Холодный Хогвартс.

Шагая вровень, Драко и Гермиона держали друг друга за руки, переплетая пальцы, а слизеринец иногда проводил по ее нежной коже большим пальцем. Они шли молча, не говоря ни слова с момента у «Трех Метел». Казалось, будто оба языки проглотили. Грейнджер улыбалась простому хрусту снега под ботинками, и кружащим снежинкам, покрывающим это белое полотно еще большим количеством, делая сугробы более огромными. Тишина между ними не нарушалась до самого замка. Пока, остановившись у ворот, Малфой не взял вторую руку девушки в свою ладонь, пытаясь разглядеть ее лицо при блеклом свете фонарей.  — Думаю, провожать не стоит, — улыбнулась гриффиндорка, покачав сплетенные руки в разные стороны.  — Если ты так хочешь — не буду, — ухмыльнулся парень, притягивая шатенку в свои объятия. Постояв так еще минут 10, Гермиона сделала шаг назад, кивнув Драко напоследок, а позже, подходя к дверям школы, убедилась, что рядом ни одной живой души, помахала ему рукой, одетой и теплую варежку, натянувшуюся девочкой по дороге. Слизеринец улыбнулся зубами, подняв руку над головой таким образом прощаясь, дождался, когда она зайдет в Хогвартс, и выдохнул, оставляя после себя немного теплого воздуха. Драко прекрасно понимал, что не может без нее, вопреки всем законам этой вселенной. Что он, Святой Мерлин, должен сделать, чтобы Гермиона, девушка из простой маггловской семейки, навсегда была рядом с ним, целуя каждое утро парня в щеку, заставляя его сердце стучать быстрее обычного? Да, к черту! Малфой знал, что ничто не сможет дать им сойтись, кроме настоящей искренней любви между ними. Возвращаясь обратно в лес, аристократ свернул немного влево, пробираясь к озеру, которое находилось рядом с замком. Ему нужно было серьезно подумать что делать дальше. После смерти отца стало действительно трудно принимать решения самому, а тем более без помощи Грейнджер. Девушка, как и Люциус помогала парню бороться с мыслями, возникающими из ниоткуда. Вряд ли какой-нибудь Забини или Крэбб помогут блондину разобраться в собственных чувствах, что убивают его день ото дня. Наконец пробравшись к заледеневшей. воде, Драко приподнял левую часть пальто, доставая из внутреннего кармана дорогие сигареты и зипу, подаренную его дядей на кануне смерти Малфоя-старшего. Подкурив табак, слизеринец покрутил в руке зажигалку, осмотрев ее какой уже раз за несколько лет. Словно это было традицией — каждый раз, когда он курил, он крутил огниво в своей бледной ладони. На зипе была изображена, естественно, змея на стальном фоне, крутившись вокруг белого черепа, вылезающей головой из места, предназначенного для человеческого глаза. Аристократ знал этот рисунок уже наизусть, но все равно смотрел, не отводя взгляда от картинки. Почему дядя подарил ее именно Малфою? Ведь он не особо любил мальчика чистой крови, скорее, просто уважал Люциуса, поэтому всунул парнише первое, что попалось под руку. Хоть блондин и знал всю правду, все равно благодарил мужчину за столь неожиданный презент, храня его во внутреннем кармане, около сердца. Гермиона зашла в комнату, полностью погруженную во мрак. Скинув свои ботинки, не снимая пальто, девушка решила зажечь свечу, чтобы погрузиться в сегодняшнюю атмосферу. Лаванда придет не скоро, может где-то через часик-два, поэтому шатенка, усевшись на свою кровать, приклеилась темными глазами к окну, зашторенным белыми кружевными занавесками, наблюдая за снежинками. Интересно, а он до сих пор там? Резко почувствовав на шарфе его запах, Грейнджер укуталась в часть одежды, вдыхая полностью все легкие одеколоном Малфоя. Задержав на пару секунд дыхание, шатенка нехотя вернула его обратно, желая дышать этим запахом всю свою жизнь. Два стука в дверь заставили гриффиндорку дернуться от неожиданности. Кто это мог быть, ведь все знакомые сейчас в Хогсмиде? Спрыгнув с постели, Герм потушила свечку резко дунув на нее и, подойдя к выключателю, зажгла лампочки одним нажатием пальцев. Прислонившись ухом к поверхности, шатенка прислушалась, ожидая голоса, но в коридоре была полная тишина. Отодвинувшись на небольшое расстояние, Грейнджер все-таки решила узнать кто этот вечерний гость.  — Кто это? — не громко, но четко произнесла она, взявшись за ручку.  — Уизли. От неожиданности, кареглазая смутилась, но все же открыла дверь, сильным нажатием ладони.  — Я не ожидала тебя встретить с тех… — рыжий парень стоял перед ней в простой одежде, будто только что встал с кровати после долгого сна, хотя скорее так и было. Видимо в Рональде наконец проснулась совесть, пиная его к комнате двух его однокурсниц.  — Хочу извиниться, — перебив бессмысленную речь своей, если так еще можно назвать, подруги, указывая на пространство позади нее, чтобы девушка разрешила пройти. Шатенка сделала шаг в сторону, впуская внутрь обидчика, скрещивая руки на груди, пока тот усаживается на стул перед окном. Позже, уже устроившись на своей кровати, перед этим сняв пальто, что до прихода Рыжего так и висело на ее плечах, скрестила ноги по-турецки, намекнула, что теперь спокойно может его выслушать. Уизли явно волновался — его глаза бегали по стене, на которую лениво облокотилась одна из хозяек комнаты, его руки не лежали на месте — он то складывал их на груди, то просто клал на ноги, то на стол, перед которым сидел.  — Все хорошо, Рон, я не злюсь, — такая наивная и глупая, вовсе не вдупляет, зачем гриффиндорец на самом деле пришел, и все равно продолжает нести чушь. — Я понимаю, что это порыв гнева из-за Малфоя, но мы больше не вместе… Вскочив, Рыжий подлетел как ошпаренный к ее постели, быстро наклонившись, взял ее за правую щеку рукой, взглянув прямо в карие глаза, полные страха и ужаса. Неужели она думала, что Уизли действительно изменился? Правда надеялась, что он не замечал, как девушка посматривает в сторону слизеринского стола. А как только слышит имя беловолосого принца от каких-нибудь девчонок с факультета Пуффендуя — то ее лицо сразу же обретает розовый цвет, а сама шатенка немного смущается. Черт, Грейнджер, ты правда думала, что Рон никогда не заметит этого? Даже не находясь рядом с тобой, он наблюдал со стороны, как ты поглядываешь в сторону этих эгоистичных змей, выискивая грязного Малфоя глазами. Грейнджер, ты только кажешься умной, а на самом деле ты глупее всех в этом замке! Глупая, глупая Гермиона! Ее сердце бешено колотилось. Глаза бегали по яростному лицу однокурсника, жаждущего тела гриффиндорки. Он хотел, чтобы она полностью была только его, и никакой Драко не смог помешать их любви. Да, Рыжий сделает это, несмотря на репутацию Герм и как он будет потом выглядеть в ее искренних добрых глазах. Плевать! Он должен был ее заполучить, какова бы не была цена проигрыша. Опустившись к шее шатенки, Уизли впился в ее кожу зубами, немного присасывая, оставляя отпечаток в виде ярко-фиолетовой отметины.  — Теперь ты от меня не сбежишь, все будут знать, что ты моя собственность, — буквально прорычав это девушке в губы, однокурсник удалился из ее комнаты, громко и властно хлопнув дверью, оставляя Грейнджер в полном шоке и страхе. Какого черта, Уизли? Ты сошел с ума? Слезы сами покатились из глаз, нарисовав мокрые дорожки после себя. Всхлипов и вздохов не было, полная тишина и впившийся взгляд кареглазой в стену напротив. Внутри словно Дементоры высосали всю энергию и эмоции. Обняв колени, она не переставала смотреть в одну точку. Сожгли все живое, убили, забрали, как еще это назвать? Рон никогда раньше так не поступал, что на него нашло? С каких пор Гермиона «его собственность»? Спятил? Возможно. Главное, чтобы он больше не натворил глупостей. Хотя, теперь стоит ожидать что угодно. Последнее, что хотела в этой жизни Гермиона — это то, чтобы Драко не узнал об из разговоре. Нехотя, гриффиндорка встала с постели и, подойдя к зеркалу в ванной, обвела пальцами яркий засос, который точно заметит даже самый слепой человек на земле. Вздохнув, девушка промычала, включая холодную воду, чтобы умыть лицо от размазанной туши. Наколдовав себе квадратный пластырь, Грейнджер незамедлительно наклеила его на место преступления своего бывшего друга и, снова взглянув на свое отражение, попыталась улыбнуться, что выходило явно не очень. Решив, что ванная — это единственный выход, чтобы смыть ненужные грубые прикосновения Рональда, девушка сняла одежду, аккуратно положив ее на полочку рядом с раковиной. Ступая в уже набранную воду холодными ногами, она уселась, окунув свое тело, обнимая себя за плечи. Через пару минут шатенка откинулась назад, полностью расслабившись в горячей воде. Закрывая глаза, она уже не о чем ни думала, только если о данном моменте. Тяжело выдохнув, Гермиона поводила руками по глади. Дверь хлопнула, что уведомляло кареглазую о том, что ее соседка наконец вернулась. Почему она не пришла раньше, когда гриффиндорке нужна была помощь? Грейнджер решила, что это останется внутри нее, рассказывать было лишним, по ее мнению. Выйдя в комнату уже в ночнушке, шатенка окинула взглядом свою спящую в одежде подругу, издала тихий смешок, чтобы ее не разбудить, стянула с соседки куртку с ботинками и шарфом, повесив их на вешалку при входе, и накрыла Лаванду пледом. Браун поежилась, накрывая нос кусочком покрывала.  — Спасибо, — шепотом произнесла она и положила голову на подушку. Герм только улыбнулась. Расчесав свои кудрявые волосы, а позже завязав из в небольшой хвост, чтобы они не мешались во сне, легла на свою постель, накрываясь теплым одеялом, что так нравилось ей именно в Хогвартсе, ведь дома такого не было. Спокойной ночи, Драко. Наступил день бала. Все девушки метались из стороны в сторону около зеркал, наводя красоту на своих лицах и делая из волос хоть что-то похожее на прическу из журналов с моделями. Парни же были спокойные. Надев несколько раз свои костюмы, чтобы понять подходит ли точно наряд, причесались пару раз для уверенности в себе и уже были готовы идти на вечеринку. Да на самом деле хоть жениться. Выглядели они все не так уж и плохо, даже Долгопупс, надев на себя пиджак, доставшийся от папы, что был на три размера больше, чем сам парень, смотрелся удовлетворительно. Когда время было за 19, все девицы с разных факультетов двинулись в зал, украшенный под новогоднюю характеристику. Столы стояли со всякими закусками и напитками, что были явно алкогольными, но пить их можно 6 и 7 курсу, а также учителям. Грейнджер натянула на себя то самое черное платье, на ножки надела лаковые черные туфли на каблуке, распустила волосы, дабы пластырь на шее был не так сильно заметен среди темных завитых природой локонов, подкрасила тушью глаза, губы решила не трогать, лишь пройтись по ним гигиничкой для блеска. Стоя у зеркала, рассматривая свое отражение, шатенка поправляла каждый сантиметр наряда из-за волнения.  — Ты выглядишь просто супер, девочка, — положив на плечи кареглазой свои руки, Лаванда влюбилась в отражение своей подруги. — Зря так волнуешься, все взгляды будут только твои, — снова улыбнувшись, Браун чмокнула соседку в щеку, оставляя на ее щеке след красной помады, а потом, растерев ее большим пальцем, окончательно убрав с лица только спустя минуту.  — Спасибо, — посмотрев на выбранное ими же платье для Лаванды, также похвалила ее наряд. Народ кучками обсуждал какие-то новые сплетни или костюмы друг другу, перехваливая каждый из. Гермиона зашла в зал, освещённый лишь свечками под потолком, Лаванда шла за ней следом, болтая с каким-то парнем с 7ого курса. Какая все же русоволосая разговорчивая. Любого может утащить поболтать да еще и надолго. Пройдясь по помещению глазами, шатенка оценила падающие с помощью магии снежинки, что не ложились на пол, а будто растворяясь над головами учеников. Многие стояли у стен уже с бокалами шампанского, а кто-то, прийдя в пьяном состоянии, танцевал под бальную музыку, выглядя немного глуповато. Малфой был со своей шайкой змеек, преследующих старосту на каждом шагу. Забини, который скорее всего являлся близким другом для Драко, спокойно попивал напиток из стекла, разглядывая девушек с курса Когтевран. Блондин искал по залу одну единственную, сильно желая увидеть ее в платье, ведь девушка вечно ходила в юбке и столь красивого наряда парень ни разу не видел. Заметив копну темных волос, аристократ двинулся навстречу. Да, вокруг много лишних глаз, да многие могут подумать не то и, да, учителя скорее всего быстро среагируют на улыбчивую пару двух факультетов. Но Малфой шел к ней, распихивая учеников в сторону, чтобы пройти. Наконец дотронувшись до ее нежной руки, он улыбнулся, получив довольный взгляд Гермионы. Платье шатенки было шикарное, что блондин не мог оторвать глаз. Черное, прям как нужно. Гриффиндорка и вправду читает его мысли, пытаясь предугадать его удивление. Наклонившись к ее уху, парень прошептал:  — Прекрасно выглядишь, — и, подмигнув, посмотрел на выход, намекая поговорить где-нибудь в другом месте. До речи Дамблдора оставалось меньше часа, поэтому быстро выходя за пределы зала, Драко и Грейнджер забежали в какой-то кабинет, напоминающий маленькую каморку со всякими зельями, но все же место там было достаточно для двоих. Снова подарив Гермионе улыбку, блондин прижал ее к себе за талию, целуя как можно нежнее в ее алую щеку.  — Ты специально купила черное платье, да? — верно подметил слизеринец, и шатенка, улыбнувшись, кивнула.  — Я знала, что ты будешь в черном костюме. На самом деле, увидев парня где-нибудь в Хогсмиде, вряд ли бы кто-нибудь понял, что он с факультета Слизерина и вообще учится в школе магов. Черный, словно только что из мастерской пиджак, накинутый на белую, как снег рубашку с черным галстуком. Такие же черные поглаженные брюки и лакированные туфли с острым носиком. Выглядел чистокровный словно собрался прямо здесь и сейчас жениться на прекрасной девушке, похожей в своем наряде на черного лебедя.  — Ты не думаешь, что нам стоит вернуться? Лаванда, наверное, меня потеряла, — не отрываясь от красивого лица с острыми скулами, проговорила гриффиндорка.  — Она столько много болтает, что не заметит твоего исчезновения. Подарив аристократу милый детский смех, Гермиона приблизилась к его лицу и поцеловала в долгожданные губы. Поцелуй был словно первый. Без страсти и языка внутри, просто прикосновение губ друг друга. Глаза обоих засияли искрами. Вот бы это продолжалось вечно. Проводя по открытой шее кареглазой, блондин почувствовал небольшой участок, не похожий на нежную кожу. Расцепив поцелуй, он увидел пластырь, ровно наклеенный на участок тела.  — Что это? — Гермиона отпрянула немного в сторону, дабы юноша не смог раскрыть тайну девушки напротив. Играясь, быстро перемещая корпус то влево, то вправо, Грейнджер не смогла поймать руку аристократа, тянувшуюся к шее. Сорвав пластырь, он заметил бордовый засос и смутился, быстро соединив брови.  — Это не то, что ты… Как только неизвестный постучал в дверь, Драко и Гермиона отпрянули от друг друга в мгновение ока и посмотрели с напуганными глазами.  — Кто? — Малфой не стал ждать, а просто задал вопрос в упор, ведь слизеринского принца знали все и его похождения тоже.  — Блейз, Драко, Панси ищет тебя по всему залу, сказала, что если не найдет, то пожалуется Снейпу, — тихий голос Забини заставил блондина несильно ударить по стене рядом. Выдохнув, слизеринец кивнул своей девушке и вышел первый, а она уже за ним, как только услышала уходящие шаги. Правильно, что Блейз остановил их. А что, если бы это был кто-то другой? Шатенка зашла обратно в зал, ловя на себе пьяный взгляд Гарри. Мальчик-который-выжил быстро преодолел расстояние между ними, всучил потерянной девушке бокал.  — Пей и пошли танцевать, — довольно четко, но явно уже борясь с губами, произнес Поттер. Опустошив стекло, Герм поставила его на ближайший столик и, схватив темноволосого за руку, потащила ближе к другим парам, что танцевали медленный танец. Хотя, по другому тут и не потанцуешь. Разве что если ты в зюзю. Пошатываясь, однокурсник сделал кривой поклон и улыбнулся гриффиндорке. Она взяла его правую руку, а левую положила на плечо. Каким бы не был пьяным Гарри, танцевал он так, будто учил вальс всю жизнь. Или же это алкоголь выстраивал правильные движения? Кто знает. Несколько раз перекрутившись вокруг себя, Грейнджер смеялась вместе со своим другом, а из танец уже давно не был похож на что-то из классики. Встретившись с недовольным взглядом Малфоя, шатенка сразу же отвела глаза. Какого Мерлина он вообще трогал ее шею? Музыка затихла, перебиваясь со стуком ложкой по бокалу. Дамблдор стоял перед всеми на небольшой сцене, оглядывая учеников, приветствуя улыбкой.  — Я рад, что вы все здесь сегодня собрались. От третьего до седьмого курса. И бла-бла-бла. Слишком много лишнего Альбус. Грейнджер пригладила волосы ближе к телу, закрывая засос от лишних глаз. Скучающе посмотрев на директора, она заметила, как Рональд поднимается на сцену, явно в нетрезвом состоянии. Черт, черт, черт. Виски стали пульсировать, отдаваясь болью в голове. Смотря, как Уизли направляет свою палочку на волшебника, быстро произносит заклинание, и Дамблдор перестает говорить, замирая на месте.  — Итак, — голос рыжего был пьяным настолько, что многие стали перешептываться только ради того, чтобы спросить, что он сказал. — Я хочу кое-что рассказать всему Хогвартсу, — легко положив на плечо Альбуса свою руку, он облокотился на старика, словно на шкаф и направил свою палочку на поднимающегося к нему Снейпа. — Попрошу не перебивать. Немного откашлявшись, Рональд оглядел зал в поисках тех самых карих глаз.  — Все прекрасно знают, что в замке запрещены отношения между двумя факультетами, дабы не устраивать из школы какой-то бордель, — из его уст слова вылетали противно, никто не хотел его слушать. Никто? Как раз все. Все кроме Гермионы и Малфоя, пожалев, что их палочки остались на тумбочках. В глазах шатенки читался страх, поэтому Уизли быстро нашел ее в толпе.  — Гермиона, — произнес ее имя, проговаривая каждую букву. — Гермиона Грейнджер и чертов Малфой давно вместе, вы знали? В зале начался полный хаос. Все стали громко перешептываться, наблюдая, как блондин с жалостью смотрит на гриффиндорку, у которой по щекам бегут слезы. Сорвавшись со своего места, она быстро перебирая ногами, уже не слушая, что там пытается донести проклятый рыжий. Шатенка больше не могла этого терпеть. За что на этот раз, Уизли? За что?