A Happiness I Cannot Deny

Даби всегда ненавидел огромные сборища и эта церемония не была исключением. Не смотря на это, беря в учёт недавнюю победу над АРИС, даже такой как он мог отставить на время своё отвращение и просто насладиться моментом. Это была тяжёлая победа и Лига была настроена чертовски побаловать себя всеми благами выигрыша. Теперь они могли буквально кормить АРИС с рук, армию, что была у них на побегушках, имея теперь силу и влияние, чтобы потрясти геройское общество до самых глубин. Они стали империей, с которой никто и близко не мог бы стоять на одной ступени. Так что Даби позволяет себе наслаждаться с высоты их победы, даже если он не показывает это так открыто как остальная его команда. Он разрешает вывести себя на центральную сцену, конечно, с небольшим сопротивлением, но теперь словно половина всей планеты аплодирует ему. Впервые за целую вечность он чувствует себя непобедимым. И чёрт бы его побрал, если это не было наилучшим чувством. Торжество после было ещё под впечатлением от новости, что Лига объединится с силами АРИС и будет сотрудничать с ними под одним знаменем. Энергия, исходящая от каждого, могла бы, наверное, зарядить всю Японию. Куда ни глянь, все суетились и праздновали. Посреди моря поклонников он замечает никого иного как Ястреба, улыбающегося лучшей улыбкой и привлекая к себе только больше фанатов. Даби не мог этого не признать. Даже в самом эпицентре злодейской базы Ястреб всё равно привлекал внимание решительно каждого в зале. Никто не мог избежать притягательной живой энергии крылатого героя. Даби не знал, была ли это дерзость или полный идиотизм, но Ястреб почему-то отказался временно от ношения отвращения на своём лице по такому поводу. Было ли это чем-то вроде жеста доброй воли с его стороны? Что он хочет быть в центре внимания, чтобы каждый мог это видеть? Иметь свидетелей и поэтому поддержать свою легенду искреннего желания быть частью их организации? Так много вопросов. Так много маленьких кусочков пазла, на распутывание и попытки сложить вместе которого у Даби уходили недели, и всё же он словно и не двигался с места в том, чтобы узнать, что за игры Ястреб с ним затеял. Но он не хотел заниматься этим сегодняшним вечером. Внутри него была лёгкость; все в зале крутились вокруг Ястреба, а Даби впервые не хотел идти против течения. Так что он позволяет этому течению нести его прямо к Про Герою. Позволяет себе обыденно закинуть руку на чужие плечи, жест, который он никогда не позволял себе с кем-либо еще. Даби точно так же изумлён как и сам Ястреб, хоть и прячет удивление от внезапного порыва получше. — Ты, однако, выглядишь счастливым. — говорит Даби с мягкой улыбкой, расползающейся по лицу. Было так легко улыбаться рядом с героем. Заставляет задуматься, когда эти улыбки перестали быть искусственными и стали чем-то намного более искренним. Он чувствует как Ястреб напрягается в момент соприкосновения руки Даби и его плеч. То как перья дрогнули в защитном движении перед тем как моментально расслабиться, узнав злодея. Он никогда не признаёт это вслух, но он наслаждается этими короткими моментами, когда он ловит Ястреба вне его защиты. Кто-то же должен напоминать милой пташке о его месте. — Конечно! Познакомь меня со всеми, будь добр! — восклицает Ястреб с воодушевлением. Даби закатывает глаза. Каждый раз одинаковое требование и как и в каждый предыдущий он просто пожимает плечами, отмахиваясь торопливой фразой: — В следующий раз. Ястреб надувает губки и это по идее не должно вызвать у Даби гортанный смех, но оно всё-таки вызывает. Всё, что он выпускает в итоге, это несколько смешков, и Ястреб дополняет его смех собственным, лёгким и тёплым. Светлое чувство внутри него продолжает расти, пока он обыденно проводит Ястреба через суматошную толпу. Непроизвольно, у них завязывается разговор. Ястреб всё говорит, и говорит, и говорит, а Даби просто кивает или отвечает, вставляя короткие комментарии то тут, то там. Подобный разговор никогда не станет для него в тягость и уж тем более никогда не станет неловким кому-либо из них. Заинтересованные фанаты, словно готовые разорвать зубами остальных ради одного только автографа Героя Номер Два, а в противном случае буквально умереть, останавливают их ну слишком уж часто. Раздражение Даби растёт с решительно каждым новым бормочущим идиотом со сверкающими глазами, что тревожит их, но мягкие касания перьев Ястреба по его спине инстинктивно расслабляют его. Чудо само по себе, что Ястреб по-видимому просто знает как обходиться со всем, относящимся к пироману. Что он мог сказать или сделать что-то, что сию же секунду вызывало ответную реакцию. Этот факт должен был бы поселить неловкое волнение где-то глубоко в желудке, но сейчас этого не произошло. Возможно, не происходило уже даже какой-то промежуток времени. Пока Ястреб продолжает подписывать автографы и делать незамысловатые селфи, всё больше и больше людей приближаются к ним. Даби знает наверняка, что они застрянут тут на целую вечность из-за мягкотелости Ястреба и его неспособности отказать хоть кому-то из фанатов. Без предупреждения, Даби бесцеремонно загребает героя в свои объятия и волочит его прочь от возрастающей толпы, игнорируя изумлённые и протестующие восклицания. Если ему придётся провести ещё хоть секунду своего времени среди этой удушающей массы людей, ему просто сорвёт крышу. Он тянет Ястреба до стенда с освежающими напитками и не глядя хватает несколько. Молча передаёт ему один и тут же осушает свой одним глотком. Не настолько крепкий, чтобы он опьянел, но тепло начало распространяться и приносить приятное ощущение. Не то чтобы ему не хватало тепла в этот момент. Он оборачивается посмотреть на Ястреба, поймав его за пристальным взглядом прямо ему в затылок. Ястреб бесстыже улыбается, оглядывается на толпу и делает небольшой глоток своего напитка. Только тогда до Даби доходит, что его рука всё ещё лежит на плечах блондина, прижимая его близко-близко. Он не отпускал Ястреба всё то время, что они стояли вместе. Эта новость определенно должна была подпитать его отвращение перед прикосновениями новой дозой бешенства, но злодей приятно удивлён тем как правильно ощущается этот жест. Он сжёг бы заживо любого, кто посмел бы дотрагиваться до него так долго, но с Ястребом всё было иначе. Всё, что касалось Ястреба, было иначе, просто складывалось в что-то совершенно естественное, словно стихи. Может, Даби реально уже был пьян, если у него возникли подобные мысли. Конечно же, судьба не позволила бы такому хорошему настроению продлиться долго. Когда Даби сканировал взглядом огромное сборище, его глаза выцепили одного конкретного члена Армии. Он ощущает как выражение его лица резко ожесточается при виде этого претенциозного ублюдка с ледяной причудой; того, с кем он сражался в Дейке. И будто чувствуя тяжёлый взгляд на затылке, ледяной урод подворачивается, чтобы встретиться с ним взглядами. Раны, остававшиеся после их боя, ещё не зажили, и смотря прямо в глаза ледяному хмырю Даби ощущает как эти раны начинают отдавать тупой ноющей болью. Ядовитые слова и ругательства уже были готовы сорваться с его языка вместе с отвращением и ненавистью, пока воспоминания с их последней встречи медленно всплывали в подсознании. Фразы и обвинения, которые использовал этот ненормальный, пялящийся на него в ответ, что заставляли его ощущать себя ближе к родному дому намного отчётливее, чем Даби хотел бы признавать. Всполохи белых волос и глаз спутывались с огнём и криками, скрытыми за закрытыми дверями, клубились в его голове бесформенной массой, и Даби рывком вытаскивает новый стаканчик, слишком уж торопливо, перед тем как осушить его одним глотком и с намного большей чем требовалось силой поставить на место. Он тянется за третьим напитком без какого-либо стеснения перед тем как замереть, ощутив мягкое прикосновение чьей-то руки на спине. Он скорее чувствует чем по-настоящему видит крылья Ястреба, чуть накрывшие его сзади, пока блондин льнёт ближе и шепчет ему на ухо: — Что думаешь о том, чтобы покинуть это скучнейшее сборище и выйти на улицу? Даже среди оглушительного шума зала голос Ястреба звенит в его ушах как чистейший колокольный перезвон. Потому что конечно же он звенит и конечно же Ястреб инстинктивно уловил настроение Даби, решив его успокоить. Этот чёртов герой был слишком проницательным. Даби кивает и не тратит ни единой секунды больше, чтобы, маневрируя, вывести их обоих к выходу. Пришлось пройти мимо нового убежища по пути и Ястреб охал и ахал от малейшей увиденной детали. Как будто этот стиль жизни не был ему уже привычен. Если бы Ястреб хотел, он мог бы купить двадцать пентхаусов такого же размера. Наконец, они выбрались на улицу, не попавшись никому на глаза. Даби ведёт их к ближайшей набережной не очень далеко от главных улиц. Холодный зимний воздух ощущался утопией на коже Даби, но даже этого было недостаточно, чтобы подавить бурлящее раздражение, медленно закипавшее в нём. Просто одного взгляда на того ледяного урода хватило чтобы оставить терпкий привкус на его языке. Пепельные волосы и ледяные причуды уж точно не являлись хорошей комбинацией для его вменяемости. Больше не было смысла держаться за Ястреба. Он убирает руку с его плеча, оказывается, что это сделать в разы тяжелее, чем должно было бы. Даже если Ястреб и хотел высказать недовольство, он этого не делает. Даби в любом случае не обратил внимания, не разрешил себе обернуться, чтобы посмотреть. Он запихнул руки в карманы, подойдя ещё на несколько шагов к набережной и только потом остановившись. Луна светила крайне ярко этой ночью. Болезненно-яркие воспоминания о ночах, когда он с братьями и сестрой выбирался на улицу и считал звёзды на небе вместе, заворочались в его сознании. Иногда, просто таки чудом, мать присоединялась к ним. Редкие ночи, когда кошмары не могли поймать его. В эти маленькие моменты безмятежности Даби чувствовал себя в безопасности. Он глубоко вздыхает, смакует приятным холодом воздуха в лёгких и успокаивающим ощущением, что он ему приносит. Будто прошла целая вечность, данная Даби для успокоения и расслабления. Жизнь должна стать намного более насыщенной в скором времени и как только Даби формирует эту мысль тут же начинает тосковать по прежним денькам, когда он мог просто заниматься своими делами и не иметь гору ожиданий, возложенных на его плечи. Он видная фигура в их новосформированной организации. Не то чтобы раньше такого не было, но теперь звание несло в себе больше ответственности. Люди будут ожидать большего. Однако, даже эти мысли не могут испортить его отличное настроение. Он удивлён, что оно вообще держится так долго. Обычно на то, чтобы снова сделать злодея угрюмым, не требуется много времени и усилий, особенно учитывая невольное пересечение взглядами с ледяным ублюдком. Он желает думать, что это из-за ошеломляющего успеха, но, если уж быть откровенным с собой, чем он занимается в последнее время слишком уж часто, он прекрасно знает, что это ощущение сохраняется из-за одного конкретного человека, стоящего за его спиной всё это время, успокаивая и не давая депрессивному дерьму подбираться к психике. И этим человеком был никто иной как Ястреб. Ему стоило бы забеспокоится на полном серьезе из-за того насколько расслаблено он ощущает себя в компании Героя Номер Два. Конечно же, он не открылся полностью. Это было бы глупо. Но дни идут и чем больше времени они проводят вместе, тем Ястреб становится… всё менее и менее угрожающим. Менее помехой и врагом, намного больше компаньоном, товарищем. Или, может, просто потому что Ястреб притащил ему настоящий труп, показывая, насколько сильно хотел добиться доверия злодея; что он готов был зайти настолько далеко, полностью разрушить все свои моральные принципы даже без вмешательства самого Даби. Или, может, Ястреб был немного психом, что, в свою очередь, всё равно добавляло ему очки в глазах Даби. — Ты тоже выглядишь счастливым. — говорит Ястреб. Он так потерян среди своих мыслей, что практически не слышит этого. Практически. Потому что не имеет значения, что случится, даже если разверзнутся небеса и закрошится земля под ногами, глотая их в пучины Ада, голос Ястреба всегда найдёт свой путь к нему. Словно компас, позволяющий вернуть его домой. Даби пялится на него ответ. — Хмм? — Я сказал, что ты тоже выглядишь счастливым. — повторяет Ястреб и снова улыбается так добродушно, словно это для него естественнейшая улыбка. Возможно, это даже было правдой для крылатого героя. Он наверняка обладал целым репертуаром разнообразных улыбок, что использовал на каждом встречном-поперечном. — Это плохо? — спрашивает Даби. Ястреб просто качает головой. — Не-а, — говорит он, протягивая «а» с явной игривостью. — Нравится намного больше, чем твоя обычная, задумчивая и отстранённая личность. Даби не может не закатить глаза. — Осторожнее, Герой. Твои ужасные попытки флирта могут сработать на мне. Ястреб вздыхает с наигранной злостью. — А я уж думал, что принести мертвеца было достаточно, чтобы добраться до второй базы*. Это вызывает у Даби смех, громкий и искренний. Боже, как Ястребу это удалось? Как он смог вызвать у него те реакции, которых не может добиться решительно никто иной? Даби всегда гордился своей сдержанностью и контролем над эмоциями, крайне редко давая им выход. И вдруг Ястреб появляется в его жизни, сияя поцелованными солнцем улыбками, очевиднейшей ложью о желании вступить в Лигу (не в Паранормальный Фронт Освобождения. Что за тупое название, думает Даби), и внезапно злодей обнаруживает, что поступает и реагирует так, как не делал никогда в жизни. Просто за одно это Даби никогда не стоило даже пытаться опускать свою внутреннюю броню перед Про. Любой, кто заставлял его чувствовать себя не в своей тарелке, был опасным, а также той силой, с которой стоило считаться. Но если в ответ на эти странные реакции его организма Ястреб начинает улыбаться только шире и смеяться беззаботнее, заразительнее, тогда, возможно, Даби может открываться то тут, то там, чтобы почаще видеть эти реакции. Поднимается ветер, позволяя ему набрать ещё раз полные лёгкие свежего, холодного ночного воздуха. Однако там где Даби находит искреннее удовольствие, Ястреб — только дискомфорт. Он засовывает руки глубже в карманы, пытаясь ещё больше закутаться в свою шубу. Втягивает шею в мех, что Даби всегда находил до одури забавным. Он решает сжалиться над бедным героем и становится прямо перед ним, ступая в его личное пространство без каких-либо размышлений. Он тянется, чтобы запахнуть пуховик ещё плотнее. Жест, вероятно, практически бессмысленный, ведь Ястреб уже и без того завернулся в него как можно сильнее. Но Ястреб не дёрнулся и не остановил его, так что Даби остался стоять там, где стоял. Перья Ястреба подрагивали на ветру и ерошились, чуть дрожали каждый раз, стоило только налететь малейшему бризу. Это вызывало только необъятное количество веселья, когда он наблюдал как Герой Номер Два прижимает ближе свои крылья в напрасной попытке сохранить тепло. Взгляд Ястреба на выражение лица Даби только делает его ещё более развеселённым. — Как тебе может быть так холодно, если ты носишь самую тёплую шубу из всех, что я знаю, и имеешь за спиной два ёбаных огромных крыла? — спрашивает Даби. Ястреб бормочет тихое «заткнись», не имеющее ни грамма обиды. Даби просто хмыкает перед тем как одна любопытная мысль посещает его, и он озорно ухмыляется. Он льнёт немного ближе и искренне наслаждается тем как Ястреб вдруг совсем немного напрягается. — Думаю, у меня есть пару мыслишек как я могу тебя согреть. — сказал Даби, заведомо опуская голос на несколько тонов. Реакция последовала незамедлительно и была в точности такой, какую он ожидал. Щёки Ястреба резко загорелись, покрываясь равномерным слоем насыщенного пунцового цвета. С такого близкого расстояния Даби мог услышать как Ястреб тяжело сглатывает перед тем как наконец снова обрести дар речи. — И что же это? — спрашивает он тоном словно и не особо соблазнительным, но чёрт бы побрал Даби, если от этих интонаций у него не поднялась волна жара внизу живота. Усмешка Даби неумолимо увеличивается. Он без понятия, откуда взялась эта волна игривости, но он собирался использовать её не смотря ни на что. Наклоняется так близко, что может ощущать призрак прикосновения своих губ к уху Ястреба. Он буквально может чувствовать как каждый нерв Ястреба резко зажигается. Он убеждается, что оставляет тон неизменным, шепча: — Как насчёт- Он замолкает, видя напряжённое ожидание героя. Это почти заставляет его рассмеяться. Слишком просто. Даби моментально делает шаг назад, выходя из личного пространства Ястреба. Он начинает идти задом наперёд по главной дороге, просто ради того чтобы видеть выражение на лице героя. — … прогулки? — заканчивает он своё предыдущее предложение. У Ястреба уходит добрых пять секунд, чтобы выйти из состояния транса, в которое Даби его поместил. Ещё секунда для осознания, что именно он сделал, перед тем как потерять контроль. Глаза Ястреба расширяются, отвисает чуть ли не до земли челюсть в чистейшем шоке и чувстве предательства. Его реакция абсолютно бесценна и в этот раз ничто не останавливает громкий, надрывный и гортанный смех, вырвавшийся из Даби. Пока Ястреб продолжает пялиться, Даби не может остановить смех, рвущийся и выливающийся наружу как бурная, неконтролируемая река, вызывая ноющую боль в сколотых скобами уголках его рта и слёзы, выступившие на глаза. Если так пойдёт и дальше, все скобы на его лице просто разойдутся снова, но впервые в жизни ему было решительно насрать. Он даже не может вспомнить последнего раза, когда он смеялся так искренне и свободно раньше. Наверняка он сейчас выглядит как настоящий, окончательно спятивший псих. Позорно известный своим равнодушием Даби, холоднокровный убийца, готовый высмеять себе лёгкие как какая-то малолетка. Всё то дерьмо, что продвигали эти Освободительные придурки своими красивыми лозунгами, было откровенной чушью собачьей. Вот как чувствовалась настоящая свобода. Ястреб в конце концов приходит в чувство и, срань господня, он в натуральном бешенстве. — Ах ты сукин сын! — выкрикивает он перед тем как прыгнуть на Даби. Злодей успевает мгновенно рвануть с места и увернуться как раз в тот момент, когда Ястреб уже почти схватил его. Ястреб гонится за ним к центральной улице и стоит Даби только обернуться как он видит широченную, оскаленную усмешку на его губах. Идентичная вспыхивает на его собственных и ровно с того момента гонки начинаются. Их общий смех смешивается воедино и уносится холодным ветром в зимнее ночное небо. Даби должен был прекрасно знать заранее, что следовало бы сначала подумать перед тем как пытаться перегнать самопровозглашенного крылатого героя. Он крайне жалеет о своём решении, когда две сильные руки обхватывают его за талию, а в следующую секунду уже обнаруживает себя высоко-высоко в небе. Его желудок резко скрутился в тугой ком от резкости движения. Он резко защёлкнул челюсти, силой заткнув воздух обратно в горло, силясь сдержать внутри вопль. В мгновение ока они оказались высоко над зданиями. Город омывался калейдоскопом бриллиантов; драгоценный камень истинной красоты. Даби был бы абсолютно не против насладиться видом, если бы не был занят попытками не выкричать себе всё нутро от ужаса. Было невероятно неловко и неудобно. Усугубляя проблему, Ястреб будто переживал лучший момент своей жизни. Он продолжал смеяться и лыбиться от вида страданий Даби. Он кидает убийственный взгляд через плечо, но блондину будто по-барабану. — Отпустишь и я сожгу тебя заживо. — угрожает Даби. Он немного нагревает руки в подтверждение своих слов, но это, казалось, только привлекло интерес Ястреба. Подлая, озорная ухмылка расползается по лицу блондина и Даби уже знает, что теперь ему не отделаться никак. Без какого-либо предупреждения, Ястреб ослабляет свою хватку и Даби начинает падать. Крик вырывается из его горла, в желудке всё скручивается и сжимается за долю секунды свободного падения. Это длится всего мгновение, потому что мозг Даби даже не может успеть обработать всю информацию о происходящем, а Ястреб уже осторожно подхватывает его и крепко держит за правую руку. Теперь, вместо того чтобы висеть над городом в объятиях Ястреба, Даби болтался на одной руке как тряпичная кукла, что уж нисколько не улучшало положение. — Всё ещё хочешь сжечь меня, горячая штучка? — прокомментировал язвительно Ястреб, отморозок хуев; самодовольная, гадкая ухмылка так и не исчезла с его лица. — Ястреб. — прорычал Даби. — Не~а, хех, — пропевает Ястреб, махнув ладонью к жесте «нет». — Ты сделал кое-что непоправимо жестокое со мной. Справедливо, что я хочу вернуть должок, не так ли? Даби держит свой рот закрытым. Он знал, что Ястреб хотел услышать, но чёрта с два он так просто дал бы ему это. — Ну дава~ай, — Ястреб продолжал играться с ним, с этим невыносимо невинным выражением лица. Это только больше подстрекало раздражение Даби. Он начал немножко раскачивать пиромана из стороны в сторону, заставляя сердце Даби уйти в пятки, но так и не вырвав из него нужных слов. — Смотри, давай не будем усложнять. Просто извинись и я тебя опущу. — Возьми свои извинения и засунь их себе в задни- Хватка Ястреба резко ослабевает. Паника вспыхивает внутри Даби, он судорожно цепляется за его вторую руку, сжимая пальцы до ощутимой боли. Ястреб немного меняет его хватку и наконец решает сжалиться. Одним слитным движением он дёргает его вверх, на свой уровень глаз. Даби не теряет времени и обхватывает руками плечи крылатого героя, пока последний резко выдыхает и аккуратно помогает ему своими руками, придерживая за талию. В моменты как этот Даби честно пытается забыть, насколько Ястреб силён физически, несмотря на внешность. И также часто в такие моменты Даби проклинает себя за то, что позволяет себе быть пойманным в неловких ситуациях как сейчас. Их лица в итоге оказались непозволительно близко и судя по очевидному взгляду Ястреба он тоже осознал только сейчас, что, возможно, ему следовало подумать о таком развитии событий заранее. У обоих отняло дар речи настолько, что ни один не проронил ни слова. Вся язвительность и бахвальство словно были враз выброшены в фигуральное окно. Теперь всё, о чём мог думать Даби, это как свет далёких звёзд усиливал отблеск золота в глазах Ястреба и как луна подчёркивала своим свечением его фигуру, будто высеченную из фарфора или мрамора. Что за нахрен с ним не так? Это совершенно не те мысли, которые у него должны были быть на такой головокружительной высоте. Он поворачивает голову, чтобы перестать пялиться, и опускает взгляд вниз, на огромный город, что также явно не было хорошим решением. Он ощущает как все его нервные окончания будто оголяются разом и знает наверняка, что Ястреб сто процентов ощутил это напряжение. Он ненавидит показывать такие слабости, но какая-то его часть знает, что Ястреб никогда не использует нечто подобное против него. Его пугает насколько облегчённо это ощущается. — Не волнуйся, — говорит Ястреб, удерживая в голосе светлые нотки, чтобы обнадёжить злодея. — Если упадёшь, я поймаю тебя. У него уходит вся сила воли, чтобы не закатить глаза. Вместо этого, он легко щипает Ястреба под рёбрами. Что приводит к бесцеремонному хихиканью, сорвавшемуся с уст героя. Ястреб пытается скрыть это за восклицанием, но он уже показал слабину. Брови Даби взлетают вверх в изумлении перед тем как озорной, дикий оскал разрезает его лицо. Одновременно с этим лицо Ястреба искажается в ужасе. Будто боги удачи впервые отвернулись от него и впервые в жизни Ястреб слишком медлителен, чтобы предотвратить долгожданную месть Даби. Даби тыкает пальцем в грудную клетку Ястреба, вызывая ещё один смешок. Ястреб отчаянно пытается сдержать смех, но это не приносит никакой пользы. Его тело содрогается каждый раз, стоит только Даби пройтись пальцами по его рёбрам. Мольбы о пощаде героя были словно музыкой для его ушей. — Остановись! — судорожно выкрикивает Ястреб в жалкой попытке перевести дух между громким надрывным смехом. — Хочешь упасть? — Если я упаду, ты просто поймаешь меня. — тягуче-сладостно произносит Даби, слишком наиграно, чтобы быть чем-то кроме фальшивого флирта. — Не правда ли, о, великий Герой? — Ублюдок. — отвечает Ястреб слабым голосом. Только улыбка на его лице заставляет Даби внезапно осознать, что такая же закралась и на его собственное. Мягкое, окрыляющее чувство начинает пробуждать его изнутри. Голова кружится оттого, насколько беззаботно и приятно он ощущает себя в этот момент. Возможно, такая сумасшедшая высота вызывала это ощущение или, возможно, просто Ястреб со своим смехом и лучащимся светом. — Давай уже, отпусти меня обратно. — он пытается придать своему голосу командный тон, но ничего не получается. Лицо его чувствуется чужеродно и скобы словно расшатались от того как часто он улыбается и использует мимические мышцы лица. Ему стоит вернуть дистанцию между ними прямо сейчас, иначе заразительный энтузиазм просто развалит его лицо на части. Ястреб прислушивается и даже несмотря на то, что у него всё внутри свёртывается в комок пока они спускаются, они тут же приземляются на первую попавшуюся крышу небоскрёба. Они продолжают стоять близко друг к другу пока Даби медленно вдыхает-выдыхает, чтобы успокоиться и избавиться от лёгкой тошноты. Ястреб терпелив, даже плавно гладит его по спине круговыми движениями. Делает он это так, будто это совершенно естественно, и с такой же заботой, с какой успокаивала его когда-то собственная мать, поэтому Даби отталкивает Ястреба с немного большей силой, чем в действительности требовалось. Даби трясёт головой, избавляясь от этих мыслей. Он предаётся воспоминаниям как-то уж слишком много в последнее время. Из-за Ястреба ли это, взбудоражившего те воспоминания, которые он так долго пытался закопать на самом дне? Он поворачивается к Ястребу лицом, замечая, что тот смотрит в ответ с очевидным беспокойством. В этот раз Даби просто смотрит на него в ответ. Просто смотрит, по-настоящему. На престижного и любимого публикой героя, желанную модель обложки любого журнала. Смотрит в золотые глаза и на обаятельную улыбку. На багровые крылья и татуировку окровавленного сердца на предплечье. Смотрит на олицетворение идеального героя, которым стремится быть каждый. Искры сочувствия и энергичности, полыхающие во взгляде. Уверенность и харизма, исходящие от него мощными волнами. Физическая сила в его позе и моральные установки, вырезанные кровью под языком. Даби смотрит на Ястреба и видит идеал героя, который видит весь мир, который верит в это. И тогда он заглядывает вглубь. Сквозь ложь и маски, потому что ни один герой не без греха. Даби король ношения масок и лжи, словно они стали его второй кожей. Замечать их на других было для него детской забавой. Так что он снимает их слой за слоем, оголяя нутро. Он отдаёт Ястребу должное: тот носит свою истинно геройскую личность настолько безупречно, что добраться до сути в этот раз намного тяжелее, но в конце концов у Даби получается. Под шармом и праведностью он видит слишком много тревоги и волнений, чтобы назвать это уверенностью. Слишком искусственные улыбки, слишком добросовестно наработанные, чтобы быть полноценно настоящими. Походка слишком твёрдая и напряжённая в постоянном ожидании опасности, чтобы быть непринуждённой. Даби видит всё это только потому что видел то же самое в себе годами ранее, во времена сломанной изнутри семьи и пылающего детства. Ястреб слишком идеальная картинка в слишком идеальной рамочке. Он пытается удержать на себе вес всего мира, заключая сделку с дьяволом, и Даби даже не знает, восхищаться ли им за это или сочувствовать. Была ли это самоуверенность, что заставила Ястреба верить в то, что он на самом деле сможет решить всё самостоятельно, или просто обычное безрассудство? Смелым ли это было решением хотя бы попытаться, или слепотой перед правдой? Перед правдой, что он был ничем большим, как куклой на дранных нитках, использованный обществом, которому поклялся в верности? Что когда всё это рано или поздно раскроется, никто не придёт ему на помощь? Никто не услышит оправдания и крики помощи? Его просто вышвырнут, избавятся как от ненужного мусора; от него отвернутся все те, кто обещал защищать его. Даби ненавидит то, что он позволяет себе окунуться в подобные мысли. Он ненавидит то, что проводит долгие ночи, бодрствуя и размышляя в точности таком же ключе, потому что последнее, что ему сейчас нужно, это осознание, что между ним и героем есть столько общего. Что если докопать до самого нутра, они имеют столько общего, сколько у Даби не было ни с кем и никогда в жизни. Что они будто две стороны одной разрушенной медали. Он не замечает как Ястреб делает пару шагов, чтобы стать напротив него, и машет ладонью прямо перед лицом злодея. Даби резко возвращается обратно в реальность. Ястреб даже не пытался спрятать крайнюю степень беспокойства во взгляде. Даби искренне желает быть раздражённым. С какого это вообще хрена Ястреб в принципе выглядит так, будто ему не начхать как он себя чувствует и что его тревожит? Должен же был уже догадаться, что к этому моменту его ложь давно разгадана? Если он действительно просто хотел его использовать и вытянуть всю нужную на Лигу информацию чтобы уничтожить их изнутри, он уже давно мог завершить свою миссию и без этих ненужных километров лишнего пути и всей этой чепухи. Встречи под блёклым голубым светом луны стали уж какими-то слишком частыми. Тонкая вуаль, перегородка между ними, будто истончилась в одночасье. Постоянные пререкания и язвительные комментарии потеряли свой пыл и превратились в что-то товарищеское. Чёрт, если Даби реально задумался бы об этом более глубоко, он бы определенно обнаружил что они опасно балансируют на краю интимности и близости. Иногда это сбивает с толку настолько сильно, что хочется кричать. Зачем Ястребу требовалось делать такой огромный крюк, слушать так внимательно каждый раз, когда он говорит, и вглядываться так пристально, вызывая в Даби волну противоречиво яростных эмоций, заставляя его чувствовать себя в безопасности, впервые за такое долгое время ощущать себя обычным. Почему пребывание рядом с Ястребом вызывало в нём одновременно и желание свернуть горы, и в то же время чувство уязвимости и страха? Почему Ястреб вообще казался таким настоящим? Почему герой вообще беспокоился? Возможно, у него есть причины, как и у Даби. Начав всё это как обычную игру, чтобы заставить противника опустить щиты и сдаться, и превратившись в что-то намного более чувственное и честное. Трепетное возбуждение от чувства, что они идут против всего, за что раньше боролись. Нахождение некоего баланса во встречах где-то посередине — в пространстве между их мирами. Даби никогда не посмел бы назвать себя мечтателем. Он знает без тени сомнений, что у них с Ястребом не выйдет ничего путного. Звук голоса Ястреба вырывает его из своих грёз. Он моргает, фокусирует взгляд на всполохе золота перед ним. Он молчаливо попросил Ястреба мимикой, чтобы тот повторил. — Я спросил, всё ли в порядке. — ответил Ястреб, и почему Даби не удивлён, что именно его спросили? Он просто отмалчивается, пожимает плечами. Ястребу не сильно нужен конкретный ответ, чтобы знать как он себя чувствует. Он поворачивается и подходит ближе к краю. Легкости и теплоты смеха как будто и не бывало, и теперь начала неспешно устаканиваться тишина. Перемена тона была почти режущей слух, но даже усни в мгновение весь свет, близкое оживлённое ощущение держало бы Даби в сохранности до самого конца. Он не хотел застревать в этой мысли слишком долго. Знал наверняка, что из таких размышлений ничего хорошего не выйдет. Он слышит шаги, пока Ястреб не подходит ближе и не становится рядом с ним плечом к плечу, смотря вниз на город вокруг. Он видит периферийным зрением, что Ястреб всё ещё улыбается уголками губ. Они оба держали руки в карманах, странное совпадение, которое Даби находит забавным. Как что-то настолько несущественное как чьё-то присутствие может приносить ему такое умиротворение, Даби никогда не узнает. Он и не планировал пытаться осмыслить это сегодняшней ночью. Он поворачивается к Ястребу в тот же момент, когда Ястреб поворачивается к нему. Воздух заряжен тысячами и тысячами огоньков и он может посчитать каждую, даже самую малейшую, искорку пламени, горящую в золотых глазах героя. — Смотришь на что-то, что тебе нравится, птенчик? — спрашивает Даби приглушённо. Теплота внутри него снова начинает подступать к самому горлу, когда он видит как Ястреб сглатывает после этих слов. Он молчит секундно прежде чем коротко кивнуть. — Ага, — отвечает он наконец, громким шёпотом. — Как раз смотрю. И это заставляет Даби захотеть сделать кое-что очень эгоистичное. Заставляет проиграть зудящему внутри нестерпимому желанию и наконец принять, что нахождение в обществе Ястреба пробуждает в нём самые лучшие качества. Нахождение с Ястребом заставляет Даби хотеть всегда находится рядом с ним, всегда держать у самого сердца то самое перо, что Ястреб подарил ему ещё так давно. Он хочет быть рядом с Ястребом потому что впервые в своей жалкой жизни, присутствие Ястреба просто вызывает в нём искреннее счастье. Злодеи известны своей эгоистичной натурой, а Ястреб являлся кусочком счастья, которое Даби никогда и никому не отдаст. Так что он сокращает дистанцию между ними. Поцелуй получился мягким и осторожным, но через несколько секунд изумления Ястреб страстно отвечает ему. Тысячи эмоций вспыхивают по всему его телу, а когда он чувствует улыбку Ястреба сквозь поцелуй, Даби ощущает себя абсолютно свободным и живым. Когда недостаток кислорода становится слишком заметным, они отстраняются. Ястреб ухмыляется как придурок и Даби может сказать наверняка, что его губы растянуты в идентичном выражении. Он знал прямо здесь и прямо сейчас, что никогда не отпустит Ястреба. Даже если придётся идти сквозь пламя Ада, они продефилируют среди ярких всполохов вместе. — Ты тоже выглядишь счастливым. — говорит Ястреб. О да, думает Даби, втягивая Ястреба в новый поцелуй. Я счастлив.