Пушистая клубника

Аластор резко подскочил и начал шипеть, как старое поломанное радио. - КТО ЭТО СДЕЛАЛ? - он посмотрел на Нифти и Энджела угрожающим взглядом. Малютка хихикнула и показала пальцем на Энджела. Паучок оторопел и начал отмахиваться. - Ладно, чёрт с вами, - усмехнулся Ал. Этой своей усмешкой он привлёк интерес Нифти. Она в первый раз видела такую реакцию друга, хотя нет, во второй. Обычно он карал за такие поступки, а тут просто сел, даже не проявив никаких своих наклонностей. Он просто притих, не замечая остальных. Как будто пытаясь абстрагироваться. - Ребят ?! Алло? Мы уже приехали! - Энджел сначала посмотрел на Аластора, а затем перевёл взгляд на блошку. Она спрыгнула с коленок паукана и вышла из лимузина. - Что это с ней?.. - тихо спросил Энджел, смотря ей в след. - Аластор? Ты идёшь? Или тут остаться собираешься? - насмешливо спросил Энджи. - А?.. Да, иду... - обрывисто сказал Клубничка и удалился вслед за Нифти. Энджел остался один. Он нервно трепал края кофты и думал о предстоящей встрече. ... Врата открылись, и все обитатели Отеля Счастья увидели прекрасный сад, состоящий из множества всяких разнообразных растений. Чарли начала восхищаться всем вокруг и всю дорогу тыкала во все растения подряд. Один львиный зев чуть не оттяпал принцессе палец, но она только ещё больше начала к нему лезть. Энджел шёл поникший, сложно поверить, что этот извращенец и любитель шуточек может так серьёзно себя вести и не говорить колкостей. Аластор тоже был грустный... ну... в смысле улыбка была, но не высокомерная, а такая грустная и поникшая, Нифти даже казалось, что она вот-вот пропадёт с его лица. Вэгги пыталась отстранить Чарли от растений, а Хаск шёл, шатаясь и чуть ли не падая. Через несколько минут вся компания подошла к дверям особняка. Здание было большим и массивным. Огромная дубовая дверь отделяла паучка от ужасных людей, с которыми он не хотел иметь ничего общего. В глазах отца он, как до смерти, так и после неё, не являлся ничем больше куклы или какого-то домашнего зверька, который должен скакать перед своим хозяином на задних лапках. А старший брат всегда издевался над склонностями брата и в принципе не отличался ничем от отца, просто так же, как и глава семейства вытирал об него ноги. Напряжение росло, а дверь никто не отворял. Рукава кофты Энджела уже были смяты до неприличной степени, а когда он это заметил, то резко переключился на расколупывание нижней губы. Нифти толкнула его локтем в колено, и Энджел сразу убрал свою правую руку от губы. Руки были холодные, и Энджелу показалось, что в аду тоже можно провалиться под землю. Из глубоких дум его вырвал скрип тяжёлых дверей и чьё-то усталое кряхтение...