Женатый на ананасе

Да, это сто лет назад обещанный мною бонус на альт Мукуро/альт Тсуну. Я его таки дописала) Хотя он довольно мал. - Я соскучился. – Прошептал Мукуро, склоняясь над возлюбленным. - И я. Знаешь, я же все видел. Будто бы смотрел глазами своего двойника, но не мог вмешаться. Ужасное чувство. Но все закончилось. – Шептал Тсуна, обхватывая ладонями лицо своего мужа. – Мы снова вместе. Поцелуй… нежный, чувственный. Парни не в силах оторваться друг от друга после разлуки. Легкий толчок – и шатен распластался на кровати – манящий, открытый, и так невыносимо-ласково улыбающийся. Мукуро больше не может ждать, и торопливо запускает руки под футболку, оглаживая ладонями теплое тело. Тсуна прогибает спину, подставляясь под эти касания – полное доверие, и ни капли сомнений. Одежда обоих летит на пол – она не нужна, она мешает. Кожа к коже, сильнее, ближе, больше. Мир вокруг не нужен, и вся их вселенная – они сами. Мукуро прижимает губы к бьющейся жилке на шее любимого и прихватывает нежную кожу губами. Тсуна, жмурясь, тихонько стонет. Весь самоконтроль иллюзиониста летит к чертям, и рыкнув, он с нажимом проводит языком по сладкой коже. Шатен зарывается руками в синие пряди, пытаясь утянуть Мукуро ниже. Тот трясет головой и начинает вылизывать шею и грудь, не пропуская ни единого миллиметра. Он так скучал. - Это была такая мука. Страх в твоих глазах, недоверие… ужасно. - Все кончилось. Слышишь? Иди ко мне. Губы снова соприкасаются, и ни один не в силах оторваться от другого. Тсунаеши нетерпеливо стонет и вскидывает бедра, пытаясь потереться об иллюзиониста. Тот счастливо жмурится и уступает, опускаясь ниже. Тсуна красивый. Действительно красивый, пусть он и считает, что дело обстоит в точности до наоборот. - Может, ты прекратишь медлить? – Задыхаясь, шепчет шатен замершему супругу. - Я готов любоваться на тебя вечно, - шепнул иллюзионист, скользя взглядом по каждой черточке любимого. - Я умру от старости… или воздержания, если ты будешь только любовааа…. Договорить Тсунаеши не успел. Резко наклонив голову, Мукуро лизнул торчащий член шатена, и, не давая ни секунды отдышаться, заглотил его целиком. Каждый несдержанный стон отзывался во всем теле Хранителя, заставляя желать разрядки, но Туман сдерживался, желая доставить как можно больше удовольствия своему Небу. Когда Тсунаеши недовольно рыкнул, вскидывая бедра и прижимаясь к паху мужа, Мукуро сорвался. Самоконтроля едва хватило на то, чтобы хоть немного растянуть шатена. Рывком войдя в предоставленное ему тело, он наклонился, слизывая соленые капельки слез из зажмуренных глаз. Всё гиперчувствительное тело буквально орало, умоляя двигаться. Каким чудом иллюзионист удерживал себя, давая любимому привыкнуть к резкому вторжению – не знал и он сам. Но вот Тсунаеши поерзал и улыбнулся, показывая, что все в порядке, и можно продолжать. Мукуро хотел бы быть нежным, но мучительное ожидание и долгие ласки в начале взяли свое, и парень сорвался на быстрые, рваные движения. Впрочем, Тсуна не протестовал, сладкими стонами встречая каждое движение внутрь. Как всегда, разрядка для двух молодых парней наступила слишком быстро. Лежа в кровати, обнявшись, лениво лаская друг друга, они думали об одном и том же. - У нас впереди все ночи этого мира, слышишь, Мукуро? - Ку-фу-фу, слышу. Так что, повторим?