Не слышу, не говорю

Распечатки легли на стол мягко и беззвучно, хотя это была достаточно увесистая стопка с торчащими кое-где пластиковыми закладками. Принесший сел на стул напротив, развернув его спинкой вперёд, и тяжело вздохнул. - В смысле?.. - поднял голову хозяин кабинета и поправил сползшие на нос очки. - В прямом. Это всё, что есть. - За два дня?! - А я предупреждал, док. Доктор Штерн нервно выдохнул и откинулся на спинку стула, скосившись куда-то в сторону. Масштаб его несколько пугал. - А краткого пересказа нет? - он подтянул к себе стопку и взял первые два листка. К тому моменту, как он дочитал текст на первом до конца, выражение его лица сменилось на отсутствующее, а в глазах загорелся нехороший огонёк. - Возьмёте объект? Шеф на меня хотел повесить, но чёрт, я ненавижу такие... - аккуратно произнёс коллега. Доктор Штерн рассеянно покивал, потом опомнился и поднял голову: - Да, разумеется! Переводи, я запрос сейчас отправлю... - Не парься, я оформлю всю бюрократию. Ты, главное, поработай с объектом толком. Потом расскажешь, ладно? Ответа не последовало. Доктор Штерн уже успел выпрямиться, как-то подобраться и даже пригладить растрёпанные рыжие вихры. Он был похож на гончую, взявшую след. Доктор Штерн - как бы его ни звали на самом деле - специализировался, во-первых, на лингвистике, а во-вторых, на анартистах. В принципе, было абсолютно логичным отдать ему этот объект с самого начала, но он умудрился разругаться с начальством в первый же день, как прибыл в эту Зону. Поэтому на него то и дело пытались сбросить объекты похуже - что-нибудь мерзкое, опасное или, того хуже, скучное. Однако доктор Штерн умудрялся выкрутиться и тут. На следующий день объект был передан ему, а ещё через два дня на адрес спешно выехала МОГ Тау-14 "Книгочеи" - и непосредственно доктор Штерн вместе с ними, вопреки их протоколу работы. Каким образом он умудрился это сделать, оставалось загадкой, однако руководитель опергруппы предельно чётко объяснил составу, что док имеет право на любые действия, а в случае, если объект повлияет на него, его надлежит немедленно усыпить и доставить обратно в Зону. "С чего он взял, что вообще сможет пройти дальше порога?" - спросила одна из оперативниц. "Док уверяет, что у него сверхвысокий порог устойчивости", - ответил руководитель, - "что ж, проверим на месте". "А к транквилизатору у него тоже порог?" - другой оперативник беззвучно хмыкнул. Руководитель отмахнулся, скривив губы в полуулыбке. Он был не слишком высокого мнения о белых халатах. Они остановились в нескольких метрах от дома. На ночной улице царила приятная тишина - не полная, но уютная. Где-то неподалёку был сверчок, ветер тихонько шелестел в кронах деревьев, иногда с соседних улиц доносились звуки проезжающих машин. Доктор Штерн выразительно кивнул и направился следом за оперативниками. Они должны были входить первыми на тот случай, если в доме появились ещё заражённые - хоть объект и был поставлен под наблюдение, однажды к нему уже смогли пробраться посторонние. И весьма агрессивные. Сотрудники МОГ быстро прочесали оба этажа, никого не обнаружили и позволили наконец доктору войти. Сделав несколько шагов за порог, доктор Штерн замер. В доме было тихо. Безумно тихо. Он сглотнул и не услышал этого звука. "Я тебе не поддамся", - подумал он, нахмурился, поправил нервно очки и прошёл дальше. Оперативники смотрели на него с беспокойством. Объект был в гостиной. Он выглядел обычной распечаткой - с четверостишием в середине страницы - но этот, казалось бы, простенький листок сейчас распространял своё влияние на весь дом. "Объекту мешают стены или же объект был создан под эти стены?" - подумал доктор Штерн и подошёл вплотную, чтобы рассмотреть листок. Ватная тишина. Она угнетала, казалось, будто он оглушён. Мысли замедляли ход, путались и сбивались. Ведомый скорее интуицией, доктор Штерн наклонился над листком, закрыв пальцем последнюю строчку. "Вы, вдохновенье презревши, осмелились руку гнилую Поднять над искусством, что вечно, всесильно и смело - Знайте же: каждый отныне, кто строк сих коснулся, увидел..." Думать стало невероятно тяжело, как при острейшей мигрени. Доктор Штерн облизнул пересохшие губы и попытался произнести вслух: - Вы, вдохновенье... - он осекся. Он не слышал своего голоса, словно оглох, но ему казалось, что он произносит что-то совершенно не то. Не слова вообще. И даже не звуки - вернее, не звуки этого мира. - Подождите-ка, - беззвучно произнёс он, вздрогнул и сжал листок в ладони, комкая его. Оперативница было дёрнулась, но жест руководителя её остановил. "Здесь что-то не так", - доктору Штерну казалось, будто он идёт по болоту - каждое слово в мыслях давалось с усилием. - "Не в стихах дело. Если бы в них, они бы тоже попали под воздействие. Они глухие и немые. Но не слепые. И я не слепой, но я почти оглох и онемел..." Он слепо нашарил рядом стул, подтянул его и сел, вспоминая всё прочитанное об объекте. О том, как люди сначала впадали в апатичное состояние, а потом резко в агрессивное. О том, сколько людей попало под это влияние. О том, как они попадали в этот дом и как уходили из него... хотя уходили ли? "Это не поэзия. Это музыка. Это не моя специальность", - доктор Штерн обвёл комнату мутным взглядом, потом посмотрел на часы. Семь с половиной минут, он продержался уже на три минуты дольше, чем последний испытуемый, которого загнали сюда для проверки. Молчание. Абсолютная тишина. Каменная. Доктор Штерн вздрогнул от собственных мыслей и осмотрелся. Дом был старым, кирпичным, внутри давно не делали ремонт - кое-где даже обои оторвались и висели лохмотьями, обнажая кладку. Внезапно ощутив странную тяжесть и слабость во всём теле, доктор Штерн сложил руки на столе перед собой и уронил на них голову. Краем глаза он заметил движение оперативницы, но не в силах был ей противостоять. "Всё слишком просто", - успел подумать док до того, как его вырубило окончательно. Он пришёл в себя уже в медблоке Зоны. Вокруг царила угнетающая тишина. Сначала даже стало страшно, но потом доктор Штерн попробовал пошевелить рукой и услышал успокаивающий шорох ткани. Он откашлялся - этот звук тоже услышал - и попробовал что-нибудь произнести. - Всё страньше и страньше, - объявил он очень хрипло и тихо, но всё же словами. Мысли постепенно набирали обороты. Сев на койке, он потёр виски и нажал кнопку вызова персонала. Док терпеть не мог всю эту бюрократию, но знал, что придётся потратить ещё с час, прежде чем его выпустят. - Это дом, - вместо приветствия сообщил он, привычно шумно врываясь в подшефный опен-спейс. - Кто на семь-девятнадцать занят? Младший научный сотрудник поднял руку, не отрываясь от монитора. Доктор Штерн подошёл к нему, оперся о спинку стула и бесцеремонно посмотрел в экран - там были открыты входящие, ничего интересного и нового. - Я составил протокол по вашему визиту, - сказал сотрудник, - внёс всё в базу, ждём утверждения, но если что-то новое... - Это дом, - с досадой повторил доктор Штерн. - Это не меметическое стихотворение, оно просто приманка. И заодно глаза отводит. Вот ты не подумал, что опергруппа не слепая, а? - Так они в курсе были и не подходили, - озадачился сотрудник. "Дебил", - чётко прочиталось в недовольном взгляде доктора Штерна. - Делай заявку на звуковое оборудование. Будем проверять. Проводить испытание с оборудованием он снова вызвался лично. Пару подопытных сопровождала всё та же МОГ, на одном было заглушающее оборудование, а другого вооружили считывающим. Второй "дэшка", как их обычно тут и называли, начал проявлять признаки воздействия объекта через минуту - уныло сел на диван и выронил один из датчиков. Оперативник тут же подобрал его и сунул в руки подопытному, на что тот даже не среагировал. Второй, который был в наушниках, с недоумением смотрел на происходящее. Доктор Штерн неотрывно наблюдал за показаниями на экране планшета. "Ну всё", - хотел громко сказать он, но дом не позволял. Оглушительная тишина мерзко пробиралась всё глубже и глубже. Тогда доктор Штерн просто махнул рукой оперативникам - мол, закругляемся - и спешно покинул дом, потирая уши. Снаружи голос вернулся минут через пять. "Дэшек" к тому моменту уже погрузили в фургон, а данные с оборудования были отправлены в офис. - Это скучно, - отчётливо проговорил доктор Штерн голосовому набору. - Это не "Всё путём", это подделка под них. Дом - не объект искусства. Дом - просто аномалия. Я передам объект коллеге, вам сообщу по факту. Руководитель МОГ прочитал, кивнул и жестом показал, что всё понято и принято. Он был спокоен, а вот у доктора Штерна вид был разочарованный. - Дом, где не звучат языки, - сказал тот задумчиво сам себе. - Могла бы выйти классная история. Или рок-баллада. Я бы послушал. Он вздохнул, окинул дом взглядом последний раз и направился к своей машине. В конце концов, объекты звукового воздействия - это не его специализация. И работать не по анартистам ему совершенно не интересно. Никто из "путёвых" не стал бы создавать объект в такой скучной архитектуре и без всякого намёка на искусство - тем они ему и нравились. - Завтра будет новый день, - утешил доктор Штерн сам себя, - и новый объект... - он посмотрел на часы и задумчиво добавил: - А пока что не выпить ли мне чаю?..