1992

Они всегда друг другу не нравились. Или им просто хотелось так думать? *** Америка хмуро смотрел на молодое государство. Союз только набирал силу, поэтому выглядел неуверенным в себе, постоянно запинался и с опаской оглядывал остальных. Смех, да и только! Не дослушав до конца его речь, Америка выходит из комнаты под удивленные взгляды остальных стран. Самым приятным для него было чувствовать обиду во взгляде коммуниста. СССР ему не нравился. Время шло, Союз креп как государство и больше не был нерешительным и пугливым. Его голос больше не дрожал, коммунист был спокоен и сдержан. В купе с ровной походкой и тяжелым взглядом держава вызывал уважение и страх. Нарастающая опасность со стороны Германии и Японии наконец подтолкнула американца наладить дипломатические отношения с Союзом. *** Лед суровой зимы треснул между ними, пропуская теплый весенний ветерок. *** Союз спокойно сидел на бархатном стуле и буравил взглядом стену, пока Америка что-то монотонно ему рассказывал. Коммунист не сразу услышал, как его союзник резко замолчал и хмуро на него смотрит. Лишь резкий щелчок перед его глазами заставил его едва ощутимо вздрогнуть и перевести взгляд на Штаты. Капиталист был недоволен. Очень недоволен. - Ты меня вообще слушаешь? - прикрикнул США на своего собеседника. Союз хмыкнул. Обижается. -Конечно. - страна положил руки на стол. Америка тяжело вздохнул. Было очевидно, что вторую часть его монолога Союз намеренно пропустил мимо ушей. - И что мне с тобой делать? - обреченно вздыхает Штаты, пытаясь не улыбаться. - Понять и простить. - подыграл ему Союз, состроив печальное лицо и умоляюще посмотрел на собеседника. Оба захохотали. Дальше у них просто не получалось вести серьезную беседу, поэтому они расположились на мягком диване и словно закадычные друзья обсуждали погоду за окном и новинки в литературе. *** Вторая мировая никому не далась легко. Каждый понес потери и страны сейчас приходили в себя. Союз сидел в кабинете своего союзника, который старался обработать его раны. - Ты можешь не шевелиться? - заворчал на него Америка, когда коммунист снова рефлекторно дернулся. Союз только кивнул головой. Когда Штаты закончил, он сухо поблагодарил его и вышел. *** Когда им казалось, что отношения наконец наладились, в жизни сверхдержав ворвалась холодная война. *** Союз сидел на своём месте, слушая речь Штатов. Где-то глубоко внутри каждое его слово отдавалось глухой болью. Еще вчера они были союзниками, а сейчас он активно настраивает остальные страны против его идеологии. Коммунист сжимает руки в кулаки, ожидая своей очереди. Ничего, он в долгу у капиталиста не останется. Закончив свою речь, Америка быстрыми шагами покинул трибуну, уступая ее Союзу. В какой-то момент их взгляды пересеклись, от чего Штаты тут же отвернулся. Ему было больно от своих слов, от слов Союза. От того, что вмиг их шаткие дружеские отношения разрушились. Его обжигало холодом этой войны мнений и азартом их гонки. Каждый из них стремился перегнать оппонента. В вооружении, в знаниях, в освоении космоса. Проще говоря во всем! Снаружи такие холодные друг к другу, со спокойным превосходством готовые язвить друг другу в ответ. А внутри каждому до боли хотелось оказаться в объятии друг друга, общаться на свободные от политики темы, петь песни и смотреть новые фильмы. В тот момент и Союзу и Америке вернуть это казалось уже невозможным. Но время шло. И в какой-то момент Штаты с удивлением смотрел на своего бывшего союзника, стоящего в его кабинете. Чтобы сам Союз и отойти от холодной войны? Чтобы он и первым пойти на уступки? Да быть такого не может! Хоть и холодная война все еще была на своем пике, Штаты принял его попытку наладить отношения. - Если честно, я скучал по нашим вечерам. - неожиданно даже для себя бросил Союз. Америка непонимающе поднял голову, отрываясь от чтение какого-то романа. Они переглянулись. - Я тоже. - отвечает Штаты, продолжая смотреть на своего собеседника. Ему очень хотелось обнять его, прижать к себе и больше не отпускать. В глазах Союза он читал тоже самое. Но никто из сверхдержав не сдвинулся с места, продолжая наслаждаться обществом друг друга. Завтра им снова придется быть врагами, когда никому этого не хотелось. *** Всему приходит конец, верно? Вот и для холодной войны настал конец. Америка смотрел на подписанные Союзом документы с недоверием. Ему все еще не верилось, что холодное во всех смыслах государство идет на уступки. Но все же, он тоже подписывает документы и откладывает их на середину стола. Поднимает свой взгляд на коммуниста. - Мне все еще не верится, что ты идешь мне на уступки. Союз хмыкает, глядя американцу в глаза. В его взгляде впервые промелькнуло...тепло? *** Американец держал Союза за руку и что-то оживленно ему рассказывал. Они медленно прогуливались по парку, огибая людей и стараясь скрыться от всей этой суеты в малопосещаемой части парка. Сейчас была весна, погода была на удивление теплая и солнечная, отчего обе страны шли в солнцезащитных очках, заботливо подобранных для них Штатами. Союз был против, но Америка с детской игривостью надел их коммунисту на глаза. - Тебе идет! Совок закатил глаза, улыбнувшись уголками губ. Шутливо поспорив об этом с капиталистом они вышли наконец из квартиры, в которой жил Советский Союз. *** Напряжение холодной войны, наконец, спало. И зацвела весна. - Люблю тебя. - Штаты обнимает Союза, утыкаясь носом ему в плечо. Коммунист улыбается уголками губ и целует его в макушку. - И я тебя люблю. - цветы распускаются в душе американца от этих слов. И он верит, что их теперь ждет счастливое будущее. Ведь всё у них позади.

А перестройка все идет, и идет по плану.

На дворе стояла холодная зима. Америка и Союз сидели у камина в обнимку и непринужденно о чем-то разговаривали. Как вдруг Штаты отстраняется от любимого и настойчиво смотрит ему в глаза. Союз удивленно приподнимает бровь. - Союз. Мы точно встретимся в следующем году? Коммунист ухмыляется, прикрывая глаза. Выдерживает неглубокую паузу, прожигаемый пытливым взглядом американца. -Обязательно. Следующий год был 1992.