Спаси ангела

      Горящие глаза Абигор были растерянными. Она суматошно смотрела то на меня, то на неумолимо приближающиеся деревья. Она ослабила хватку, поднырнула под меня, распласталась подо мной точь в точь повторяя позу с крыльями и пнула меня ногами. Растерявшись, я перевернулся и снова взмахнул крыльями. Я ждал, когда же она вывернется, но оттолкнув меня, демоница ускорила свое падение. В последний момент она закрыла глаза и... исчезла.       Падать было неприятно. Приземляясь мое тело переломало кучу веток, но само осталось невредимым. Мой взгляд уперся на вырезанную в дереве метку. Это не ее сила. Пещера!       Ночью эта проклятущая пещера, которую мы так долго обхаживали не была такой тихой. Появились многочисленные шорохи, не поддающиеся описанию и едва заметные мерцающие знаки на сводах. Я летел едва успевая заметить эти обозначения, когда меня буквально оглушил чудовищный крик. Вся душа ушла в пятки. Такое я не слышал даже во время войны, рядом с камерой пыток. Это же что надо делать с демоном, чтобы он как кричал? С демоном?!       Я переполнился желанием сровнять с землей каждого, кого встречу на пути. Пролетев не один пролет огромной пещеры, прямо под ее потолком был обрисован вход. Меня поразил размер помещения в таком месте, ничем не хуже переходов основной пещеры. Во всем этом каменном зале было всего десятка два непонятных чудовищ, которых я не видел за все свое существование ни разу. Словно сотканные из тумана, со впавшими черными дырами вместо глаз, ужасная оголенная пасть без губ, выставляющая острые зубы. А в центре, стоящая на коленях, в растекающейся к ногам монстров луже крови Абигор. Без крыльев...       Окровавленные твари двинулись ко мне, издавая те самые звуки, наполнявшие пещеру. Никакие это не шорохи, а утробные рыки-стоны, похожие на предсмертный хрип захлебывающегося кровью. В моей вытянутой руке появился ангельский клинок, немного мной удлиненный. Монстры после смерти растекались под ногами холодным туманом, но до этого сражались как доведенные до бешенства хищники. Руки некоторых были больше чем по локоть в крови, от этого меня передергивало. С шеи одного из них в пылу сражения я сорвал мерцающую колбочку с заключенной благодатью. Но долго в моих руках она не оставалась. Один, незамеченный мной монстр обрушился сверху, прокусил мне плечо, придавил крылья. Что-то вошло в спину туманному созданию, немного задев и меня.       Ледяной туман разошелся по моему телу. Свисавшей из кандалов рукой демон воткнула в монстра мой же кинжал. Ее рука тлела от прикосновения к реликвии. Когда я разорвал цепи, Абигор обессиленно свалилась на пол. Последнее, что она мне шепнула, подняв все еще горящие глаза это:       - Анаэль, благодать...       И уронила голову на пол. Только сейчас я разглядел все нанесенные ей раны... Укусы, рваные раны по всему телу, буквально оторванные крылья и оплавленная от святого металла рука. Горячая слеза сама вырвалась из моего глаза, обжигая мое лицо. Уже практически безразличным взглядом я обвел пещеру в поисках стеклянного пузырька с благодатью.       Он был раздавлен. Светящаяся белая душа ангела растекалась по безжизненному полу пещеры. По неведомому зову я приложил к ней ладонь. Теплым ласкающим лучом она побежала по моим венам. Я закрыл глаза и передо мной стоял Максадиэль.       "Освободи меня. Тебе не вытащить архангела с того света. Просто прими это как должное." - Нет! Столько сделано чтобы вернуть тебя. Что будет с Раем, Адом и Землей?!       "Узнаешь только когда это случится. Не мучай меня, брат. Я долго ждал когда же наконец смогу с тобой поговорить." - Это несправедливо!       "Она пожертвовала собой, - архангел посмотрел на мертвое тело демона. - Ты принял это. Прими и мой выбор." - Пусть будет по твоему. Я отпускаю тебя...       Образ Максадиэля исчез, а вся благодать разошлась по моему телу. Возникла жгучая боль у основания крыльев, заставившая меня стать на колени. В следующее мгновение я почувствовал еще прорезавшиеся крылья. Когда наконец смог спокойно дышать, встал и осмотрел произошедшие изменения. Три пары крыльев, как у... серафима?! Нельзя сейчас теряться, я все узнаю когда вернусь на Первые Небеса.       Я присел у тела Абигор, желая последний раз взглянуть на это лицо. По своей глупости потерять ту, кого хотелось защитить больше всех... Едва коснувшись своими губами ее губ я ощутил новую, более жестокую чем физическая, боль. Она поглотила всего меня за секунды. Что теперь остается делать. Я лег рядом с воительницей, всех душой мечтая, чтобы она услышала мне сейчас оттуда, куда попадают демоны и ангелы после смерти, если такое место конечно есть. Слова путались в голове, не давая даже достойно попрощаться с той, что сегодня спасла далеко не одну жизнь. Глаза закрылись сами собой. Скорее всего я повалился в забытье. Не знаю сколько так пролежал, но разбудило меня горячее касание, прошедшее по щеке огненным языком.       - Последний серафим...       Не веря я распахнул глаза и сел, едва не стукнув владелицу этого до дрожи знакомого голоса.       - Удивлен? А представь как я! Умирала истекая кровью, без крыльев, а очнулась целая. Рядом с серафимом, - эта дьявольская улыбка меня с ума сведет... В этот раз я прижал ее к себе с твердым намерением просто так не отпустить. Три пары крыльев создали отличный кокон, из которого без моего желания это зеленоглазая бестия точно не выберется. Вот такие горячие, отвечающие на поцелуй губы мне нравятся намного больше. По моей вине они больше не остынут.