Черная вспышка

      В каждой истории есть капелька лжи, каждая история о чем-то умалчивает по той или иной причине. Такое же произошло, судя по всему, и с историей Обито, которую тот ему рассказал на днях, при этом сообщив, что его подруга детства мертва, но все оказалось не так. Сейчас перед юношей стояла довольно высокая брюнетка, худого телосложения и с длинными волосами, доходящие почти до лопаток на спине. Стоит признать, что девушка была красивой и на вид была дружелюбной. Убрав руки за спину, она стояла и молча улыбаясь, смотрела, как из спирали появляются двое шиноби. Одного она знала с детства, а вот второй ей был незнаком. Она не помнила, чтобы Обито ходил с кем-либо, тем более с ребенком. Тем не менее она была рада приходу старого товарища, поскольку виделись они довольно редко. Она занималась исследованиями, он шёл по своему пути преступника деревни, но несмотря на это образовали прочный дуэт. Не хватает только Какаши с его вечно хмурым лицом, но что поделать. Зато теперь, кажется, в их полку пополнение этим мальчиком. Смотря на его остроконечную прическу, на его спокойное, но все же детское лицо, ей становилось печально от того, что даже сейчас, когда войны уже нет, дети продолжают жить в таких условиях. — Здравствуй, Обито и... — она замолчала взглянув на того, что поменьше. — Наруто, — представился он, снимая свой капюшон и входя в помещение, которое было весьма опрятным, даже слишком для подземного убежища. Обито лишь кивнул, последовав за напарником и усевшись возле него на диване. — С чем пожаловал спустя долгое время? — Осмотришь его, — взглядом он указал на Наруто. Девушка пальцем указала на соседнюю комнату, где у неё был операционный стол. Осмотр решили не затягивать, побыстрее разобравшись с ним. Обито остался, а эти двое пошли к столу. Когда Наруто стянул верхнюю часть одежды, она ужаснулась количеством его травм, ушибов, порезов и синяков. На нем буквально не осталось живого места. — В бою с кем ты заработал столько? — спросила она, взяв его за плечо и укладывая на кушетку. Видя, что мальчик начинает запинаться, она немного сжала его плечи. — Бился с членами АНБУ, — нехотя ответил Узумаки-Учиха отвернувшись, чувствуя непонятно откуда взявшееся смущение. В принципе, этого ответа хватило для того, чтобы знакомая Обито расслабила хватку. Далее они молчали. Девушка принялась долго осматривать его глаза, а после в очередной раз недовольно наградила его взглядом. — Переусердствовал с глазами, да? — буркнула куноичи. — Для ребёнка твоего возраста даже малое использование Мангеке может иметь серьёзные последствия. Неужели нельзя было обойтись без их использования? — придумывать что-либо уже не было смысла, так как девушка уже все знала, потому он просто неуверенно кивнул, отводя глаза в сторону. — И о чем только думал этот дурак? — вздохнула Рин, а мальчик понял, что это она уже о Обито. — Насчёт глаз… Я займусь их восстановлением, на которое уйдёт не менее двух, трех лет. — этот срок непременно шокировал его, ведь он до последнего надеялся, что вскоре сможет вернуться в строй, но видимо у судьбы на то были другие причины. — Можно вопрос? — не стерпел всё же брюнет. — Давай. — согласилась Рин. — Почему вы не вернулись к Какаши-сенсею? Ведь он до сих пор думает, что вы погибли. — улыбка сошла с лица Нохары. — Так надо, — коротко сказала она выходя из комнаты оставив его наедине с самим собой. Когда он вышел из комнаты, он обнаружил только спящего Обито, положившего под голову руку. Рин нигде не было, а искать её он не решился, поскольку видимо разгневал её своим последним вопросом. Ещё бы, сунул нос в не своё дело. Начал спрашивать о личном, не имея при этом к этому отношения и прав. Усевшись на соседнем кресле, он принялся ждать его пробуждения, но сам не заметил, как тоже уснул.

***

Небо было затянуто свинцовыми тучами, за которыми моментами громыхал гром, а на горизонте были видны периодически сверкающиеся молнии. Весть о смерти легендарного санина мигом разлетелась по всему свету, отчего в деревню стекались все, кто только мог. Каждый хотел в последний раз попрощаться с Джирайей. Почти сразу же пришла и будущая Хокаге ворвавшись в морг как раз перед погребением и потребовав оставить её на минуту с тем, что осталось от Джирайи. Она всегда была стойкой и уверенной в себе женщиной, но сейчас, горячие струи слез сами по себе стекали по её щекам, падая к ногам. Вцепившись руками в бинты, которыми было оплетено его тело, она прижала подбородок к груди, сквозь слёзы смотря на также забинтованную голову, из который выходила длинная белая шевелюра. Левой руки, как и правой ноги у тела не было у тела. Она однажды потеряла близкого ей человека, и вот теперь теряет ещё одного. Да, он был не совсем нормальным с весьма извращенным характером, из-за чего тому часто влетало от неё, но тем не менее ей становилось легче, когда её товарищ поддерживал её несмотря на то, что она делала. И вот теперь, она даже попрощаться не смогла. И уже не сможет. В дверь настойчиво постучали, что значит уже пора хоронить. И вот, она уже стоит в общей массе, смотря как закапывают тело Джирайи, а после наступает минута молчания. Никто не осмелится прервать её. Теперь люди просто стояли напротив могилы, пока потихоньку не стали расходиться по домам. Таким образом перед могилой осталась лишь небольшая горстка людей: Цунаде, Сарутоби, Хатаке, Гай и ещё пару учителей из академии. — Что делал Джирайя перед своей смертью? — сквозь зубы процедила Цунаде, даже не сводя глаз с его могилы. — Только не наделай глупостей. — вздохнул Хирузен. — Что?! — вновь повторила внучка Первого. — Он хотел отправиться на твои поиски, чтобы лично позвать тебя в Коноху, дабы не дать Данзо стать Хокаге. — теперь ей стало все понятно и о том, почему его убили, и кто повинен в его смерти. Проклятый Корень с его проклятым Данзо. Но тот явно не ожидал, что она сама вернется в деревню. — Прошу! Только не принимай поспешных и необдуманных решений. — Хирзуен прекрасно помнил нрав своей ученицы и боялся, что если она вздумает пойти и начать выяснять, она пойдёт. — Не стану. Я не доставлю этому ублюдку столько радости, я испоганю ему все его планы, а до него я ещё доберусь. — Третий лишь закрыл глаза. Он был не в состоянии пытаться её отговорить и мало того, сам чувствовал вину за то, что это делает его товарищ из детства. Будь он немного построже с ним, возможно всей этой ситуации можно было избежать…

***

Проснулся он только ближе к вечеру, когда его растрепал Обито со словами, что пора приступать, а то они итак вдвоем проспали почти весь день, чем вызвали недовольство Нохары, у которой по планам должно было проходить какие-то исследования с ядами, но которые она решила отменить из-за прибытия этих двоих, которые настолько оказались беспечными, что умудрились уснуть вдвоем. Таким образом, он мигом очутился на кушетке, при этом руки его были почему-то связаны также, как и ноги. Это вызывало у него подозрения, но все же он решил полностью довериться этим двоим. Немного позже, Рин окончательно уничтожила его сомнения словами, что боль от процедуры будет такая, что не каждый выдержит, а чтобы конвульсии не мешали медику, и были принесены ремни. Была действительно резкая, сильная, жгучая боль в глазах, жар от которых проходил по всей голове, отчего было чувство, что она вот-вот взорвется, забрызгав всех своим содержимым, но нет, парень из последних сил держался, пытаясь удержать все нарастающие порывы боли. Выходило это у него слабо. Вцепившись руками в собственные брюки, он чувствовал, что вот-вот отключится, но его постоянно хлопал по щекам Обито, поскольку категорически нельзя было допускать то, чтобы пациент был без сознания. Тем более когда операция уже началась и бросать на половине пути уже не было возможным. Будучи ребенком, он эту боль воспринимал еще тяжелее. Его тошнило, его рвало прямо на пол, его бросало и в жар, и в холод, он был на грани между жизнью и смертью. Еще жути ко всей этой картине добавляло то, что неизвестно, что будет с психикой человека после такой операции. Он мог запросто лишиться рассудка, превратившись в безвольного, безэмоционального овоща, вечно пускающего слюни. Такая перспектива ему само собой не нравилась, но как объяснила Рин, все теперь зависит чисто от него. Помутнеет ли у него рассудок или полностью самоуничтожится, а может все пройдет нормально и он будет, как прежде. — Как такое вообще возможно?! — завопила та, наблюдая над тем, как стал меняться пациент.

***

Внезапно Наруто почувствовал, что он почему-то может открыть глаза, отчего в его голове промелькнула характерная мыслишка: Неужели все закончилось?, — радостно подумал он открывая веки, но был сильно удивлен, когда перед ним оказалось не то самое помещение, в котором он лежал, а совсем другое… Множество узких коридорчиков с потресканными стенами и периодически падающими каплями с верху. Это место ему было знакомо. Именно здесь находится его Биджу — Девятихвостый под именем «Курама». Но с чего именно он здесь оказался? А точнее — почему? Брюнет медленно пошел по давно выученному маршруту, петляя по коридорам, он оказался перед большой клеткой. Внутри было темно, из-за чего Хвостатого не было видно, но он точно знал, что тот был там. Спустя несколько минут полнейшего нахождения в тишине, перед ним медленно и лениво, но все же раскрылось два больших красных глаза с вертикальными зрачками внутри. Следом голова монстра поднялась вверх и глаза уже смотрели на него сверху-вниз. — Я кажется тебе говорил, что можешь не рассчитывать на мою помощь. Какого хрена ты ко мне явился? — зарычало хвостатое существо. — Разве не ты сам втянул меня сюда? — с небольшим удивлением в голосе, спросил его Узумаки-Учиха. — Ты совсем чокнутый что ли? — вновь раздался его рык. — Чтобы я — Девятихвостый! И отказался от своих слов? Ты совсем тупой? — Может мне тебя убить?! И тем самым помешать тебе водиться с этим ублюдком? — в момент рука Биджу вырвалась из клетки и когтями вперед прошла немного сбоку от головы Учихи. Тот факт, что тот даже не пошевельнулся, еще больше разозлил Кьюби. Раздался недовольный рык. — Я же знаю, что ты этого не сделаешь. — слишком уж спокойно произнес брюнет, смотря прямо в глаза чудовищу, при этом в глазах Наруто красовался узор Мангекью, что дало понять чудищу, что операция прошла успешно, раз он пусть и во внутреннем мире, но смог активировать его. — Потому что я — наилучший вариант Джинчурики для тебя, — спокойным тоном проговорил Наруто. Ответ он не получил, поскольку Биджу гневно мотнул хвостом, ударив по клетке, тем самым выбив того отсюда.

***

Он резко вскочил, схватившись за голову и чувствуя, как по его телу стекают холодные капли пота. Разговор с Биджу не дался ему так легко, пусть внешне он и выглядел спокойно. Девятихвостый действительно обладал жуткой силой, способной даже на ментальном уровне подкосить противника. Рин, увидевшая резкий подъем парня, мигом подскочила к нему и уложила обратно на кровать. — Тебе нужно отдохнуть. Нельзя сразу после операции вставать, и уж тем более делать такие резкие движения, — к ее удивлению, мальчик ее послушался и действительно прилег, закрыв глаза, которые он кстати чувствовал по-другому. Те не были такими тяжелыми, как раньше, будто они были новыми. Удовлетворенная этим Рин, вышла из убежища, на выходе у котором оперевшись об ствол дерева, стоял Обито, уже напяливший свою оранжевую, спиральную маску. — Обито, позволь спросить… Кто он такой? — Нохара уверенно подошла к бывшему сокоманднику, тем самым показав, что никаких отговорок не потерпит. — Пошли, прогуляемся. — вздохнул Обито, направившись в обратную сторону от убежища. Рин направилась за ним. — Большое спасибо тебе, Рин. — лицо Учихи было скрыто за маской, однако Нохара точно знала, что за ней сейчас находится теплая улыбка. Улыбка, которую она пожалуй успела позабыть. Настолько редко они стали видеться в последнее время. Всему виной этот мир, давно испорченный мир… — Да не за что. Я рада, что ты доверился еще одному человеку, помимо меня. — остановилась она перед Обито, расправив руки в разные стороны. Эта улыбка и эта поза вызывала у него ностальгические воспоминания, когда такого человека, как Тоби — и в помине не было, когда они были единой командой. — С чего ты вообще это взяла? — наигранно буркнул Учиха, пройдя мимо Рин. Пожалуй сколько времени не прошло, а его дурацкие привычки детства никуда не искоренились. Однако Рин не стала и дальше дразнить парня, перейдя к более важной части их разговора. Однако ее спутник ее опередил, спросив первым. — Ты сделала с ним то, что я просил? — Да. Я пересадила ему клетки Хаширамы Сенджу, — уже спокойным тоном проговорила та. — И как будет происходить восстановление? — Зависит уже от него, — Рин убрала руки за спину, скрестив их там, что означало только то, что она спокойна, а это уже о чем-то, но говорит. — Но честно признать, — вновь продолжила девушка. — Мальчик из клана Узумаки, к тому же он Джинчурики, — она вздохнула. О том, что он Джинчурики, она узнала еще тогда, когда начала осматривать его, найдя на его животе запечатывающую печать. — Есть большая вероятность, что он приспособится к ним гораздо быстрее, чем ты или тот же Мадара, но, — Рин помрачнела от одной только мысли об этом. — Но зачем ему такая сила? Зачем такая ответственность маленькому мальчику? — голос девушки дрожал. Она вспоминала времена, когда они были детьми, когда активно разрасталась война, когда множество ее друзей из академии, множество других знакомых без перебоя погибали в поле битвы, но сейчас, когда относительно спокойное время, продолжают существовать дети, подобные Наруто. — Рин, — Обито положил руку на ее плечо, а следом… Следом он рассказал ей все об мальчике. О том, как он жил, через что проходил, будучи Джинчурики Биджу, который однажды чуть не уничтожил всю деревню. Рассказал ей о его родословной. То, что мальчик является сыном их сенсея ее удивило, но еще больше удивило то, что он также прямой потомок Мадары Учихи, что также объясняет его внешность. — Ну почему?! — куноичи внезапно разрыдалась, обогнув впереди идущего парня и воткнувшись носом в его грудь, на что тот просто приобнял ее за плечи, немного прижимая к себе вздрагивающее тело женщины.

***

Прошло около трех лет, в ходе которой мальчик восстанавливался после операции, попутно выполняя небольшие поручения от Рин. Точнее он так думал, ведь на самом деле он восстановился еще в день после операции. Когда Рин узнала причину этого, она была ошарашена правдой, рассказанной ей Обито. То, в что она никогда не верила — внезапно оказалось правдой. От Обито в это время не было вестей, будто тот куда-то пропал. Сам же парень то и делал, что ходил путешествовал по различным деревням, собирая все необходимые ингредиенты для Рин. Это помогало ему лучше ориентироваться на местности, а также давало ему увидеть то, как устроен мир. Разумеется, многое ему не нравилось, ведь по пути ему встречались люди различного типа, большинство из которых были обычными бандитами терроризирующих какую-нибудь мелкую деревеньку. Причем бандиты не приносили парню особых проблем. Со временем, мальчик еще больше стал походить на Мадару. Волосы стали еще длинней, а их концы еще острей, тем самым парень невольно вызывал страх перед ним из-за сильной схожести с легендарным Учихой. К тому же, с не менее устрашающей силой, которой он обладал. Время шло и Учихе вряд ли бы продолжили сидеть мирно и дальше. Одним вечером к нему в комнату вошла Нохара с небольшим конвертом. В конверте находилось письмо от Обито, в котором говорилось, что пора начать действовать и что он должен выполнить первое свое задание, как новый член организации, при том выполнить его в одиночку, тем самым показать, что он стоит внимания. Его целью стала поимка одной преступницы, что давненько терроризируют одну деревню в глуши мира. Наруто это удивило. Удивило, что Акацуки занимаются спасением деревни, однако следующие сообщения, которые он прочитал, опровергли это. Она им интересна в качестве нового члена организации, к тому же кто-то все же сделал заказ на ее убийство, а организация изначально позиционировала себя, как наемническую. Рин принесла ему плащ, на котором были изображены красные облака, а также перстень черного цвета, а также подала карту, на котором было изображено местоположение деревни, в которую ему предстоит направиться… Попрощавшись с Рин и поблагодарив ее за все, он тут же отправился к своей первой миссии.

***

Несмотря на то, что деревня Листа всячески пыталась скрыть факт утери своего Биджу, часть информации все же добралась до Акацуки, которые незамедлительно отправили двух из своих человек на его поиски. И как назло, этими двумя являлись Итачи и Кисаме. Трудно представить, что творилось тогда на душе девушки, ведь она сама должна привести мальчика в логово организации, тем самым самолично убив его, подвести под верную смерть, вытащив из него Хвостового. Она проклинала все, что только можно было: себя, свою миссию, организацию, то, что Наруто джинчурики, она тоже проклинала. Проклинала всех Биджу, ведь не будь их, Наруто не прошёл бы через все это, не будь их, у организации были бы другие цели или её не существовало бы вовсе. Однако проходили года, а их поиски не приносили результатов, будто Наруто перестал существовать в этом мире, словно они гоняются за призраком, но Итачи точно была уверена, что тот жив и тому, что они не могут найти, её наоборот радовало. Однако параллельно поискам Джинчурики, она занималась поиском какой-либо информации по местонахождению Орочимару, с которым, как она догадалсь и ушел ее младший брат, причину которому она догадывалась, но все равно была опечалена этим известием, поскольку считала, что пока рядом был Наруто, Саске был огражден от всего этого. В прочем, она видать не слишком хорошо знала своего младшего брата, который все же ушел, несмотря на друга… — Итачи-сан, что ты сегодня больно задумчивая. — констатировал Кисаме заметив печальное выражение лица Учихи. — На это есть причины. — как всегда в невозмутимом тоне проговорила девушка, продолжая идти. Надеюсь, что с вами все хорошо, — подумала Итачи о младшем брате и его друге.

***

Шли последние дни, когда на посте Хокаге все еще находился Третий, готовившийся сдать все свои полномочия Пятой. Оставалось лишь докончить кое-какие бумаги, из-за чего Хокаге решил остаться допоздна. Работа, как всегда была нудной и долгой, из-за чего скорость ее выполнения желала быть лучшего. Когда наконец она была закончена, он закрыв кабинет на ключ и выйдя из Резиденции, отправился к дому. Подходя к нему, он удивился тому, что в окнах не горел свет. Неужели они ушли по делам? В такой-то час?, — взволнованно произнес Третий. Все же он Хокаге, у него было и есть множество недоброжелателей. Но с другой стороны, его жена не из слабых и в случае чего, способна дать отпор почти любому шиноби в мире. Однако в душе все равно было неспокойно. Он чувствовал, что в деревне что-то не то. Появилась какая-то иная атмосфера, что сильно тяготит душу, будто воздух стал тяжелым, чужим. Судорожно открыв дверь и оказавшись в гостиной, вопреки воображению он увидел там вполне обычный вид. Не было следов какой-либо борьбы, что немного успокоило его. Может действительно ушли к кому-то, забыв предупредить его, а он уже начал выдумывать всякого. Однако, у него словно земля ушла из-под ног, когда он вошел на кухню. Нет, там было все то же самое, что и было, когда он уходил утром. За исключением записки, прибитой кунаем к стене… Если хочешь увидеть их живыми, приходи в Долину Завершения. Один., — вот такая короткая записка была прибита у него дома. Хирузен невольно упал на колени, сжав в руках записку и посмотрев на потолок. На ум пришел только один вариант того, кто это может быть. Единственный, кто способен на подобное — Данзо, который видимо не успокаивается после недавнего проигрыша на выборах нового Хокаге. Но идти прямо так к Данзо опасно, и Третий это прекрасно понимал. Понимал, что обвинив того без каких-либо доказательств, он сделать только хуже… Хуже себе и всем жителям деревни. Также поставит под сомнение будущее назначение Цунаде, как Пятой, поскольку все знают, что она была его ученицей, потому является прямой его преемницей, хоть он и не сам выдвинул ее. Разумеется, можно все же поднять тревогу, поднять АНБУ и джонинов Конохи, но это вызовет переполох в деревне, а тогда кто знает, что случится с его женой и с внуком. Он просто не может ставить на кон их жизни, потому почти сразу же направился в Долину. Была полночь. Луна освещала две большие гордо стоящие статуи двоих великих шиноби, с которых все началось. Третий корил себя за то, что не справился с постом Хокаге. Он верил, что он наихудший Хокаге из всех. Даже более молодой Минато и тот, справился с этим гораздо лучше него. И наверняка его ученица справится также, а что он? Позволил деревни докатиться до этого состояния, позволил жителям Конохи издеваться над Наруто, из-за чего потерял ценного Биджу, что нанесло удар по деревне, позволил умереть целому клану, позволил Данзо безнаказанно творить все, что захочется. И все это один он… Он стоял снизу, у одного берега ручейка, спускающегося водопадом сверху. Вскоре, впереди показался силуэт. Силуэт человека, носящего длинный плащ, притом походка этого человека показалась ему знакомой. — Ты?! — удивился Хирузен, когда Луна полностью направила свои лучи над неизвестным. Однако, ответа не последовало. Внезапно тот исчезает, появляясь у него за спиной. Хирузен готовится к бою, но внезапно в его плече появляется большой разрез, распрыскивая кровь. Но это ничего, ведь у него были раны и гораздо хуже. Еще можно биться. Но увы, так думает только Сарутоби и то, не слишком долго. Его тело начинает сильно морозить, из-за чего он перестает чувствовать свои ноги, падая наземь. Повернув голову, он увидел только заднюю часть плаща, почему-то красного цвета. Отвернувшись, он тянет еще не окаменевшие руки вверх, вкапываясь пальцами в сырой песок, пытаясь подтянуться, ползя дальше, по прямой. Неважно куда, лишь бы хоть найти хоть какой-то шанс на выход из ситуации. К этому времени, простой холод заменился жжением по всему телу. Стало трудно дышать, сердце бьется с бешеным ритмом, угрожая совсем разорваться, голова раскалывается, пульсируют виски, глаза закрываются сами по себе, возникла сильная боль в сердце. Сзади стали слышны медленно приближающиеся шаги, пока наконец неизвестный не уселся на него сверху. Резкий удар и он уходит во мрак, окончательно переставая что-либо чувствовать. Его тело обмякло…

***

— Дееедушкаа! — взревел маленький мальчик, стоящий перед могилой в самом центре ряда жителей. Он не помнил ничего, ровно также, как и его бабушка. Они просто как обычно проснулись у себя в доме и чувствовали себя вполне обычно, хоть бабушка и жаловалась на непонятно откуда взявшуюся тяжесть в голове. Все шло вполне спокойно, пока к ним не принесли страшную весть. Весть о том, что его дедушка погиб. Всех подробностей ребенку конечно не рассказали. Жена Третьего узнала, что тело Третьего было обнаружено в переулках деревни с перерезанной шеей, а также раной на плече. Следов около места убийства обнаружено не было, сколько бы отрядов АНБУ там не прочесывало, никто не мог найти и зацепку на то, кто бы это мог быть. Все молчали ровно также, как и на похоронах. Жители были обеспокоены и напуганы тем, что это уже вторая смерть одного из важнейших людей в деревне. Сперва убили Джирайю, а теперь и Сарутоби, и это все в относительно спокойное время, когда не ведется открытой войны. Каждый житель стал бояться за свою жизнь, за свои семьи. Не было только Цунаде, которая просто не смогла морально присутствовать на похоронах. Вся деревня в надежде ждала назначения Пятой, но на следующее утро Цунаде пропадает.

***

Прошло несколько дней его беспрерывного пути, в ходе которого он все больше и больше ловил на себе взволнованных взглядов, вина которых была его необычная внешность, которая всем напоминает о легенде, которую боялись все, и пусть даже эта легенда давно умерла, она все ещё сеет в сердца живых страх и отчаяние при одной только мысли о повторения событий тех времён. Это доставляло ему свои проблемы, поскольку были и агрессивно настроенные шиноби, которые попытались убить того, кто стал центром всеобщего внимания. Кто знает, что было бы, если бы он двигался с задержками, но то, что он двигался без них, позволило брюнету прийти, как нельзя вовремя. Деревня уже была занята неизвестными, на лицах которых были маски, но привлекло его внимание далеко не это, а то что на них были протекторы разных деревень. С каких пор люди противоположных деревень стали работать сообща? Это показалось ему странным, но сдаваться в подробности у него не было желания. По крайней мере сейчас. Он здесь по совсем другой причине. Темнота уже успела спуститься на деревню, но несмотря на это, он даже не старался как-либо скрыть своё присутствие, потому пошёл напрямик в деревню к её центру. Неудивительно, что его практически сразу заметили и встретил его довольно обширный вооружённый отряд. От катан до кинжалов, пос и прочих приспособлений, что можно отнести к холодному оружию. Один из них выставил свой клинок к идущему парню. — Ты кто такой?! — недоверчиво спросил, судя по всему главный в этом отряде. — Мне нужно поговорить с главным, — хладнокровно спросил Учиха, проигнорировав его вопрос. Тем временем послышался женский крик от одной из домов деревни, откуда послышался радостный хохот, а затем оттуда вышли несколько шиноби, один из которых держа за волосы девушку, вел ее за собой. — Смотрите-ка, какую красавицу я тут нашел! — воскликнул он, но после тут замолчал, когда перед ним открылась вся картина. Большинство взглядов остальных бандитов машинально направились в сторону несчастной. Множество голодных взглядов буквально сжирали брыкающуюся в руках бандита, девушку. — Ладно, — произнес главарь, отводя взгляд от нее. — Тот, кто убьет этого типа, — он указал клинком на стоящего впереди Учиху. — Поразвлекается с ней первым! , — восторженный клик проводил его слова. — Ты уж прости, парень, — сказал один из бандитов с небольшой бородой на лице, одетый в белых халат. На вид он уже был не молод. — Но уж больно давно я не был наедине с женщиной… — Ну раз уж старший взялся за дело, то у остальных шансов немного, — усмехался главарь, вызывающе смотря на парня. В это время «старшему» кто-то поднес два парных клинка. Тот медленно повертев их в руках, медленно пошел в сторону брюнета. Быстро набирая темп, быстро переходя к бегу, тот направился на спокойно стоящего брюнета, лицо которого кажись не выражало ничего. Это по-своему нервировало противника, из-за чего тот допустил ошибку…роковую для себя ошибку. Вялый, неумелый выпад вперед, от которого парень спокойно уходит в сторону, и контратакой протыкает тому живот, резким движением вверх почти до горла, вспарывает противника. Уже безжизненное тело падает пройдя несколько шагов вперед, за парня. Было сильная тьма, из-за чего Учиху было бы трудно разглядеть, если бы не его красные глаза, которые буквально светились во мраке. — У него Шаринган! — воскликнул кто-то из толпы. — Если ты один на один против противника с Шаринганом — беги, — прокомментировал главарь. — Однако, нас тут целый отряд, а он всего один. Если схватим его, получим кучу денег! — жажда наживы пересилила страх в врагах, отчего те радостно закричав бросились на Наруто. Началась битва. Деревня преисполнилась звуком соприкосновения стали. Летали сюрикены и кунаи, но не один из них так не поразил свою цель, попав вместо нее в нескольких своих товарищей. Учиха буквально порхал среди отряда врагов, ловко уходя от ударов и движением за движением нейтрализуя противника за противником, но при этом оставляя их в живых. Отпрыгнув в сторону от основной массы людей и быстро сложив несколько необходимых печатей, он отправил в их сторону огненный шар, на что несколько человек с их стороны в ответ отправили водяную струю. Хоть две противоположные элементы и столкнулись, где по идее должен был проиграть огонь, проиграла все же вода, поскольку использовавшие эту технику оказались слабей парня. Огонь зацепил большую часть вражеских шиноби, часть из которых хоть и получила сильные ожоги, но тем не менее остались в живых. Их боевой дух теперь не был такой же, как и в начале. Даже невооруженным взглядом можно было заметить, как они колеблются, пытаясь унять дрожащие части своих тел. В глазах у многих уже можно было заметить отчаяние, многие смирились с своей участью, ведь они не знали, живы ли их напарники или нет. Но на это и был расчет. Он убивал специально так, чтобы те не подавали признаков жизни, нескольких людей он повалил с помощью Гендзюцу. — Отступаем, — в конце-концов не выдержал их главный. — Мы еще встретимся! — фыркнул он прежде, чем все сорвались с места и побежали врассыпную. Брюнет же не стал их догонять, оставшись на месте. Прошло несколько минут перед тем, как жители стали постепенно выходить из своих жилищ и подходить к парню. — Зря вы их прогнали и встали на нашу защиту. — неуверенно сказал староста деревни и честно признать, его слова заставили парня удивиться. — Вы-то уйдете, а они придут вновь, — следом договорил он. — Да, придут, — вставил один из жителей. — И будут еще больше жестокими, — уже послышался женский голос. Послышались перешептывания со стороны остальных жителей, что стояли позади старосты, пока внезапно вперед не вышла та девушка, которую недавно тащили за волосы. — Люди, ну что вы? — повернулась она к ним лицом. — Этот человек, — она указала рукой на парня. — Он спас нас, сразился один со всеми ими! А вы недовольно. А если…если бы, — ее голос задрожал. — Если бы он что-то сделал со мной, а, дядя? — обратилась она к старосте, при этом на ее щеках показался красный румянец. Не дождавшись ответа, та вновь повернулась к Наруто. — Большое спасибо вам, — улыбнулась она. — Прошу вас, погостите у нас немного, — изящно протянула руку, тем самым пригласив его. Он все равно еще не выполнил свое задание, потому ничего не осталось, кроме как согласиться, соприкоснувшись с ее рукой.

***

У него было приподнятое настроение. Наконец-то он достиг того, чего желал еще очень давно. Достиг своей цели, которой был достоин только он. Теперь-то он введет свои порядки и наконец. Теперь Коноха не будет такой жалкой, как раньше. Прошло около десяти минут, как его назначили Шестым Хокаге. Как же он долго ждал именно этого момента. Войдя в кабинет, он с довольным видом упал в кресло, смахнув со стола бумаги, оставленные еще Третьим. Ему это не нужно, ведь у него будет свое. Он щелкнул пальцем, после чего в комнате очутился один из его подчиненных. — Позови его. — коротко приказал он, и тот исчез, а через минут десять в комнату вошел паренек с хвостом на голове. На его лице сияла самодовольная улыбка. — Наконец-то мы достигли того, что хотели, — довольно проговорил Данзо. — Да. Я уже устал притворяться добрым и ленивым пареньком. Это так паршиво, — захихикал Шикамару, подойдя к окну. — Тогда первый вопрос тебе, как к одному из лучших Джонинов, — Данзо прикрыл глаза. — Что ты думаешь о Наруто? — Хм. Что я думаю о Наруто? — Нара подошел к окну, смотря на ходящих внизу жителей. — А я скажу Вам, что нужно сделать…

***

Вечер оказался шумным. Его пригласили к большому столу, устроенным старостой деревни по просьбе его племянницы, которая все время то и делала, что порхала вокруг стола, подливая каждому жителю напиток в чаши. Она помогала всем, кто только нуждался в помощи, при этом улыбка не сходила с ее лица. Она несколько раз подходила к Учихе, пытаясь налить тому, на что тот упрямо отказывался, однако в последнюю ее попытку все же согласился. Длительная дорога, а затем еще и бой все же сказался на нем, и он наконец расслабился, позволив приторно сладкой жидкости пройти внутрь. Племянница старосты тем временем уселась возле него и с мирным лицом сидела у стола, однако к какой-либо закуске не притрагивалась. Шли часы… Множество из отдыхающих уже порасходились, а кто-то уснул прям возле стола, не справившись с алкоголем. Староста о чем-то разговаривал с несколькими пожилыми людьми, когда его за руку внезапно ущипнула Аяме — племянница старосты. Последовав за ней, он оказался в коридоре, где та внезапно остановилась. — Наруто-кун, — послышался ее бархатный голосок. — Пообещай, что никому не расскажешь об этом! — О чем? — машинально спросил брюнет, но не успел среагировать. — Об этом, — она резко повернулась и впилась в его губы, обхватывая его голову руками, прижимаясь к парню всем телом, на что он не стал противиться, отвечая на ее поцелуи. Из языки сплелись вместе. Он чувствовал, как ее тело вздрагивает, как ее сердце бешено стучит, как капли пота падают с головы, стекая к груди, проходя между двумя выемками. Стоит признать, девушка была красива, а ее тело было прекрасно, и даже небольшие формы не портило ее привлекательности. В коридоре они долго не стояли. Девушка во время поцелуя стала вести его куда-то по коридору, после чего они оказались в достаточно темной комнате. — Я сейчас, — прошептала девушка, медленно отстраняясь от парня, проведя рукой по его щеке. Прошло около минуты прежде, чем в комнате зажглась лампа и стали видна девушка, которая была одета в белую юкату, которая лежала на ней свободно, пояс явно был расслаблен. Края юкаты, в районе груди, были отодвинуты в сторону, изнутри которой была видна большая часть постоянно вздымающейся груди. Видя, что парень ничего не предпринимает, она на минуту нахмуривается, а затем вновь подходит к нему, завлекая его в поцелуй, отталкивается назад, переходя на футон. Проходит полминуты, как он уже остается без одежды, и теперь занят тем, что снимает одежду с нее. Эта ночь оказалась жаркой для него. Они оба придались к страсти и наслаждению. Каждое его движение заставляло ту вздрагивать от возбуждения, каждое его действие приводило к характерной реакции. Они постоянно менялись, перехватывая инициативу у друг-друга. Он лежал расправив руку, на которой лежала мило улыбающаяся девушка и пальчиком гладила того по груди, обводя его рельефы. — Тебе понравилось? — промурлыкала она, на что получает кивок. Ее улыбка стала еще шире. Она привстала, усевшись на нем, чуть выше паха, ложа руки на его грудь. — А еще хочешь? — прошептала она, прикусывая нижнюю губу, проводя левой рукой по его телу чуть вниз, к паху. — Хочешь еще раз насладиться моим телом? — правой рукой она стала медленно проводить по своему, то и дело якобы случайно приподнимая края юкаты, что весит на ее плечах. — Да. — коротко отвечает брюнет. Она приспускает с плеч юкату, тем самым оголяя верх груди, но его внимание завлекло далеко не это. Чуть выше грудей была черная, круглая печать, которую он не видел до этого. — Тогда отныне ты принадлежишь мне! — раздается резкая вспышка, после чего тишина. Когда он очнулся, он уже ничего не помнил, хотя знал, что Аяме самый важный для него человек, и что он когда-то поклялся на могиле собственной матери о том, что будет защищать свою любимую сестрицу и выполнять все, что она только скажет.