Город Ветров

Аластор не многое помнил из детства. Возможно из-за того что он всегда был тихим, идеальным ребёнком, а такие, как известно, часто и становятся маньяками. Но то что он вспоминает почти всегда связано с охотой. Его дед по отцовской линии жил возле соснового канадского леса и активно занимался охотой на пушного зверя. И, хоть сам мужчина своего дедушку при жизни не застал, его отец унаследовал это пристрастие, чуть позднее начав обучать и своего сына. Хотя, даже не смотря на это, отца он помнил размыто. Видимо, из-за того что мужчина слег на поле сражений Мировой войны когда мальчику было тринадцать лет. Иногда, Аластор смотрел в зеркало пытаясь найти его черты в своём лице. Он ясно видел острые черты матери, её густые каштановые волосы и выразительные тёмные глаза с рыжинкой. Но ничего от отца. Поэтому и лицо родителя начисто стерлось из памяти. На подкорке отпечаталась картинка: его отец стоящий к нему спиной, в сапогах и с ружьём в руках, и сидящая рядом собака Моника. Собак Аластор не любил, особенно после того, как его едва не загрызла уличная стая. Поэтому после этого он сам придушил блохастую. Да, он уже тогда был маньяком. Но было кое-что, в чем он мог разделять взгляды с Моникой. Охотничий азарт. То чувство, когда адреналин раскаленным потоком разгоняется по венам ударяя в мозг. Когда от долгого бега саднит горло и сперает дыхание. Когда ты специально стреляешь совсем рядом, чтобы увидеть страх и отчаяние в больших оленьих глазах. А потом смотреть как острые собачьи зубы рвут кожу на задних ногах. Он уже довольно давно не выходил с ружьём в лес, в Чикаго этого негде было делать, но потом понял — ему и не нужно идти в лес на оленей. Ведь город и так ими полон. Да и страх в глазах людей выглядит куда интереснее. Когда он небольшими моментами и намёками даёт о себе знать, преследует запугивая, загоняет в угол и лишает бренное тело грязной душонки. И вот, ему неожиданно подвернулся такой случай. Он вообще везунчик: и добычу нашёл и к Самаэлю подобрался. Как оказалось, это нечто зовут Энджел Даст. Но это, вероятно не настоящее имя. Этот, с позволения сказать, парень был любимейшим типом его жертв. Та жертва, что его боится. То что блондинчик прятался когда он пришёл говорит о многом. Энджел с ним не говорил и почти не смотрел в его сторону, а если их взгляды ненароком встречались происходило замечательнейшее зрелище: его тонкие брови поднимались от неожиданности на пару секунд, затем на дне зрачков всплескивался страх вперемешку с неким подсознательным интересом, а губы поджимались. К тому же ему нравились необычные люди, а этот шлюховатый гангстер явно не был обычным офисным клерком. Улыбка на его лице растянулась несколько шире, становясь чуть более кровожадной. Рядом на фоне распиналась Шарлотта. Она тоже жертва, но Аластор не посягнет на её жизнь, ему пока что своя дорога. И пока он будет ждать. Наблюдать за добычей, изучать повадки и подбирать момент.

***

Энджел спокойно покуривал за барной стойкой наблюдая за всем этим балаганом. Видимо, этот Аластор умеет принести шуму везде где появляется. Не ясно почему столь легендарный гангстер решил вдруг помочь дочурке одного из своих соперников, но факт остаётся фактом. Этот чёрт (по-другому и не назвать) появился здесь как красный смерч, но в итоге оказался как раз тем что было нужно их принцессе. Даже мексиканская ведьма умолкла увидев настоящий результат от его помощи. Вслед за Аластором подтянулось ещё двое человек. Миниатюрная девушка Ниффти упорно воспринимающая Энджела за бабу, драющая полы, приправляя все это бесконечным словесный поносом, и ворчливый мутный мужик в бежевом пальто и сединой на висках, который остался лишь узнав что здесь будет бухло. К Хаску, кстати Энджел пытался подкатить, но оказался не во вкусе старикашки, из-за чего был послан в пешее путешествие по интимным местам (к сожалению в одиночку). Энджел повернулся вновь натыкаясь взглядом на высокую фигуру радио ведущего. Да, он понял где слышал его до боли знакомый голос. По радио. Вот уж не думал что человек читающий детские сказки по вечерам на радио, идёт после этих самых сказок убивать и сжигать людей в подворотнях. Вообще он не обращал на итальянца много внимания, хотя и иногда поглядывал. Энджела напрягало бы, если бы он специально совсем на него не смотрел. Может он здесь все-таки ни причём? Да, может он маньяк и убийца, но это же не значит что он убивает всех кто умер в городе. Хотя да, эта ситуация была странной. Но кому не насрать с высокой колокольни если перед тобой такой мужчина. Даже инстинкт самосохранения уходит на второй план, а у Даста он вообще давно помахал ручкой и уехал. Энджел облизнулся скользнув взглядом по плечам и спине в одной белой рубашке, а так же ниже поясницы... Ух. Кажется, Хаск приметил его взгляд и поморщился втихую подливая себе что-то из запасов товара. Да и похрен на этого старика. Энджел поднялся беря любимую Виоллу, предусмотрительно ставя её на предохранитель. Он приложил палец к губам дав сигнал опешившей Чарли чтобы она молчала и приставил дуло к заднице шатена. Наступила неловкая тишина, в которой, не перестающий улыбаться мужчина, повернул голову и взглянул вниз на приставленное к нему оружие. — Пуф! –произнёс Энджел убирая Виоллу. — О, друг мой, Вы хотели меня убить? – Аластор склонил голову чуть вбок оборачиваясь корпусом к трансу. — Нет, что ты. Просто угрожал... Но не твоей жизни. – Энджел облизнулся и осмелился закинуть руки ему за шею. Улыбка на лице Аластора дернулась и стала ещё более натянутой, но ему, кажется, тоже было интересно от того что случится дальше. Ниффти что-то возмущённо зашептала, Хаск поморщился, Чарли просто замерла соляной статуей, а Вегги мысленно везла труп через лес. — Да? А чему же тогда? – он все прекрасно понял, но прикидывался дураком. — М-м... Может твоему хуйцу. Хотя скорее это предложение хорошо провести время. – Аластор усмехнулся. — Дорогой мой, если бы мне захотелось, я бы нашёл себе любовника и без твоей к тому помощи. – легендарный маньяк отодвинула Ангела от себя, уперев ладонь прямо в его лицо. Энджел нахмурился, он был оскорблён. Ему, черт возьми, ещё никто вот так просто, не колеблясь, не отказывал. Да ни одна чикагская шлюха не умеет вытворять то что вытворяет он. Что уж там, если с ним геями становились убежденные натуралы! Но все же, ох и ах, как ему понравился этот угрожающий взгляд. У итальянца чуть прямо там ноги не подкосились. А вся эта атмосфера неприступности вокруг довершала статичный образ. Всё. Он его хочет. И он его получит. Энджел вздохнул опираясь локтями на барную стойку. — Diventerai mia.*– поправил волосы Энджел возвращаясь к стойке бара-регистрации. —Боже, избавь меня от своих пидорских планов, я тебя прекрасно слышу. - поморщился за стойкой старикан для расслабления тасуя карты. — Что? – Энджел обернулся на его голос,– Ты меня понимаешь? По-итальянски?? — Понимаю. Попробуй тут не понимать когда всю жизнь прожил в игорном клубе где часто зависаю твои коллеги. Как оказалось, эти личности были вдвойне интересны. Хаск вырос в подпольном клубе, поэтому прекрасно знал как там все устроено, и плюс ко всему, при помощи посетителей этого заведения он изучил шесть (!) языков. Глядя на этого ленивого старикана и не подумаешь что он выучил столько сидя в библиотеке за горами учебников. А так же он является ветераном Мировой войны**. Их новая уборщица Ниффти тоже оказалась не так проста. Сначала казалось, что она просто молодо выглядит, но как оказалось ей всего тринадцать лет. Как такая кроха попала в эту среду – не ясно. Зато эта девушка отличились тем, что начала заглядываться на тридцатилетнего Аластора! Она вертелась вокруг стараясь мимолетно коснуться, но мужчина ловко уворачивался от неё. Энджел, конечно, слышал что малявкам нравятся мужики по-старше, но не настолько же. Слава Богу, она была явно не во вкусе убийцы. А даже если бы и была, Даста это бы не остановило. Его и сейчас не останавливает явная шизанутость шатена. От него ещё никто не сбегал. Ни одна его добыча. Ни одна.