Сказки Малышки Жюли

      — Ну, Доктор! Ну, учудил! Всех перепугал! — возмущалась Старшая Помощница, сидя рядом с ним на кровати в боксе.       Вокруг стояли остальные Помощники, возмущённые ничуть не меньше. Доктор Тондресс в своей красной пижаме с котятами обнимал подушку и строил недовольные гримасы. Шёлковые котята подражали своему хозяину и демонстративно отворачивались от Помощников, всем своим видом показывая, что полностью солидарны с Доктором.       — Вот-вот! Чуть до инфаркта нас не довел! — по привычке бухтел Зам. Доктор в ответ показал ему язык и накуксился.       — Да что вы за мной бегаете? Я не беспомощный ребёнок и не лежу тут при смерти, чтобы вокруг творить столько шума, сколько творите вы! — не выдержал он в конце концов. — Отстаньте от меня! — отбивался Док от Помощников, когда те попытались уложить его на кровать и укутать одеялом. — А ну, брысь отсюда! — он махнул рукой, и Помощники растворились в воздухе. — Фу-у-ух! Наконец-то! — Доктор, насвистывая, открыл окно, забрался в тапочках на подоконник и стал греться на солнышке. Вышитые котята, следуя его примеру, подставили свои мордочки солнышку и изредка мяукали, мол, не обижайся, Доктор Тондресс, на своих друзей, они желают тебе добра, но слишком уж усердно.       Тем временем Помощники, оказавшиеся в коридоре, кипели и фырчали на Доктора. Элен подёргала ручку двери в бокс, но она оказалась запертой.       — Вот ведь! Мы тут с ног сбились, чуть не поседели все, а он! — от возмущения Гару порой взлетал к потолку, а Люк ловил его за ноги и возвращал на пол.       На шум повыглядывали девочки.       — Что у вас случилось? — хором спросили они. К ним тут же кинулась Жюли, которая завела всех обратно. — Жюли, расскажи, что стряслось? Что-то с Доктором? — волновались они.       Жюли вздохнула:       — Да нет, все нормально. Просто Доктор заставил нас немного поволноваться… Ну, да ладно, расскажу вам с самого начала.              Доктор Тондресс сидел на радуге, болтал ногами и щурился на слепящее солнце. Он только что сбежал из «Приюта», ловко обдурив бдительных Помощников, и теперь сидел в красной пижаме и тапочках, смотрел на порхающих вокруг бабочек, улыбаясь и периодически убирая непослушную седую прядь со лба. Котята на его пижаме гонялись за бабочками, но, разумеется, поймать их никак не могли, потому раздосадованно мяукали, а бабочки, как назло, кружились совсем близко и дразнили их своими яркими крылышками.       — Здравствуй, Док! — услышал он, но, оглядевшись кругом, так никого и не увидел. — Я здесь, внизу!       Доктор Тондресс опустил глаза и увидел на земле лепрекона — ирландского гнома, своего давнего знакомого. Он был одет в традиционный зелёный костюм, остроконечную шляпу, голубые чулки и высокие башмаки с золотыми пряжками. Он опирался на тросточку с медным набалдашником и покусывал кончик курительной трубки, с которой почти никогда не расставался.       — О, Микки, дружище! — обрадовался Доктор Тондресс и чуть не упал с радуги. — Отлично выглядишь!       — Спасибо, ты тоже! Пижама весьма нарядна, — хмыкнул гном, с лёгкостью запрыгивая на радугу и усаживаясь рядом с Доком. Тот смутился, и котята тут же закрыли лапками свои мордочки. — Ну, не будем об этом! Я тут по делу!       — Что случилось? — напрягся Доктор Тондресс, отгоняя от себя бабочку, которая так и норовила сесть к нему на нос.       — Посмотри-ка! — лепрекон провел тростью в воздухе, и Док увидел симпатичного юношу — тот, насвистывая, шёл по дороге, засунув руки в карманы.       — Кто это? — Доктор в задумчивости потер бровь.       — Его зовут Вик, — сказал Микки. — Он младший сын в семье одного ирландского башмачника. Весёлый и трудолюбивый паренёк, любимчик родителей. У него и подружка есть, гляди.        Он снова провёл тростью по воздуху, и картинка сменилась: появилась невысокая очаровательная девушка с длинными вьющимися волосами, румянцем на щеках и звонким смехом. Они с Виком встретились и обнялись, потом вприпрыжку пустились бежать по дороге, держась за руки.       — Зачем ты мне их показал, Микки? По-моему, тут всё вполне ясно: у них любовь! — улыбнулся Доктор, смирившись с бабочкой на своём носу.       — Это было несколько месяцев назад. Сейчас многое изменилось, — вздохнул лепрекон. — Недавно он случайно поймал меня. Я, как обычно, начал сулить ему богатства за своё освобождение. В какой-то момент он моргнул, и я, воспользовавшись этим, ускользнул. Но с той поры Вик стал просто одержим поиском золотого клада. Он бросил свою семью, любимую, друзей и теперь ходит и ищет конец радуги! Эти глупые, глупые люди! Ты должен мне помочь, Док! — умоляюще попросил его гном.       — Но как? Это ведь лепреконы заведуют золотом, а не я! — удивленно поднял бровь Доктор.       — Но в твоих силах исцелить его душу от этой заразы, направить парнишку на верный путь, по которому он ещё недавно шёл! — сказал гном. — Смотри! А вот и он! — Микки показал пальцем вниз, и Доктор увидел приближающегося к радуге Вика, который держал в руках лопату; на его плече висело ружьё.       Доктор и лепрекон съехали по радуге вниз, навстречу юноше, и вскоре преградили ему путь.       — Вик! Остановись! — сделал шаг вперед лепрекон.       Парнишка посмотрел на него недобрым взглядом и прорычал:       — Отойди! Не мешай мне! Я иду к своему богатству!        Он хотел пнуть гнома, но тот увернулся от сапога Вика. Тогда парень вскинул ружье, и раздался выстрел. Лепрекон упал. Вик ухмыльнулся и хотел пройти мимо, но Доктор Тондресс удержал его, вырвал из рук ружьё и швырнул подальше — в самую гущу колючего терновника.       — Что ты наделал, глупец? — закричал Док, схватив парня за плечи и разворачивая к себе лицом. — Для чего тебе золото, одумайся!       — Мне нужно богатство! — глаза Вика смотрели дико, и он вырывался из рук Доктора.       — Богатство? Да что ты знаешь о богатстве? — Доктор старался говорить спокойным голосом. — Достанет ли тебе ума понять, что есть истинное богатство?       Но Вик не желал его слушать и упрямо твердил своё:       — Это золото! И я заберу его!       Ему всё-таки удалось вырваться, и Вик, с силой оттолкнув Доктора, быстро побежал по дорожке — туда, где, по его мнению, был конец радуги и горшочек с сокровищем лепрекона. Доктор Тондресс, поднявшись, хмуро и тревожно смотрел ему вслед.       — Ты прав, Микки, — сказал он, — мы должны спасти этого паренька. Он в большой беде, но сам не осознаёт этого.       Лепрекон как ни в чём не бывало поднялся и стряхнул с пиджачка дырки от пуль — те не причинили ирландскому гному ни малейшего вреда, — и зелёный бархат снова стал целёхоньким. Микки взмахнул своей тростью, и радуга исчезла с небосклона.        — Как ему помочь, если он глух к любым словам? — спросил Микки. — Ты и сам всё видел…       Доктор кивнул и крепко задумался, потирая пальцами переносицу.       — У меня с собой нет ни эликсиров, ни ингредиентов для них, — пробормотал он, а потом внимательно посмотрел на Микки, и его лицо озарилось улыбкой.       — Что? Ты что-то придумал? — встрепенулся лепрекон.       — Я попробую одно средство, — ответил Доктор. — Должно помочь. Но сначала мы должны найти Вика.       — Далеко убежать ему всё равно не удастся. Мы пойдём следом?       — А какая в том нужда? — Доктор пожал плечами. — Он ищет конец радуги, стало быть, нам, а точнее, тебе следует её вызвать и просто ждать, пока Вик сам нас найдёт.       Микки кивнул, и золотой набалдашник трости описал дугу. На небе снова возникла радуга: один её конец будто растворялся в воздухе, а вторым она упиралась в землю точно в том месте, где стояли Доктор и Микки.       — Мне кажется, нам не придётся долго ждать, — Доктор Тондресс, улыбаясь, погрузил ладони в радугу и наблюдал, как разноцветные её ручейки обволакивают его пальцы, которые теперь тоже казались цветными — это весьма забавляло его. — Скажи, Мик, на конце радуги действительно можно найти горшок с золотом? — спросил он чуть погодя.       — Конечно, нет! Лепреконы обнищали бы, если бы хранили своё добро так неосмотрительно, — фыркнул гном. — Наше золото волшебное, и место для его хранения нужно не менее волшебное. А радуга не очень-то годится для этого дела.       — Возможно, — не стал спорить Доктор Тондресс. — Но не мог бы ты спрятать немного золота под конец этой радуги? Только как можно глубже, пожалуйста.       — Что ты задумал, Док? — спросил Микки, исполнив его просьбу. Он немного нервничал, не понимал замысла своего друга и волновался, думая о том, что вскоре вновь придётся встретиться с сумасшедшим Виком. — Какое средство думаешь использовать?       — Как раз твою радугу, дружище, — ответил Доктор Тондресс, устраивая на своих ладонях цветной водопад.       Пижамным котятам это развлечение тоже пришлось по душе: один из них стал зелёным с красными ушками, другой — синим с жёлтым хвостиком, третий — фиолетовым с голубым брюшком, а четвёртый и вовсе походил на разноцветного полосатого тигрёнка.       Микки не успел спросить, как именно радуга поможет Доктору вернуть Вика к прежней добродетельной жизни, как тот показался на дорожке.       — Он идёт, Док! — воскликнул Мик.       — Вижу, — отозвался Доктор Тондресс, — а вот тебе, друг мой, лучше бы спрятаться. Ты же не хочешь, чтобы он вновь бросился на тебя?       Микки кивнул и притаился за большим валуном. Вик с бычьим упорством шёл к концу радуги и бубнил себе под нос про золото, которое всенепременно достанется ему. Когда он обрадованно вскрикнул, приблизившись к радуге, Доктор сел на валун, за которым укрылся лепрекон, наблюдая, но не вмешиваясь. А юноша тем временем, скинув рубаху, быстро копал большую яму — земля от его лопаты так и летела во все стороны.       Скоро его лопата звякнула о металл, и Доктор услышал радостный крик: Вик нашёл тот горшочек, что спрятал лепрекон по просьбе Дока. От радости он выбросил из ямы лопату, чтобы не мешала, и обеими руками вцепился в ручки горшочка. Юноша хотел выбраться из ямы со своей добычей, но потерпел поражение: яма была столь глубока, что у него не получилось даже допрыгнуть до края, чтобы подтянуться и выбраться наружу. С горшком золота эти шансы и вовсе сводились к нулю. Теперь у него не было даже лопаты, чтобы прорубить ступени, и Вик заревел раненым зверем от досады.       — Эй, кладоискатель! — окликнул Доктор, заглядывая в яму. — Нашёл золото?       — Нашёл, — недовольно прорычал Вик. — Но не могу выбраться вместе с ним! Этот проклятый лепрекон обманул меня!       — Лепрекон тут ни при чём. Это же не он заставил тебя копать яму, в которой ты сейчас сидишь. Ты можешь оставить золото и выбраться из ямы.       — Мне нужно золото! — твердил своё Вик. — Вытащи меня!       — А что ты с ним будешь делать? — полюбопытствовал Доктор. — Купишь лекарство умирающему или дом бедняку? Или, быть может, золото вернёт тебе любимую девушку, чью любовь ты променял на эту яму?       — Я убью лепрекона и заберу всё его золото! Я всё равно буду богатым!       — В этом случае будет полезнее, если ты останешься здесь. Твоё золото у тебя, как ты и хотел, — холодно ответил Доктор и отошёл от края ямы, вновь присаживаясь на пень.       Конечно, бросать Вика умирать с голоду в яме он не собирался, но преподать урок — почему бы и нет? Ведь не обязательно всякий раз прибегать к помощи волшебства…       Так и эдак юноша пытался выбраться, не выпуская горшок, но неизменно скатывался на дно ямы. Он попытался распихать монеты по карманам, но карманы штанов были неглубоки, а бросить оставшееся золото в яме Вику не позволила одолевшая его жадность.       Прошло немало времени, прежде чем юноша осознал, что может либо погибнуть в этой яме вместе с заветным золотом, либо оставить горшок и выбраться. Доктор только улыбнулся, когда увидел цепляющиеся за край ямы руки Вика, а вслед за ними показалась и голова. Доктор Тондресс, конечно, поспешил помочь ему, и вскоре уставший и измотанный парнишка сидел рядом с ним.       — Видишь, друг мой, золото не сделает тебя богатым, — сказал Доктор Тондресс. — Настоящее твоё богатство вот здесь.        Он коснулся рукой груди юноши, где билось его сердце. Другой рукой Доктор Тондресс вдруг с силой ударил по радуге, и светящиеся искорки окутали его и Виктора. Когда разноцветное облако рассеялось, Вик вздрогнул и посмотрел на Доктора. С его глаз будто упала пелена наваждения, и он огляделся по сторонам, не очень понимая, где находится и что произошло.       Понемногу память возвращалась к нему, и юноша в ужасе вскрикнул, вспомнив, каких дел наворотил: отверг и оскорбил любимую, ушёл из дома, перессорившись со всеми родными, как выстрелил в лепрекона…       — Что я наделал, что наделал… — Вик закрыл лицо руками, и спина его содрогнулась от рыданий.        — Возвращайся к своей семье, Виктор, к своей любимой! Проси у неё прощения до тех пор, пока не простит! И помни, всегда помни, где хранится твоё настоящее сокровище, — Доктор отпустил парня, и тот, кивнув, убежал.       Из-за валуна показалась голова лепрекона, он улыбался, глядя на Доктора Тондресса.        — Спасибо, Док! Ты спас мальчишку от рабства золота! — Лепрекон пожал его руку и исчез. Вслед за ним исчезли радуга и яма, что выкопал Вик, и горшочек золота.       — Вот ты где! Мы тебя обыскались! — почти сразу же Доктор услышал знакомые голоса — рядом с ним опустились пегасы, на спинах которых сидели Помощники. — Немедленно возвращайся в «Приют»!       Доктор схватился за голову и попытался сбежать, но Брюно уже крепко держал его за локоть.       — Ладно, ладно! — вздохнул Доктор Тондресс. — Подчиняюсь грубой силе, — и Доктор взобрался на пегаса, хмуря брови и смешно морща нос.       Помощники поспешили вернуть Доктора домой, хорошенько следя, чтобы по пути он снова не выкинул какую-нибудь шутку.              — Вы за него испугались, да? — спросила Сова.       — Конечно! Только представьте: мы заходим в комнату, а Доктора и след простыл! Чуть сердце не остановилось. Пытаемся с ним мысленно связаться, а он отшучивается: «Доктор Тондресс временно недоступен, попробуйте позвать его позднее!»       Девочки расхохотались, одновременно восхищаясь хитрой ребячливостью Доктора и представляя возмущённые лица его Помощников.       — Но как вы его нашли? — спросила Дракоша, с трудом успокаиваясь и стирая выступившие от смеха слёзы.       — Бабочки рассказали, — Жю улыбнулась.       — Бабочки? — девчонки недоверчиво переглянулись. — Разве бабочки умеют говорить?       — Да будет вам известно, что нет в мире больших болтушек, чем эти ваши бабочки! — будто бы возмущённо упёрла руки в бока Жюли. — Порой как налетят в сад, как начнут болтать о всякой чепухе — Патрик за ними весь день с сачком гоняется!       Новый взрыв хохота распахнул окна в сад, согнав с яблони воробьиную стаю.