Прощайте.

Тонкие руки касались шеи.

Они обвивали её и сжимались.

– Ну, товарищ Дазай, вы близки к мечте, да? – ухмыльнувшись сказал парень с фиолетовыми глазами. Его руки были на шее шатена. Хоть на лице и была ухмылка, но в глазах было пусто. – И такой как ты исполнит мою мечту? – нервно засмеялся Осумо – Хотя мне уже всё равно. Осумо давно ходил в подпольный коммунистический клуб. Точно не вспомнить, когда именно это началось. Сначала он ходил со своими знакомыми, но вскоре стал ходить один. В один редкий снежный день пришёл некий русский. Это был Достоевский. Они раньше воевали, но уже было всё равно на это. Карим глазам было уже на всё плевать. Спустя годы слёз и ненависти к себе он становился апатичней. – Ахх… Давай же.. убей меня.. – Осумо тихо шептал. Вот скоро и будет его смерть – наверное это самый счастливый день. Хотя перед смертью видеть твоё лицо не так и классно – засмеялся он. Вскоре горе суицидник перестал дышать. Фёдор расстегнул пуговицы на белой рубашки. Достал нож... и… Труп его нашли в реке. Даже его напарник Куникида ужаснулся, уведя его труп. Следы удушья, следы порезов, вскрытые органы. И его шрамы под бинтами. Всё было видно. В доме нашли записку: «Что ж. я так и не нашёл свой смысл. Прости, Ода, но даже добро мне не помогло. Мы скоро встречаемся. Простите что тратил ваше время, ребята… и ещё… остригайтесь русского. Прощайте.» Анго ужаснулся узнав что умер Дазай. Вот из тройки друзей он остался один. Совершенно один. Вы бы видели его слёзы. Они лились и лились. На похоронах с начало он пытался скрыть это, но вскоре опять. Люди из агентства пытались его успокоить, но ничего не работала.

После того, как все ушли пришёл парень в шапке. Он улыбался, смотря на могилу: «ну теперь тебе даровано вечное молчание и теперь ты очищен от грехов.»