Луч света в темноте

      Руки не слушались, а замки на двери квартиры, да и сама дверь, впервые казались настолько хлипкими. Учитывая размеры зверя, тот просто вынесет дверь, если ему это взбредет в голову. В воспоминании всплыла картина окровавленной морды и серебристые глаза, что смотрели прямо в душу. Бэкхена передернуло, заставляя отступить от входной двери вглубь квартиры. Он не мог отдышаться уже несколько долгих минут, все еще не веря в произошедшее. Он остался жив, его просто отпустили!       В квартире было темно, до восхода солнца был еще как минимум час, поэтому Бэкхен лихорадочно включал во всех комнатах свет, чтобы прогнать опасную темноту. Со светом стало немного легче дышать... Проходя мимо зеркала, Бэкхен чуть ли не подпрыгнул от ужаса, с задержкой соображая, что это всего лишь его собственное отражение. Он один и в полной безопасности.       Порез на шее, как и разбитая об стену голова, кровоточили, отчего рубашка пропиталась каплями крови, а пряди белых волос были испачканы алыми брызгами. Это были брызги чужой крови, тех самых людей, чьи развороченные тела все еще лежали не найденными в переулке с мусорными баками. Они все еще лежали там, совсем недалеко от его дома и его квартиры. - "Что если зверь отпустил его лишь затем, чтобы проследить, где он живет?"       Ужас нахлынул с новой силой, а испачканные в собственной крови руки не могли ухватиться за ручку двери в ванную комнату. Хотелось забиться в угол, а еще хотелось все забыть, чтобы перед глазами, когда их закрываешь, не появлялось кровавое месиво.       Головой Бэкхен понимал, что нужно было срочно смыть с себя этот ужас. Отмыть хотя бы тело, чтобы почувствовать себя лучше, но тело перестало слушаться, наконец ощутив слабость хозяина. Тремор был слишком сильный, пробирающий до костей, тянуло каждую мышцу, выкручивая жилы. Мозг реагировал на пережитый кошмар по-своему, пуская неконтролируемую дрожь, больше похожую на судороги, а Бэкхен пытался взять себя в руки, но не мог этого прекратить. Это нужно было просто пережить.       Теплые струи воды наконец позволили нормально дышать, а тремор постепенно стал стихать, оставляя после себя лишь дрожь. Бэкхен был не в себе, он не мог заставить себя даже задернуть занавеску, с ужасом глядя на замок двери, все еще не веря, что его отпустили. Он впервые с тех пор, как переехал сюда, запер дверь в ванную комнату. По коже бегали мурашки.       Айбисы не были убийцами, но этот айбис убивал. Убивал расчетливо и без сомнений. Он не был берсерком, про которых рассказывали Бэкхену в университете на дисциплине, посвященной изучению другого вида. Он был почти на все сто процентов уверен, что встреченный зверь не был безумным, ведь если бы это был берсерк, то его тело лежало бы в компании тех разорванных трупов. Такие айбисы не контролировали себя, они просто убивали всех, кто подворачивался под руку... точнее, лапы и клыки.       Берсерки были хладнокровными убийцами не только в зверином, но будучи даже в человеческом обличье. Их останавливала лишь пуля промеж глаз. После встречи с такими зверями без огнестрельного оружия не выживают, но сейчас он живой сидел в ванной, невидящим взглядом гипнотизируя защелку на двери.       Бэкхену было страшно выходить из комнаты, где просидел долгое время, поэтому он аккуратно выглянул из проема двери, осматривая коридор и кусок видневшейся кухни. В квартире стояла тишина, но Бэкхен не чувствовал себя в безопасности, он несколько раз подергал входную дверь, убеждая себя, что она закрыта. Он даже проверил окна, хотя прекрасно понимал, что это очень глупо, ведь если тот айбис захочет его убить - он убьет его и закрытые окна с дверью его не остановят.       Желудок был пуст, но обычного голода, что появлялся после смены, не было, поэтому Бэкхен сразу же залез на кровать, укутываясь с головой одеялом. Он так и не рискнул выключить свет, хотя в квартире постепенно светлело. Начинался новый день, а у него абсолютно не было сил и закрывать глаза было слишком страшно.       Бэкхена знобило, это было похоже на болезнь, вот только от болезни можно получить лечение в отличие от того состояния, что накрыло с головой. Посттравматический синдром. Бэкхен сам себе выписал диагноз, тут и гадать не нужно было, он лишь надеялся, что это пройдет со временем. Просто нужно пережить.       Пересилив себя, парень вскочил с кровати, крадучись направляясь на кухню в поисках таблеток. У него точно было снотворное в аптечке. Бэкхен выворотил коробку прямо на пол, желая поскорее найти нужные таблетки и вернуться в безопасную постель.       Большая часть лекарств была ожидаемо просрочена. Это была тупая привычка покупать таблетки про запас, благополучно забывая о них, пока срок годности стремительно сходил на нет. Бэкхен вздрогнул от донесшейся полицейской сирены, сглатывая вязкую слюну. - "Их нашли... Так быстро... Что если на месте преступления найдут и его кровь? Ведь она осталась на лезвии ножа..."       По спине пробежал холодок от внезапно пришедшей мысли, но затем мозг подкинул воспоминания переулка. Там было слишком много крови, и оторванная от тела рука лежала в крови, как и нож. Никто не станет разбирать в том месиве чья кровь была на ноже.       Таблетки снотворного были на грани срока годности, но Бэкхену в данной ситуации на это было плевать. Хотелось забыться. Он не задумываясь закинул на язык таблетку, ощущая горечь в смеси со сладостью, торопливо запивая лекарство водой.       Звуковую сирену выключили, но Бэкхен был уверен, что стоило выглянуть из окна, то сразу же будет видно синие отблески проблесковых маячков полиции. Под одеялом страх постепенно отступал, а может это было уже действие таблетки.       Бэкхен никому не расскажет, что был в том переулке во время убийства. Он никому не скажет, как выглядел тот айбис, что убивал людей. Если это был не берсерк, то тот зверь запомнил его, а значит будет знать, кто открыл рот в полиции. И вот тогда он точно вернется за ним...       Бэкхен дышал на счет, пытаясь впервые применить на практике свои знания из области психологии. Дыхание выравнивалось, а тело постепенно нагревалось. Он никому не расскажет о произошедшем. Ведь если так посмотреть, то он должен быть благодарен этому айбису. Зверь с серебристой шерстью спас его в эту ночь, он убил выборочно, отпустив лишь его. Он по-своему, но все же спас. Сон накрыл Бэкхена внезапно, прерывая хаотичные мысли и утягивая в пустую темноту без сновидений.       Пробуждение было болезненным, потому что абсолютно все мышцы в теле ныли. Это были ожидаемые последствия после ночного стресса и тремора. В спальне все также был включен свет, заставляя Бэкхена зажмуриться. Он впервые спал с головой под одеялом, высунув наружу лишь кончик носа. Вот что делал с людьми страх...       Бэкхен не глядя потянулся к тумбочке, нащупывая пальцами пульт и включая телевизор, висящий на стене. Канал новостей нашелся не сразу, пришлось все-таки высунуться из-под одеяла и щурясь от яркого света, выбрать нужную цифру на экране. Голова раскалывалась от боли, но Бэкхен заставлял себя прислушиваться к голосам из телевизора. Они должны были прокомментировать новые убийства.       Ожидание затянулось, а нервы были натянуты до предела, Бэкхен был напряжен до невозможности. Диктор из новостей всего лишь сухо заявил, что утром были обнаружены два новых тела, а полиция ищет очередного слетевшего с катушек берсерка, на чьем счету уже как минимум четыре жертвы в одном районе города. Мелодичный и спокойный голос сообщал о произошедших убийствах с той же интонацией, будто рассказывал о погоде, напоминая зрителям о том, что после темноты лучше не покидать свои дома.       Бэкхен вместо того, чтобы почувствовать хоть какое-то облегчение от услышанного, напрягся лишь сильнее. Неожиданно вспомнился айбис из клуба. Его новый случайный знакомый с серебристо-белыми волосами. Думать об этом было слишком страшно, а мозг вновь стал подкидывать воспоминания о произошедшем. Что если сегодняшней ночью убивал Чанель? Что если это не простое совпадение и встреченный им айбис с серебристыми волосами, и зверь с такого же цвета шерстью, одно целое?!       Под ложечкой засосало и вновь нахлынула тошнота. Бэкхен не хотел думать о том, что едва знакомый ему Чанель и есть тот самый убийца. -"А вдруг это новая форма берсерков?"       Страх нахлынул с новой силой, но Бэкхен старательно откидывал появившиеся и очень пугающие мысли, тем более, что голова нещадно раскалывалась. Он понимал, что ночью возможно получил сотрясение, когда его приложили головой об стену и именно поэтому так больно и все еще тошнит. Постельное белье было в пятнах крови, но хотя бы собственной, это не так пугало. Нужно было нормально обработать раны и хоть что-то съесть, чтобы не ухудшить и без того паршивое самочувствие. Хорошо, что в магазин за продуктами не нужно было идти, потому что Бэкхен чувствовал, что просто не выдержит. Он не готов покидать хоть и мнимую, но все же безопасность своей квартиры.