В темных переулках люди водятся

— Да никуда я не пойду, Оля! — Воскликнул юноша. — Пойдёшь! — В тон ему ответила девушка и уперла руки в бока. — Ваня, — ласково начала Ольга и подошла к брату. Присев около него, девушка нежно провела ладонью по светлым волосам. Иван обреченно вздохнул и положил голову сестре на плечо. — Ты пойми. У меня хороший начальник и не будет просить делать тебя что-то сильно тяжелое или непотребное. К тому же, Ванюш, нам нужны деньги.       Брагинский буркнул что-то и вновь вздохнул, понимая, что сестра говорит умные вещи. — Ну вот. Я же не зря с ним говорила. — Я не хочу, чтобы он думал, что я за твоей юбкой прячусь, Оль. Я сам в состоянии решить свои проблемы.       Ольга покачала головой и поцеловала брата в макушку. — В состоянии. Но я хочу помочь. Для этого и нужна семья, Вань.       Девушка растрепала его волосы и встала с дивана, направляясь на кухню — там уже должен был разогреться борщ. — Принеси мой телефон, пожалуйста. Он в комнате, — попросила девушка, скрываясь в проеме и что-то весело напевая. Для Вани всегда было вопросом, как она может быть всегда такой радостной. Где-то на периферии сознания проскользнула мысль, что она делает это только ради младших, но Брагинский не успел зацепиться за нее.       Иван вздохнул и поднялся, потянувшись во весь свой немалый рост от чего потемнело в глазах. Брагинский направился в комнату старшей сестры. Сам Ваня жил отдельно, из-за чего старшая всё время причитала, а Оля и Наташа вместе. Оно и понятно. Наташе было всего 15 лет и ей нужна была чужая опека, а 24-летняя Ольга подходила лучше, чем 19-летний брат. У него у самого еще детство во всем известном месте периодически играло. Да и квартирка-то маленькая была, поэтому Ваня принял решение съехать, хотя ему и было больно из-за этого, но обременять сестёр он не хотел. Тем не менее юноша каждый день приходил к ним и помогал по возможности.       Брагинский проходя мимо комнаты Наташи, заглянул в нее. Младшая сестра всё ещё спала, укутавшись в теплое одеяло, как в кокон и обнимая его же. Ваня ни капли не удивился. Времени-то всего семь утра, а школа на карантине. Решив не будить Наташу, юноша аккуратно вышел и зашел в спальню Ольги. Ваня, нахмурившись осмотрел её, но так и не нашёл телефона. Зато мягкая кровать так и манила к себе.       Решив, что от пары минуток ничего не будет, Ваня прилег на кровать и закрыл глаза. Перед глазами мелькали какие-то образы, заставляя юношу периодически вздрагивать, но вскоре это прекратилось и наступила приятная легкость. — Ваня! — Раздалось над самым ухом. Брагинский резко встал и осоловело посмотрел перед собой. Там стояла Оля, недовольно сложив руки на груди и нахмурив светлые брови. Юноша неловко улыбнулся и вжал голову в плечи. Девушка цокнула и вздохнула. — Чего? — хрипло спросил он и сел обратно. — Я тебя за телефоном отправила, а не спать! — Вопреки строгости в голосе, глаза смотрели тепло и даже с насмешкой. Ване стало еще больше неловко. — Да я и телефон не нашёл, — признался Ваня, потянувшись.       Ольга покачала головой и взяла гаджет, который лежал рядом, на тумбочке. Она посмотрела на брата, приподняв брови, как бы намекая, что кто-то не очень-то внимателен. — А это что? — Брагинский улыбнулся и пожал плечами, — Ладно, горе ты мое луковое. Пошли кушать. Нам на работу скоро. — Девушка уже собиралась уходить, но юноша схватил ее за руку и потянул на себя. — Ваня! Ты что делаешь, дурашка? Иван вместе с сестрой упал на кровать и крепко обнял ее, уткнувшись в светлую макушку и блаженно закрыв глаза. Девушка еще немного потрепыхалась и, улыбнувшись, вздохнула. Немного можно и полежать. Главное, не заснуть.

***

      Иван нервно переступил с ноги на ногу и бросил взгляд на сестру. В его, безусловно, красивых глазах плескался страх и неуверенность. Брагинский покусывал нижнюю губу из-за чего она покраснела и покрылась ранками в которых маленькими рубиновыми капельками виднелась кровь. — Может не надо?.. — Он умоляюще посмотрел на сестру и грустно склонил голову вбок из-за чего отросшая челка упала на глаза, но Ваня не обратил на это внимания и лишь надулся. — Надо, Федя, надо. — Ольга постучалась в дверь и, не дожидаясь ответа, зашла в кабинет, затаскивая брата, который явно бы вырвался если бы не стальная хватка девушки. — Здравствуйте. Я вам брата привела, — улыбнулась Брагинская, крепко держа Ваню за локоть и угрожающе смотря на него. Ваня вздрогнул и отвел взгляд, откинув челку с лица.       Шульц кивнул и поднял голову от бумаг, встретившись взглядом с удивленными глазами напротив. Несколько секунд в кабинете стояла тишина. Людвиг и Ваня ошарашено смотрели друг на друга.       Сначала немец даже и не узнал его. Вчера вечером перед ним стоял типичный представитель семейства «гопников» с обрезком крана в руке и странноватой улыбочкой, а сейчас смущенный юноша, в приличной одежде. При свете дня Людвиг смог рассмотреть его лучше. Ваня был довольно высок; пепельные, немного длинноватые волосы слегка завивались, а челка все время стремилась упасть на колдовские аметистовые глаза, с синей крапинкой ближе к зрачку и непонятным блеском; Брагинский был бледен даже по сравнению со своей сестрой и производил болезненное впечатление, чему способствовали залегшие под глазами тени. Иван несмело улыбнулся. — Что же, я пошла. Хорошего дня вам обоим. — Оля произнесла это немного настороженно. Девушка отпустила брата и, еще раз строго глянув на него, вышла из кабинета, цокая своими каблучками. — Ага. И тебе тоже, — запоздало произнёс Людвиг и тряхнул головой, мгновенно приобретая хмурый и даже строгий вид. — Что ты тут делаешь?       Брагинский чувствовал странную смесь смущения и страха. А вдруг он Ольге обо всём расскажет? Как он, в самой что ни на есть неприличной одежде и с краном наперевес, доставал ее босса? Впрочем это ощущение мгновенно сменилось каким-то поистине детским интересом и забавой. И лишь грустное «Оля расстроится»  пронеслось в светловолосой голове, тем не менее не оставляя никакого эффекта. — Сестра привела на работу устраиваться. — наигранно спокойно произнёс Ваня и заинтересованно оглянулся. Кабинет был довольно светлым и уютным. Справа от них, в углу, стоял немаленький шкаф абрикосового цвета, в котором расположились разные папки и книги, многие из которых были на немецком. Позади Людвига находилось большое чистое окно с массивными карамельными портьерами и тюлем дымчато-белого цвета. По обоим его бокам расположились какие-то то ли цветы, то ли деревья, сверкая своим насыщенным зеленым цветом; Слева находился светлый диван, а посреди всего этого великолепия находился стол во главе которого и сидел хмурый мужчина. На лакированной поверхности аккуратными стопочками расположились какие-то бумаги и папки. — Я могу сесть, Людвиг? — Надо же, не забыл как меня зовут? Или сестра рассказала? — Спросил немец, кивком разрешая сесть. Шульц не переставал следить за движениями паренька и успокаивал себя тем, что это обычная настороженность и уж точно не любопытство.       Брагинский приземлился на стул и заинтересованно склонил голову к плечу, слегка прикусив многострадальную губу. Его взгляд продолжал метаться то туда, то сюда, но в конечном итоге остановился на хозяине кабинета. — Как же у такой милой девушки вырос такой брат… — спросил Шульц, разглядывая юношу в ответ, хотя все, что уже можно было, цепкий взгляд увидел, — Иван? — Людвиг посмотрел ему в глаза, переставая хмуриться, отчего его лицо сразу помолодело и даже приняло благосклонный вид.       Брагинский лишь недовольно фыркнул и обиженно поджал губы, сложив руки на груди. — Какой же «такой»? — Ты знаешь какой.       Ваня усмехнулся, слегка сощурив глаза и отвернувшись к шкафу, рассматривая книги и узнавая некоторые, которые были на русском. — Долгая история. — отмахнулся Ваня и перевел взгляд на Людвига. — А сестра знает? — Казалось бы, всего три слова, но какой они возымели эффект.       Юноша напрягся и серьёзно посмотрел на немца. Людвиг удивился столь резкой смене настроения. Вот он сидел с хамоватой улыбочкой на лице, а теперь уже угрожающе смотрит на мужчину. Аметистовые глаза потемнели, а взгляд стал стальным. Улыбка пропала с лица, будто ее там никогда и не бывало. По спине Шульца прошелся холодок. Возникло ощущение, что этот Иван вполне способен выкинуть что-то опасное для чужого здоровья. Как хорошо, что сейчас при нем нет крана. — Нет. И не должна. В противном случае… — Иван многозначительно замолчал, смотря прямо в глаза мужчины. Людвиг сглотнул. — Краником огреешь? — Постарался пошутить Шульц. И кажется это помогло. В глаза напротив вернулся веселый огонек, а атмосфера стала куда теплее. — Всё возможно. — усмехнулся Брагинский и хрустнул пальцами, — Ну вот, а ты знакомиться не хотел. Всё равно пришлось.       Людвиг закатил глаза и отвел взгляд куда-то в сторону, обдумывая, брать Ваню на работу или нет. С одной стороны, Ольга попросила его, а с другой… Этот парень может доставить проблем, следуя из их первого знакомства. — Итак, Иван. Думаю, я вынужден Вам отказать, — строго произнёс Шульц, вновь смотря на Брагинского. Тот вновь нахмурился, но на этот раз не так угрожающе. — Почему это?       Шульц красноречиво на него посмотрел. Ваня обиженно поджал губы. В комнате вновь воцарилось молчание. Судя по всему Иван не собирался куда-то уходить, а сам Людвиг почему-то не пытался его выгнать и лишь смотрел куда-то перед собой. — Пожалуйста, — тихо произнёс юноша, опустив голову. — Мне правда это очень нужно. Если ты не возьмёшь меня на работу Оля расстроится. Её нельзя расстраивать.       Шульц вздохнул и устало потер переносицу. Сейчас вновь вернулся тот самый Ваня, который появился на пороге его кабинета: кроткий и смущенный. «Сколько же тайн хранит в себе этот мальчишка?» — Подумал Людвиг.       В кабинет постучали и оба собеседника поняли, что это не Ольга. Шульц потому что давно с ней работал, а Брагинский потому что она его сестра. В любом случае они оба знали, что Оля стучит торопливо и почти сразу же влетает в помещение, а сейчас это был размеренный стук и кто-то явно ожидал согласия войти. — Войдите, — произнес Людвига, бросив взгляд на юношу.       В кабинет зашла невысокая девушка в темной блузке и обтягивающих джинсах с русыми волосами и зелеными глазами. Она удивленно посмотрела на Ивана, сидящего напротив Людвига и перевела взгляд на самого Шульца. — Ох, я помешала? — Спросила она, хитро сверкая глазами. На лице появилась странная улыбка, а взгляд так и говорил «я все знаю». Людвиг напрягся. — Нет, Лиз, не помешала. Я как раз говорил Ивану, что он… — Принят. — Перебил немца Брагинский и обезоруживающе улыбнулся девушке, а после повернулся к Людвигу, грустно смотря на него. — Да, принят, — вздохнул Шульц и Ваня улыбнулся еще шире. — Работаешь с завтрашнего дня. Можешь идти.       Лиз внимательно проследила за действиями некоего Ивана, который поспешно уходил, убирая с лица челку. Юноша бросил громкое «До свидания» и ушел.       Людвиг перевел взгляд на заинтересованную девушку и вздохнул, прикрыв глаза, понимая, что сейчас начнется. Элизабет Хедервари была невестой его двоюродного брата Родериха Эдельштайна с которым у них были напряженные отношения. Однако Лиз была девушкой веселой и темпераментной и постоянно приходила пожаловаться на своего женишка. Хедервари всегда были рады в его кабинете. Да и в доме тоже. Но почему-то сейчас ощущалось смущение. — Ничего не хочешь мне рассказать, Людвиг? — Хитро спросила девушка, откинув мешающиеся пряди. Шульц качнул головой, мол, нет. Лиз лишь пожала плечами и села на то место, где недавно сидел Иван. — А это кто был? — Он на работу приходил устраиваться. Ольга попросила, — пояснил Людвиг. Хедервари удивленно ахнула и прикрыла рот ладошкой. — Правда? Это правда Ваня? — Девушка обернулась, будто Брагнинский стоял позади нее, а не ушел несколько минут назад. Немец ошарашено моргнул. — Ты его знаешь? — Спросил Людвиг, абсолютно ничего не понимая. Лиз кивнула. — Оля (ты же знаешь, мы с ней дружим) рассказывала про него и Наташу, их младшую сестру. Но я не думала, что он выглядит так. — А как он должен выглядеть? — Более подавленным что ли. Столько всего случилось в конце концов, — грустно произнесла девушка и покачала головой, — Но дело даже не в этом. И нет, я ничего тебе не скажу о нем. А вот ты мне расскажешь, что за напряжение было у вас тут. Чем это вы тут занимались? — Усмехнулась Элизабет и подперла голову рукой. — Ничем таким, Лиз, что могло было бы тебя заинтересовать, — отмахнулся Шульц, — Ты чего пришла-то? Опять с Родерихом поссорились? Если да, то я заранее согласен, что он козел. Остальное можешь рассказать Оле.       Хедервари обиженно фыркнула, но спустя пару секунд все же посмотрела на Людвига. — Ну Людвиг, — протянула она и состроила самое милое свое личико, — Ну расскажи! Вы так друг на друга смотрели! Он же тебе явно понравился, да? Впрочем, — продолжила Лиз, не давая мужчине и слова вставить, — понять можно. Он довольно красивый. Не было бы у меня жениха, думаю оставила бы ему свой номерок. Да и к тому же у тебя отбивать не хочу, — хитро произнесла девушка и подмигнула смутившемуся Шульцу. — Элизабет! — Раздалось в кабинете недовольно, а вслед за ним веселый девичий смех.