Another day of slaughter.

      Колистер Дарби всю ночь протрясся под кроватью молясь кому попало, лишь бы Архангелы- Чистильщики не нашли его. Мелкий сумчатый демон с одной уцелевшей рукой и четырьмя ногами буквально сжался в комок, на столько сильно, что его с легкостью можно бы использовать в качестве шара для боулинга. Довольно дерьмового неровного шара для боулинга. Слезы страха уже не текли по его щекам, вся жидкость, что в нем в принципе была сейчас неприглядно поблескивала вокруг него испаряясь и впитываясь в доски паркета.       Через окно расположившееся на стене слева, если робко выглянуть из под кровати, пробивались первые рассветные лучи. Солнца как такового в аду не было, только временами небо то светлело, то темнело. Строго по часам. На улице стояла гробовая тишина. Команда зачистки в этом году прошла стороной мимо этого района и этого конкретного дома. Это радовало и пугало Колистера одновременно, давая надежду, что убийцы сюда не заявятся вообще и тут же ей ломали хребет мысли, что они еще вернутся.       Для жилья он выбрал это здание не случайно, дом буквально находился на краю города, что в его понимании увеличивало шансы на выживание. Так же надо отметить, что хоть дом и был трехэтажным и внешне имел приличную отделку, все же был заброшен, половина стекол были выбиты, а отделка местами уже отсутствовала.       С улицы донесся хлопок заставивший его сжаться еще сильнее, если такое вообще было возможно. А вдруг это все же...       Единственной рукой он извлек из кожистой сумки на животе круглые часы и открыв крышечку глянул на циферблат. Истребление окончено!       Комок, немного прерывисто, медленно разжался, постепенно все больше погружаясь в лужу, в которой он сидел. Мех намок и это немного привело труса в себя. Он выполз из под кровати и все еще опасливо выглянул в окно. На фоне светлеющего неба последний из архангелов вынырнул из центра города и пулей влетел в небесный портал рая. Прошла пара минут прежде чем демон перестал подпирать оконную раму, глубоко вздохнул, окинул взглядом свою бренную тушку и приволакивая ноги направился в ванную.       Вода была только холодная, на сколько она вообще может быть холодной в аду, горячий трубопровод давно в этом районе вышел из строя. Хотя Дарби давно уже к этому привык и подставив пузико ледяным струям медленно стек на дно пожелтевшей ванны испещренной бесчисленными царапинами и сколами на эмали. Сверху на него в ответ безглазо пялился когда то в прошлом белый потолок.       - Ну вот и еще один год впереди. -произнес он вслух дребезжащим голосом ни к кому конкретно не обращаясь.В голове поплыли возможные перспективы его дальнейшего бессмысленного существования.       До сих пор безработный ...уже больше года не могу раздобыть достаточной суммы демон-баксов чтоб банально разочек ширнуться, хоть половинкой дозы... а так хочется...       От одной мысли о содержимом автоматов с надписью "Drugs" у него заломило кости. А может это от ледяной воды?       Надо закурить, а то совсем раскисну.        Рука по инерции сунулась было в сумку на пузе и тут же вздернулась голова, чтоб оценить масштаб трагедии. По ржавой воде, доходящей ему уже до груди, словно терпящие бедствие парусники, плавали размокшие папиросы. А в руке, наконец вылезшей из сумки были зажаты часы, мерное тиканье которых прекратилось минут десять тому назад. Этой последней капли хватило на то, чтоб окончательно сорвать из без того до предела натянутые нервы. Округу огласила отборнейшая матерщина пополам с новым всплеском стенаний.       Это еще повезло, что у него не было бумажных денег. Только мелочь. Хотя как сказать "повезло" учитывая, что это были его единственные деньги.       Спустя пол часа нечеловеческих страданий четвероногий неудачник вывалился наконец из ванной, кое как обмотавшись годами не стиранным полотенцем, с которого будто десятки разнокалиберных глаз взирали в разные стороны желтые пятна. Дарби давно уже не обращал на них внимания. И вскарабкавшись на продавленный диван устроился рядом с торчащей из недр ржавой пружиной, в те дни, когда в этой части города отрубали электричество и телевизор было не посмотреть он играл на ней как на банджо, немелодично блея песенки про веселую жизнь в селе среди коров и знойных цыпочек, кудахчущих кур и мясистых телочек.       Только сейчас он обратил внимание на то, что у улицы раздаются сильно приглушенные хлопки и вой воздушной тревоги, по видимому война банд за территорию уже вовсю началась и если он не поторопится включить телевизор- пропустит все самое интересное.       По нажатию кнопки длинной палкой, чтоб не вставать с дивана, черно-белый экран замерцал не торопливо набирая яркость. Сквозь войну черных точек против белых, символизирующую хреновое качество приема у телевизора, можно было более-менее разобрать очертания ведущих.       Кэти сегодня прям в ударе, тоже наверняка безмерно рада пережить очередной геноцид. Вешает на уши явно что-то интересное. Увы, разобрать конкретные слова из-за шипения динамиков, было практически невозможно, хотя в целом визуального ряда было вполне достаточно. Киллджой все время злобно зыркала по сторонам, прямо в камеру или на тюфяка Тренча, а тот при этом забавно дергался и кривлялся.       И ведь пережил же истребление. Не, не ведущий, а я. Виновато ли в том мое укромное местечко или чистое везение, кто знает? Но я жив и это самое главное! А у того кто жив еще не все потеряно!       Еще мокрая шерстяная физиономия неприятно осклабилась.       Может еще встречу ту чикушку, что обновляет автоматы в дурью, как там у нее на бейджике было?...Не помню. Помню буфера у нее были отменные. Эх, не помять, так полюбоваться!       Колистер в голос взгоготнул. Ведущая новостей только что вылила горячий кофе своему соведущему на штаны и того согнуло от боли.       Вот же работка у некоторых, с завистью подумал он, сидишь кривляешься и денежка сама течет...Кстати о работе. Надо бы сходить поинтересоваться у Карла, владельца обрыгаловки с Вязовой улицы, не освободилось ли после зачистки уютное местечко кладовщика или бармена. Ну или на худой конец посыльного.       Взгляд медленно сполз на единственную руку.       Мда, скорее посыльного. Надо идти, а то еще курить хочется - хоть вешайся. Надеюсь Агнес продаст мне пол пачки. Ну ничего, поваляюсь в ногах, по целую стопы, авось сердце ее каменное и дрогнет, не в первый раз!        Набравшись сил он сорвал с себя промокшее полотенце и скатившись с третьего на первый этаж в приливе бодрости духа пинком открыл входную дверь.       Здравствуй новая жизнь, полная надежд!       В этот момент за сотую долю секунды на его горле медвежьей хваткой сомкнулась здоровенная рука закованная в железную перчатку.