Перемены

      Младшую из Волков сильно удивило сказанное слугой. Какое дело Штормовым лордам до Севера? Один только путь из Штормового Предела в Белую Гавань займет больше двух недель, и это на корабле. А если по суше, то в три, а то и в четыре раза дольше. Вопрос торговли тоже отпадал — подобного рода договор можно заключить и с меньшим пафосом, зачем тогда тащить целую делегацию за тридевять земель? И судя по лицам брата и сестры, она единственная здесь не в курсе, что происходит.  — А по какому поводу южные лорды оказывают нам такую честь своим присутствием?  — Ах, сестричка! — Буквально выпархивая из-за стола начала Санса взволнованным голосом, — В этот раз, как и во многие другие до этого, в праздник Сбора урожая будет свадьба!       Воспоминания короткими вспышками пронеслись в голове. Действительно, во времена до войны Пяти Королей, каждый год какую-нибудь важную свадьбу откладывали именно на этот день. Считается, что брак, заключенный в этот день благословлен богами, старыми и новыми. Арья, будучи ребенком, никогда не уделяла этому хоть какое-то внимание, не то что Санса, оно и видно…  — Северяне и люди Штормовых земель? — Изогнув бровь спросила Арья, ведь, на ее памяти, такие браки были весьма редкими, — И кто же эти счастливчики, позвольте узнать?  — Лорд Сиворт и леди Мандерли, если мне не изменяет память, — Пригубив кружку с элем, со своего места сказал Джон, — Так ведь, Санса?  — Подожди-подожди… Единственные леди Мандерли, которых я знаю, это внучки Вимана, они же еще совсем юные, а Давос — глубокий старик… — В голове Арьи все казалось каким-то запутанным, неправильным, словно в этой картине не хватает нескольких кусочков…  — А причем здесь сир Давос? — В один голос спросили Старк и Сноу.  — Арья, тебе надо почаще бывать на суше. Старик Давос верно служит своему королю в Королевской Гавани, а нынешний лорд Сиворт — его старший сын, Деван. Как по мне, очень неплохой союз — младшая леди благородного дома Мандерли и глава дома Сиворт.  — Говорят, лорд Баратеон лично прибыл по такому случаю!       Стоп.Стоп стоп стоп. Лорд Баратеон. Неужели…  — А нынешний Баратеон это… — Уперев остекленевшие глаза в пустоту перед собой, немного дрожащим голосом, будто никому, задала вопрос Арья.  — Твой друг Джендри, он последний их крови…       Она больше не слышала, что говорил Джон. Её ноги будто сами, без воли хозяйки, вынесли её из чертога, по холодным коридорам прямо во двор. По крутой лестнице на крепостную стену, оттуда по переходу на внешнюю стену, наверх, на башню. В этот раз воспоминания накрыли её сплошной лавиной из образов и картин прошлого. Молодой парнишка в отряде Йорена. Глупый Бык. Нет, нет, этого не может быть. Это не может быть он. Она так долго пыталась выгнать его из своих мыслей, и вот опять.Он защищает её от посягательств разбойников. Узнает, кто она на самом деле. Бежит вместе с ней из Харренхолла. Она видит делегацию около ворот. Черный олень на желтых знаменах. Всадник спешивается с черного скакуна. Высокий, даже с такого расстояния огромный в плечах, что теперь мог бы поспорить с Сандором, будь он жив. Немного отросшие, но все еще коротко стриженные волосы. Боевой молот за спиной. И пусть их разделяет несколько десятков метров, а он сильно изменился, она узнает его, и не может обознаться.Горячие губы на её губах. Захмелевшие глаза. Мешки с зерном в амбаре. Горячие, сильные руки на талии, груди, везде. Взгляд цепляется за какое-то движение за одной из повозок. Большая серо-белая фигура выходит из-за обоза и подходит к всаднику, потирается о него носом. Невозможно.Нимерия. Это её Нимерия. Уж в этом она может не сомневаться, она это чувствует. Но как? Почему?       воспоминания и эмоции потихоньку начинают брать верх. Нет. Она не может. Она уже однажды отвергла и его, и её. Нельзя дать этому повториться опять. Если пройти дальше по стене, то там будет еще один спуск, прямо к конюшням. Там стоит её лошадь. Точно. В седло, в Белую Гавань, на свой корабль, и подальше от этих берегов. На этот раз навсегда.  — Арья!       У самой лестнице её окликивают, и, обернувшись на голос, она видит Джона. Он стоит на стене, крепкий ветер треплет его плащ, придавая брату эпичности. Арья против воли останавливается, ведь с самого детства он был и есть единственный, чьего слова она слушается беспрекословно.  — Я знаю, что ты собираешься сделать. И я не в праве тебя останавливать. Но послушай, здесь твой дом, твоя семья, и, как минимум будет некрасиво вот так просто уйти. Да и завтра праздник, и свадьба. Ты вольна делать, что хочешь, но все же… — Арья поджимает губы, и червячок стыда начинает грызть сердце. Джон разворачивается, и собирается уйти, но в последний момент останавливается и говорит через плечо:  — И да, Арья, он искал тебя. Искал встречи с тобой, и каждый день ждал, что ты вернешься. И сейчас ждет. — Сноу уходит со стены.

***

      Над Винтерфеллом сгущаются сумерки. В великом чертоге шумит пир. Арья обводит взглядом гостей, но так и не находит его. Её уже несколько раз приглашали на танец, но она всем вежливо отказывает. Кинув взгляд в сторону счастливых будущих супругов, и, улыбнувшись тому, что этот брак, в отличии от многих других, будет счастливым, она бесшумной тенью исчезает в двери за помостом. Выходит во двор, и немного ежится от вечерней прохлады, после душного зала. В небе светит луна и яркие звезды. По двору снуют слуги с едой, питьем и посудой. Сколько лет эти стены не видели такой… обыденной, счастливой жизни? В окнах кузницы горит свет, и из трубы идет дым, что странно, ведь она точно видела кузнеца и старших подмастерье, уходящих в зимний городок, вероятнее всего, в таверну.  — Негоже лорду в кузнице возиться, — В том, кто именно находится в кузнице, она уже не сомневалась. Джендри, скинув свой кожаный дублет и перчатки, вовсю орудовал молотом.  — И вам добрый вечер, миледи. — Как и всегда, он даже не отрывается от работы, когда говорит. — Это меня успокаивает, и не важно, лорд я, или нищий.  — Я же просила не называть меня так! — И будто не было тех двух лет расставания, будто они еще вчера виделись. — Леди Старк, уже темно на улице, позвольте проводить вас в ваши покои? — Пара стражников, обходивших двор, предложила свои услуги, увидев Арью у кузницы.  — Я… — Ей не дали договорить.  — Я провожу леди, если Вы не против. — Откладывая молот, сказал Джендри.  — Как пожелаете, милорд.  — Ну чтож, леди, пойдемте? — Он, с озорной улыбкой предложил ей свой локоть, на что Арья лишь закатила глаза и направилась в сторону замка.

***

 — Как тебе жизнь лордом? — Пройдя несколько минут в тишине, начала Арья.  — Потихоньку движется. Спасибо большое Давосу и его жене, без них я бы точно не смог разобраться во всем этом. Пришлось научиться читать, спать на простынях и терпеть все эти приемы, но в целом, все не так плохо…  — И как же двор относится к твоим походам в кузницу?  — В том, что я лорд, есть свои плюсы. Если я сказал, что буду ходить в кузницу, значит буду. — Они дошли до дверей её комнаты, и по негласному приглашению он зашел вслед за ней.  — А… Я хотела спросить… Я видела Нимерию во дворе… Как…  — А, эта волчица… Мы ехали по Королевскому тракту года два назад, и она пристала к нам. С тех пор она всегда со мной, только сейчас убежала, скорее всего, к сородичам…  — Но почему…  — Слушай, я знаю, что это твоя волчица. Мне Джон сказал. Так что если надо — забирай, все нормально. Я, конечно, буду скучать, ведь она так напоминает тебя…  — …Скучать? …Напоминает меня?  — Арья, я помню, что ты мне тогда сказала, и даже не буду спрашивать снова. Просто знай, что ты мне очень дорога, и что если понадобится, я сделаю все для твоего счастья…       Арья больше не могла сдержать слезы. все то, что она так упорно пыталась запрятать в глубине своей души, вырывалось наружу. За время в море она много чего поняла, переосмыслила. А после того, как шторм унес несколько её людей, некоторые вещи для неё стали очевидны. Какой же она была дурой.       Вслед за слезами из глаз, она бросается ему на шею и припадает губами к его. Она пытается выразить в этом поцелуе всю горечь, всю тяжесть, что скопилась у нее внутри, всю горечь расставания.  — Прости… Прости… Прости…       Она шепчет ему на ухо, что никогда не будет его леди, но будет его семьей. А он молчаливо соглашается. Ведь он не будет её лордом, но будет её семьей также. А их руки тем временем расправляются с одеждой. Его крепкие руки подхватывают её, и несут на постель. Теплые меха приятно ощущаются обнаженной кожи спины. Глаза в глаза. Он нависает сверху, вновь сливаясь с ней в поцелуе. Арья чувствует себя в прямом смысле слова под быком, настолько он больше неё. Но это её Бык. И это ощущение дарит чувство защищенности, и чего-то более…       в перерывах между стонами слышится… Люблю… Люблю… Люблю…