Ханьлун

Вэй Усянь по сути ещё спал, когда рано утром Лань Сычжуй и Цзинъи буквально вытащили его из постели, влили в него кофе, собрали весь его скромный скарб, впихнули в руки какую-то там одежду, чтобы он быстро переоделся в уборной, а потом закинули его на заднее сиденье такси, которое отвезло его со вторым молодым господином Лань в аэропорт. Проснулся по-нормальному он уже по дороге в Облачные Глубины на пассажирском сиденье автомобиля, за рулём которого был Лань Чжань. - Который час? - ещё немного заплетающимся языком спросил Вэй Усянь. - Начало одиннадцатого, - ответил ланец. Он спокойно смотрел на дорогу, уверенно держа руль. Не гнал. Вэй Усянь провёл взглядом по его белоснежному строгому костюму, а потом невзначай взглянул на себя. - О?! Что это на мне? На нём оказался такой же белый костюм, сидящий точно по фигуре. Он совершенно не помнил, как переодевался в него утром, настолько он был не в сознании. - В Облачных Глубинах следует соблюдать пристойный внешний вид. - Ты говоришь это мне? Человеку, который бегал там в чём мать родила? – хохотнул Вэй Ин. Ванцзи наградил его укоряющим взглядом, а Усянь быстро замахал руками: - Ладно, ладно, ты же знаешь, я не намеренно. Лань Чжань коротко выдохнул: - Так как дело довольно щепетильное, никто пока не должен знать о настоящих целях нашего визита. Так что для всех ты сейчас мой гость, поэтому соблюдай приличия. Вэй Усянь недовольно кивнул, морщась. Приличия, ну да. - Мой брат уже там, - продолжил Ванцзи. – Он решил полететь отдельно вчера вечером и лично доставить ларец с лентой. - Он опасается, что за нами могут следить? – искренне удивился Вэй Ин. - Такую возможность нельзя исключать, - подтвердил Лань Чжань. Вэй Усянь задумался ненадолго. Глава Лань вовсе не был мнительным человеком, а значит, у него были основания опасаться преследования. А ещё, похоже, что в этой части Поднебесной что-то происходит. Что-то такое, о чём на западе и юге не знают. Он посмотрел на второго молодого господина Лань. - А мне… вы доверяете? – тихо спросил он. - Да, - последовал однозначный ответ. - Почему? - Усянь улыбнулся. Приятно. - У нас есть на это свои причины, - размыто ответил ланец. - Но… - Усянь улыбнулся ещё шире, - я же последователь Пути Тьмы. - Ты – Вэй Усянь. Только это имеет значение. Вэй присвистнул. Такой ответ ему нравился ещё больше, и в то же время порождал ещё больше вопросов. Дорога вела всё выше в горы, и вот уже за очередным поворотом возникла та самая «Стена послушания», на которой были высечены тысячи правил ордена Лань. - Каждый раз аж внутри всё сжимается, когда вижу эту вашу стену. Сколько же в твоём ордене правил… - риторически спросил Усянь. - На данный момент четыре тысячи шестьсот сорок два, - ответил ланец без запинки. Вэй Усянь задрал уголки губ вверх: - Отлично, теперь, когда я знаю точную цифру, могу жениться на ком-то из Лань. Я же обещал Цижэню… - Приехали, - немного резковато сказал Ванцзи, чуть ли не юзом припарковывая машину у главных ворот. Постовые у высоких каменных колонн с интересом разглядывали приезжих, а узнав в одном из них второго молодого господина Лань, с почтением поклонились. Вэй Усянь подмигнул постовому слева и тот округлил глаза, узнав его: - Молодой господин Вэй! – он поспешно поклонился ещё раз. – Добро пожаловать в Облачные Глубины! Он был одним из тех, кто учился с Усянем в Академии, и тоже являлся завсегдатаем совместных пьянок и любителем послушать его рассказы. Вэй Усянь тоже поклонился. Всё-таки видеть спустя столько лет красивые лица его ланьских знакомых было приятно. На верхней площадке перед последней лестницей их уже ждал глава ордена Лань. Цзэу-цзюнь, одетый в ханьфу с узорами плывущих облаков, с красиво украшенными волосами, выглядел как герой сянься. Вэй Усянь почувствовал вдруг тот уже подзабытый дух учёбы в Академии: все эти традиционные костюмы, книги, каллиграфию, запах бумаги и чернил, вечера с друзьями, уроки фехтования… Всё это поднимало в нём теплую волну ностальгических воспоминаний. Он повернул голову к Ванцзи и подмигнул ему: - Многое бы отдал, чтобы и тебя вновь увидеть в ханьфу и твоей шикарной ланьской мантии. Кадык Лань Чжаня взлетел вверх, но он сохранил молчание, пропуская слова Усяня мимо ушей. Лань Сичэнь встретил гостей (с которыми не виделся меньше суток) со своей привычной гостеприимной улыбкой. Когда же они последовали к яши, он чуть понизил голос. - Я уже сообщил старейшинам о нашем госте. Для всех это дружеский визит представителя ордена Цзян. Усянь кивнул. Никаких проблем. Но только они зашли за очередной выступ скалы, Вэй невольно замедлил шаг, а потом и вовсе остановился как вкопанный, задрав голову вверх и широко распахнув рот. - Поверить не могу! Я сотни раз ходил мимо этого места, и здесь всегда был непроходимый массив леса! Сейчас же перед его глазами стояло шестиэтажное старинное здание, почти без окон, сложенное из серой кладки, и с чёрной черепицей на ярусах загнутых крыш между этажами. - Это как раз и есть хранилище… - начал было Лань Сичэнь, а потом вдруг запнулся. Он внимательно посмотрел на Вэй Усяня и тихо добавил: – Но увидеть его может только тот, кто носит ленту ордена Лань, я как раз хотел дать вам… Ресницы Усяня дрогнули, и он замер, боясь дышать. Абсолютно. Немая. Сцена. Это была самая немая сцена из всех немых сцен в его жизни. Вэй Усянь медленно, буквально по миллиметру опустил глаза с башни на главу ордена. Тот смотрел на него не моргая. Как ящерица. Вэй Усянь с трудом сглотнул. Он как бы особо никогда не распространялся. Да и кому бы интересно было знать такое. К тому же он всё равно почти всегда ходил с длинными рукавами… Поэтому никто не догадывался, что на правом запястье он носит лобную ленту, которую когда-то отдал ему Лань Ванцзи. Тишина между троими заклинателями была такой, что слышно было, как младшие ученики в ланьши читают вслух «раздел о благонравии» ордена Лань. Усянь боязливо перевёл взгляд на второго молодого господина Лань. Тот буквально прожигал в нём дыру своим взором. А потом Лань Сичэнь, тоже в замешательстве, посмотрел на брата, и губы Ванцзи едва заметно дрогнули: - В этом нет необходимости. Я уже снабдил господина Вэй лентой клана Лань. И на площадку снова опустилась тишина. Наконец, Цзэу-цзюнь сказал, слегка прочистив горло: - Эм… Э-ээ, в таком случае, прошу… Эм… Нам уже накрыли обед, после которого вы сможете вместе начать исследовать хранилище… Никто не обратил внимания на его слова. Лань Ванцзи смотрел на Вэй Усяня таким взглядом, что им можно было плавить металл. Усянь только считал удары сердца, громко бьющего в ушах, и старался не рухнуть под этим взглядом. Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу… *** После типичного ланьского пресного обеда (который больше походил на шедевр зельеварения, чем кулинарии) двое молодых заклинателей отправились в хранилище. Весь обед и всю дорогу к зданию они сохраняли полное молчание между собой. Ванцзи полировал Вэй Усяня очень многозначительным взглядом, а Вэй Усянь делал вид, что совсем его не замечает, а спотыкается он просто так, по неуклюжести. Второй молодой господин Лань открыл замок, тихо прошептав какое-то заклинание, и как только они оба оказались внутри, буквально припёр его к двери, становясь напротив слишком близко. Усянь аж немного вспыхнул – СЛИШКОМ близко. - Моя лента… - Лань Ванцзи выдохнул, словно не зная толком, что он собирался сказать. Вэй Усянь задрал подбородок, напуская нагловатый вид: - Ты сам мне её подарил, что хочу, то и делаю с ней! Брови второго молодого господина Лань дрогнули, словно эта фраза задела в нём какие-то чувства. И Вэй Усянь понимал… На самом деле, после давнего разговора с Лань Гочэном, когда тот много рассказал ему о лобной ленте клана Лань, Вэй Усянь нашёл время самому покопаться в источниках и найти кое-какую литературу на этот счёт. И сейчас он прекрасно знал, что просто так ланец никогда в жизни не подарит кому-то свою ленту. Он мог подарить её только очень дорогому, очень близкому человеку. И он знал, что тот, кому подарили ленту, должен обращаться с ней не менее аккуратно, чем сам хозяин: содержать в чистоте, не играться с ней, не бросать где попало. А ещё он знал, что ношение подаренной ланьской лобной ленты на запястье означает узы. В самом смелом и широком смысле. И он до сих пор задавался вопросом, почему? Почему Лань Чжань отдал ему ленту? Он ведь и не дарил её. Просто она оказалась в руках у Вэй Усяня, и он не хотел её возвращать. Так что же, второй молодой господин Лань просто не желал выпрашивать ленту обратно? И зная, что Усянь не осведомлён о её значении, просто избавился от аксессуара, которого коснулись чужие «неугодные» руки? Или… или? Вэй Усянь медленно, глядя в лицо второму молодому господину Лань, подтянул слегка наверх рукав пиджака. Подцепил чуть дрожащими пальцами пуговицу на манжете рубашки и вытянул руку ланьцу. - Подними, - тихо попросил он. Ванцзи взглянул в его глаза. Неуверенно. Он потянулся рукой и осторожно приподнял манжету, открывая запястье. Крылья его носа заострились, а губы чуть заметно дрогнули. Запястье Вэй Усяня было плотно обмотано лобной лентой с узором плывущих облаков. Лента была разглажена до идеального состояния, даже узел был идеально ровным. За столько лет Вэй Усянь научился завязывать её так, что ни один ланец не придерётся. Лицо второго молодого господина Лань было настолько открытым, что Вэй Усянь не смог сдержать в себе маленького озорства. Он закусил губу и быстро спрятал руку, застёгивая пуговицу вновь: - Я думаю, она добавляет мне шарма, хоть это и просто лента. Он намеренно упорно делал вид, что и понятия не имеет ни о значении лобной ленты, ни о правилах её ношения. В конце концов, он довольно успешно большую часть своей жизни косил под дурачка, и этот маленький спектакль не стоил ему никаких усилий. Зато он стоил выражения лица второго нефрита клана Лань. Усянь очень пожалел, что не может достать сейчас телефон и внаглую сфотографировать Ванцзи. - Пойдём, - скомандовал Вэй Усянь, беря ситуацию в свои руки, - я не хочу просидеть здесь до самого вечера. Он ловко обошёл второго молодого господина Лань и с восхищённым вздохом обвёл глазами помещение вокруг. - Да это не хранилище, это настоящая сокровищница!