Ханьлун

Они плавали не меньше четверти часа, за которые Вэй Усянь понял, что волноваться ему не за что. Этот второй молодой господин Лань отлично плавал и надолго задерживал дыхание, ныряя, даже будучи в таком состоянии, когда вряд ли осознавал, что вообще происходит. А он правда не осознавал, потому что трезвый Лань Чжань никогда не будет брызгаться водой и утягивать в шутку за ногу на глубину. Удивительно! Он прекрасно контролировал тело и лицо, оставаясь серьёзным, но при этом творил совершенно несвойственные ему вещи. - Пора выбираться, мы скоро замёрзнем, - предложил Вэй Усянь и получил кивок в ответ. Вэй Ин быстро взобрался на помост и устало прислонился спиной к опоре поручня у самого края. Какой же отличный всё-таки вечер. Лань Ванцзи медленно подплыл к помосту. Он опёрся руками о самый край и грациозно подтянулся вверх, напрягая мышцы. Даже сейчас он был идеалом красоты. Чёрная сеть волос окутала его грудь и плечи, но и сквозь них все его мышцы проступали отчётливо. Вэй Ин почувствовал лёгкий укол зависти. Сам он был гораздо более худощавым. Лань Чжань выбрался на помост и встал, повернувшись к Вэй Усяню, словно ждал дальнейших указаний. Какая подкупающая покорность. Удивительно только, что даже холодная вода ничуть не отрезвила его. Ванцзи собрал ладонью волосы в хвост у затылка и провёл по ним рукой, отжимая лишнюю воду, которая сразу образовала под ним небольшую лужицу. А вот Вэй Усянь словно загипнотизированный смотрел на ланьца. Лёгкая белая рубашка намокла и превратилась в тонкую полупрозрачную плёнку, которая обтягивала каждый сантиметр кожи. И Вэй Усянь был стопроцентным натуралом, натуральнее веганской еды, но эта красота прошибала все гендерные, половозрастные и сословно-классовые пристрастия. Широкие плечи Ванцзи с прошлого года раздались ещё сильнее, от яремной впадины в стороны стрелами расходились ключицы, а ведь обычно их не было видно под одеждой. Его грудные мышцы были высокими и явно хорошо проработанными, очевидно, что второй молодой господин Лань занимается не только духовными практиками. Взгляд Усяня так и споткнулся о выступающие от холода горошины сосков, окружённые тёмными ареолами. Чёрт побери! Он настолько привык к тому, что второй молодой господин Лань совершенно холоден и отчуждён, настолько он отличался от любого другого человека, что сам факт наличия у него сосков просто выбил почву у него из-под ног! Ведь Лань Чжань - это ледяной взгляд, это монумент, закутанный в белые одеяния, это сверхчеловек, это точно не красивая грудь, это точно не идеальный пресс и это точно не… Взгляд Вэй Усяня споткнулся второй раз, теперь уже о край его штанов, и он с шипением закрыл глаза. Нет, он не будет смотреть ниже. Хотя там, наверное, тоже почти всё просвечивает. И не то чтобы ему не было интересно, бред, ещё как интересно! Вот только он почему-то не мог оскорбить второго молодого господина Лань взглядом… прямо туда. Лань Чжань сейчас был пьян, он ничего не соображал, но, даже если на следующее утро он ничего не вспомнит, Вэй Усянь просто не мог поступить с ним так. Ведь будь Ванцзи трезв, он бы скорее вырезал ему глаза своим мечом, чем позволил бы коснуться себя взглядом на самое сокровенное. Вэй Усянь выдохнул, мотая головой, а потом поднялся и открыл глаза. И напоролся на по-прежнему выжидательный взгляд Ванцзи. Чтоб его. - Лань Чжань, пойдём. И он просто схватил его за руку и потащил в дом. В середине комнаты он развернулся и медленно, словно маленькому, проговорил: - Я сейчас принесу тебе халат, ты сможешь сам переодеться? Лань Чжань внимательно его выслушал и только через несколько секунд кивнул. Хороший мальчик. В итоге Ванцзи переодевался за ширмой-гармошкой, а Вэй Усянь быстро переоблачился прямо около двери в ванную. Затем он собрал все их мокрые вещи и развесил сушиться на перила, прямо на улице. После этого он усадил Лань Чжаня за стол, за которым они пили до этого, а сам уселся напротив. - Ну, выпить ещё я тебе не предлагаю, потому что не знаю, чего от тебя ещё ожидать, так что вот тебе вода. А я, пожалуй, продолжу, - сказал Вэй Ин, наливая себе ещё стопочку. И Лань Ванцзи послушно выпил воду с таким же видом, как он пил настойку, будто для него не было никакой разницы. Вэй Усянь только головой покачал и кивнул ему: - Ты всегда немногословный, а выпив, совершенно перестаёшь разговаривать. Как скучно, давай поговорим. - Давай, - внезапно ответил Лань Чжань, отчего Вэй Усянь рассмеялся. - Тогда ответишь на мои вопросы? - Мгм. Вэй Ин задумался на секунду, что бы такого он мог спросить у второго молодого господина Лань. - Ну хорошо. Скажи мне, почему ты согласился выпить со мной? - Это наказание. - Хах, а если бы я тебе сказал в озере утопиться? - Это покушение на жизнь, я бы защищался. Не поспоришь. Вэй Ин наклонил голову вбок. Жажда поозорничать медленно, но верно поднималась вверх, словно столбик термометра. Чего бы такого спросить. - Эй, Лань Чжань, а тебе, правда, нравятся мотоциклы? - Нравятся… - лицо Ванцзи даже заметно смягчилось, отчего Вэй Усянь не на шутку развеселился. - Серьёзно? А что ещё тебе нравится? - Учиться в Академии. Вэй Усянь нахмурился. Н-да, о вкусах тут спорить бесполезно. - А может, есть человек, который тебе нравится? – спросил Усянь, наклоняясь к Лань Чжаню. Его губы растянулись в лукавой улыбке. Если сейчас Ванцзи ответит утвердительно, это будет сенсация. Но Лань Чжань в ответ на это только нахмурился, лениво переводя взгляд прямо на Вэй Ина. Его губы приоткрылись было, но он только нахмурился сильнее и промолчал. - Что такое, - поднял брови Вэй Усянь, – не хочешь отвечать или не знаешь, что ответить? Тот упорно молчал, хмурясь на Усяня, отчего он даже почувствовал себя неловко. Видимо, внутренние барьеры Ванцзи настолько сильны, что тот не ответит на такой личный вопрос даже под действием алкоголя. Вэй Усянь прищурился, рассматривая ланьца. Без сомнения, если когда-нибудь ему понравится какая-нибудь девушка, она будет просто счастлива стать ему спутницей на стезе самосовершенствования. Потому что совершенно очевидно было, что второй молодой господин Лань самый завидный, самый идеальный муж из ныне живущих заклинателей. Он благороден и красив, его манеры всегда на высоте, он полон сил и природного мужского магнетизма. Что ещё надо? Взгляд Вэй Усяня проскользнул по вырезу его запахнутого на груди халата и почему-то совершенно случайно упал на его ногу. Одна пола халата съехала в сторону и обнажила колено и часть бедра Ванцзи, а тот сидел перед ним, сложив руки на стол, и совершенно не замечал этого. Вэй Усянь вдруг подумал, что всё, увиденное этой ночью, он унесёт с собой в могилу. Выпив ещё несколько стопок, Вэй Ин понял, что ему уже совсем похорошело. - Пойдём-ка спать, второй молодой господин Лань. Завтра мы должны явиться на занятия в любом виде и состоянии. Вставай, я помогу тебе дойти. Он и правда помог ланьцу подняться и, придерживая за локоть, повёл его в покои. Уже по дороге он подумал об оставленном мече и всей его одежде. «А вот и не понесу их в комнату Ванцзи» - подумал он. «Пусть это будет уроком второму молодому господину Лань. Посмотрим, какое у него будет утром лицо, когда он поймёт, что его оружие и одежда, даже нательная, в соседнем доме». Вот только его план каким-то образом дал сбой. Когда Вэй Усянь довёл Лань Чжаня до его кровати, тот, казалось, почти уже спал. Он усадил ланьца на его постель и хотел было уже отправиться к себе, как Ванцзи остановил его, схватив за запястье. Вообще-то больно. - Нам надо поспать, Лань Чж… - не успел он договорить, как Ванцзи рывком дёрнул его к себе и одним махом повалил на кровать рядом с собой. - Что ты делаешь? – в панике вскрикнул Усянь. – Когда я говорил, что нам надо поспать, я имел в виду не вместе, а каждый на своей кровати! Но покорный до этого Лань Ванцзи вдруг перестал его слушаться. Он резко перекинул через него колено и оседлал сверху. Вэй Усянь задушенно запищал что-то нечленораздельное от шока. Лань Чжань неуловимо скользнул рукой ему под поясницу и нажал на несколько акупунктурных точек. Вэй Ин аж задохнулся от потрясения – этот второй молодой господин Лань, совершенно пьяный второй молодой господин Лань, только что обездвижил его! Обездвижил, мать вашу, что он собрался делать? Халат на груди Лань Чжаня немного распахнулся, и Вэй Усянь так и врезался взглядом в его вздутые мышцы прямо перед своим лицом, так близко. - Лань Чжань, - запричитал он, - ты должен отпустить меня! Ты что, злишься? Не злись, я же ничего плохого тебе сегодня не сделал, сними, пожалуйста… Безучастный до этого к его словам, Лань Чжань вдруг сфокусировал свой взгляд на нём. Вэй Усянь почувствовал было неладное, а потом заголосил вновь, потому что Ванцзи одним рывком сорвал с него пояс и уже вцепился в ворот халата, оголяя плечо. - Да не одежду! Ты, псих! Сними с меня заклятие! Лань Чжань! Да что на тебя нашло? Остановись! Кажется, его крики помогли, потому что Ванцзи замер вдруг над ним и внимательно посмотрел в его полные страха глаза. Вэй Усянь задыхался. Он не ожидал, что его проделка обернётся чем-то таким. Этот сухарь оказался совершенно неуправляем, более того, даже захмелев, он не утрачивал способности действовать чётко (с какой лёгкостью он нашёл нужные акупунктурные точки на его теле!), а скорость и точность движений ничуть не уменьшились. - Пожалуйста, отпусти меня, - жалобно проблеял Вэй Ин. - Спать, - коротко выдохнул Лань Чжань в ответ, словно и не слышал его просьбы. Он одним движением руки потушил весь свет в комнате, а потом Вэй Ин почувствовал, как его сверху придавило сильное, очень горячее тело. Он что, собрался спать именно так? Вот ТАК? Вэй Ин с силой зажмурился. Он не был хрупкой барышней, и ему не было слишком тяжело под Ванцзи. Но он даже представить себе боялся, какое их обоих ждёт утро, если они останутся в том же положении. Безуспешно попытавшись пошевелить хоть пальцем ещё несколько минут, он вдруг почувствовал, что как-то незаметно для себя пригрелся под этим ледышкой, который вопреки всему оказался очень даже тёплым. Вэй Ин подумал вдруг, как Ванцзи только что бросил его на кровать и как срывал с него халат, и мысли о его будущей женщине вновь заняли его голову. Кто бы знал, что этот бесчувственный холодный сухарь окажется полон страсти? Да такой, что аж по позвоночнику дрожь проходит, и это у него - у парня-натурала - что же говорить о женщине! Тут даже проверять не надо, очевидно, что второй молодой господин Лань был бы прекрасным любовником…