Бусины

Они сходятся в центре арены. Мощь на мощь. Одинаковые, разные. Сильный и ловкий. Они ходят кругами, примериваясь, присматриваясь, под гулкие завывания толпы, крики требующие крови. Они смотрят, следят за каждым движением, каждым шагом, взмахом руки, поворотом головы и сходятся одновременно, влетают друг в друга. Ладонь скользит по плечу, касается спины, и ловкий подныривает вниз, бьет по голени и тут же отступает в сторону, ускользая, как вода сквозь пальцы. Сильный не отступает, не даёт передохнуть, перестроиться на другой удар, перегруппироваться, обхватывает за плечи, тянет на себя, приподнимая над пружинящим полом арены и уже готов ликовать, как ловкий, невероятно извернувшись, оказывается у него за спиной, чиркая ребром ладони по открытому горлу. — Секс, — выдохнул Таузиг, повис на канатах и засвистел. — Чистый секс. — Так! — гаркнул Брок, стянул мокрую от пота майку, утёр лицо. — Все, кто кончил, в душ и на полосу препятствий, остальным могу отдрочить в приватной обстановке. Бойцы прыснули в стороны, сразу находя себе неотложные дела, заставив Брока лишь головой покачать. Роджерс тоже хорош, устроил тут показательную сцену, не мог до дома подождать, что ли. — Что ты там говорил про приватную обстановку? Тяжелое горячее тело навалилось на спину, руки сжали, не давая нормально вдохнуть. — Блядь, Роджерс, — прохрипел Брок. — С каких пор ты такой ревнивый стал? Неуверенность в себе? Застарелые комплексы? Плечо обожгло болью. Брок зашипел, боднул любовника в скулу и только тогда смог вырваться из хватки, развернуться на носках. — Я не ревнивый, — светло улыбнулся Стив, вновь потянулся к Броку, обнял, ласково погладил по спине. — Соскучился, вернулся вчера, а мужа дома нет. Он пьянствует где-то с кем-то. — Чудовище, — вздохнул Брок и позволил себя поцеловать. Откуда-то сзади снова засвистели.