Семья

Летти пропустила и завтрак и обед, проспав полдня на диване в зале, хотя намеревалась только часик вздремнуть. Трогать ее никто не стал – невыспавшаяся Ортис, сильно поругавшаяся с Домом – существо злое и крайне опасное. Она услышала легкие шаги через зал на кухню, но поленилась открывать глаза. В этом доме, единственным человеком кроме нее самой, умеющим ходить тихонько, а не отбивать тяжелую дробь пятками, была Миа. С крана полилась вода, через пару секунд хлопнула входная дверь, и кто-то пошел следом за сестрой Дома на кухню. Летти приоткрыла один глаз и увидела широкую спину Винса в синей футболке. Зевнув, девушка перевернулась со спины на правый бок. Нужно было завязывать уже со сном, потому что бездельничать целый день – это не дело, но голова казалась неподъемной и никак не хотела отрываться от диванной подушки. - Ну, и кто тот мудак? – спросил Винс, упершись рукой в коричневую кухонную стойку. - Даже не знаю, о ком ты говоришь, - спокойно ответила девушка, одетая в легкий темно-синий сарафанчик длиною чуть выше колен. Она немного торопилась, моя посуду, чтобы поскорее появилась возможность прекратить разговор, который явно будет ей неприятным, и старалась не смотреть на взвинченного парня, стоящего рядом. - Я о том типе, что тебя вчера до дома провожал! – немного повысил голос Винс. Миа все-таки посмотрела на него, перестав скрывать, что злится: - Тебе-то какое до него дело? - О, неужели не понятно?! – вскипел Винс. - Я волнуюсь за тебя! - Мне семнадцать, в голове предположительно все-таки мозг, а не опилки, так дайте мне, наконец, право принимать хоть какие-то решения самостоятельно! Я ценю это, но мне и брата с его чрезмерной заботой с головой хватает. - А я и не собираюсь, черт возьми, заменять тебе брата! В комнате повисла тишина, только звякнула тарелка в дрогнувшей руке девушки, стукнувшись о железный бортик раковины. Она несколько секунд онемело смотрела на Винса, затем заправила локон длинных черных волос себе за ухо и принялась домывать посуду. - Прости, но я не могу, не хочу с тобой встречаться. – Миа сполоснула предпоследнюю тарелку, сжала мыльную губку в руках и развернулась к нему, готовая расплакаться. - У меня нет таких чувств к тебе, понимаешь? - И даже не хочешь дать мне шанс, - севшим голосом сказал Винс, чувствуя, как в горле все пересохло, хотя ответ был очевиден еще до начала разговора. - Это сделает все только хуже! Ты мне очень дорог, но это другое… Ты обязательно еще встретишь девушку, с которой будешь счастлив. - Не буду. Мне не нужна никакая другая. Миа поставила последнюю тарелку в стопку, убрала все в шкафчик для посуды, нервно сполоснула водой губку от пены и выбежала из комнаты, пробормотав тихое «прости». В порыве слепой ярости Винс сбросил со стола кухонный комбайн. Прибор с грохотом ударился о светлую кухонную плитку и разбился. - Миа! – донесся с зала оклик Летти. Хлопнула входная дверь. - Что разбили? – спросила Летти, возникшая в дверном проеме. Увидев на полу разбитый комбайн, девушка подняла его корпус и пошла за веником и совком, стоящими в углу, чтобы собрать куски вылетевшего стекла. - Осуждаешь? – спросил Винс, глядя на нее. Девушка покачала головой, и принялась сметать разбитое стекло на совок: - Нам с тобой, похоже, не особо везет в любви. Интересно, удача тогда в чем? - Дом любит тебя. Летти вздохнула. Осколки стекла полетели с совка в мусорное ведро. - Кажется, он забыл об этом, когда та мерзавка из бара думала, как бы к нему прилипнуть. - Я рос вместе с этим придурком и знаю его как облупленного – он правда любит тебя, - настойчиво повторил Винс. Летти и сама это знала, но от слов лучшего друга ей все равно стало как-то спокойнее. Девушка поставила на место веник и совок, и пошла к холодильнику. Открыв его, она достала себе бутылку с холодным мятным чаем, и спросила: - Пиво будешь? - Давай. А ты что так слабо? Летти протянула другу бутылку с пивом и закрыла холодильник. - Просто чая хочу, - ответила Летти, наливая его себе в кружку, и вернула бутылку на место. Винс открыл пиво и сел за стол, подруга осталась стоять. Сделав несколько глотков из чашки, она спросила: - Помнишь Ким, девчонку с заправки? - Да, припоминаю, - ответил Винс, надпивая пиво. Он бы ее, наверное, и не запомнил бы, если бы не ее неформальная внешность: длинные волосы с кучей разноцветных прядей, заплетенные в дреды, пирсинг на лице, широкие футболки с принтами различных рок-групп… Все это не столько необычно, сколько странно выглядела совершенно детская, милая улыбка на ее лице, а улыбалась она очень часто. - Я когда последний раз там заправлялась, она тобой интересовалась, - сказала Летти. – Спрашивала твой номер. - И ты дала? - Нет. Вот сейчас тебя об этом спрашиваю. - Не нужно. - Спрашивать? - Давать. Летти вздохнула, постучала пальцами по крышке стола и нерешительно сказала: - Она, вроде бы, прикольная. - Закрыли тему, - раздраженно попросил Винс. - Ладно. Летти допила свой чай. Вчера она хотела дать его номер Ким, потому как догадывалась и о чувствах Винса к Мие, и об их невзаимности. Первое мог не заметить только слепой, второе подсказывала женская интуиция. И она прекрасно знала, насколько больно и обидно довольствоваться ролью друга, в глубине души желая гораздо большего. Что было бы, если бы Дом так и не ответил бы на ее чувства? Смогла бы она продолжать быть с ним рядом, заставить себя его разлюбить или пришлось бы всех бросить, чтобы начать с чистого листа? Вопросы, на которые у Летти не было однозначного ответа. И помочь другу с этим она тоже не могла. Лишь вспомнила на заправке, что каждый должен принимать решения сам, нет ни у кого права делать это за других.