Глава 11. Можно перевести дыхание
26 мая 2020 г., 21:11
Стоило ли говорить о том, что на следующий день после незапланированного и опасного, но тем не менее веселого приключения все участвовавшие в нем сразу после завтрака были вызваны в кабинет декана Гриффиндора?
Удивляться этому было бы глупо, на самом деле, да и вместо того Манами умудрился даже порадоваться, ведь ему не пришлось идти на историю магии, что было вовсе не плохой новостью. К тому же вызвали-то не только его — Онода, Наруко и Имаизуми тоже считались провинившимися, и из-за каждого с Гриффиндора сняли приличное количество баллов. Их факультет со второго упал на последнее место, а Слизерин — всего лишь с первого на второе, поскольку Манами был единственным из своих товарищей, кто не пошел в гостиную, а гриффиндорцев — как-никак трое.
Они все были отчитаны своими старостами, конечно, — сомневаться в том, что и Онода с его друзьями получили нагоняй, не приходилось, но сам Манами вряд ли чувствовал стыд, когда Фукутоми и Тодо читали нотации. Наоборот — он ощущал себя почти потрясающе, ведь не часто в жизни происходило что-то настолько пугающее и невероятное. Он столкнулся с действительно серьезной опасностью и угрозой — прошлогодний случай с Выручай-комнатой, да и квиддич в этом плане все же немного проиграли, хотя Манами честно не думал, что когда-нибудь сможет сказать так.
И он рассчитывал, что декан Гриффиндора так же бесполезно будет тратить время на объяснение важности выполнения указов взрослых, но она заставила его немного удивиться, начав далеко не с этого. Ее лицо было вполне спокойным, а настроение — сносным, когда Манами с небольшим опозданием вошел в ее кабинет, где уже тихо стояли Онода, Наруко и Имаизуми. А потом она начала допрос, ага.
Она спрашивала обо всех мелочах. О том, как выглядело существо, какие звуки издавало и каким именно образом исчезло. В описании в основном участвовали только Манами и Наруко — второй все время пытался перебить первого, и их слова почему-то сильно отличались, хотя они вместе, в одно время видели зверя, потревожившего покой школы. В конце профессор как-то странно улыбнулась, словно ей открылась тайна всего произошедшего и эта тайна была безумно нелепой. Тем не менее перед тем, как отпустить их на уроки, она ничего не сказала кроме того, что в следующий раз наказание будет гораздо жестче, чем снятие баллов с факультетов. И все было... вроде нормально? Больше никаких ограничительных мер — в обед старосты обошли столы своих факультетов, сказали, что снова можно спокойно ходить по школе, и почему-то совсем мало было учеников, которые заинтересовались, каким образом решилась проблема.
Манами, вообще-то, был в замешательстве из-за того, что им ничего не объяснили. Кем все-таки было это чудовище? Почему оно то появлялось, то пропадало? И почему руководство школы было уверено, что опасность миновала?
Вплоть до самого начала рождественских каникул Манами время от времени мысленно возвращался к этим вопросам, но вскоре начал забывать о них. Спросить об этом у старших товарищей не особенно получалось: вдруг выяснилось, что все они здорово отстали по учебе за время квиддичного сезона, из-за чего им теперь приходилось часто сидеть в библиотеке за уроками, и Манами обычно просто не решался отвлечь кого-то из них.
Он почти смирился, что никогда ничего не узнает, но на последней неделе учебы до его ушей донесся обрывок одного разговора девочек с факультета Рейвенкло, которым, видимо, все еще было интересно. Забавно, но они, похоже, тоже считали, что профессора закрыли глаза на произошедшее из-за того, что выяснилось, будто бы среди учеников кто-то научился анимагии (об анимагии упоминал Имаизуми, как помнил Манами). Но что еще больше развеселило, так это их версия о том, что это не кто иной, как Аракита. И каким образом они вообще пришли к этой безумной догадке?
Спрашивать Манами не стал, вспомнив, что ученики Рейвенкло все еще не особо его любили, да и предположение об Араките почему-то казалось ему действительно глупым. Он поспешно выбросил его из головы, но невольно вернулся к нему, когда в этот же день в общей гостиной Аракита, не обращая внимания на остальных присутствующих, повздорил с кем-то из семикурсников. Манами не очень понял суть проблемы — кажется, они не поделили кресло? — но зато кое-что другое бросилось ему в глаза, а именно лицо Аракиты в один момент. Он что, реально мог так злиться из-за чего-то?
Это было настолько пугающе, что даже Манами впервые стало не по себе, хотя раньше он никогда не боялся Аракиты. Но в такой ситуации он и правда не решился бы подойти к нему ближе, чем на пять метров.
Именно тогда, вернувшись в свою спальню, Манами снова задумался о разговоре учеников с Рейвенкло. Может быть, их подозрения были не такими уж и беспочвенными? Что вообще было известно об анимагах? Эти волшебники умели принимать животное обличье, но было ли в них самих что-то звериное? В их повадках или внешности... Если так, то Аракита, пожалуй, действительно был одним из первых, кого можно было бы рассматривать в таком ключе.
Времени на то, чтобы сходить в библиотеку и попробовать почитать об этом или спросить у Мияхары, не оказалось — день отъезда в Лондон настал слишком быстро, и Манами вообще забыл обо всем на свете, потому что его ждала куда более интересная и волнующая вещь, чем попытки понять, кто в их школе анимаг и стоят ли эти догадки хоть чего-то вообще. Он, конечно, помнил о том, что собирался приехать к Оноде во время каникул, и предвкушение этого было невероятно сильным и приятным до щемящего ощущения в груди. Почти все было обговорено, а адрес своего дома Онода написал на кусочке пергамента, который Манами теперь всегда носил в кармане брюк. Оставалось только приехать домой, уточнить у мамы время, когда они поедут, а потом сообщить Оноде.
Манами рассчитывал, что все будет потрясающе. Он планировал взять с собой диск с классной игрой и джойстики, чтобы подключить их к компьютеру, а еще надеялся, что они смогут прогулять целый день, и Онода покажет какое-нибудь классное место, ведь сам Манами довольно редко бывал в Лондоне и почти ничего не видел.
Именно из-за всего этого Манами садился в Хогвартс-экспресс с самым лучшим настроением, а привычный алый паровоз своим видом словно ознаменовал уже настоящее начало заслуженного отдыха от всех трудностей, будь то учеба или квиддичные тренировки. По квиддичу и метле Манами, на самом деле, уже успел соскучиться, но Тодо настоятельно убеждал его не летать в холодную погоду, а декабрь выдался действительно недружелюбно морозным — приходилось мириться и успокаивать себя тем, что после зимы начнется подготовка к кое-чему по-настоящему серьезному. Слизерин ждала его финальная игра, о которой Манами не мог думать без волнительной дрожи.
В вагоне было шумнее обычного. Четверокурсники притащили с собой не очень безопасные рождественские хлопушки, одна из которых уже осыпала горячими искрами пол, оставив на нем темные пятна, и старосты пытались разобраться с этой проблемой тоже слишком шумно, но вскоре Манами совершенно отключился от суеты реального мира. Он занял то же купе, в котором ехал первого сентября, и, на этот раз сев к окну, снова замечтался о том, как пройдут каникулы: сделает ли мама что-нибудь особенное к празднику и чем они займутся в само Рождество, подружится ли она с мамой Оноды, когда они познакомятся, и сможет ли он спать с Онодой в одной комнате, чтобы болтать целую ночь...
Поезд ехал уже минут двадцать, когда Манами очнулся от своих фантазий и понял, что до сих пор один в купе. Нет, вещи Фукутоми и Аракиты были здесь, но где тогда все?
Ответом на вопрос послужил шум, с которым быстро открылась дверь, впуская внутрь покрасневшего, пыхтящего и немного мокрого Тодо. Он бросил свою сумку на сиденье недалеко от Манами, а потом вытащил из кармана расческу и занялся волосами.
— Э... что случилось? — осторожно поинтересовался Манами, опасаясь попасть под горячую руку.
— Они думают, что это весело, по всей видимости! — недовольно воскликнул Тодо, резко опустив расческу. — Только подумай! Парочка идиотов с Гриффиндора пыталась выбраться наружу прямо во время движения поезда! С метлами!
— С метлами? — неуверенно переспросил Манами, еще ближе пододвинувшись к окну.
— Собирались полететь следом или черт их знает, — фыркнул Тодо. — Жаль, ты не видел лицо Джуичи! А он потом еще заявляет, что не отказался бы на это посмотреть! Да мы бы проблем не обрались!
— О, — поглотив смешок, ответил Манами, похоже догадываясь, кем именно могли быть эти гриффиндорцы.
— А хаффлпаффцы! — продолжил Тодо. — Унитаз в третьем вагоне просто на куски разорвался, и вода хлестала из трубы, прямо как...
— Твои эмоции сейчас? — с улыбкой подсказал Манами, и Тодо одарил его суровым взглядом.
— Да кто вообще продал им эту дрянь? У меня такой поездки еще в жизни не было!
— Похоже, всем хочется, чтобы Рождество быстрее наступило, — предположил Манами и снова посмотрел за окно, где падал легкий снег.
— А старшим разгребать проблемы? Нет уж, увольте! — рявкнул Тодо, наконец сев на место, и начал сушить свою промокшую в некоторых местах одежду с помощью заклинания.
— А что ты делал в туалете третьего вагона? — повернувшись обратно, провокационно спросил Манами. — Уединиться с Макишимой хотел?
— Не твое дело, малявка! — обиженно ответил Тодо и на секунду направил поток теплого воздуха Манами в лицо, из-за чего его волосы отлетели назад.
— Так что, Фукутоми остался разбираться с проблемами? — спросил Манами, приглаживая руками растрепавшиеся пряди.
— Ну да. Пара профессоров еще пришла — это, похоже, надолго затянется.
— А Аракита куда делся?
— С Куродой о чем-то беседует, — лениво ответил Тодо. — Мне все равно — с ним никакого покоя.
— Понятно, — кивнул Манами и в задумчивости покусал губу, невольно вспомнив волновавший его недавно вопрос. — А... можно тебя о чем-то спросить?
— Чего еще? — немного успокоившись, сказал Тодо, убирая палочку обратно в карман. — Давай, выкладывай, что там у тебя.
— Ну... — тихо произнес Манами, не зная, как лучше начать. — Как ты думаешь, кто-нибудь из твоих школьных знакомых мог бы быть... эм... анимагом?
— Кем? — почти с возмущением переспросил Тодо, посмотрев на Манами как на недалекого. — Ты вообще знаешь, что такое анимагия? Это невероятно искусное колдовство, которому далеко не каждый, тем более молодой волшебник, сможет обучиться. Я не знаю никого среди моего окружения, кто мог бы быть настолько способным в магии. Хотя...
— Что? — нетерпеливо спросил Манами, когда Тодо задумчиво замолчал и прижал ладонь к подбородку. Может быть, сейчас он скажет про Аракиту?
А Аракита хорошо вообще колдовал? — пришла тут же мысль, и Манами попробовал вспомнить это, но он слишком редко видел Аракиту с палочкой.
— Курода только на четвертом курсе, но он отлично справляется и с заклинаниями, которые проходятся на последнем году школы, — вдруг сказал Тодо, разбив надежды Манами. Курода? Что, серьезно?
— Э... ты уверен? — почти разочарованно переспросил Манами.
— Ну да, — пожал плечами Тодо. — Я сам видел. У него отличный потенциал. Думаю, он сможет и более сложной магии научиться. Когда-нибудь в будущем, конечно, не прямо сейчас. Все-таки то, о чем ты говоришь, действительно жутко трудно.
— А кто-нибудь из старшекурсников не может? — спросил Манами, снова понадеявшись.
— Не, я так не думаю, — отмахнулся Тодо. — А чего ты вообще заладил? — спросил он удивленно.
— Ну вообще-то... Я хотел спросить про кое-кого конкретного... — уже начал говорить Манами, но в этот момент дверка купе снова открылась, и на этот раз вошел Аракита. Пришлось резко умолкнуть.
— Оставался бы уж там со своим ненаглядным. Так было хорошо без тебя, — сразу же прокомментировал Тодо, состроив мученический вид, но Аракита, на удивление, не стал огрызаться — лишь неопределенно фыркнул и сел на сиденье напротив.
Он достал из кармана обычной магловской куртки свернутый в трубочку журнал и бросил его Тодо.
— Самые первые новости о будущем Чемпионате. Но если не хочешь, я могу и обратно взять, — ухмыльнулся Аракита.
— Черт! — мигом оживился Тодо, принимаясь листать журнал, который, судя по обложке, был посвящен магическим видам спорта. — Они ведь уже написали о составах команд?
— Еще бы! Ты глянь, кого они взяли вратарем уэльской сборной! Джуичи это явно не понравится…
— Квиддич, — понимающе протянул Манами. — А что там будет?
— Как что, мелкий? — отозвался Тодо, не отрываясь от чтения. — Год уже подходит к концу, а в следующем состоится Чемпионат мира! Ты не знаешь об этом?
Манами почти обиженно надулся, но подавил в себе неприятные чувства.
— Естественно я не знаю. Кто мне об этом сказал?
— Ох, — выдохнул Тодо, все же повернувшись. — Чемпионат раз в четыре года проводится, поэтому вопросов обычно не возникает. Извини, что забыл об этом.
— Ну да. Четыре года назад я вообще не знал, что есть магия или квиддич, — согласился Манами.
— Ага, — сказал Тодо и дотянулся, чтобы потрепать Манами по волосам. — Жаль, что в этот раз Чемпионат будет проводиться в США. Если бы в нашей стране или по соседству, я бы обязательно пошел и тебя с собой взял.
— Оу, — удивился Манами, чувствуя, как его щеки вспыхивают от смущения. — Ч-что, правда?
— Мажор херов, — почти зло выплюнул Аракита со своего места и отвернулся к окну.
Манами опустил глаза, все еще чувствуя себя странно — приятно и неловко. Конечно, он снова напрочь забыл об анимагах или непонятном звере, разгуливавшем по Хогвартсу. Дождавшись, пока Тодо дочитает журнал и обменяется язвительными фразами с Аракитой, Манами и сам попробовал вникнуть в то, что там писали. К тому времени уже успел вернуться уставший Фукутоми и в купе заглянула женщина с тележкой еды и напитков. Тодо купил кексов, большинство из которых все равно съел Манами и после этого быстро задремал, поэтому оставшаяся часть поездки пролетела для него почти незаметно.
Когда настало время покинуть купе, в коридоре пахло паленым, но Манами не особенно обратил на это внимание и, попрощавшись с ребятами, поспешил к выходу на платформу в числе первых. Ему не терпелось увидеть маму и убедиться, что все их планы в силе. Он очень боялся, что вдруг в больнице окажется недостаточно работников на праздники и маму не отпустят, но, как выяснилось чуть позже, волноваться было не о чем — мама обняла его, как только Манами нашел ее среди других встречавших, и улыбнулась, ответив на вопрос раньше, чем он успел что-либо спросить.
Ему очень хотелось найти Оноду и его маму на платформе, но людей было так много, что Манами совершенно запутался, а потом не стал задерживаться, когда его собственная мама поторопила его занять очередь, чтобы выйти на магловский вокзал.
Они простояли дольше обычного, но потом, когда сели в машину, Манами не выдержал и начал рассказывать обо всех событиях, которые произошли с ним за последнее время, — о которых он не успел написать в письмах.
— Мы выиграли в нашей второй игре! — с гордостью заявил он, ухватившись руками за спинку переднего пассажирского сиденья. — Матч был ужасно долгим, и на улице было холодно, а мой противник собирался использовать заклинание, чтобы поймать снитч первым!
— Вот как? — с искренним удивлением ответила мама, продолжая следить за дорогой.
Они уже были в пригороде Лондона, но до дома оставалось еще долго.
— Правда! — подтвердил Манами. — Я увидел палочку, спрятанную в рукаве, а потом спросил об этом! Знаешь, я совсем не хотел ябедничать и рассказывать о нем судье…
— Почему? — спросила мама. — Ты имел полное право на это.
— Не знаю, — опустив голову, ответил Манами. — Мне было неприятно.
— А если бы твоя команда проиграла из-за этого? — задала другой вопрос мама, заставляя задуматься.
— Моя команда выиграла бы все равно. Ребята просто потрясающие. Вместе мы смогли набрать целых 600 очков за последнюю игру, а в целом за две у нас тысяча! Понимаешь?
— Оу. В квиддиче можно набрать столько очков? — изумилась мама.
— Ну конечно! Ты хоть раз вообще ходила на игры, пока училась в школе? — обреченно простонал Манами.
— На парочку ходила, — неловко посмеялась мама. — Было страшновато, и все носились на метлах с такой скоростью. Я мало что могла понять.
Манами выдохнул и откинулся назад. Кажется, бесполезно было объяснять маме что-то про квиддич — она, видимо, вообще не воспринимала его всерьез, но это было ничего. Мияхара тоже не особенно любила эту игру, но в конечном счете она поддержала его и поздравила с победой. Может, в случае с мамой этого тоже было достаточно?
— А еще в школе появился странный зверь, — тихо рассказал Манами, посмотрев в окно.
Снега не было, но заметно темнело с каждым часом.
— Зверь? — переспросила мама. — О чем ты, милый?
— Хотел бы я знать, — пожал плечами Манами. — Но он был большим и опасным и, может, до сих пор где-то прячется. А может, кто-то его прячет. Один день профессора даже школу обыскивали из-за этого, а всех учеников разогнали по гостиным.
— Хм… и что дальше?
— И ничего, — ответил Манами, решив утаить от мамы тот момент, когда он с Онодой пошел искать Наруко и Имаизуми, а потом сразился с этим самым зверем. — После все вернулось как было. И никто ничего не объяснил. Вот что это было за существо?
— Большое, говоришь? — спросила мама.
— По сравнению со мной — да! Как медведь или даже хуже!
— Кто-то из старшекурсников мог трансфигурировать.
— Чего? — не понял Манами, вскинув брови. — Трансфигурировать?
— Вы проходите трансфигурацию насекомых или мелких зверей в предметы, — сказала мама. — На старших курсах проходят посложнее. Наоборот — неживую материю превращать в живую. Во время выпускного года я пробовала превратить стул в ягненка.
— И… — нерешительно произнес Манами. — Получилось?
— Да. С десятого раза, — кивнула мама, снова дав почву для размышлений.
А никто не говорил о трансфигурациях. Манами слышал разные версии, связанные с магией: оборотни, анимаги. Но было ведь и другое волшебство.
— Нет, — поморщился он, понимая, что такой вариант ему совсем не нравится. Он был скучным в отличие от остальных. — И вообще, в коридорах колдовать запрещено.
— Это точно, — посмеялась мама.
* * *
Следующий день после возвращения домой выдался насыщенным. Хоть Манами и проспал до начала дня, сразу, как закончился поздний завтрак, он оделся потеплее и отправился на улицу, но не чтобы погулять, а чтобы пройтись по магазинам. Ему все еще нужно было найти и купить рождественский подарок для Оноды, к тому же поискать что-то и для остальных своих друзей, и было даже обидно, что он не может пойти в Косой переулок или в Хогсмид, чтобы присмотреть там что-нибудь волшебное и интересное. Вместо этого приходилось довольствоваться самыми обычными магловскими магазинами и рассчитывать, чтобы денег хватило на все подарки. Сувениры и тематические угощения были неплохим вариантом — Манами купил то, что ему понравилось, но вот Оноде хотелось подарить что-то большее, чем просто сладости или нелепая фигурка снеговика. С этим было сложнее, потому что денег оставалось не так уж и много, а хороших подарков, которые можно было купить на эту сумму, — тем более. Манами бродил по торговому центру, наверное, пару часов, даже устать успел, а потом просто решил испытать удачу где-нибудь в другом месте. Он знал Оноду уже полтора года — но тогда почему не мог ничего придумать? На компьютерную игру ему уже не хватит, да и разве нужна она будет сейчас, когда они вскоре снова уедут в Хогвартс. Этот вариант явно отпадал. Оставались… Комиксы, — осенило Манами наконец правильной мыслью. И как он вообще мог забыть, что Онода обожает комиксы? Эта идея тут же позволила взбодриться, и Манами вытащил телефон, чтобы открыть карту города и поискать подходящий магазин. У него было несколько вариантов, которые более-менее подходили, но вот интуиция подвела, и в первом магазине, куда он пришел, отдел оказался закрытым на ремонт. Со вторым не возникло проблем, но зато появилась новая задача — как узнать, какой именно купить комикс, чтобы он пришелся Оноде по душе? У Оноды их была, наверное, целая куча, и Манами не знал, какие точно не следует покупать, чтобы избежать повтора. Он долго бродил возле стеллажа; вокруг было тихо и одни только книги — атмосфера почти усыпляла, а пролистывание некоторых комиксов не приводило ни к чему, кроме чувства озадаченности. — Как насчет манги? — спросил подошедший продавец, когда Манами, сидя на корточках, читал текст на обратной стороне очередного комикса, взятого из нижнего ряда. Этот улыбчивый парень, видимо, наблюдал за муками клиента и в конце концов почувствовал жалость. — Манга? — скучающе переспросил Манами, поставив комикс на место. — Это японское? — Ага. Читать приходится в обратном порядке, но, если привыкнуть, проблем не возникает, — кивнул продавец. — И сюжеты у них по мне так лучше. — Я в этом не разбираюсь, — честно признался Манами, выпрямившись и оглядев соседние стеллажи. — И не для себя покупаю. Это подарок. — Для девушки или для парня? — поинтересовался продавец, понимающе хмыкнув. — Для парня. Ему нравятся всякие комиксы. Он давал мне почитать один в прошлом году — там было про Принцессу, которая использовала магию и сражалась со злом. Я хотел найти что-то подобное, но мне кажется, у него и подобное есть. — Тогда, может быть, попробовать взять что-то совершенно другое? — посмеявшись, предложил продавец. — Вот что бы ты сам хотел почитать? — Какая разница? — пожал плечами Манами. — Это же не мне подарок. — И ты не хочешь, чтобы твой друг узнал тебя лучше? Узнал, может быть, о том, что ты не решался ему рассказать. — Это зачем? — Знаю-знаю, — снова посмеялся продавец. — Дети дружат искренне и бездумно. У вас всегда получается все слишком естественно и просто — даже позавидовать можно. — Ммм… — неоднозначно произнес Манами, опуская глаза. — Мы играем вместе в одну… спортивную игру. И… я не мог сказать ему о том, как это важно для меня. Мне… не хочется, чтобы он думал, что я слаб без его поддержки. Это одно из немногого, о чем я не рассказывал ему, но я и не хотел бы. Это как-то… — Что? Стыдно? — подсказал продавец и дружелюбно подмигнул. — И вовсе нет. Поддержка и правда делает нас сильнее. Но тебе и не обязательно говорить ему об этом прямо. Ты можешь просто намекнуть, а уж поймет он или нет — это вообще неважно. Он ведь не собирается бросать тебя одного? — Э, нет. Не думаю, — ответил Манами. — Тогда это будет неплохим решением, раз уж ты не можешь ничего выбрать. — И что? Я должен купить комиксы про… спорт? А такие бывают? Продавец задумчиво хмыкнул и подошел к другому концу стеллажа, туда, где и стояли эти японские комиксы, которые Манами успешно проигнорировал. — Есть спортивная манга, — сказал продавец, достав один маленький томик и показав его. — Вот типа такой. Манами подошел ближе, взял протянутую толстую книжку в яркой обложке и убедился, что здесь и правда все наоборот. — Это про велосипеды? — спросил он, нерешительно листая черно-белые страницы. Кажется, главным героем истории был щуплый мальчик, и он почему-то смутно напомнил Манами Оноду. Может, из-за очков? — Ага, — ответил продавец. — Я сам не читал, но у меня знакомый увлекается. Это — его любимая манга. — Велосипеды, — тихо повторил Манами себе под нос, решив, что читать все-таки можно, если действительно привыкнуть к порядку. К тому же велики словно были каким-то магловским вариантом летающих метел — на них тоже можно было перемещаться, находясь в сидячем положении, и Манами понравилась эта неожиданная аналогия. Он пошел с этим японским комиксом на кассу уже без каких-либо сомнений, думая, что нашел все-таки лучший подарок. Не было ничего удивительного, что домой ему удалось вернуться только под вечер. Небо к тому времени потемнело, но на улице все равно было светло из-за того, что все центральные улицы были увешаны горящими разноцветными гирляндами. Манами уже успел привыкнуть к появившимся украшениям, потому что в Хогвартсе их тоже было хоть отбавляй, но лишь сейчас он почему-то почувствовал, что действительно наступило Рождество. Скоро они с мамой встретят этот волшебный праздник, а в следующую пятницу поедут в гости к Оноде. Все будет просто замечательно. Вернувшись домой с поднявшимся настроением, Манами встретил в коридоре маму, которая тоже только зашла, и в ее улыбке трудно было не разглядеть море облегчения, словно она действительно верила, что ее непослушный сын, как и в прошлый раз, сбежит куда-то, не сказав ни слова. Из-за этого Манами почувствовал себя неловко, но быстро забылся, потому что мама подарила ему набор для ухода за метлой! Он так удивился, увидев такой подарок, и понял, что мама все же не так уж и беспечно относится к его увлечению, а это было, пожалуй, той самой настоящей поддержкой, которую он хотел от нее получить. После этого уж точно ничто не могло испортить настроение, и вечер и правда прошел так, как Манами представлял его себе. Мама, используя сделанные заранее заготовки, за пару часов закончила хлопоты на кухне и разрешила помочь с самым простым, после чего они вдвоем накрыли в гостиной небольшой стол и уселись перед телевизором, выбрав канал, который транслировал непринужденную рождественскую комедию. Все было идеально, хотя несколько раз Манами и вспоминал Оноду, но тот ближе к одиннадцати прислал смской эмоциональное поздравление, неплохо компенсировав отсутствие возможности быть сейчас рядом. Так они перебрасывались сообщениями, пока оба не отрубились после трех ночи, и Манами, засыпая последним, думал лишь о том, чем занять дни до их встречи, чтобы время пролетело как можно быстрее.* * *
Все шло отлично. В самом деле. Манами проводил каникулы за компьютером или играл на psp, зависал в интернете или смотрел последние новинки кино, слитые в сеть, лишь иногда с тоской поглядывая на свою волшебную палочку, которую он еще в день приезда положил на комод к светильнику. Пару раз он представлял, как будет использовать ее, когда станет совершеннолетним, с улыбкой осознавая, что уборку можно будет делать в разы быстрее, если он, конечно, заставит себя. Возвращение в магловский мир каждый раз будило странное чувство какой-то неправильности. Вот он — волшебник, а вокруг столько людей, которые ничего не знают о магии и не узнают никогда. И все потому, что существовал закон. Но зимние каникулы долго не длились, что в какой-то степени было плюсом. Уже вскоре ученики Хогвартса вернутся обратно в замок, к занятиям. Манами вернется ко всем удивительным волшебным вещам, которые там были, и к квиддичу, конечно, в не столь далеком будущем. Теперь, с маминым подарком, он сможет заботиться о своей «Молнии», а потом обязательно победит на ней еще много раз. Такие мысли очень ободряли, и время, проводимое в одиночестве дома, проходило не так уж и тоскливо. Манами отсчитывал оставшиеся дни до момента, когда они наконец поедут к Оноде, но случилась неприятность. Еще в четверг Манами почувствовал себя неважно. Его одолела какая-то слабость под вечер, и он был готов взмолиться. Хоть бы не заболеть. Хоть бы не заболеть. Он молчал об этом, когда мама вернулась вечером с работы, купив пирожных, и согласно кивал на ее слова о том, что завтра в восемь они выезжают. Манами действительно этого хотел. Хотел так сильно, что не мог позволить никакой простуде помешать исполнению планов, но простуда оказалась не простудой — и вовсе гриппом. Мама сказала об этом утром, когда пришла разбудить его и обнаружила, что у него резко поднялась высокая температура. Она расстроилась и сразу засуетилась, чтобы облегчить симптомы болезни, и все попытки Манами упросить ее все же поехать оказались бесполезными. — Мало того, что ты не сможешь ничего делать, так еще и, возможно, заразишь других. Это не шутки, — было маминым ответом, после чего она искренне извинилась и погладила Манами по волосам, убирая прилипшие к его мокрому лбу пряди. Это было таким кошмаром. Он не представлял, как скажет обо всем Оноде. Разве Онода не ждал этой встречи так же сильно? А теперь в один миг все разрушилось? Манами не знал, как смириться с обстоятельствами, и решился позвонить Оноде только в одиннадцать. Чтобы узнать, что его и правда очень ждали. Онода ощутимо загрустил, когда Манами объяснил про внезапную болезнь, и его голос почти дрожал. — Если это грипп, ты не сможешь поправиться в ближайшее время… — Мне так жаль. Прости, что я обломал все, — снова извинился Манами, чувствуя теперь себя еще хуже. — Нет, — возразил Онода. — Ты ведь не виноват в этом. И вообще, сейчас главное, чтобы ты не перенапрягался и соблюдал лечение. Пожалуйста, не беспокойся обо мне. К тому же это не последние каникулы. Ты сможешь приехать ко мне в следующий раз. — Я просто обязан, — грустно усмехнулся в ответ Манами. Доброта Оноды согрела сердце, позволив чувству вины немного утихнуть. Но телефонный разговор не продлился долго — Онода взял с Манами обещание отдыхать, а Манами, едва успев завершить вызов, отключился и проспал весь день. Лишь иногда он проспался, чтобы немного поесть, выпить лекарства и сходить в туалет. Лихорадка не отпускала, из-за чего голова жутко кружилась, да и в целом Манами не помнил, когда ему в последний раз было так плохо. Наверное, только год назад, когда он так же заболел дома в рождественские каникулы. Состояние немного улучшилось только к ночи. Мама ушла спать, проверив его температуру еще раз, и Манами заскучал, тупо пялясь в потолок комнаты. Теперь он, как назло, не мог уснуть. Играть на psp не хотелось, а делать что-то другое в постели он не мог. Отключив смартфон от зарядки, он зашел на развлекательный сайт, но и тот тоже быстро надоел. Время близилось к часу ночи — все нормальные люди в такое время спят, но у Манами было уж очень сильное желание написать Оноде и испытать удачу. Может, он все же еще пока не спит? Решившись на это с третьей попытки, Манами отправил сообщение с коротким вопросом «Ты спишь?», надеясь, что сигнал сообщения не разбудит Оноду в случае, если он и правда спит, — все же это было лучше, чем длительная игра рингтона при звонке. А Манами почему-то не сомневался, что у Оноды стоит какая-нибудь веселая и бодрая песенка. Ответ пришел спустя пару минут, заставив взволнованно вздрогнуть. «Еще нет. А ты почему не спишь? Как ты себя чувствуешь?» «Лучше. Температура немного спала, и я не могу теперь уснуть. Слушай, ты пользуешься скайпом?» «Эм… нет, но моя мама пользуется — общается с подругами или родственниками. А что?» Прочитав сообщение, Манами улыбнулся и начал набирать ответ. «То же самое. Я знаю ее пароль. А ты мамин знаешь?» «Ну да, — написал Онода. — Я ее и регистрировал». «Какое у нее имя пользователя? Я сейчас установлю приложение и позвоню тебе». С ответом Онода помедлил, но вскоре прислал довольно эмоциональное сообщение: «onodasachiko ПОДОЖДи ты мне позвонишь? прямо сейчас??» Манами снова улыбнулся, переведя взгляд с полосы загрузки на всплывшее сверху диалоговое окно. Он быстро установил скачанное приложение и зашел через мамин аккаунт. Контактов у нее было не особенно много, но Манами не испытывал желания изучать их. Да и времени особо не было — он хотел как можно быстрее позвонить Оноде. Добавив ‘onodasachiko’ в список контактов, Манами надел наушники, дождался подтверждения и тут же сделал вызов, даже особо не задумавшись. — Сангаку? — послышался вскоре неуверенный голос Оноды, и Манами засиял от радости, мгновенно забывая о том, что, вообще-то, все еще плохо себя чувствует. — Сакамичи, — ответил он. — У тебя ведь есть там веб-камера? Ты с компьютера зашел? — С ноутбука, — тихо сказал Онода. — Включай. Я хочу тебя увидеть, — усмехнулся Манами, разглядывая забавный аватар с изображением ягодного пирога. — Э… сейчас? — сильно растерялся Онода. — Конечно сейчас. Я тоже включу, — сказал Манами и, приняв сидячее положение, поправил подушку, чтобы можно было опереться на нее спиной. Он включил фронтальную камеру, увидел себя и сразу подумал, что это он сделал очень зря, но было поздно, потому что Онода уже тоже включил веб-камеру на своем ноутбуке и теперь удивленно моргал на высветившемся изображении. — Оу. Прости, Сакамичи. Похоже, это была не очень идея… — неловко сказал Манами, борясь с желанием сейчас же выключить камеру. — Нет-нет! — воскликнул Онода, взмахнув ладонями. — Все в порядке, правда! Ты красивый, даже если болеешь. Просто… немного растрепанный. — Ну да, — недоверчиво отозвался Манами, посмотрев в сторону и начиная приглаживать свободной ладонью волосы, которые на экране напоминали скорее разворошенное птичье гнездо. — Ты точно лучше себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Онода. Манами снова посмотрел в телефон и, кажется, только теперь окончательно осознал, что они действительно разговаривают и могут видеть друг друга. Онода был таким немного непривычным в обычной белой футболке, окруженный обычными магловскими вещами, которые с трудом можно было разглядеть за его спиной в полумраке комнаты. Манами видел закрытую дверь и какие-то плакаты на стене возле стеллажа. — Мм… — неуверенно произнес он, вспоминая, что нужно ответить на вопрос. — Температура еще есть, но уже ниже — видимо, лекарства все-таки подействовали, хотя раньше к ночи обычно все становилось только хуже и… Манами прервался, понимая, что совсем не хочет говорить с Онодой о своем ужасном здоровье. Будет лучше, если Онода не будет знать, что он болеет куда чаще, чем другие дети и подростки… — Я знаю, — закивал Онода. — В детстве я заболел гриппом, и по ночам было хуже всего. Мама тогда так испугалась, даже скорую вызывала. — Ох, — удивленно выдохнул Манами. — Неприятный случай. — Да. Я до сих пор вспоминаю об этом с содроганием, — поделился Онода и неловко засмеялся. — Извини, — сказал Манами, рассматривая картинку на экране. — Я заставил тебя говорить со мной, хотя уже поздно… Ты, наверное, спать хочешь. — Вовсе нет! — снова воскликнул Онода. — Я рано встал, а потом днем случайно уснул и теперь бодрствую. Ты совсем не заставляешь меня. Я и сам очень рад, что могу поговорить с тобой! — Должен же я как-то компенсировать нарушение планов, — улыбнулся Манами. — И так я точно не заражу тебя. Кстати, я собирался привезти тебе твой подарок на Рождество. Но теперь смогу отдать только в поезде или в школе. Обидно. — О, я тоже собирался, — смутился Онода. — Ну… ничего страшного? В любом случае мы подарим их друг другу. — Да, — согласился Манами, невольно вспоминая о комиксе, который купил. Он почитал его немного, а потом как-то забил. Вдруг Оноде тоже будет не интересно? — А тебе… когда-нибудь нравился магловский спорт? — нерешительно спросил Манами и подумал, что его вопрос звучит как-то по-идиотски сейчас. — Магловский спорт? — удивленно переспросил Онода. — Ну… я не знаю. Не сказать, что я увлекался чем-то. Да и на физкультуре у меня всегда были плохие оценки. Я, наверное… далек от спорта. — И ты достиг потрясающих для новичка успехов в квиддиче, — отметил Манами, засмеявшись. — П-потрясающих? — растерялся Онода. — Совсем не так, и квиддич не очень похож на то, чем мы занимались в магловской школе. Точнее… работа ловцов не похожа. — И нам обоим отлично подходит эта позиция, — добавил Манами. — Как тебе все это? Теперь, когда мы отдыхаем от тренировок. Не скучаешь? Онода задумчиво посмотрел куда-то вверх и вдруг улыбнулся. — Скучаю, — ответил он. — Поначалу на тренировках было так сложно, и я уже подумал, что это все совсем не для меня, но сейчас я даже не представляю, как все было бы без квиддича. Я открыл много нового для себя, познакомился с замечательными ребятами, и мне действительно нравится проводить с ними время и тренироваться. Я стал… ощущать себя немного сильным, наверное. — Ты и есть сильный, Сакамичи, — снова посмеялся Манами. — У тебя сразу были задатки, нужно было просто позволить им развиваться. — Ты правда так считаешь? — смущенно ответил Онода. — С-спасибо. Я буду стараться. — Я тоже не отстану, — улыбнулся Манами. — Мы станем самыми крутыми ловцами в Хогвартсе, да? — Я не претендую, — резко сказал Онода и тут же рассмеялся. — Извини. Постараюсь держаться наравне. Сомневаться в этих словах было сложно, и, разговаривая с Онодой, Манами снова почувствовал себя уверенно, даже если болел сейчас и, по сути, был слаб. Онода каким-то образом умел придать сил даже просто своим присутствием. Они проговорили еще час или полтора о всяких мелочах, отойдя от темы квиддича. Уже потом Онода слишком явно начал засыпать, и Манами и сам ощутил снова накатившую усталость. Они попрощались, пожелав друг другу спокойной ночи, но он все равно не смог заснуть сразу после того, как вынул наушники и отложил телефон. Он думал только о том, как еще сильнее теперь хочет вернуться к квиддичным тренировкам, и о том, что когда-нибудь все же решится сказать Оноде, как важно, что они идут по одному и тому же пути.
