый раз, просыпаясь утром в своей постели, думать о том, что Морган или тебе, или Хэппи может грозить опасность в любой момент. Понимаешь? Времена, когда я горел этим, прошли.       Питер опустил взгляд. Но он не выглядел разочарованным. Это заставило Тони стиснуть его ладонь чуть сильнее, как бы благодаря за то, что он принял его позицию без вопросов. Хотя Тони знал, как Питеру дорога была именно эта сторона его жизни.       — Я вообще никогда не хотел быть героем, — сказал Питер тихо. — Ну, то есть, спасать планеты или вроде того. Мне было бы достаточно просто быть хорошим соседом, да? И знать, что у людей все хорошо. Так что мы оба просто должны сделать это. И я надеюсь, что когда мы вернемся, все будет так, как нам того хочется. Спокойно. Хорошо.       — Ты ведь сказал, что хочешь быть Мстителем, — прищурился Тони. — А это значит, с большой долей вероятности, спасать мир не только от преступности, но и от того дерьма, которое сыплется к нам, как из рога изобилия, из других галактик. Или чего там еще, — Тони состроил забавную гримасу, всем своим видом демонстрируя свое отношения ко всему этому межгалактическому «дерьму».       — Что ж, да, — Питер пожал плечами, все еще не выпуская руку Тони из своей. Он невесомо провел по его запястью большим пальцем, чувствуя выпирающую косточку. — Я буду рад, если мы вернемся в спокойное время и проживем в нем без крупных неприятностей. Но если появится такая необходимость, и мне придется встать на защиту планеты, я сделаю это, я так решил. Просто это не значит, что я, как раньше, буду выпрыгивать из штанов от счастья, что меня взяли на тяжелую миссию.       Тони хмыкнул, сплел их пальцы сильнее и потянул на себя, пока омега не оказался прижат к его груди. Одной рукой Тони придержал Питера за талию, другой зарылся ему в волосы, притягивая его голову ближе и зарываясь в мягкие пряди носом. Питер оплел руками спину Тони и крепко прижался к его груди. Тони мог почувствовать, как растянулся в умиротворенной улыбке его рот.       — Знаешь, мне стало не по себе, когда я понял, что ты из этого времени меня совсем не знаешь, — заговорил Питер спустя некоторое время. — И не доверяешь мне, потому что здесь я для тебя… чужой. Тебе было неприятно, что я прикоснулся к тебе, — прошептал Питер Тони в грудь. — Это вышло случайно: я чуть не вывалился из твоей машины, когда ты открыл дверцу, пришлось ухватиться за руку.       Тони упер подбородок Питеру в макушку, задумчиво глядя в серую стену напротив.       — Когда я говорил тебе, что ты бы ужаснулся, если бы узнал меня в мою молодость, я не преувеличивал. Не только потому что у меня был тяжелой стадии пубертат лет так до тридцати пяти, — Тони хмыкнул. — У меня в голове всегда было слишком много тараканов, Пит. С возрастом многое ушло, но что-то и осталось. В это время я был разбит. Ходил сам не свой, так что не принимай на свой счет, ладно? — прошептал он.       Питер завозился в его руках, чуть отстранился, чтобы можно было заглянуть Тони в глаза.       — Я не думаю, что ты… У всего есть причины. А уж причин у тебя не доверять чужим людям предостаточно с учетом того, через что ты прошел после гибели родителей. Прости, звучит жутко, наверное, но я читал всю твою биографию…       — Меня восхищает и немного настораживает то, что ты упрямо не хочешь видеть во мне недостатки, — нежно улыбнулся Старк, погладив большим пальцем подбородок Питера.       — Я их вижу, они просто неважны для меня. Ты такой какой ты есть, и ты точно не плохой человек, а все остальное неважно, — Питер прикрыл глаза, отдаваясь легкой ласке.       — Нет, это совершенно невыносимо, — простонал Тони, запрокидывая голову. — Как я смею пятнать своим мерзким характером такое чудо? Тебе стоит подумать об этом лучше, Пит. Потому что я с этой минуты перестаю отвечать за последствия. Все. Теперь ты за все ответственен! Я снимаю с себя все обязанности старшего из нас!       — Обязанности бурчать, что все между нами так неправильно? И что мне лучше было бы бросить тебя, пока не поздно? — Питер сделал страшные глаза, передразнивая Тони, сдерживая явно рвущийся смех.       Тони сделал несколько шагов на Питера и прижал его ягодицами к краю стола, нависнув сверху.       — Ты маленький засранец, — шепнул он ему прямо в ухо, опалив то горячим дыханием. — Смеешься над последними крупицами совести, что во мне остались.       — Ты только что с ними распрощался, — закинув руки Тони на плечи, заметил Питер. — Так что мне не стыдно.       — Разумеется, ты же бессовестный мальчишка, — проурчал Тони, крепко сжав Питеру бока, и вдруг порывисто поцеловал его в шею.       — Ах! Тони? — шокировано выдохнул Питер, тут же впившись пальцами в его плечи, сжав руками ткань его одежды.       Тони провел носом вдоль всей шеи, оставив яркий засос на том месте, где ставилась метка. Питер выгнулся в его руках, стоило ему поцарапать нежную кожу бородкой.       Тони задрал Питеру футболку, бесцеремонно ощупывая его плоский крепкий живот, выпирающие ребра и гладкую грудь, с силой прижимаясь бедрами к его бедрам. Порывисто, жарко, высекая между ними искру за одно мгновение. Одна его рука осталась на теплом животе, поглаживая, другая сжала бусинку соска, и Питер беспомощно, почти жалобно вскрикнул, широко распахнув глаза, откинув голову и уставившись в потолок мастерской.       — Все хорошо? — прошептал Тони, когда тело под его руками напряглось. Он помнил, что нужно действовать очень осторожно. И все же руки не убрал. Осторожно отпустил маленькую бусинку и нежно потер ее большим пальцем, вырвав у Питера протяжный стон.       Питер был теплым и гладким. Он пах молоком с сиренью, чем-то нежным и уютным.       — Все хорошо, да? — вновь уточнил он, не дождавшись ответа, с глубокими урчащими нотками в голосе. Было что-то животное в том, какое удовольствие альфам приносила беспомощность омег во время ласк и секса. Сомневаться в том, что он делал что-то против воли Питера, не приходилось, судя по тому, как тот выгибался навстречу.       Тони грубо протолкнул между бедер Питера колено, надавив на пах, заставив того немедленно зашипеть и податься ему навстречу еще сильнее, притиснувшись к его бедру так плотно, как только было возможно. Рука Тони, ранее ласкавшая живот, завладела вторым соском, накрыв его ладонью полностью.       — У тебя так громко стучит сердце, — шепнул Тони ему в губы, продолжая играть с его грудью. — Такой хороший мальчик.       — Тони, боже! — вырвалось у Питера. — Боже мой… Что ты… что ты говоришь? — прошептал он.       — Тебе нравится это? — спросил Тони, оттягивая оба его соска, одновременно с этим толкая бедро в его пах.       Питер издал такой стон, что у Тони яйца зазвенели. Ответ был явно положительный. Его губы дрожали и блестели от частого облизывания, так что Тони быстро завладел ими, сразу же проникая языком глубоко внутрь, не оставляя Питеру даже маленького шанса на то, чтобы избежать поцелуя. Не то чтобы Питер пытался.       — Ты сладкий. Такой невозможно сладкий, Питер, — простонал Тони, когда они оторвались друг от друга всего на мгновение, чтобы сделать вдох. — Ты сводишь меня с ума.       — Мне… мне нравится то, что ты говоришь, — сгорая от стыда, вымолвил Питер, тут же прижимаясь к растянувшимся в улыбке губам напротив, не в силах выслушать на это ответ. Он и так исчерпал все свои запасы на это признание.       Тони просунул руки между столом и Питером, сжав его ягодицы, прижимая его пах еще сильнее и помогая ему толкаться, почти отрывая его при каждом толчке от земли. Пальцы Питера, дрожа от напряжения, забрались под пиджак Тони, затем под футболку, желая найти контакт с обнаженной кожей. Он остановил ладони на его пояснице, чуть выше пояса джинс, и открыл рот шире от наслаждения, что подарило это тепло, чем Тони тут же воспользовался, превратив поцелуй в глубокий и мокрый.       Тони поднял ногу, упер колено в край низкого стола, и теперь Питер фактически сидел на его бедре. Из-за измененного угла трения, его мошонка и ягодицы теперь терлись о бедро Тони, заставляя его анус сжиматься и разжиматься, выделяя смазку небольшими порциями. Ее терпкий запах заставил Тони тихо зарычать и прикусить Питеру губу, забираясь одной ладонью тому под штаны сзади. Он ощутимо сжал его ягодицу, затем погладил и снова сжал нежную кожу. Осторожно спустился пальцами туда, где он чувствовал, как сокращались жаждущие ласки мышцы.       — Ты позволишь? — шепнул Тони, отрываясь от соблазнительных губ, создавая между их ртами ниточку слюны, оставшуюся затем у Питера на подбородке.       Омега прохныкал что-то неразборчивое в ответ, дрожа на его бедре так сильно, что Тони мог почувствовать это своим.       — Там так влажно. Так хорошо, малыш, да? — прошептал Тони Питеру в самое ухо, касаясь его мокрыми губами, когда его пальцы размашисто прошлись вдоль всей щели, собирая смазку и размазывая ее по вздрагивающей дырочке. — Питер-р…       Тони тер пальцами одной руки его анус, продолжая другой рукой подталкивать его на себя.       В какой-то момент Питер дернул руку к своему паху, запустил ее под резинку штанов и через секунду напрягся всем телом. Из его рта вырвался продолжительный стон с именем Тони на конце, а затем он обмяк, буквально сев Старку на ногу, потому что его собственные ноги его не держали.       — Вот так, — шепнул Тони, целуя его в висок, осторожно вынимая руку из его штанов, придерживая другой Питера за талию. — Молодец.       Питер тяжело дышал, еле пропихивая воздух в легкие.       — А ты? — вопросительно выдохнул он, опуская взгляд на пах Тони.       В его джинсах был совершенно однозначный бугор. Гораздо больше, чем тот, который Питер видел, когда он сидел на Тони в гостиной. Сейчас Питер мог видеть, в какую сторону встал член Тони, и спокойно мог оценить его длину и толщину. Что ж, Старк знал, что посмотреть там было на что.       — Здесь не место и не время, — шепнул Тони.       Он еще раз поцеловал Питера в губы, прежде чем отыскать на столе пачку салфеток, которые он использовал, чтобы оттирать руки от масла. Он вытер свою ладонь в смазке Питера, а затем протянул омеге несколько штук, с мягкой улыбкой опуская взгляд на его штаны. Тони было очевидно, что Питеру будет неловко, если Тони снова в них полезет. Все и так вышло слишком спонтанно.       — Не время, — пробормотал Питер, выравнивая дыхание и принимая салфетки. Он смущенно засунул руку в штаны, чтобы убрать сперму. — Очень метафорично. Тони, я серьезно, — он выкинул салфетки туда же, куда и Тони — в ближайшее помойное ведро, и подался вперед, осторожно кладя ладонь на напряженный живот альфы, не решаясь накрыть его пах. — Ты собираешься оставить эту… проблему, как есть?       — Если ты перестанешь меня трогать, малыш, — Тони перехватил его руку за запястье, осторожно отпустив только тогда, когда та оказалась надежно прижата к бедру Питера, — то это перестанет быть проблемой, — он поднял брови, как бы говоря: «Понимаешь, о чем это я?».       Лицо Питера резко приобрело решительно-недовольное выражение, и Тони невольно попятился на шаг — от греха подальше.       — Вернись, — обиженно пробормотал Питер, глядя на него исподлобья. — Так нечестно. В тот раз, в ванной, я был не в состоянии, но сейчас я могу и хочу помочь! Ради бога, мы ведь не будем заниматься здесь… ну, — Питер взмахнул руками, изобразив, по-видимому, таким образом слово «сексом».       Тони фыркнул. Конечно. Они уже сделали это.       Он и сам не знал, почему так сопротивляется. В штанах все буквально болело от возбуждения. Наверное, совесть еще не до конца покинула его. Доставлять удовольствие Питеру казалось актом заботы. Чем-то правильным, чистым. Но принять ответную ласку от него почему-то представлялось Тони неправильным. И чем-то, что должно было стереть вопросительный знак и поставить жирную точку в предложении: «У нас есть отношения.». А он все еще считал, что Питеру стоит хорошенько над этим подумать.       Вот только думать Питер явно не собирался. Ни над чем, кроме того, что было ниже пояса джинсов Тони. Он так яростно сверлил взглядом его пах, что Тони захотелось прикрыться ладошкой, прямо как тот омега на футболке его младшей копии.       — Иди сюда, — угрожающе сказал Питер, хмуря брови.       Тони подавил в груди истерический смешок, подумав о том, что Питер, похоже, сказал это его «маленькому другу», судя по тому, куда он пялился.       — Питер, честное слово, вовсе необяза… — начал было Тони, но резко оборвал себя на полуслове, когда омега вдруг опустился перед ним на колени. Это мигом стерло улыбку с губ альфы.       Питер стоял на коленях. Питер тянул к его ширинке свои пальцы. Питер поднял на него свои глаза, и в них не было ничего от того маленького мальчика-ангелочка, которого Тони все еще видел в нем большую часть времени, несмотря ни на что.       — Питер, — предостерегающе сказал Тони, но на деле вышло глухо и как-то беспомощно. Его член дернулся, когда Питер вновь возвел свои ореховые глаза к его лицу, состроив невинную мордочку.       Что ж. Тони захотелось провести по его румяному лицу своим членом. Не то чтобы теперь у него было оправдание.       — Я хочу этого, — прошептал Питер, осторожно кладя ладони на пояс джинсов Тони. — Я не умею, конечно, но я… В смысле, мог бы попробовать это. Если ты… Если это нормально. Для тебя.       Ох. Тони захотелось сказать, чтобы Питер встал и убежал от него подальше прямо сейчас, потому что, черт возьми, этот мальчик думал, что Тони мог быть против, потому что не хотел. О, он хотел!       Возможно, это было даже немного слишком для его немолодого сердца…       — Ты не должен делать этого, — уверенно повторил Тони, прочистив горло, и опустил руку на мягкие кудри. — Все в порядке.       — Скажи: ты хочешь этого или нет? — упрямо вздернул Питер подбородок, и Тони подумал, как же все это глупо и по-детски! Они словно два подростка, которые не определились, хотят ли дружить или это что-то «большее», и решили проверить это смущающим обоих трахом в комнате, где за стенкой была чья-то мамаша.       — Питер, я хочу, просто ты не… — Тони не договорил, потому что его ширинка вжикнула, не успел он и глазом моргнуть. А затем теплая ладошка осторожно прижалась к нему через ткань черных боксеров, аккуратно надавила на основание члена, там, где постепенно увеличивался узел, вырвав у Тони тяжелый стон, а затем не менее аккуратно пробралась в трусы и вытянула член наружу.       Тот, покачнувшись у Питера перед лицом, остановился в полной готовности. К головке прилила кровь, она покраснела. Ствол блестел от вытекшего предэякулята, венки вздулись, и Питер, уставившись на все это, как олень в свете фар, никак не помогал. Потому что смотрел он жадно и изучающе пристально. Так на член Тони еще никто не смотрел.       — Нормально, если ты передумал, Пит, — тут же спохватился он, желая треснуть себя по лбу.       Если бы кто-нибудь сказал ему, что Тони Старк когда-нибудь будет отговаривать кого-то делать ему минет, он бы лишь посмеялся. Но сейчас было как-то не до смеха.       Питер часто заморгал, неотрывно глядя на длинный толстый член, а затем облизал губы, осторожно беря у основания в свою ладонь. У Тони сжались яйца от желания ощутить на себе его рот. Боже, как давно у него вообще был секс?       — Я не передумал, — прошептал Питер достаточно уверенно, чтобы Тони не смог усомниться в трезвости его действий. Услышь он хоть толику неуверенности в его тоне, он бы немедленно вздернул Питера на ноги и прекратил это. — Он… такой… — Питер прикусил губу, его тяжелое дыхание щекотало Тони нервы. — Боже, я не могу говорить так же легко, как это делаешь ты.       Тони нервно усмехнулся, погладив его по голове, когда Питер поднял на него глаза, полные детского разочарования.       — Значит, это просто не твое. Говори, когда хочешь говорить, а когда не хочешь — не нужно ничего придумывать. Даже если ты будешь молчать — все прекрасно, — прошептал Тони.       Питер смущенно покраснел, но кивнул, что-то решая про себя. Затем снова опустил взгляд на головку члена. В щелке показалась прозрачная капля, и, прежде, чем она сорвалась на пол, Питер осторожно прижался плюшевыми губами к головке, оставляя на ней поцелуй…       У Тони глаза закатились, когда Питер наконец сделал это. На мгновение ему показалось, что у него началась тахикардия, и что он прямо сейчас, блять, откинется, но он продолжал стоять, а Питер продолжал осторожно посасывать головку его члена. Это сводило с ума. Его губы сводили с ума. Его глаза — а Тони знал, что Питер смотрит сейчас на него снизу-вверх — сводили с ума!       — Я возьму его в рот? — спросил Питер, опаляя чувствительную кожу своим дыхание. — Можно мне, Тони?       ««…не могу говорить так же легко, как это делаешь ты», да? О, Питер, ты не поверишь…».       — Да, малыш, пожалуйста, — просипел Тони, стискивая зубы, чтобы удержать себя на месте и не толкнуться вперед бедрами. Он так этого хотел. — О-ох, Пи-ит, — простонал-прорычал он, когда губы омеги накрыли не только его головку, но и небольшую часть члена.       Тони не смог сдержаться и опустил голову, глядя на то, как Питер старательно хмурится, пытаясь взять глубже, что у него не очень-то получалось, если честно. Но, кажется, это его только подстегивало.       Питер сжал ладонь на члене крепче, так, как было просто идеально, и начал дрочить Тони, одновременно стараясь насаживаться на его член глубже с каждым движением.       Тони был альфой, черт возьми, а альфы не скулят, но он был близок. Он был так чертовски близок к тому, чтобы начать хныкать, как ребенок. Его рука в волосах Питера онемела, потому что Тони напряг ее настолько, чтобы не дать сделать ни единого лишнего движения.       — Так хорошо, малыш. Мне так хорошо. Боже, Питер, — прошептал он, поощряя Питера, и тот, воодушевившись, застонал, посылая по всему телу волну дрожи. — Ох, блять! — Тони схватился пальцами одной руки за стол, что остался у Питера за спиной, и опустил голову, глядя на то, как ритмично Питер двигал затылком вперед-назад. — Да, вот так. Вот так, молодец. Сожми губы чуть сильнее? Можешь сделать это для меня, малыш?       Питер промычал в ответ что-то неразборчивое, но через секунду его губы сжались так плотно под головкой члена, что у Тони искры посыпались из глаз от удовольствия. Он зажмурился, схватился за стол второй рукой и тихо застонал, чувствуя, что осталось совсем немного. Последней каплей стало то, что Питер сжал в ладони набухший узел у основания его члена.       Это было уже слишком.       Тони ласково погладил Питера по голове и потянулся назад, чтобы освободиться.       Питер захлопал глазами, не понимая, что происходит. Тони сжал член под набухшим узлом одной рукой, другой же несколько раз с силой провел по всему стволу, сжал под уздечкой и кончил в кулак с громким стоном.       Питер поднялся с колен, чуть морщась от того, что затекли ноги, и протянул Тони салфетки со стола.       — Я доволен, — заключил Питер, когда Тони застегнул джинсы.       Старк посмотрел на него совершенно растерянно, даже не зная, смеяться или плакать.       — Ты… просто иди сюда, — прошептал Тони, заключая Питера в крепкие объятия.       Питер затих у него на груди, блаженно улыбаясь.       Со стороны коридора послышались приближающиеся шаги, и им пришлось быстро отстраниться друг от друга и найти себе занятие, чтобы не вызвать лишних подозрений. Тони лишь надеялся, что достаточно сильная вентиляция в мастерской быстро сотрет запах всего, что тут только что произошло.       Боже, он любил этого мальчишку. И как это случилось?       — Что ж, — раздался голос Тони, зашедшего в мастерскую со стаканом виски в одной руке и полупустой бутылкой в другой. — Я подготовился к этому разговору. И вы все же не плод моего больного воображения, что тоже неплохо. Итак, кто-нибудь может мне объяснить, чем конкретно я так насолил мистеру Беку, что он решил отправиться из вашего времени сюда и… прихлопнуть меня? — Тони стукнул стаканом по столу, на котором осталась стоять похудевшая коробка салфеток. Он сел в кресло, закинув ноги на столешницу, и отпил виски с прищуром довольного кота.       Питер, все еще красный, нервно усмехнулся, думая о том, что только что произошло здесь.       — Ну, — Тони хмыкнул, лениво выгибая спину, уперев ладони в бока. — Ты вроде как используешь его технологию искусственной реальности в лечении посттравматических синдромов, хотя он будет видеть ее применение, скорее, в военных и политических целях. Мы с тобой знаем, что это уже давно не по нашей части, верно? Что ж, его это не устроит и, ну, может быть, самую малость, ты забудешь сказать, что идея… принадлежала изначально ему, — он вновь привалился к столу. Во всем теле теперь была приятная усталость, отчего настроение резко пошло в гору. — И затем ты вроде как уволишь его, решив, что он спятил, раз хочет использовать свои идеи для порабощения мира.       — Ладно, Бек выглядит дерганным парнем, но неужели все настолько плохо? — удивленно вскинул другой Тони брови, прикладывая ко лбу холодный стакан. — В смысле, он не выглядел как псих или маньяк. Скорее как закомплексованный парень, не верящий, что его приняли на работу в СИ.       — Думаю, я его разочаровал, — пожал плечами Тони. — И, видимо, достаточно сильно, чтобы он двинулся на идее показать всему миру, кто тут главный. Честно, такого я не ждал, когда подписывал приказ о его увольнении. Но мы сами создаем своих демонов.       — И что это значит? — хмыкнул Тони-младший, делая еще глоток.       — Понятия не имею, — фыркнул Тони, разведя руками. — Я знаю одно: мне жаль Бека. У этого парня всегда была одна черта: он из штанов готов был выпрыгнуть лишь бы его заметили. Подумать только, сколько стараний и актерского мастерства он к этому прикладывал, — Тони медленно перевел взгляд на Питера и мягко улыбнулся ему, продолжив: — Когда рядом есть кто-то, перед кем можно не притворяться — это большая удача. Так сказал один классик, кажется. Вот это я понимаю хорошо.       Питер опустил голову, скрывая счастливую улыбку.       — Чего именно стоит ожидать? Он ведь не сможет навредить одними иллюзиями? — Тони-младший поставил стакан на стол и побарабанил по столешнице пальцами.       — Он разработал особый газ, — подал голос Питер, делая небольшой шаг вперед. — Это… вещество способно блокировать силу. А также снижать почти до минимума работу всех органов чувств, влиять на сознание и вызывать галлюцинации, которыми Бек может управлять. Это что-то вроде гипнотического эфира, — Питер перевел взгляд на Тони, и тот кивнул, соглашаясь с его заключением.       — Кроме того, после того, как я уволил его из компании, он начал доставать через людей некоторые мои разработки, включая военных дронов на дистанционном управлении. В мое время я могу управлять ими через это, — Тони достал из внутреннего кармана пиджака очки и надел их на себя. — Но он управлял ими через компьютеры в своем укрытии. Они были подключены к системе СИ, я видел их. Но здесь ему придется искать другой вариант. И я думаю, что за этим он в скором времени сюда явится, — Тони оттолкнулся от стола и прошелся по мастерской, рассуждая вслух. — Как Питер пришел сюда, чтобы подключить Марка к Д.Ж.А.Р.В.И.С.у, так и Бек появится здесь, чтобы подключить своих дронов к старому «ПО». Иначе его фокусы просто не будут работать здесь. Он перепрограммировал моих дронов таким образом, что они не только могут создавать вокруг любые «спецэффекты», но и воспроизводить реалистичную картинку людей, природных явлений — чего угодно. Тем самым, усовершенствовав свою изначальную разработку с искусственной реальностью.       — Но почему именно в этот момент времени? — спросил Питер, поворачивая к Тони голову.       Старк нахмурился, опустил взгляд и покачал головой.       — Я думаю, потому что в этот период времени мной будет проще всего манипулировать и влиять на мой мозг, — сказал Тони, кинув взгляд на напряженно слушающего Тони-из-тринадцатого. — Он хочет заставить меня что-то сделать, внушить что-то, что повлечет за собой либо развал компании, либо нечто похуже. Я не знаю.       — Мы можем как-то отследить его перемещение? — уточнил Тони-младший, открывая карту Нью-Йорка.       — Это вряд ли, — досадно поморщился Тони.       — Но можно отследить точки фотонных скачков! — вдруг вскинулся Питер. — Смотрите, — он подошел к главному компьютеру и без разрешения начал быстро что-то вводить.       — Эй, пацан, — шокированный такой наглостью Тони-младший пощелкал пальцами, чтобы привлечь его внимание. — Это моя мастерская. Каким бы супергероем ты ни был, это не дает тебе право тут хозяйничать!       — Прости, Тони, — пробормотал Питер, не отрываясь от работы, даже не заметив, что опять перескочил на «ты». — Вот, смотрите! — Питер с ликующей улыбкой вывел электромагнитный спектр. — Вот тут очнулся я, — он прошел к центру карты, указав на одну из горящих точек. — Здесь Тони, — он перевел руку к Ист-Ривер.       — А тут Бек, — закончил за него Тони, восхищенно глядя на светящуюся точку недалеко от того места, где оказался Питер. Буквально несколько кварталов от него. — Пит, — он перевел взгляд на улыбающегося омегу, по телу которого мерцали голубым свечением проекции города, — ты молодец.       — Да, молодец, — кивнул Тони-младший, врываясь в их мимолетную идиллию. — Джар, мне нужны совпадения с Квентином Беком на всех камерах, начиная вот с этой улицы.       — Выполняю, сэр, — час с команды Тони не выполнять указы, прошел, так что у них не возникло неприятной ситуации.       Питер прошел к небольшому диванчику в углу мастерской, где до этого сидела Пеппер, и упал на него, ожидая, когда Д.Ж.А.Р.В.И.С. выполнит поиск. Тони посмотрел в его сторону долгим задумчивым взглядом. В его голову пришла мысль, что Питер вновь смотрится гармонично здесь, в его жизни, везде, в любое время.       Прошло около пятнадцати минут, прежде чем ИИ закончил анализировать. Результатом было: «Совпадений не найдено».       — Что значит, не найдено? — нахмурился Тони, подходя к самому себе и становясь рядом, перепроверяя результат. — Этого не может быть.       — Может, если Бек замаскировался под кого-то еще, — подливая себе виски, флегматично заключил Тони. — Я устал. Мы можем отложить это до завтра? У меня еще совещание утром, а Пеппер убьет меня, если я просплю. Бек ведь никуда не денется, верно?       — Но он не мог быть под чьим-то лицом, — пробормотал Тони, бегая взглядом по данным голограммы. — Его дроны не могут работать без подключения к СИ. Разве что он придумал, как можно подключить их к другой системе. Но создать такую систему — это ни год, ни два — это очень много времени!       — Мы ведь не знаем, когда он начал продумывать этот план, верно? — осторожно сказал Питер, поднимаясь со своего места. — Это усложнит задачу…       — Это сделает ее абсолютно невозможной для решения! — рыкнул Тони. — Если он может быть кем угодно уже сейчас, значит, мы ищем иголку в стоге сена, да еще и в виде вилки!       — Подключение Марка семьдесят восемь завершено, сэр. Вызвать броню? — спросил Д.Ж.А.Р.В.И.С. в образовавшейся тишине мастерской.       — Вызывай, — мрачно кивнул Тони. — Хорошо, план такой, — он сделал глубокий вдох и поднял взгляд на Тони-младшего. — Мы с Питером будем следить за тобой в броне. Пусть Д.Ж.А.Р.В.И.С. проверяет каждого входящего в башню. В любом случае, рано или поздно, Бек объявится здесь. Проверь всех сотрудников, особенно тщательно тех, с кем чаще всего пересекается Пеппер.       — Ладно. Хоть мне это и не нравится, — кивнул Тони. Угроза жизни Пеппер была сильным аргументом, и Тони об этом знал, как никто другой. — Я пойду к ней. А вы двое можете продолжать поиски. Вдруг удастся что-то выяснить. И не бойтесь, о вашем существовании больше никто не узнает. Я не хочу отправиться в психушку, — он устало потер веки, допил виски и направился к выходу.       — Береги ее, — вдогонку тихо сказал Тони, стоя спиной к двери. — Ладно?       — Я справлюсь, — кинул Тони-из-тринадцатого и вышел.       «Вовсе нет», — вздохнул Тони про себя.