Сокол ясный

      Я знаю, что это была ты.       Ты — убила мою мать. Я знаю, что это из твоей винтовки была выпущена та пуля, что принесла моей матери скоропостижную смерть. Я знаю, что ты — убила своего мужа. Я знаю, что ты — убийца, Амели Лакруа. Справедливости ради, мне плевать на то, что это твоя работа. Мне плевать на то, что это приказ.       Ты — убила мою мать. А я, за неимением всего того, что тебе так дорого, уничтожу тебя саму.       Я не знаю, что с тобой сделали — и мне всё равно, я имею на это полное право. И, более того, не знаю, как может балерина держать в руках снайперскую винтовку. Я проложу горы трупов за своей спиной, но я найду конкретно тебя, и, клянусь, чем угодно клянусь, ты очень сильно пожалеешь, что однажды не умерла.       Вот она, справедливость, о которой говорит каждый, кому только не лень. Считай, лично для тебя, эта Справедливость превратится в Месть.       Мне каждый твердит, что это того не стоит. Что всё это уже в прошлом. Но разве может в прошлом для ребёнка оказаться смерть его матери? И может ли сам ребёнок, узнав, чья неблагая рука принесла эту смерть, остаться в стороне?       Я не знаю, что с тобой сделали, и что осталось после «Когтя» от прежней Амели Лакруа. Но когда я настигну тебя, когда найду, я встречу тебя с гложущей ненавистью. Мне плевать, что мы были знакомы. Мне плевать, что ты была любимицей всего Овервотч. Мне не плевать, что ты стала убийцей.       Я найду тебя, Вдова.       Так тебя зовут сейчас?