Судьбоносное решение

От лица Лики.

      - Девчонки, я, правда, не хотел, - с голосом, полным грусти, сказал на прощание Андреев, и мы вышли за дверь. – Я знал, что всё к этому придёт, но не смог его переубедить.       - Андрей… - сухо сказала администратор и устремила свой пронзительный взгляд прямо на коллегу. – Сейчас уже поздно об этом говорить. Что случилось, то случилось.       - Да, но… - на парне не было лица. Он побледнел, то ли от страха, то ли от стыда. – Вы ведь что-то задумали?       Девушка резко посмотрела на меня, как бы спрашивая, а стоит ли ответить правдой. Человеку, который оказался сообщником предателя, не намекнувшего даже о том, что против всей команды строится заговор. Я, как мне и свойственно, быстро приняла решение, и отрицательно покачала головой.       - Прости, Дрон, но мы не хотим рисковать, - добавила я от себя, желая избавить от жестокого решения подругу. – Если хочешь помочь, то пойдём с нами и расскажешь всё парням сам.       Пальцы Андреева взъерошили итак непослушные волосы. Теперь он точно походил на сумасшедшего напарника своего босса. Он излучал целый спектр эмоций, и до меня наконец-то дошло, почему именно он придумывает все эти тяжелые и странные роли для ребят.       - Нет, нет и нет! Я не могу. Что я им скажу? – мне было тяжело смотреть на его реакцию. Он не выдержал напряжения, раскаялся, однако поздно. – Расскажите вы. Меня пацаны возненавидят.       - Ну, по головке не погладят точно, - Оксана не скрывала возмущения. Хмыкнув, она повела рукой в сторону кратчайшего пути к кабинету и полностью отвернулась от Андреева. – Пойдём, Лика.       Он стоял, жалостливым взглядом буравя меня изнутри. Хотелось бы ему верить. Каждый совершает ошибки, но наш чётко продуманный план стоял для меня на первом месте. Я выдохнула, дав ему понять, что сожалею и одновременно с этим благодарю за чистосердечное признание. Оставляя его одного, лично я испытывала лютую боль, а что чувствуют люди, работающие с ним бок о бок столько лет, вовсе не представляю.       - Спасибо, - сменив гнев на милость, произнесла Суркова. – Я бы ему всё рассказала.       Она продолжала идти, но я от этих слов остановилась. Заметив через пару шагов, что собеседника нет, она медленно развернулась, и мы встретились взглядами.       - Ну что опять? – резко вспылила она.       Её подчинёнными поголовно были мужчины, из-за чего, по её же рассказам, она так и проявляла скверный характер. «Когда тебя доведут до белого каления, посмотрим, как ты запоёшь», - неизменная фраза главного администратора импровизаторов.       - Может, всё-таки, уговорим его пойти с нами? – заикнулась я вновь про Андреева. – И Стаса нужно позвать.       - Стас скоро подъедет, - кивнула она на свои Smart-часы, и я поняла, что свою часть плана Позов выполнил. – А тот пусть сидит и боится дальше, - не дождавшись меня, она не только возобновила, но и ускорила шаг.       Я слышала, как в спину полетели причитания Сурковой, но мне было всё равно. Я заставлю Андреева прийти и самостоятельно поведать обо всём, вступить в наш клан сопротивления. В «ИмпроРев» - Импровизаторская революция. Попов решил поиграть в каламбур, придумывая название всей операции. Честно сказать, раньше у него получалось лучше.       Стремглав приближаясь к месту, откуда мы пару минут назад ушли, мою голову полностью окутал Арсений, а точнее кое-какая деталь о нём. Андрей рассказал нам не только о том, что задумали Шевцова с Журавлём, но и пару других нюансов, не вошедших в досье. - В смысле, он не сам придумывает хэштеги для постов? – данное утверждение вызвало у меня бурю эмоций. – Я же сама видела, как он сидит и городит всякую чушь! Оксана, ты знала? – перевела взгляд на ничем не удивлённую девушку. Она раздосадовано кивнула. – Вот из-за вас мне теперь жить с этим. - Лика, не понимаю, почему ты бесишься. Он – скрытный малый. Тем более, почти у каждого известного человека есть люди, придумывающие оригинальные посты и тексты для рекламы, - спокойно выдавала факт за фактом Оксана.       Поток внезапных мыслей остановила заветная дверь. Почти врезавшись, я упёрлась всем телом в неё и три раза сильно постучала. За прошедшее время креативщик так и не успокоился. Когда он появился в дверном проёме, я вовсе подумала, что он плачет.       - Андрей, пойдём со мной, пожалуйста, - стараясь не давить на него, я незаметно взяла его за локоть. – Парни – твои друзья. Они всё поймут.       Он дёрнулся, избавившись от моей хватки, и почти закрыл за собой дверь, однако я успела влезть в промежуток между дверью и стеной.       - У тебя есть шанс всё исправить, - моя интонация была подобна той, с которой говорят главные герои боевиков. – Если ты сейчас скроешься здесь, то они точно подумают, что ты с Димой заодно. Оно тебе нужно? – он только хотел возразить, но я перебила и ещё серьёзнее посмотрела на него. – Да, ты ему помогал. Да, ты также рыл информацию. Да, ты молчал, но ты осознал ошибку и готов её устранить.       Андреев опустил глаза в пол, отпустил дверную ручку, а затем сел на стул, стоящий к нам ближе всех. После долгих уговоров и споров, он сломался. Бросив из рук бумаги, он резко встал, и я почувствовала, что он намерен действовать по моему плану.       - Даже если они потом не будут со мной разговаривать, моя совесть будет чиста, - сказал он и мигом прошёл мимо меня, зазывая за собой.       Я улыбнулась победе, хотя меня и не покидала мысль, что Суркова сильно разозлится. Спонтанные поступки в моём исполнении не всегда приводили к хорошему, но отчего-то, именно сегодня, я твёрдо была увереннна, что всё получится. По моему мнению, виной тому была проведённая ночь в обнимку с Поповым. Заключённый договор о том, что эмоции пока что больше не возьмут вверх, сработал. Повтор обязанностей согласно плану, пожелания «Спокойной ночи» и молчаливые подготовки ко сну. Обоим стало спокойно без разговоров про отношения, страстей и всех остальных вещей.       Приятные воспоминания о ночных объятиях прервал Андреев, высказав предположение, что из-за внезапного сбора Шевцовой в коридорах стало непривычно пусто. Оглядываясь по сторонам, в надежде увидеть хоть кого-нибудь, мы наткнулись на очередного новенького работника, заблудившегося в этом чёртовом лабиринте. Казалось, что Юлия собрала всё здание там, внизу, и лишь команда «Импровизации» отбилась от общего стада.       Зайдя в офис, мы застали там остальную компанию. Парни с Оксаной сидели за столом, синхронно подняв на нас голову. Прежняя, дружеская атмосфера стала совершенно другой. Коллективный взгляд давил с такой силой, что казалось, будто мы сейчас вылетим нахрен из комнаты.       - «Оксана успела настроить ребят против нас», - тут же подумала я и посмотрела на Андреева.       Мужчина бесстрашно смотрел в глаза коллегам. Даже думать не хотелось, сколько всего в нём сейчас борется. Он мялся, глубоко дышал, переминался с ноги на ногу, но, в конце концов, сделал шаг вперёд.       - Мужики, всем привет, - без энтузиазма поприветствовал он всех. – Можно присоединиться к вам?       Я промолчала, посчитав, что в диалог друзей влезать не стоит. Гляди и испорчу глупостью весь настрой креативщика. Тишина продолжала гложить нас, вызывая самые разные чувства. Такое волнения я не испытывала подавно. В день собеседования меня не коробило так, как в эту минуту. Как оказалось позднее, страдала я зря. К нашему с Андреем удивлению, они молча кивнули, тем самым приглашая сесть к ним.       - Вы уже в курсе? – не отрывая глаз от Попова, поинтересовался Андрей.       Стоило мне присесть, как брюнет единожды хлопнул по креслу рядом с собой. Я сделала вид, что не заметила его жеста, потупив взгляд. В следующую секунду в левом боку разразилась острая боль. Это была Оксана.       - Лика… - её тревожный взгляд так и умолял выполнить просьбу Арсения.       От чувства, что меня испепеляет холодный взгляд импровизатора, бросило в дрожь. Безмолвно плюхнувшись справа от него, я получила одобрительную ухмылку. Пусть не искренне, но пришлось ответить тем же.       - Так что, вы в курсе про Шевцову и Журавлёва? – повторил вопрос Андрей, увидев, как Арсений залип на мне.       Все присутствующие игнорировали его, занимаясь своими делами и глядя куда-то сквозь него. Мною овладело чувство вины. Возможно, Суркова была права, когда препятствовала его приглашению в команду сопротивления? Сохранить самообладание в столь долгом молчании было невозможно, поэтому я резко вскочила с места, ошарашив, тем самым, нашего графа. Я раздражённо посмотрела на него, сказав, что пришла сюда вместе с Андреем, чтобы исправить сложившуюся ситуацию. Привела несколько доводов, на которые Суркова при любой возможности фыркала. Закончив речь, я увидела поддержку лишь в глазах Поза. Он упёр подбородок в кулаки и вдумчиво глядел на меня. После выплеска накопленного, стало немного легче. Не знаю, откуда во мне рождались порывы уверенности, но, кажется, они сработали.       - Мы так и подумали, - от администратора так и веяло ненавистью.       Посмотрев на неё, я вскинула бровями. Девушка сидела, сложив руки на груди, и смотрела вбок. Она отвернулась абсолютно ото всех, будто её предали, а не нас всех. Шастун нервно топтал ногой на месте, выводя из себя рядом сидящего Матвиенко. Последний, кстати, выглядел рассеянней всех. Интерес, чем вызваны вялые движения и безэмоциональный взгляд взял вверх, и я спросила об этом напрямую. Через секунды взгляд всех до одного импровизаторов был адресован мне. Я сглотнула и покосилась на Андреева, от которого на короткий срок отвлекла внимание. Он сел между Антоном и Оксаной, по-прежнему бойкотирующих присутствие друга.       - Она требует права на владение квартирой.       - Что? – оживился лучший друг, сменив цель наблюдения. – С какой стати? – глаза приобрели темно-синий оттенок, и я вспомнила тот вечер, когда мы с ним повздорили.       Атмосфера сгущалась. По всей видимости, Шевцова желала урвать свой кусок отовсюду. Сергей откашлялся и развалился на стуле. В таком положении ему легче вести повествование. Вкратце рассказав мне, что происходило на выступлении, он добавил, что потом, отдельно от репортёров Юлия Викторовна заявила, что хочет в полной мере пользоваться квартирой.       - Я ведь помогла совершить тебе заключительный этап обмена, - забавно спародировал армян начальницу, но никто не посмеялся. – Ты сам согласился. Между нами был уговор.       Если бы не Арсений, то мужчина бы не прекратил перечислять причины, чем его бесит Шевцова.       - И она права.       Со стороны, наверное, было забавно наблюдать, как наши глаза бегают от персоны к персоне. Словно кот, бегающий за лазерной указкой. Попов непроизвольно поправил чёлку и наградил всех лучезарной улыбкой. По его мнению, всё шло более, чем по плану, и Матвиенко не стоит переживать.       - Ага, конечно, а после её ухода я буду с ней и документами разбираться? Арс, ты же знаешь, я нихуя не смыслю в бухгалтерии! – гнев мужчины был вполне ожидаем, так как он полностью весь доверился нам, а по итогу получилось то, что получилось.       - Всё будет хорошо, - сотряс руками воздух брюнет и прикрыл глаза. Я невзначай положила ладонь на его колено, и он тут же потянулся рукой к ней. – Всё будет хорошо, - тише повторил он.       Стоило нашим пальцам сцепиться вместе, как Попов умерил пыл, и его выражение лица стало увереннее. Позов сделал вид, что не заметил, как между нами проскользнула искра, подав голос.       - Серёг, если мы сказали, что разберёмся, значит разберёмся. После всего твоя квартира останется твоей.       - Очень на это надеюсь, - произнеся фразу на тон выше обычного, он покачал головой, отчего его кичка смешно потряслась. – Если нет, то…       - Я всё исправлю, - в разговор вступил Андреев, и все замолчали. – Я знаю все ходы Журавлёва и могу вам их рассказать.       Шастун выругался, бросив в отместку что-то вроде «Ну хоть за это спасибо». Агрессия была вызвана обидой. На протяжении пересказа Матвиенко, он вдавился всем телом в стул и ни разу не поднял головы. Наблюдая за всеми, я будто переняла его настроение на себя. Если бы коллега, с которым я долго работала, снимала «Юрасика и Игорёху», держала под боком и звала помочь в съёмках нового шоу, предала меня, я бы впала в депрессию. Дима презрительно шикнул, но тот даже не пошевелился. Нож, воткнутый всем лезвием, словно прибил его спину к стулу.       - Мне нужно побыть одному.       Суркова привстала, чтобы успокоить Шаста и вернуть его обратно, однако Арсений окликнул её.       - Пусть. Ему это нужно, - он крепче сжал мою руку, и я всхлипнула. Все обернулись на нас и посмотрели на руки, расположенные под столом. – Для него это сильный удар.       - Как и для нас всех, - защитил друга Дима. – Разве нет?       Брюнет кивнул и взглянул в мои глаза. Таким образом, он ушёл от разговора с Позом, не идущего на поводу у коллеги.       - Так, что мы имеем? – на этот раз импровизатор скрестил пальцы в замок на столе, а я сложила свои на бёдрах. – Журавль – главный предатель. Шевцова – ангел и спаситель нашего шоу в глазах СМИ, а через пару часов и в глазах поклонников, - для проформы он глянул на циферблат. – Стас уходит от разговоров и встреч с нами.       - В придачу ко всему, моя квартира – её квартира, - не унимался Матвиенко, ерзая на своём стуле.       - У нас есть козырь – Виктор Андреевич Орлов, - Лучший друг воздержался от слов, кивнув в свойственной ему графской манере, и улыбнулся.       Суркова, наблюдавшая за нами с Поповым всё это время, заметила, что я вообще не вдупляю, о чём идёт речь. Дождавшись, пока Арс закончит мысль, она поведала мне о вчерашнем «счастливом» происшествии.       - Да, наш Антошка – любитель попадать под удачное стечение обстоятельств, - Оксана не оценила шутки Попова. Встав со своего места, она ушла, как мне показалось, за Антоном.       Дверь хлопнула во второй раз, и атмосфера стала ещё напряжённее. Количество человек за столом уменьшалось, будто мы играли в «Мафию», только вот кто именно уходил, мирные жители или мафия, здесь можно было спорить бесконечно.       - Короче, можете мне верить, а можете и нет, но Дима с Шевцовой завтра устроят фан-встречу, на которой проведут опрос: «Какие игры вы хотите увидеть в новом сезоне», а также раздадут анкеты, чтобы составить рейтинг значимости каждого из вас, - Андрей сказал это быстро и чётко, боясь, что его снова перебьют или заткнут.       - Какой, нахуй, опрос? – задал вопрос Шастун, незаметно вернувшийся в офис. – А Оксана где?       Все по очереди покачали головой и вернулись к словам Андреева. Тот факт, что на него уже не смотрели с той ненавистью, как прежде, грел мне душу. Значит, моя идея сработала! Ну… наполовину.       - Для неё это всего лишь бизнес. Ей не важно, что о ней думают, ведь она может купить расположение каждого, а этот ваш… - он щёлкал пальцами, пока ему не подсказали имя бизнесмена. – Да, именно он. Он может стать отличным подспорьем. Позов, любивший внести в разговор умную лепту, предположил, что рейтинг составляется для того, чтобы нас больше рассорить, но зачем это делать, он не знал.       - Я же говорил, она купит всё. И вас тоже. Она знает все ваши слабости. Сергей – хотел квартиру, Дима – более высокого расположения в коллективе, Антон – славы, а ты… Арс – роли в кино, - креативщику было тяжело, но он пересиливал себя и раскрывал перед нами все карты.       - Интересно, и кто же в этом виноват? – на моё удивление, Матвиенко использовал в речи сарказм, а не обзывательство. – Что? – обратился он к Попову, негодующего от слов друга. – Защищать его вздумал?       Арсений вздохнул, выдержал паузу, ожидая слов от коллег или меня, но мы промолчали. Он попросил минутной тишины, чтобы он сказал всё, что касается его видения на всю ситуацию в целом, а также Андреева. Все кивнули.       - Для меня стало шоком всё то, что произошло сегодня, однако, я скажу честно, что у меня давным-давно скопилось куча причин считать Журавля предателем.       Я узнала об их случайном столкновении в кабинете Шевцовой, странных переговорчиках по телефону между съёмками и других деталей подозрительного поведения парня. Чем больше рассказывал Попов, тем больнее становилось Антону. Я видела в его глазах досаду, грусть, разочарование. Он начал чаще дышать, из последних сил сдерживая порыв наброситься на кого-нибудь. Не завидовала я Андрееву и Позу, ведь именно эти двое могли попасть под горячую руку Шастуна.       - Андрей, я искренне не понимаю, что послужило поводом для такого подлого поступка, - Арсений переключился на коллегу, устремившего взгляд перед собой. Он старался не обращать внимания на злобные выражения лиц друзей. А может быть, уже и не друзей? – Я никогда не прощаю предательств. Не важно, в дружбе или любви, - он наградил меня двусмысленным взглядом, и я поняла мужской намёк.       «Пф, даже и не собиралась», - пронеслось тут же у меня в голове.       - Для нашего плана ты бы вполне пригодился, но не жди, что тебе все будут рады, - он предварительно поднял руку, чтобы никто не смог возразить. – При одном условии. Ты расскажешь нам, зачем вы всё это затеяли и дальнейшие планы.       - И только попробуй нас дважды предать! – встал с места Антон, хлопнув ладонями по столу.       Я зажмурилась, забыв, как дышать. Мне казалось, что если сейчас кто-нибудь не зайдёт, то мы все нахрен передерёмся.       - Здравствуйте, парни… и дамы.       Бог услышал мои мольбы. На пороге появился сам Станислав Шеминов, а из-под его плеча выглядывала Оксана.       - Смотрите, кого я к вам привела!       Все вмиг оставили обиды и гнев за столом, подбежав к продюсеру и обняв, что есть силы. Мы не виделись буквально пару дней, однако обрадовались, словно прошла целая вечность. Высвободившись из командных объятий, он по-доброму осмотрел всех, а после молча прошёл и сел за стол.       - Сядьте, - приказал мужчина.       Все затаили дыхание, ожидая, что же ещё скажет настоящий босс. Он сидел во главе стола, барабаня пальцами по столу. Медленно мы расположились по своим местам. Я заметила, как Оксана нагло вцепилась в ладонь Шастуна, потому и мне захотелось сделать также. Никак внешне не реагируя, он крепко держал мою руку в ответ. Молчание длилось долго, изнемождая каждого, но продюсер не собирался начать говорить. Когда все более-менее успокоились, он откашлялся, и все чуть наклонили туловище вперёд, прислушиваясь к мужчине.       - Я буду краток, обещаю, - серьёзно заговорил он. – Ситуация с Шевцовой произошла не случайно. Я – главный виновник. Пару лет назад я оказал услугу одному важному человеку, взамен получив средства для первого взноса для шоу. Тогда для меня не казалось чем-то зазорным, что в будущем я поделюсь своим трудом с кем-то. Подумаешь… - любопытство Попова не давало ему дослушать до конца. Он заикнулся о деталях уговора, но Стас лишь махнул на него рукой и грозно посмотрел в его сторону.       - Арс, помолчи, - кто, как не Сергей заставит лучшего друга замолчать.       - Если я об этом не говорю, значит, сейчас они не имеют значения, - окончательно осадив импровизатора. – Помимо этого, я множество раз подставлялся за вас, ребята. Вам я не говорил, чем я платил за косяки, однако недавно они всплыли наружу. Ещё низкая статистика последних выпусков сыграла свою роль. Всё вместе вынудило того человека найти мне замену. Вот так и появилась Шевцова.       Рассказ, действительно, был коротким. Мы даже не поняли, завершил ли он говорить или подбирал про себя правильные слова. Суркова ахнула, а затем и остальные выразили глубокое удивление от услышанного. На этот раз Арсению дали сказать. Я внимательно смотрела за тем, как он плавно жестикулировал руками, увлечённо интересуясь у Шеминова, почему тот не посвятил их во всё раньше.       - Я хотел сделать как лучше. Вы думаете, что согласились бы меня отпустить? Я ведь хотел договориться с вами и добровольно уйти, - дал ответ Стас, но Попову он показался недостаточно развёрнутым. – Не смотри на меня так. Ты, один из немногих, кто знает, как я не люблю делиться чем-то. Каюсь, мне легче было вот так вот вас оставить. Я бы не смог противостоять вашим уговорам и просьбам, - босс зарылся пальцами в волосы, почесав при этом затылок. – Простите, ребята.       Все по очереди выразили слова понимания, ни в чём не обвиняя шефа. По крайней мере, пока, как мне показалось. В любом человеке после таких признаний затаится пусть маленькая, но обида. Лишь Андрей ожидал своей очереди, не проронив за это время ни слова. В какие-то моменты я вовсе забывала, что он сидит вместе с нами, настолько он поник и закрылся в себе.       - Между вами что-то не так? – наконец-то спросил Шеминов, и все синхронно кивнули. – В чём дело?       Мы переглянулись. Никто не хотел повторять всё в третий раз, но надо было. Эту ответственную роль взял на себя Позов, отмалчивавшийся уже долгое время.       - М-да, такого я от вас не ожидал, Андреев, - переход с имён на фамилии означал, что мужчина стал также, как и все, недолюбливать коллегу.       - Да дайте мне уже сказать! – сорвался мужчина. Мы ополчились на него как стая бешеных собак, и он до конца терпел столь грубое отношение к себе. – Журавлёву было завидно, что наши роль столь второстепенны, поэтому он предложил объединиться и при возможности тебя подсидеть, - ох и опасная была затея Андреева всё нам рассказать. Ох, опасная. – Он каким-то волшебным образом вышел на Шевцову, поговорил с ней, а потом пришёл ко мне и…       - Ну, давай, договаривай, - подначивал его Матвиенко, из-за чего я цыкнула. – И ты согласился, - пропустил мимо ушей мои слова импровизатор, и я слегка насупилась.       - Да, я согласился, так она подкупила и меня тоже. Она обещала, что мы станем правой и левой рукой, и что у нас будет больше полномочий над вами, - с трудом выговаривал слова мужчина в очках. – Попросив взамен информацию о вас, я отказался, а вот он…       - Согласился, говнюк! – воскликнул Матвиенко.       - А почему отказался ты? – внезапно задал вопрос Шастун. Я взглянула на него, и мои глаза округлились. Он был спокоен как удав. Я допускаю, что на него в данный момент влияло присутствие Шеминова, но такие резкие перемены в настроении пугали. – С чего это ты вдруг в день объявления Журавля в качестве помощника, прибежал к нам и всё рассказал?       Все понимали, к чему ведет актёр. Он не верил в искренность коллеги, продолжая выискивать способы вывести его на чистую воду. Андреев выдохнул и продолжил.       - Я ещё за неделю хотел рассказать, но, походу, спалился. Дима заподозрил что-то неладное и перестраховался. Сказал, что если я вдруг захочу с кем-то ненароком поделиться, то вылечу отсюда в первый же день.       Сказать, что я была в шоке, значит, ничего не сказать. Сказал бы мне кто, что устроившись в «Импровизацию», я помогу раскрыть ТАКОЕ дело, я бы ни в жизнь не поверила. Меня трясло под стать больному, содрогающегося от лихорадки. Щеки залились краской, и дышать стало труднее. Попов заметил значительные ухудшения и предложил отойти в дамскую комнату. Я согласилась.       - Это просто пиздец, - я полностью окатила лицо ледяной водой. – Что происходит, блять?       Любовные отношения с Поповым, как я и хотела, отошли на второй план. Для нас было куда более важным делом решить, как дальше работать, а затем и устранить Шевцову. Она обыграла нас в нашей же игре, опередив на один шаг. Вот, что значит, находиться в системе более, чем десять лет.       Я бы и дальше стояла над раковиной, погрязнув в мыслях, однако меня оградил от этого звонок. Шастун объявил о непредвиденной, по настоящему импровизационной фазе.       - Орлов на съёмки приехал. Срочно иди на наш павильон.       Я шустро убрала телефон обратно в карман, прихорошилась и выбежала из туалета. Зачем? Почему? Как? Всё в конец спуталось, а голова отказывалась соображать, несмотря на дневное время суток. А это всё от того, Минорова, что ты не ешь. Вспомни, как утром Арсений пытался впихнуть в тебя хотя бы бутерброд. Про что я только не думала, пока бежала к месту съёмок. Моя плохая привычка беспрерывно думать, накручивать, додумывать, когда-нибудь сыграет со мной злую шутку. Кстати, о додумывании…       Выйдя в длинный коридор, я услышала до боли знакомые голоса, доносившиеся из-за угла. Я прокралась чуть вперёд и остановилась прямо около косяка. Это были Антон и Ира.       - Я же тебя просила не заводить деловые отношения с ним, Антон! – истерила Кузнецова, на что получала невнятные ответы парня.       - Ира, Ирочка, я не специально, - при попытках перебить любимую, он больше злил её, чем успокаивал. – Ты же сама видела, как его жене стало плохо. Взамен на помощь он предложил приехать на наш мотор.       И тут я поняла, что он соврал нам, сказав, что его девушка в курсе и не против приезда Орлова. Теперь понятно, почему Попов дважды спросил его об этом. Знал же, что может слукавить.       Опять же, откуда? Ладно, он знает, при каких случаях врёт Шастун, но откуда он знал, что Ире может это не понравится? Я принялась подслушивать ещё внимательнее. В крови закипал адреналин, а черепушку вовсе разрывало на части.       - Ты мог отказать, Антон. Ты совсем о нас не думаешь? Тебе лишь бы работа была! – по интонации казалось, что она заплачет. – Ты же обещал.       - Нам важно, чтобы он был здесь и сейчас, иначе… - он на секунду замолчал. – Иначе «Импровизация» распадётся.       Меня настолько прошибло, что я чуть было, не спалила себя. Прикрыв рот рукой, я даже перестала дышать. Он говорил нам, что не хочет впутывать её в наши дела, но описать картину в целом мог же! Наломал же ты дров, Антон... как всегда. Первое, что мне хотелось, так это выйти и вступиться за парня, однако с беременными связываться было опасно, поэтому я в ту же минуту передумала. Не хочу я остаться крайней. Как говорится: «Если сильно хочешь помочь, то лучше промолчи». По неведомым причинам, я вновь переняла боль Шастуна, в порыве уходящего куда-то. Она крикнула ему в спину, мол объясни мне, что происходит, но тот оставил её без ответа. Вероятно, чтобы не поссориться с ней окончательно.       - Я тебе дома обо всём расскажу! – громко ответил он, и больше я не слышала его шагов.       - Господи…       Я наполовину выглянула из-за угла, и мне повезло, что Кузнецова стояла ко мне спиной. Она в отчаянии держалась за голову, то и дело, прикасаясь к животу. Отчего-то я повторяла её действия, словно во мне также проснулся материнский инстинкт. Мне по-женски её жаль, однако объяснить ей всё равно обязан был её любимый. В конце-то концов, кто я такая, чтобы лезть в чужую семью?       Смахнув с себя невидимые пылинки, я приосанилась, готовая к «случайному» столкновению с Ирой, но она не выходила. Ещё раз выглянув из-за укрытия, я увидела уходящую от себя Кузнецову. Видимо, решила догнать Шастуна и выяснить всё.       - А кто это тут у нас бродит? – сладкий голос Арсения вернул меня с небес на землю. – Так это же сама Ирка Кузнецова-а.       - Для тебя я давно уже не Ирка. Пусти! – похоже, она вырывалась из его рук. – Я к Антону пришла вообще-то.       Перед глазами тупо встала картина, как Попов по-хозяйски лапает девушку не только друга, но и коллеги. Стало гадко, больно и отвратительно. Не осмелившись выйти навстречу, а наоборот, дослушать пикантный разговор до конца, я собрала волю в кулак и закрыла глаза.       - А я думал, что ко мне. Раньше ты ко мне бегала так, что пятки только и сверкали.       После подобной манеры разговора, он упал в моих глазах, но ещё больше меня распирало от того, что между ними что-то было, пусть и в прошлом. А может и сейчас?       - Всё в прошлом, Попов, - меня настигло облегчение. – У тебя же любимая девушка есть. Что тебе от меня нужно? – действительно, Попов. Что? Этот вопрос волновал и меня.       - А вот это уже правильный вопрос, - ещё более сексуально произнёс он, и до меня донёсся всхлип Кузнецовой. – Ты лучше не докучай сейчас Антону. Он потом дома тебе всё объяснит. Не вмешивайся в дела взрослых дядек.       Я всё-таки выглянула, и меня тут же обдало кипятком. Попов почти вплотную прижал блондинку к стене, проводя ладонью по её щеке. Я готова была выбежать и разорвать его на куски, но неизвестная сила удерживала меня на месте.       - Почему мне не стоит этого знать? Он в опасности? – она взяла его ладонь и опустила вниз к талии. – Арс, не молчи.       - Пусть лучше он расскажет тебе, - заверил он её и, оттолкнувшись от стены, сделал вращение вокруг своей оси и встал солдатиком перед девушкой.       – Иначе я кое-что расскажу ему, - я узнала этот игривый тон. Арсений никогда не шутил, когда говорил таким лисьим голосом. Это был шантаж. – Да, я не скажу ему напрямую, но могу как бы намекнуть, что именно Я вас познакомил не случайно.       - Какой же ты… - процедила сквозь зубы Кузнецова и топнула ногой.       - Не лучше тебя, - тут же парировал Попов. – Кто из нас кого использовал, а? Кто из нас бегал за нами по пятам и засыпал комплиментами, только чтобы попасться на глаза Шастуну?       Не видя, что там происходит, я чувствовала, что Ира хотела провалиться сквозь землю, но только не вспоминать все то, что только вытащил наружу актёр. Я не знала, что и думать. С одной стороны, он поступает некрасиво, ведь она в положении, а с другой, она может не докопаться до Антона, тем самым дав ему простор для действий. По его словам, ему была уготована главная роль.       - Ладно! Ладно! Я не буду ничего говорить, но и ты тогда молчи.       - Так-то лучше, Кузнецова. А теперь иди домой и отдыхай. Ты не в том положении, чтобы нервничать.       Блять, я не смогла понять, ненавижу я своего молодого человека или люблю. Его поведение менялось также быстро, как моё, и я не видела в нём чего-то конкретного. Перевес на чашах весов был в пользу «Ревности», поэтому я глубоко вздохнула, но это особо мне не помогло.       - А ты знаешь, что подслушивать не красиво? – я подпрыгнула на месте, когда за спиной раздался бархатный голос импровизатора. – Всё что надо услышала, да?       Я не поворачивалась, потому что залилась краской в очередной раз. Гнев сменился на стыд, усиливающийся с каждым словом мужчины. Он переформулировал вопрос, обойдя меня с левого плеча. Мы встретились взглядами, и сердце застучало быстрее обычного.       - Можно, я тебе тоже всё чуть позже объясню, хорошо? – с улыбкой произнес он и подхватил меня за талию.       - И меня шантажировать пытаешься? Ты ничем не хуже Шевцовой, - меня обуздала ревность. Как он стал так липнуть к БЕРЕМЕННОЙ девушке своего коллеги, а потом так бесцеремонно флиртовать и со мной? – Ты мерзкий.       - Кузнецову и меня связывает лишь прошлое, но сейчас мне нужно было, чтобы она отстала от Шастуна. Ты ведь хочешь, чтобы всё закончилось, и мы вернулись к нормальным отношениям? – своим нутром я ощущала, как закипает голубая кровь Попова. Ну вот, опять началось. – Я по натуре такой. Люблю лёгкий флирт, так что придётся привыкнуть. Но знай, что я тебя никогда не предам.       - Ты хоть себя слышишь, Попов? – вскинула я руками, и он поймал их в воздухе.       Мужчину спас входящий звонок. И тут подглядев, кто же звонящий, я закатила глаза.       - Да, Алена, слушаю, - он отвернулся от меня и зашагал взад-вперёд.       По времени она ему сказала одно лишь предложение, но после него он побледнел, как поганка. Нажав кнопку сброса, он подбежал ко мне с выпученными от страха глазами и попросил внимательно выслушать. Я покорно кивнула.       - Ты сейчас пойдешь к Антону и Стасу. Поможешь им осуществить вторую фазу нашего плана. Матвиенко будет отвлекать Шевцову, чтобы та не встретилась с Орловым, а Димка с Окси если что прикроют, - быстро проговорил он и в панике посмотрел на часы.       - Что случилось, Арс? – я забыла обо всем, настолько его вид меня испугал.       Он забегал по мне глазами, не зная, как лучше ответить. Я повторила вопрос, добавив, что не буду злиться и выполню его просьбу.       - Кьяру в срочном порядке увезли в реанимацию. Мне срочно надо в больницу. Всё, я побежал, - он машинально поцеловал меня в губы и сорвался с места в сторону выхода.       Наверное, за этот день я так морально устала, что шок на меня больше не действовал. На его место пришёл страх. Родное дитя, кровинка Арсения сейчас едет в карете скорой помощи, а её отец бежит к ней на помощь. Мне хватило сил догнать его, остановить и предложить свою помощь.       - Твоя помощь нужна здесь, Лика, - глаза умоляли меня не перечить и отправиться к ребятам, но я не могла бросить его. В такую трудную для него минуту.       - Там много людей, которые могут подстраховать, а ты один. Я хочу поехать с тобой, Арс, - я вцепилась в него и не хотела отпускать. Готова была расплакаться, лишь бы он взял меня с собой. – Позволь поддержать тебя.       Он посмотрел мне прямо в глаза, повторив свою просьбу. Я топнула ногой на месте упёртости мужчины. Пока я психовала, он успел скрыться за поворотом, и я вовсе растерялась. Стоя там, в полном одиночестве, я ломала голову, как разорваться. Антошка 🥖 Арс, Лика, ну где вы там? Съёмки уже начинаются!       - Блять… ДА ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?