Изменения через боль

***

      Проснулся Гарри от того, что ощутил блаженство. Он открыл глаза со стоном, все еще не осознавая себя в пространстве, и подался навстречу толстому члену, который медленно двигался внутри него, давя на простату с каждым движением в его анусе. Снейп облизнул губы, глядя на своего мужа, продолжая двигаться. Марволо и Люциус ушли еще утром, чтобы найти нужный ритуал, а вот зельевар решил провести утро более приятным способом. — Сильнее, — простонал Эванс вполголоса, притягивая к себе Северуса для глубокого поцелуя.       Снейп начал двигаться резче и глубже, любуясь тем, как его новоявленный муж стонет и закатывает глаза от удовольствия. Зельевар начал понимать Люциуса и осознал, что совершил много ошибок перед тем, как оказаться здесь, внутри своего партнера, даруя ему блаженство и чувствуя все его эмоции, радость, похоть. Северус ощутил разницу, хотя он всегда ее знал, ведь он уже давно со своими партнерами. И был любим и влюблен. Но они никогда с таким чувством не отдавались. Они больше любили брать, и им троим всегда не хватало того, кто станет беспрекословно подчиняться. — Я почти… — простонал Гарри, выгибаясь сильнее. Снейп ускорился, попадая каждый раз головкой по простате партнера.       Эванс выгнулся, простонав, и Северус ощутил, как сжалась его дырка, а потом Габриэль застонал, изливаясь и пачкая спермой себя и постель. Зельевар сделал еще несколько толчков и залил спермой своего супруга, с трудом удержав себя на руках, чтобы не рухнуть на беременного партнера. Мужчина медленно вышел из Гарри, с улыбкой слыша его недовольный стон. Он знал что этот момент всегда не особо приятен, ведь он был сейчас особо чувствителен внутри, после яркого анального оргазма.       Зельевар перекатился в бок, потянулся до палочки и очистил их. Затем снова улегся рядом с Эвансом, прижав его к себе и устроив руку на животе, который был уже довольно большим. Габриэль довольно вдохнул, наслаждаясь послеоргазменной негой и греясь в руках своего новоявленного мужа. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Снейп, гладя округлый животик мужчины. — Великолепно, — слегка хриплым голосом пробормотал бывший Поттер. — Как ты думаешь, они скоро вернутся? — Конечно. Не думаю, что ритуал так уж и редок. Много кто пытался обмануть или покорить смерть. Об этом должны были сохраниться записи, — Гарри задумчиво закусил губу и развернулся в объятиях Снейпа, внимательно глядя на него. — Думаю, я знаю, как можно встретиться со смертью, — зельевар удивленно приподнял бровь. — Сказка не вымысел. Нужно найти переправу или перекресток, где постоянно гибнут люди. И с помощью магии обмануть смерть. Только так мы привлечем ее внимание. — И где ты найдешь подобное место? — Бермудский треугольник, — послышался голос со стороны входа в комнату. — Что? — удивленно спросил Снейп, привстав и глядя на Люциуса и Марволо. — То есть Габриэль прав? И как мы сможем обмануть смерть в океане? Там все тонут, это нереально. — Нет ничего невозможного, — с легкой улыбкой заметил Темный Лорд.

***

      Четверо мужчин плыли на красивой яхте по Атлантическому океану. Магией они укрепили судно и сделали его водонепроницаемым и бронированным, окружив сильнейшими щитами, а также поставили защиту от огня и сети, который убивали всех живых существ, прикасающихся к бортам яхты.       Конечно, Гарри был против последнего заклинания, но в итоге согласился, когда ему объяснили, что многие живые существа океана в разы больше их яхты. И смерть не стала бы отказываться от их помощи в убийстве тех, кто вторгается в ее владения.       По некоторым данным, что им удалось найти, Бермудский треугольник считался воротами в иной мир. Ведь там не только гибли, но и пропадали люди. Волшебники предположили, что во втором случае они попадали в другое измерение или же за грань, вместе со всем, что было при них, в том числе и с кораблем.       Гарри же нравилось слушать все эти легенды, с которыми ознакомились его мужья и во время плавания рассказывали ему, параллельно заставляя пить зелья против морской болезни и отвары для поддержания будущих детей. А Эванс и не был против подобной заботы. Ему было приятно, что мужья стали так трепетно относиться к нему. Правда, иногда он уставал от этого. Ему хотелось вернуть ту страсть, что была раньше. Ведь в данный момент они чересчур осторожничали, когда брали его.       Иногда у Габриэля выходило их вывести из себя, и тогда… Тогда у него мерцали звезды перед глазами, и он практически лишался чувств от удовольствия и интенсивности оргазма. Жаль, что утром его мужья потом в буквальном случае носили его на руках и не давали лишний раз напрягаться и волноваться.       Но все же Эванс считал, что оно того стоило. Пусть он и был недоволен тем, как они носились с ним, но такие ночи были для него особенно дорогими. Так что в день, когда они приближались к Бермудскому треугольнику, его вновь носили на руках и смотрели на него извиняющимися взглядами, помня, как они трахали его всю ночь без перерыва, пока Гарри не стал кончать на сухую, лишившись всей спермы от большого количества оргазмов, хотя внутри него был годовой запас семени, который вытекал из него довольно долго под довольными взглядами мужей. Но Эванс в этот момент уже спал, лишившись последних сил. — Мы на месте, — отметил Темный Лорд, обнимая Габриэля, который сидел на его коленях.       Марволо не отпускал его со своих рук, боясь, что что-то может пойти не так. К тому же все знали, что в случае опасности Волдеморт сделает все возможное, чтобы обезопасить беременного мужа. И невозможное — тоже.       Неожиданно вокруг них начался образовываться туман, замыкаясь вокруг них и лишая их возможности видеть, что происходит вокруг. Но вскоре бывший Поттер ощутил нечто странное. Ему одновременно стало и очень холодно, и тепло где-то внутри, будто выпил теплого чая. И, судя по виду Марволо, он почувствовал нечто схожее. — Как приятно осознавать, что потомки Певереллов не менее хитры и изворотливы, — послышался холодный безликий голос, и на их палубе появилась женщина, пустым взглядом оглядывая мужчин. — Только я не вижу, что мои дары все еще у вас. Особенно твой, самый ценный, — с интересом оглядывая Габриэля и Марволо, проговорила она. — Госпожа… — начал было говорить Темный Лорд. — Я хотел обратиться к вам с просьбой. — Я больше не буду одаривать смертных, — резко пресекла его речь она. — Вы слишком алчны и глупы, чтобы осознать всю ценность моих даров и использовать их так, как должно. — Нам не нужны дары, — тихо сказал Гарри. — И если вы желаете, то мы готовы отдать вам то, что вы передали нашим предкам.  Смерть рассмеялась. — И как вы это сделаете? — Все дары находятся у одного человека: Альбуса Дамблдора. Он украл их у нас и желает подчинить Вас, — женщина с гневом оглядела мужчин, но все же ничего не предприняла, чтобы продемонстрировать свое недовольство. — И вы прибыли в чертоги Вечной Невесты, чтобы указать мне на человека, чьей смерти вы желаете? — уточнила она. — Не в моей власти забрать его раньше срока. Но я могу помочь вам избавиться от вора и обманщика. — Как? — спросил Марволо. — Я лишу артефакты силы. И когда вы решите свергнуть его, то он не будет обладать силой даров. Но и вы тоже лишитесь их защиты. Вы готовы на это? — Означает ли это, что мой род будет уничтожен? — спросил Гарри, внимательно глядя на смерть. — Нет. Вы не умрете раньше времени, а в тебе растут дети, ваше будущее. Даже для меня они неприкосновенны. Только если судьба повернется к вам спиной, но я не вижу, что скоро встречусь с вами. — Я рад это слышать, — с улыбкой сказал Эванс, — и благодарен за помощь, Госпожа. — Выметайтесь из моих чертог, — прошептала она и в один миг исчезла, а туман рассеялся.