JOKER. Драбблы

Им редко нужно избавляться от трупов. Даже сейчас это — не необходимость, а развлечение. — Долго еще идти? — спрашивает Артур. Его труп — бывший коп — крупный, на две головы выше него, крепкий и тяжелый, зараза. Он, конечно, тянет свой красный мешок волоком, но уже порядком устал. — Почти дошли, — отвечает Джокер. Артур смотрит на него почти с восхищением — свой мешок, фиолетовый, тот закинул на плечо и идет спокойно. Даже насвистывает. Когда-нибудь и он так сможет. Джей обещал, что научит всем своим фишкам. — Пришли, — объявляет Джокер и скидывает труп на землю. Артур осматривается. Они стоят на берегу Готэм-ривер, под мостом, и темная вода тихо шевелит серый грязный песок. Купательный сезон в этом году явно не откроют. А может, откроют, да только кто будет плавать в такой мути? Их новые друзья, конечно. Которых они сюда притащили. — Топить? — спрашивает Артур и наклоняется, чтобы подкатать штаны. — Ага. Следом его обнимают — накрывают сверху собой. Заставляют выпрямиться. — В воду не заходи, — советует Джокер. — Там химикатов дохуя. И улыбается. Раньше его разрезанный рот пугал — немного. Теперь — только бодрит. Раньше Артур боялся, что Джей и ему вырежет улыбку, но тот явно не собирался. Ему, кажется, нравился и просто грим Артура. И просто губы Артура. И все в Артуре. Это даже нельзя было назвать полузабытым чувством — сложно забыть то, чего никогда не знал. Вот новым — да, вполне. И Артуру нравилось это необычное ощущение — когда его кто-то любил. Жители Готэма бы трижды перекрестились и десять раз сплюнули, чтобы любовь Джокера — не важно, какого — их не настигла. А им наоборот было хорошо вдвоем. Кто еще поймет психа-клоуна лучше другого психа-клоуна? — А как тогда? — интересуется Артур. — Я помогу, — щурится Джокер. И все-таки не выдерживает: склоняется к нему, берет лицо в ладони и быстро целует. Точнее, собирался быстро — потому что Артур теперь его отпускать не намерен. Он закидывает руки ему на шею, не дает отстраниться и осторожно обводит языком шрамы от уголков рта. Джокер едва не мурчит от такой ласки. На периферии слуха играют разными голосами сирены полицейских машин. Скоро будут тут, и Артур с сожалением разжимает руки. Джокер чмокает его в накрашенный нос и отходит к трупам. Артур закуривает и наблюдает, сложив руки на груди. Джокер кидает в воду сначала фиолетовый мешок; потом, поднапрягшись, поднимает и закидывает второй. — Погнали? — спрашивает Артур. Сирены звучат все ближе. — Не успеем, — усмехается Джокер. — А к нам еще мчится особенный гость. — Бэтси? — Артур едва не роняет сигарету. — Бэтси, Бэтси. Джокер подходит ближе. Достает сигарету из своей пачки и снова наклоняется, прикуривает от сигареты Артура. Вытирает руки об плащ. — У тебя помада на щеке осталась, — вскользь замечает Артур. — Ну и хорошо, — Джокер задумчиво хлопает себя по карману. Достает нож и кивает Артуру: — Пушку не забыл? — С собой. — Тогда — развлечемся. Артур смеется вместе с ним. Когда вместе с сиренами слышится свист тормозов Бэтмобиля, его улыбка становится еще шире, а душу охватывает азарт. Повеселятся на славу.