Попутчик

Гордость нам стоит дороже, чем голод, жажда и холод.

- Как же так вышло, что я влюбился в тебя? – спросил Джерард, открывая глаза и наивно улыбаясь. Фрэнк был в ступоре. Он просто не ожидал этого. Он думал услышать, что угодно, но не это. Как такое возможно? Почему Уэй влюбился в него? Может, он врет? - Это неправда. Такого не может быть! - Что? Почему же? Вполне себе реальный факт из моей жизни. Фрэнки, я люблю тебя. Я сам не знаю почему, но стоит мне только вспомнить твои полные жизни глаза, как внутри меня все переворачивается! – Джерард раскинул руки в стороны. – Вот он я перед тобой, как перед Богом! Хотя, я даже с ним не был бы так честен, как с тобой сейчас! Фрэнк, пойми, я не сдамся, хоть и признаю, что люблю тебя! – последние слова Джерард прокричал в небо. Он опустил голову и усмехнулся. Все кончено. Он больше не может это терпеть. Неужели, он сломался? Нет, Уэй не сдастся, как бы ему ни было больно. Он вновь смотрит на Айеро, который закрыл лицо руками, его трясет. Поначалу, Джерард думает, что парень плачет, но позже понимает – тот смеется. Истерично, зарываясь пальцами в волосы, смеется так, что кровь стынет в жилах. - И ты думаешь, что после этого, я упаду в твои объятия, попрошу простить меня, хотя я ничего не делал? – смеется Фрэнк. - Да я тебя ненавижу. А свою любовь засунь куда подальше, мне похуй! – жестоко заканчивает Фрэнк и уходит, как можно быстрее, оставив разбитого Джерарда около машины. Ночь. Одиноко светит фонарь. Падает первый снег. Но Джерарду плевать на все это. Его поглотила ужасная боль. Его отвергли. Уже второй раз в жизни, любимый человек отвергает его. А все потому, что он сам виноват. Кому нужен такой ублюдок, как он? Джерард словно во сне садится в машину и выезжает с клубной парковки. На дорогах пусто, лишь изредка попадаются машины или люди. Уэю плевать абсолютно на все. Он снова умер. Его душа вновь начинает гнить, разлагаться. В ней словно поселился червь, который прогрызает себе путь, ничего не оставляя после себя. Там скоро будет настолько пусто, что уже ничего не сможет спасти парня. Ни музыка, ни девушки, ни наркотики. Но он не будет унижаться, он не сдастся и не сломается перед каким-то недомерком, которого однажды нашел на дороге. Которого он трахнул, сам того до конца не понимая. Которого полюбил сильнее всех на этой гребанной планете. *** Утро. Паршивое утро в квартире Айеро. Почему паршивое? Во-первых, он проснулся с дикого похмелья. Что хотел, то и получил. Но уже пожалел, что хотел. Во-вторых, благодаря похмелью, Фрэнк запнулся и упал в гостиной. В-третьих, это 15 пропущенных вызовов от Майкла. Фрэнк привел себя в порядок и пошел готовить завтрак. В это же время он пытался дозвониться другу, который почему-то не брал трубку. Обиделся? Наконец, послышался злобный голос на другом конце: - Айеро, твою мать! - Я тебя тоже рад слышать, - безразлично ответил Фрэнк. - Ты, сука, я тебя порву на хуй! – а вот это было странно и очень не похоже на Майкла. - Майки? Это точно ты? - Нет, Папа Римский! – заорал друг в трубку. – Какого хера происходит? - О чем ты? – Фрэ не понимал, что происходит. - Я про то, что мой брат вваливается в мою квартиру в 4 утра, пьяный в ноль. Я пытаюсь узнать у него, в чем дело, а все что удается мне услышать от него, это невнятное бормотание из которого я отчетливо понял только «Айеро», «Сука» и «Почти сломал», - выпалил Майки. Фрэнк отставил кружку с кофе в сторону и заулыбался. - Правда? Прям вот так и говорил? Отлично, - протянул парень. - Отлично? Ты с ума сошел? Мало того, что ты его, оказывается, избил, так еще и моральные травмы ему наносишь? Я не хочу, чтобы он снова вскрылся! – вырвалось из Майки, и он тут же умолк. - Черт... - Что? Что значит, снова вскрылся? – переспрашивает Фрэнк. - Нет, ничего, - быстро лопочет Майки. - Сказал «А», говори «Б». - Блядь, - Уэй-младший тяжело вздыхает, - Джерард однажды пытался вскрыться. Из-за какой-то бляди. Он ее любил, что ли... Но она не ответила на его чувства, более того, она назвала его мерзким ублюдком, который сдохнет в одиночестве, - закончил Майкл. – Я тебе не рассказывал. - Хорошо, я приеду сейчас, окау? – Фрэнк посмотрел на себя в зеркало. Вид был не ахти, но все же лучше, чем он думал. - Эм, ладно. Он спит еще, но, думаю, проснется к твоему приезду. Фрэнк отключился и вновь посмотрел в зеркало. - Значит, почти сломался? – усмехнулся Фрэнк, поправляя челку, упавшую на глаз. – Значит, пора доломать и собрать заново. Айеро быстро переоделся, взял ключи от квартиры, телефон, деньги и, подмигнув на выходе своему отражению, вышел из квартиры.

Гордость — порок самых развращенных и униженных, равно как и возвеличенных и самоуверенных.