uno vespere

Хэви не понимал, как он мог столько лет терпеть несносный характер горе-братца. И какой! Впервые ударив Ди , парень чуть было зубы не сломал, до боли сжимая челюсть. По своей натуре он был больше практиком, нежели теоретиком. Ди столько лет насмехался над ним, заставляя чувствовать себя неполноценным.И столько лет Хэви подставлается под него, так унизительно вытирая слёзы и дрожа, при этом думая о чем-то другом? Что было в его голове в это время? Думал ли он о том, как формально страшен его обидчик? Он не смог смириться с этими мыслями. Руки непроизвольно сжимались, готовые выплеснуть ярость наружу неконтролируемым взрывом. Каждый раз, начиная думать об этом, Хэви приходил в бешенство. -Ты всегда был хуёвым братом! - шипел младший, глядя на него. -Заткнись, вместо того, чтобы помолчать, тебе обязательно нужно съязвить, оскорбить или вытворить ещё какую-нибудь херню, - терпеливо отвечал Ди, перевязывая бинтом обработанную рану на руке младшего, - и как ты умудрился так порезаться? Хэви вскинул полные ярости глаза вверх, собираясь тонким слоем размазать неосторожного родственника по полу и стенам, а затем поджарить до золотистой корочки. -Ты начинаешь меня раздражать всё сильнее. Каждый раз, когда ты открываешь свою ядовитую пасть, - возгорал рыжеволосый, пока не осёкся: Ди осторожно поцеловал Хэви в лоб. Он опустил руки, непроизвольно скрючивая пальцы в инстинктивном порыве пальнуть в эту ненавистную рожу. А своя-то физиономия остается без движения. Это что-то новое. Он сто раз вот так рвался в ссору, совершенно не задумываясь ни о причинах, ни о последствиях. -Тебе идёт быть сладким и покорным мне. А когда злишься, напоминаешь рассерженного осла в час пик. И Хэви не знает, что хуже: ядовитая улыбка Ди, или то, что он рывком оказывается вжат в стену с заломленной за спину рукой. Младший сдавленно охнул и уперся свободной рукой в стену. Не теряя времени даром, Ди схватил свободное запястье и прижал к стене, не давая шанса сдвинуться с места. -Ну вот опять ты рычишь, пёс. - сдаётся блондин, улыбчиво поясняя за свои действия шёпотом в ушко Хэви. Ди прижался сильнее, касаясь носом шеи друга. — Да, ты что-то можешь. Но, как показывает практика, я сильнее.Верно? -Вот опять ты начинаешь. Речь шла обо мне, - замялся он, хмурясь. Старшему братцу же казалось, что теперь все так, как и должно быть. Вот он перед ним, открытый и беззащитный. Как обычно, - А всё заканчивается еблёй. Но сейчас дело было, скорее всего, в ярком румянце, озаряющем щеки смущенного Хэви. Хэви, наверное, не замечал, но все его оскорбления Ди пропускал мимо ушей. Ему не так важно было знать, кем он того считает. Ему хотелось просто смотреть на Хэви. На его глаза, которые он иногда прищуривал от гнева. На его шею, по которой струится пот от напряжения. На его нос, который интересно морщится, когда он особенно громко кричит. Он сам по себе выглядит всегда напряженным. Но когда дело доходит до ссор, он словно весь на иголках. -Тебе не нравится? - Ди приподнялся, нависая над ним. Он выглядел расстроенным. -Ещё бы.. -Значит и решили, - усмехнулся Ди себе под нос, освободив Хэви из плена цепких лап. А Хэви находит все происходящее с ним крайне ироничным — злой и страшный с непонятными мыслями старший братик, и вредный и непослушный младший. Впрочем — недолго. Эти отношения, рожденные на костях великих страдальцев, помнят все. Они живут, растут и меняются, с каждым новым десятилетием обретая новые черты и особенности. Раньше их чувства были местом концентрации света и тепла. Давно, когда-то очень давно, когда еще наивно верили, что есть шанс сделать эти опасные и непредсказуемые чувства ещё лучше. Так и думал Ди, собирая шмотки в рюкзак. -Ты куда это собрался? - спрашивает Хэви, наблюдая за происходящим, прислонившись к стенке. -К другу. - Спешно отвечает Ди, закинув необходимое на спину, и покидает комнату. Все меньше преград было на пути, все больше свободы, а потом… потом от границ эмоции не осталось и пылинки.