Жизнь не та

Те, кто смотрел хоть один фильм «Пункт назначения», поймут тревоги Марка, пока их автобус подъезжал к аэропорту. Ведь именно так и было в фильме: человек видел трагедию во всех красках и в итоге она случалась. К счастью, все обошлось, хоть автобус иногда и потряхивало на кочках. — Дети, не забываем свои сумки и соседа. Не толпимся и выходим из автобуса, – где-то в начале автобуса прозвучал голос педагога. — Ничего не забыл? –спросил Марк у Макса. — Тебя, вроде, взял, а сумка это так, мелочи. — Макс, блин, я серьезно, не забудь ничего. — Да взял, взял, идём. Когда все покинули автобус, педагог попросила всех пройти на пункт досмотра и регистрацию. Ребята толпой пошли за руководителем, стуча колесиками чемоданов по асфальту. Показалось окошко регистрации и в считанные секунды туда выстроилась очередь из 30 человек. — Эй, Маркуша, покажи фотку на паспорте, –Макс стоял в очереди за Марком и толкнул его в плечо. — Во-первых, еще раз назовешь меня Маркуша и я тебе врежу, во-вторых, не покажу, потому что она древняя. — Да боже, и что? Смотри, вот моя, я был еще тем «красавцем», хотя и сейчас не лучше. «Вообще-то лучше, придурок», – возразил у себя в голове Марк. — Ладно, смотри, но Макс, без приколов, ок? Мне жутко стыдно за нее. Он показал фото 4-летней давности. Макс увидел мальчика с челкой до носа и подведенными глазами. Макс посмотрел на Марка, потом на фото, потом снова на Марка, и из него вырвалось: — Да ну нахер, это ты? — Можно поспокойнее, на нас уже люди оборачиваются. — Да ты был настоящим эмо, как я вижу. — Ну да, ошибки молодости, так сказать. Все, отдай, и прекращай уже ржать, окей? — Да я и не смеялся, — при этих словах у Макса чуть не выступили слезы на глазах от смеха. Уже преподы стали делать им замечания, и парни стали вести себя потише. Когда очередь регистрироваться дошла до Марка, в мыслях он молился всем богам: «Только бы сесть с ним, прошу.» Ему досталось место 18В. Оставалось только ждать, какое место дадут Максу. — У меня 19В, а у тебя? – послышался голос сзади. — 18В. — Выходит, мы сидим рядом. — Ну да. Хоть никто и не подал виду, но в мыслях они оба ликовали. Досмотр прошел без проблем и вскоре ребята уселись на свои места в самолете. — Боишься? – спросил Макс у Марка, ибо тот значительно побледнел. — Да нет, совсем чуть-чуть, просто я летал последний раз лет в 6. — А, ну я часто летаю, я привык. Не волнуйся, я буду рядом, — последнюю фразу Макс сказал очень быстро и невнятно, чтобы Марк не услышал, а потом спокойно продолжил, — что будешь делать, кстати, пока летим? — Не знаю, читать в дороге не люблю, а от наушников может уши заложить. Наверное, посплю. — Может, хочешь поговорить? — Да, можно и поговорить. Но давай это потом, там уже стюардесса начинает говорить. По традиции, прозвучала инструкция по застегиванию ремней, по надеванию кислородных масок, еще прочие аспекты и капитан объявил, что самолет начинает взлет. Марк незаметно для всех вцепился руками в кресло, но Макс заметил это и поспешил его успокоить. — Марк, расслабься, а то еще давление подскочит. Лучше смотри в иллюминатор. Это, хоть и немного, но помогло ему. Вид был потрясающий: тысячи огней аэропорта уносились куда-то назад, а земля уходила из-под ног. Когда самолет набрал высоту, Марк окончательно успокоился и спросил Макса: — Так о чем ты хотел поговорить? — Да так, хотел узнать, кто ты, откуда, а то я ничего не знаю о твоем прошлом. — Как и я о твоем. Начни ты. — Ладно. Я Макс, мне 18 лет. Родился в Воронеже, но с тех пор часто переезжал. Когда мне было 5, родители развелись и я остался с отцом. Закончил 3 класса в Воронеже, потом мы переехали в Москву, там я учился до 8 класса, а уже потом мы переехали в Питер, где я закончил школу и поступил в твой универ. У отца свой бизнес, поэтому он позволил мне учиться платно, но я подтянул балл и меня перевели на бюджет. Так я и попал в твою группу. — Ого, ну ты и путешественник. — Теперь давай ты. — Ну я Марк, мне 17. Всю жизнь прожил в Питере. Школу закончил тут же. Родители поперли меня с квартиры, как только я поступил. Сказали, что будут кидать деньги на карту и платить за коммуналку, а все остальные расходы на моей совести и за мои деньги. Очень редко вижусь с ними, хотя, я и не скучаю, если честно. У них своя жизнь, у меня своя. Выучусь и пойду работать куда-нибудь. Ох, у меня большие планы на жизнь, если честно. — Никогда не понимал таких родителей, но может, с одной стороны это и хорошо. Учишься быть ответственным. — Возможно. И так прошел весь полет. Они обсудили, наверное, все на свете. Общение друг с другом давалось им очень легко, как будто они были знакомы всю жизнь. А когда оставался лишь час полета, они уснули (все-таки летели ночью), и в самолете наконец-то настала полная тишина. Лишь только Макс слышал стук сердца Марка, когда бесшумно опустил голову ему на плечо.