Ультра-Браж

      Мастер Фу пребывал в задумчивости. В его руке находилась кружка любимого зелёного чая. Приятный, но достаточно слабый аромат исходил от напитка, заставляя закрыть глаза и, вдыхая, думать, что, собственно, и делал Хранитель. Ужас от мощи Ультра-Браж уже прошёл, оставив неприятные последствия. Отглотнув, старик отставил чай и принялся читать переведенную копию книгу. Когда противником выступал Бражник, Ван Фу лишь иногда заглядывал в неё, но сейчас ситуация сильно изменилась: злодей обладает огромным могуществом: в любой момент можно создать целую армию каких-нибудь Копи-Кэтов, уничтожая город с помощью Котаклизмом. К счастью Мастера, Ультра-Браж не делала этого, то ли в силу неопытности, то ли в силу ограниченности воображения. — Вот! — глаза старого Хранителя блеснули восторгом. — Нашёл!       Из другой комнаты сразу же показался маленький квами. Эмоции хозяина несколько перепугали Вайзза, поэтому тот решил удостовериться, что Ван Фу не съехал с ума всё хорошо. — Что нашли, Мастер? — спросил черепашёнок, пристально рассматривая обладателя Талисмана.       Хранитель поднялся из-за стола, оставив книгу открытой. Взглянув на своего верного помощника, старик улыбнулся, почувствовав себя молодым. — Как тренировать героев, вот что! — Вся мудрость Мастера Фу куда-то исчезла. Не обращая внимания на Вайзза, он решительно направился к полкам, на которых стояли различные предметы, включая зелья и отвары.

***

      Маринетт усмехнулась, её мотыльки следили за Хранителем, посему она знала, что нужно вдоволь наиграться со слабыми героями. Почему девушка не забрала Камни Чудес? Всё просто: какое удовольствие от мести, если она не устроит проблем героям. Сев за стол, она принялась разрабатывать план действий. «Продуманность — наше всё», — считала суперзлодейка.       Через половину часа всё было готово. Имя злодея, его способности, даже человек, в которого нужно вселить акуму. «Раз план, готов пора начинать», — мысль пролетела стремительно, столь стремительно, как и радость девушки: во время злодеяний голова должна оставаться холодной.       Решив, что нужно отдохнуть, дочь пекарей встала из-за стола, не став допивать кофе, и легла на кровать.

На следующий день

      Улыбнувшись, Маринетт посмотрела на Нурру. В глазах девушки было какая-то мрачная радость, а в сочетании с холодным выражением лица — выглядела она жутковато. Пододвинув тарелку поближе, синеглазая заговорила: — Итак, друг мой. Расскажи о силах Талисмана поподробней. — Она говорила ласково и спокойно, что-то не давало ей обижать этих маленьких миленьких квами.       Квами мотылька недоверчиво взглянул на Маринетт и, подлетев прямо к тарелке, увидел жидкость. Принюхавшись, тот узнал запах: слёзы. Они были самой любимой едой для духа Камня Чудес, но попить их удавалось редко. «Вот чертовка, всё узнала!» — подумал Нурру. Он был горд за хозяйку, и считал, что она умна, но лишена здравого смысла. — Находясь в трансформации ты улавливаешь эмоции людей. Можно создать из мотыльков переносчиков энергии, — квами время от времени останавливался, чтобы попить слёзы, после чего продолжал. Только сейчас тот выпил больше лакомства, чем в прошлый раз, но только для того, чтоб взглянуть на Маринетт. Она увлечённо слушала и делала какие-то пометки в блокнот. — Мотыльки могут переносить разную энергию: тёмную, нейтральную и светлую. Каждый такой трудяга называется по-разному и имеет разные назначения.       Рассказ мотылька прервал телефонный звонок, заставивший его отвлечься от перекуса. — Подождёт, — злодейка выключила звук, не сбрасывая вызов, чтобы звонивший человек подумал, что она забыла телефон или занята, или что-то другое. — Продолжай. — Как я уже говорил, каждый переносчик энергии предназначается для определённых целей. Акума таскает тёмную энергию, митама нейтральную, а тензи — светлую. Каждый человек, усиленный мотыльками, должен испытывать определённые эмоции. — Нурру замолчал, увидев, как хозяйка смотрит на листок, записывая всё сказанное. Дав пару секунд на раздумья, он продолжил. — О митаме мы поговорим позже. Акума вселяется в человека, испытывающего негативные эмоции, даруя ему мощь, основывающуюся на силе эмоции, причине её возникновения и самого чувства. Подобный человек становится сильным, но неуправляемым, правда, имеет один недостаток: он не может стать героем, его максимум — антизлодейство. — И? — спросила девушка, сверкнув глазами. — И на создание акумы, дарование силы и поддерживании её — тратится мало, очень мало энергии, в отличии от тензи. Тензи переносит свет, вселяя надежду в сердца добрых людей, управлять одержимым очень легко. Правда, сам человек становится импульсивным, а сила, дарованная обладателем Камня Мотылька, быстро исчерпывается, — вдруг квами зевнул и устало прикрыл глаза. — Я устал, можно я отдохну и потом продолжу? — услышав тихое «угу», Нурру свернулся в калачик. — Ну, поели, можно и поспать.       Маринетт встала, оставив на столе блокнот, и направилась к чайнику. Нужно попить горячий кофе, думая о рассказанном маленьким духом, позаниматься приготовлением различных зелий, отваров и прочего.

Через три часа

      Нурру потянулся и, зевнув, подлетел к тарелке. Улыбнувшись, увидев владелицу Талисмана, мирно посапывающей рядом с чашкой недопитого кофе, он приложил свою лапку ко лбу спящей, после чего отлетел. Дочь пекарей еле приоткрыла глаза. Хотелось спать, но почему тогда она проснулась? Увидев улыбку маленького проказника, Маринетт сняла тапок и собралась кинуть в мотылька, но вовремя остановилась. Уж слишком он был ми-ми-мишным. — Ты обещал, что продолжишь рассказ. — Злодейка подошла к холодильнику, тихо гудящему в углу комнаты, и открыв его, достала колбасу и сыр.       Сейчас, спустя три часа после окончания рассказа, солнце уже было высоко в небе, светя яркими лучами прямо на стол. — Люди, в которых вселился тензи, импульсивны, они могут исчерпать светлую энергию мотылька, превратив её в тёмную. Такие переходы не очень хороши, но, в целом, жить можно. — Рассказ был увлекателен для Маринетт, она запоминала каждое слово. — Ну, что сказать, человек, одержимый акумой может иметь благие намерения, но будет достаточно жесток, а человек, в котором сидит тензи, зачастую имеет плохие цели, но не может их выполнить, в силу огромной доброты.       Злодейка улыбнулась, вылив старый кофе и сделав новый. Вскинула руку, показав квами, что пора закончить выливать этот поток информации, она направилась в гардеробную.       Минут двадцать спустя, девушка была готова к выходу на улицу. Она сделала натуральный макияж и надела джинсовые шорты с белой футболкой, из-за чего выглядела незаметно для невнимательных людей.       На бедре Маринетт весела самая обычная серая сумочка, в которой лежало множество вещей, в основном первой необходимости. Приоткрыв свою мини-кладовку, она впустила туда духа-мотылька.       Дом мелькнул где-то вдалеке, а злодейка всё шла и шла, совершенно не спеша. Мимо неё проносились люди, уже была середина дня, скоро солнце начнёт опускаться, и сильно похолодает.       Через пару минут девушка подошла к детской площадке. Дети весело смеялись, гоняясь друг за другом, и падали под хохот множественных друзей. Маринетт тяжело вздохнула. Хотела бы она вернуться в их возраст, вспомнить, каково это беззаботно играть с остальными, не иметь таких проблем, как, например, коллеж*, лицей** или работа.       Вдруг брошь, висевшая на её футболке, слабо и незаметно для окружающих засветилась, оповещая о новом развлечении. Увидев это, дочь пекарей рванула в ближайших торговый центр, надеясь на то, что она успеет.

***

      Девушка сидела на полу своей комнаты и плакала. Как не плакать, если родные о тебе позабыли? Горькие слёзы потекли по щекам, образовывая дорожки. Перед глазами появилась белая пелена, обидевшейся хотелось рвать и метать, поэтому, не видя, она разносила свою комнату, вызывая неприятный грохот. А родители? А что они? А им как обычно плевать, они даже не вышли посмотреть, что их дочь такое делает. Чёртовы эгоисты!       В комнату влетела акума, воспользовавшись открытым окном. Девушка заметила её, несмотря на слёзы и пелену, одна часть говорила успокоиться и прогнать гостя, а другая… «Здравствуй, Разрушительница, я — Ультра-Браж. Твои родители совершенно забыли о своей дочери, так почему не заставить город запомнить её навеки? Принеси мне Талисманы, а взамен сможешь напомнить, о том, кто ты такая». — Я согласна! — И как не поддаться такому искушению?