Холодный Хогвартс.

Всю оставшуюся неделю Гермиона и Драко не виделись. Точнее, старались избегать друг друга, хотя очень хотели высказать все, что было внутри. От ненависти до сильном, перебивающим любую злость, чувстве любви. После поцелуя Грейнджер и Рона весь Хогвартс прекрасно думал, что парочка встречается, хотя правда таковой и не являлась, но Гриффиндорке это было только на руку. Бесить Малфоя своими выдуманными отношениями с Уизли, да еще и все сплетни, ходящие по замку - о, Боже, да! Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди в тот момент, когда кто-нибудь из Слизеринцев шептался о недовольстве блондина. Кстати говоря, Драко почти не возился в крыле старост, только рано утром, выходя на пары, а поздно вечером возвращался, когда шатенка уже спала. Продумывая план, чтобы отомстить грязнокровке, аристократ каждую ночь сидел у окна и покуривал сигареты, хотя раньше не курил. Эта девушка заставила вернуться привычку, от которой он отказался больше года назад. Она портит его даже когда не находится рядом, что чертовски бесит. Гермиона выигрывает, не говоря ни слова, как всегда, ей достаточно просто молчать. В какой-то из вечеров, вроде это было воскресенье, Малфой вернулся в свою комнату после дежурства. Парень был настолько уставший, что не заметил, как Грейнджер сидит у камина и читает очередную книгу. Темноволосая, задержав дыхание, осмотрела его с ног до головы. Они впервые встретились спустя несколько дней, поэтому сердце Гриффиндорки быстро забилось, хотя может это и от недостатка кислорода. Девушка продолжала на него смотреть, пока парень не открыл дверь своей комнаты. Опустив взгляд обратно на страницу книжки, она наконец вернула привычное поступление воздуха в организм тяжелым вздохом.  — Если ты думаешь, что я тебя не заметил, то ты ошибаешься, Грейнджер, — его голосом разразилась тишина, и староста подняла свой уже испуганный взгляд на дверь. Она была приоткрыта, придержана бледной, как обычно, рукой, и пара серых глаз были устремлены прямо на Гермиону. Шатенка ничего не ответила, снова опустив глаза на строчки. Естественно ей было не до чтения, потому что в данный момент на нее смотрит тот, чей взгляд она хотела получить. Захлопнув книгу, Гриффиндорка поднялась и, не взглянув на Драко, пошла в свою комнату. Когда ее рука легла на ручку, она почувствовала его дыхание.  — Малфой, если не хочешь проблем, лучше отойди и не прикасайся ко мне, — шепотом ответила староста, не оборачиваясь.  — Сама же прекрасно понимаешь, что хочешь этого, — рука студента быстро присоединилась к дереву, отчего Гермиона вздрогнула. Конечно она хотела этого, но гордость брала верх, так что медленно повернувшись девушка огрела его сладкой пощечиной. Щека Драко загорелась, но он все равно не переставал смотреть на шатенку. Теперь ее карие глаза перевелись в его серые, которые были прикреплены только к ее губам. Поцеловать - только этого хотел Слизеринец.  — Отвали от меня, — также шепотом сказала Грейнджер, уже переводя взгляд на губы юноши. Потянувшись вперед, аристократ почти прильнул к ней, но девушка тут же оттолкнула его, забежав в свою комнату. Ударив кулаком по ее двери, Драко проскрипел зубами. У него почти получилось и, конечно же, Герм вовремя одумалась. С этими мыслями парень вернулся к себе и вновь вытащил сигарету из пачки. А темноволосая заплакала. Она поняла, что Малфой стал играть, как и со всеми девушками. Почему Грейнджер до сих влюблена в этого ублюдка? Почему? Понедельник и вновь столовая, и снова шатенка ищет блондина глазами. За руку ее держит Рон, рассказывая, как он чудесно провел выходные дома вместе со своими братьями и сестрой. Но, Господи, как Гермионе было плевать на все это. Ей хотелось побыстрее уйти от Рыжего куда-нибудь подальше, например в объятия Драко. Там ее Уизли точно не достанет, в чем она конечно же была не права. Если бы блондин рассказал, почему же он решил прекратить все, то староста уже бы давно надавала мощных подзатыльников своему однокурснику и вернула бы отношения с Слизеринцем, но нет. Это было не в планах Малфоя. Может он надеялся на то, что девушка поймет все сама? Или же Рональд возьмет и признается. Аристократ любил ее сильнее всех в этом мире и естественно тщательно это скрывал.  — Ну, так что? Пойдешь со мной в Хогсмид? — на этих словах Гермиона вернулась с неба на землю, хорошенько так ударившись при посадке.  — Зачем?  — Я тебе только что минут 15 толковал «зачем», ты меня вообще слушала? — Уизли надул щеки.  — Честно - нет, извини, думала об учебе, — как же она любила врать об учебе, главное, все верили. Рыжий выдохнул и перевел взгляд на стол Слизерина. Он знал, что она думает не об учебе.  — Мне нужно купить подарки Фреду и Джорджу, у них день рождение на этих выходных.  — То есть ты снова поедешь домой? — не выдавая свою радость, тусклым голосом проговорила Гермиона.  — Да, хочешь поехать со мной? — и тут ее физиономия превратилась в такую, как будто девушка увидела нечто противное и ужасное.  — У меня еще целая книга, не могу ее дочитать, представляешь? — начала она, дабы остаться в замке. И Уизли все понял.  — Если хочешь остаться в Хогвартсе не обязательно мне врать, Гермиона, — парень с веснушками был явно недоволен. — хотя, мы же встречаемся, делай что хочешь, — он сказал это так громко, что все обратили на пару внимание. «Не встречаются» - все были удивлены этому высказыванию. Драко с соседнего стола готов был падать от смеха, но не в этом помещении. Все таки проиграла. Грейнджер, ты проиграла! В вечер этого же дня староста шла по замку из библиотеки, взяв с собой около 5, а то и больше, учебников, дабы отвлечься от слов, сказанных Роном на обеде, ей было так неловко смотреть, как Малфой расплывается в улыбке, готовым смеяться над ней. Черт, черт, черт, почти ведь получилось! Витая в своих раздумьях, Гриффиндорка не заметила, как вернулась в гостиную старост, хотя, не совсем вернулась, перед ней все еще была дверь, ведущая туда. Толкнув ее, она увидела Драко. Он сидел, откинув голову назад, довольно прикусывая нижнюю губу. Грейнджер вскинула брови и двинулась к своей комнате. И пройдя несколько шагов, она увидела, как девушка с факультета Когтеврана стояла перед блондином на коленях, делая, скорее всего, прекрасный минет Слизеринскому принцу. Малфой открыл глаза и посмотрел на шатенку, которая в это время не отрывала взгляда от сие представления.  — Можешь присоединиться, парня ведь нет, — ухмыльнулся аристократ, а кареглазая, громко хлопнув дверью, растворилась.