Даже у весельчаков порой бывают плохие дни

Казалось бы. Самый обычный вечер в лавке. Старый торговец лениво и столь безмятежно раскачивается на кресле-качалке напротив камина и медленно вяжет спицами красный шарфик с белыми узорами в форме снежинок, похожий на рождественское кружево, для своего близкого, и, лучшего единственного друга Джевила, собираясь сделать ему сюрприз. Кстати о Джевиле… А где же этот озорной чертенок делся? Его сегодня почти не было видно. После завершенного выступления с придворным магом, шут куда-то пропал, а старый плюшевый кот не успел даже за ним уследить и попрощаться. Это немного беспокоило старого плюшевого кота, так как прежде его друг никогда так неожиданно не пропадал. Да, и… Джевил был сам не свой с самого утра. Это было совсем не похоже на него. Совсем не то поведение, какое свойственно весельчаку, как он, как королевскому шуту... Не такой… Активный, как обычно. Обычно он доставал Шома своими выходками, а именно прыгал вокруг него, летал вокруг до около и громко хихикал, словно ведя себя, как какой-то маленький ребенок. Этого просто не было этим утром. Лишь выглядел хмурым на первый взгляд. И крайне утомленным, можно даже сказать, подавленным. Может быть, он просто не выспался? По крайней мере, на это наделся Шом. “Может быть, с ним что-то случилось?…” — пронеслось в плюшевой голове кота, едва ли не разрывая внутри швы от беспокойства, в буквальном смысле, конечно, — “Ох, нет-нет…”, — старый кот отрицательно помотал головой, жмурясь, — “С ним все хорошо… Я просто преувеличиваю…”. Но он, задумываясь больше о своем друге, почему-то лишь сильнее переживал и, можно даже сказать, нервничал, даже несмотря на то, сколько бы он не пытался переубедить себя, что с другом наверняка все в порядке. Только это не совсем помогало. Казалось бы, если пройдёт хоть ещё немного времени и бедный старый кот вот-вот сойдёт с ума от беспокойства. Но вот, последовал негромкий хлопок двери. Должно быть, это Джевил, вернулся в лавку. Шом, как услышал хлопок, вздрогнул всем телом от неожиданности, если не подскочил с кресла-качалки, что аж его шерсть слегка “встала дыбом”. Не заставляя себя ждать, старый торговец аккуратно встал с кресла с неприятным скрипом старой древесины и, положив спицы с шарфом на столик напротив себя, спешным шагом пошел встречать своего друга. — Ох, Джевил.. — хриплым голоском промолвил старый плюшевый кот, смотря на придворного шута с беспокойством, — Т-ты вернулся… — Угу. — лишь выдал из себя тот с капелькою апатичности в голосе, стоя на проходе, опустив голову вниз. Безо всяких слов и желания продолжить разговор, чертёнок ступил вперёд и, тяжко вздохнув, снимает с себя шутовскую шапочку, под которой скрывались белые, короткие до плеч, немного взъерошенные волосы, за волокнами которых скрывались милые маленькие рожки. Королевский шут довольно редко показывал свои волосы кому-либо (кроме Шома, разве что), так как он очень стеснялся своих маленьких рожек и поэтому почти никогда не снимал шапку. Только если никого рядом с ним нет. Дело в том, что в детстве над ним смеялось много детей, а именно над его рожками и “глупой прической, как у девочки”. Только старый плюшевый кот был единственным, кто никогда не смеялся над его рожками и прической, всегда поддерживая и подбадривая, говоря, что он очень красивый. Но даже несмотря на поддержку со стороны друга, у того до сих пор остались комплексы по поводу своей внешности. С тех пор, демоненок почти никогда не расстается с шутовской шапкой, всегда нося его на голове, даже дома. Ну, снимая, разве что, только когда идёт в душ и спать. Но сегодняшний день был некоторым исключением для Джевила, что он решил снять её перед Шомом. Он снова тяжко вздыхает с разочарованным выражением лица с отчаянием в глазах и отворачивает голову от друга, не проронив ни слова, создавая тишину между друг другом. Это было совсем не похоже на него. И всё же, Шом, нервно сплетая и расплетая свои пальцы на груди, решил заговорить с его лучшим близким другом. – Джеви… – на мгновение, старый кот сделал паузу и, встав на колено перед бесенком, положил ему на плечо тяжёлую лапу, затем продолжил, – Что-то случилось? Ты сам не свой с самого утра… Стоило только старому торговцу положить лапу на плечо того, шутник слегка вздрогнул, даже его пурпурный хвост в виде латинской буквы J немного дернулся, а сам словно боялся смотреть в глаза кота, отворачивая голову от него, и нервно сминая шутовскую шапочку в своих маленьких ручках. Понимая волнение своего друга, Шом аккуратно другой лапой провел по его правой щеке и медленно повернул к себе, смотря в глаза. В одно мгновение, глаза Джевила наполнились слезами и они предательски скатились по щекам, а сам он сипло всхлипнул носиком, начиная слегка дрожать от наплыва эмоций. Увидев то, что его друг плачет, старый плюшевый кот расстроился и, аккуратно приложив свои лапы на холодные щеки друга, пытался аккуратно убрать слезы с глаз. – Ну-ну… Не плачь, Джеви… Всё же хорошо… – произнес он тихо с капелькою нежности в голосе, если не хриплым шепотом, положив одну лапу на голову друга, медленно и столь нежно поглаживая по волосам, в попытке успокоить лучшего друга. Прежде Шом его никогда таким не видел, чтобы он плакал. Королевский шут, сквозь потоки слёз, пытается успокоиться, что не очень хорошо получалось на самом деле. – Ох, Ш-Шом… – начал говорить шутник тихим дрожащим голоском, смотря в глаза старого плюшевого кота, из которых у него по-прежнему текли слезы, – М-м-мне т-так грустно, грустно… и… и од-д-диноко… И я н-не знаю, п-п-почему, Шом… – Ох, мальчик мой… Иди ко мне… – при этих словах, королевский маг неохотно отстраняется от друга и распахивает свои лапы в разные стороны. Демоненок, продолжая сипло шмыгать и дрожать, обнимает старого плюшевого кота, обхватив своими маленькими ручками его пушистую мохнатую шею, в одной из которых он до сих пор мял шутовскую шапочку. Шом же, в свою очередь, стал медленно поглаживать его по спине, тихо с капелькою нежности в голосе нашёптывая приятные слова, словно по тону они были как опавшие листья Конфетного дерева. – Чшш… Всё хорошо, Джеви… Я с тобой… – тихо шептал он. Джевил ничего не мог ответить, лишь продолжал тихо плакать, прижимаясь к другу, совсем не желая отпускать. Но всё же, через несколько мгновений, он смог успокоиться, шмыгая сипло носиком время от времени. Старый торговец, слабо улыбнувшись, легонько похлопал своего друга по спине и произнес следующее: – Даже у весельчаков порой бывают плохие дни… не так ли?… Хе-хе… Но Джевил вновь ничего не смог из себя выдать, лишь промычать в качестве согласия и кивнуть один раз головой. Они ещё некоторое время обнимались с друг другом, до тех пор, пока Джевил первым решил неохотно отстраниться от друга. Он, убирая слезы с глаз, посмотрел на Шома и тепло улыбнулся. – С-спасибо, Шом… – Всегда пожалуйста, – с этим словами, тот положил лапу на правую щеку шута и продолжил, тепло улыбаясь в ответ, – Не забывай… Я всегда рядом… даже во тьме. Они на некоторое мгновение смотрели друг другу в глаза, а потом встали, направляясь на кухню, держа друг друга за руки. – Хочешь, я приготовлю твой любимый джем из фруктов Конфетного дерева?… Ха-ха… – Оу! Было бы неплохо, неплохо! Уии-хи-хи!