Ханьлун

Краем сознания он почувствовал укол совести: он снова пользовался вторым молодым господином Лань в своих целях. Но по-настоящему не мог раскаиваться от этого слишком сильно, ведь ему это было настолько необходимо, что ставило под вопрос его жизнь. А инстинкт самосохранения плевал на рамки и приличия. Ему нужен был поцелуй Ванцзи. И он его готов был получить даже через сопротивление! Вот только ланец не сопротивлялся. Точнее, он как будто не сразу понял, что вообще происходит. Он только что отчитывал Вэй Усяня за опрометчивый риск собственной жизнью, а вот уже в следующую секунду был прижат к сиденью в плену чужих мужских рук и губ. - В-Вэй Ин!.. - попытался было тот, но был быстро заткнут. Усянь просто смёл его, вдавливая в кресло всем телом. Он вдохнул с дрожью и раздвинул его податливые губы своим языком. Наконец-то, наконец-то! Вэй Усянь весь содрогнулся от волны удовольствия. Сладкий! Настолько сладкий, самый вкусный. О боги, не было ничего вкуснее его губ! Вэй Усянь хотел испить его до дна, хотел испробовать его полностью. Он прижался к нему всем телом, перекинул ногу через его колени, седлая бёдра. Ближе, ещё ближе! Вэй наклонился и утонул в глубоком поцелуе с головой. Второй молодой господин Лань был застигнут врасплох. Он только беспомощно выдохнул и просто позволил Вэй Усяню делать всё, что тот хочет. А он хотел! Ещё как хотел! Все его вены внутри надулись, расширились, напряжение достигло пика, и бесконечный поток ослепляющей Ян ворвался в его тело. С болью. Но эта боль была приятной. В его нижнем котле даньтянь всё перемешалось и закрутилось, низ живота потяжелел, а потом весь этот круговорот энергий тяжело упал прямо в пах. Вэй упёрся изнутри в ширинку собственных брюк и обескураженно заскулил, понимая, что одного поцелуя ему сегодня мало. Переизбыток Инь и Ян почти разрывали его тело, и этого было недостаточно! Второй молодой господин Лань успел только глубоко вдохнуть, когда Вэй Усянь оставил его губы на короткую секунду, но его вдох буквально споткнулся в горле, когда тот увидел, как Усянь перед ним одним рывком стянул с себя свою водолазку и подцепил пальцами его. - Вэй Ин, ты… - Прости, - снова, как мантру, зашептал Усянь прямо ему в губы. – Ванцзи-сюн, Лань-гэгэ, пожалуйста, позволь мне… Он потянул наверх края водолазки ланьца и даже не дал ему до конца освободить из неё руки. Усянь так и прижал его кисти, запутавшиеся в рукавах кофты, у него над головой, за подголовником кресла, и прильнул губами к его шее. Лань Ванцзи не ожидал такого напора. Он зашипел сквозь зубы, изо всех сил сдерживая стон. А Вэй Усянь спустился горячими поцелуями по его самой охрененной в мире шее, прикусил ключицу, запустил вторую руку ему за спину, заставляя выгнуться навстречу. И ланец не сопротивлялся. Чёрт его дери! Он не сопротивлялся! Вэй Усянь зажмурился до белых всполохов перед глазами. Это настолько заводило, что его плоть готова была разорвать брюки по швам. Он оторвался от пылающей кожи перед собой и заглянул в светлые глаза напротив. Лучше бы он этого не делал. У второго нефрита клана Лань был такой взгляд, что Вэй Усянь готов был отдать ему всё, что угодно, прямо сейчас. Таким ланьца не видел, наверное, никто! - Отпусти, - хрипло попросил он, и Вэй Усянь состроил самую умоляющую гримасу. – Отпусти-и, - попросил ланец ещё раз, на выдохе, растягивая слово. Ресницы его дрогнули вниз, а низкий голос наполнился вибрирующими нотами. – Пусти, Вэй Ин. Усянь закусил губу и медленно разжал руку, сдерживающую кисти второго молодого господина Лань, запутанные в рукавах водолазки. Тот за секунду избавился от надоедливой тряпки, но, вместо того, чтобы оттолкнуть от себя Усяня, внезапно сдавил его плечи своими большими горячими ладонями, а потом обвил его крепкими объятиями. Губы снова встретились, и на этот раз Ванцзи ответил ему как следует, заглушая его вымученный стон собственным ртом. Вэй Усянь плавился. Всё его тело, казалось, готово было расщепиться на атомы в этих руках. Каждая его клетка превратилась в чувствительную точку, которая чувствовала близость этого невероятного мужчины рядом с собой, чувствовала его жар, его запах, его отдачу. А отдача у Лань Ванцзи была такая, что кожа покрывалась мурашками. Они сжимали друг друга руками, вжимались друг в друга, словно хотели раствориться, смешаться, слиться в одно тело. Усянь задыхался и дрожал. Второй молодой господин Лань был горяч настолько, что все последние адекватные мысли покинули его голову. Осталось только желание в чистом виде. Вэй Ин сжал губами этот невероятный кадык ланьца и потянулся пальцами к пряжке его ремня. Металл тихо звякнул. - Вэй… Ин… - Ванцзи закусил зубами нижнюю губу. И Вэй Усянь никогда не видел, чтобы ланец так закусывал губу, и никогда не слышал такие ноты в его голосе. И это стало крайней точкой его самоконтроля. Молния коротко взвизгнула, и Усянь скользнул под резинку его боксеров. Мать его! Он был просто невероятен! Вся кожа Вэй Усяня покрылась мелкими иголками. Он впервые касался так кого-то, и это ощущение было дико восхитительным. Лань Чжань был большим, и очень возбуждённым, и большим… И влажным там, горячим, и большим! Лань Чжань издал какой-то вымученный стон и откинул голову назад на подголовник, открывая шею. И от этого вида можно было кончить. Хотелось кончить! Волосы его пришли в легкий беспорядок, губы и шея блестели от долгих поцелуев. Грудь ланьца казалась неимоверно широкой и сильной, а поджавшийся пресс хотелось обвести языком. И его член, такой же невероятно красивый, как и весь он, в узкой ладони Вэй Усяня казался просто огромным. Усянь жадно облизнулся и разок провёл по стволу вверх-вниз, крепче сжимая пальцы. На пробу. Второй нефрит замычал сквозь сомкнутые губы, и его дыхание задрожало. Нет, это было просто невозможно выносить! Усянь тихо выругался под нос и снова подался вперёд. Он просто сдался. Весь. Он вновь начал покрывать поцелуями всё, куда мог дотянуться, а рука на члене задвигалась, уверенно сжимая его. Ванцзи, казалось, весь онемел на секунду. Как будто не верил или не ожидал до конца, что Усянь зайдёт так далеко. Правда, его замешательство длилось недолго. Усянь только пискнуть успел, когда сильные руки вновь сдавили его. Одна ладонь запустилась ему в волосы и сжала их, перехватывая инициативу, а вторая нетерпеливо накрыла пах. Вот этого уже не ожидал Усянь. Он распахнул глаза. Дыхание спёрло напрочь. Ванцзи смотрел ему прямо в глаза, прямо насквозь в него, этим своим змеиным взглядом, и бесцеремонно расстёгивал его ширинку. Усянь уронил взгляд вниз, и его пробрало до самых костей: рука Ванцзи по-хозяйски сжала его плоть. О небо! Новизна ощущений захлестнула его с головой. Он не мог оторвать взгляд. И когда рука ланьца уверенно прошлась по всей его длине, сдавливая в нужном месте у головки, Вэй Ин открыто застонал в голос. Совершенно обескураженно. - Л-лань-гэгэ, - проскулил он сдавленно. А потом его просто вжали в огромную грудь, поцеловали глубоко, и рука на его члене начала двигаться. Это было просто истинное сумасшествие. Вэй Усянь не ожидал, что это будет… так! Уже через пару минут он осмелел настолько, что сам обхватил собственной рукой и себя, и ланьца. И он чувствовал, мать его, чувствовал собственной плотью, ставшей совсем скользкой от смазки, плоть Лань Ванцзи. И само это понимание выворачивало всё внутри к чертям собачьим. О боги, что же они делают! Руки Ванцзи освободились, и он с нажимом провёл раскрытыми ладонями по его спине до самого края расстёгнутых брюк. Вэй Усянь выгнулся невольно - так, словно интуитивно, так, словно подсознательно знал, как вести себя в этих руках. А потом эти ладони скользнули ниже, под все слои ткани, сжимая его ягодицы, жадно. Вэй Усянь застонал неприлично громко. Прямо в этот божественный рот. Похоже, он был готов на всё. Вообще всё. - Л-лань Чжань, я сейчас… я скоро… - язык его перестал слушаться. - Да, - низко выдохнул ему прямо на ухо Ванцзи, и один его палец скользнул дальше и добрался до входа, мягко оглаживая его снаружи. Нет, это было уже слишком! Это было невыносимо! Палец Лань Чжаня слегка надавил и проник в него на несколько жалких миллиметров, но Вэй Усяня чуть не разорвало от нового потока Ян по оголённым нервам. Он захлебнулся собственным вздохом, а потом захлебнулся ещё и Ванцзи, потому что Усянь подался назад, насаживаясь на этот палец. Обмен энергиями был такой силы, что мышцы задрожали у обоих. Без смазки было немного дискомфортно, но Вэй Усяню было плевать. Он продолжал двигать рукой всё быстрее, стараясь насадиться ниже. Он хотел ещё. А потом внутри, наконец, всё нагрелось и раскалилось добела. Усянь с трудом оторвался от совершенно покрасневших губ и честно простонал: - Кончаю, Лань-гэгэ. Он поймал безумный янтарный взгляд, и его сорвало. Он кончал мучительно сильно, тугими толчками. Держащая оба члена рука дрожала, продолжая двигаться, и он сжимался вокруг так и не покинувшего его тела пальца. Второй нефрит коротко выдохнул, обнажая нижний ряд зубов, и его глаза наполнились беспомощностью. Вэй Усянь ловил каждую секунду этого зрелища: второй молодой господин Лань кончал в его руках, и прекраснее этого он не видел ничего в своей жизни. Усянь без стеснения опёрся выпачканной рукой о грудь ланьца и очень мягко поцеловал его, проглатывая тихий стон. Силы обоих полностью иссякли. *** Вэй Усянь просыпался медленно и лениво. В блаженстве. Его ноги слегка затекли, потому что одна была согнута, а вторая свисала на пол с сиденья, но в остальном это было лучшее утро за последние много-много дней. Под его щекой мерно вздымалась широкая тёплая грудь. Усянь зажмурился, не открывая глаз. О боги, они опять!.. Он сошёл с ума! Точно. Он совершенно точно сошёл с ума! И второй молодой господин Лань сошёл с ума! Тоже. Напрочь. Вэй Ин просто лежал и слушал дыхание под собой, не желая шевелиться. Во-первых, ему и так было хорошо, а во-вторых, он был уверен, что ланец, как только проснётся, вновь превратится в чёрствого зануду. Ему нравился ланец-зануда. Но тот ланец, что был здесь несколько часов назад, когда они устроили в машине чёрт-те что, ему нравился тоже. Больше. Наверное. Усянь немного насупился, лениво приоткрывая глаза. Солнце проникло в салон, который уже начал медленно нагреваться. В воздухе перед ним витала мелкая пыль, отражаясь в луче света, падающего на спинку переднего кресла. На самом деле ведь ничего не изменилось. Вэй Усянь по-прежнему оставался собой. Он не любил мужчин и не думал о них в неподобающем контексте. Ничего не поменялось. Вот только… Он вновь зажмурился, вспоминая свои чувства и мысли вчера. Сейчас он был спокоен и мысли его ровны, но вчера… Он всё прекрасно помнил и не собирался обманывать себя: вчера он хотел заняться с Ванцзи сексом. Хотел. По-настоящему хотел. И он не был уверен, что сейчас не хочет. Ему сейчас просто не надо, потому что он полностью удовлетворён во всех смыслах, но… Вэй Усянь осторожно поднял голову, глядя на безмятежно спящего ланьца под собой. Лицо второго нефрита было совершенно умиротворённым, а руки нежно приобнимали его спину так, будто… Будто для него такое было нормально. В порядке вещей. Вот так спать в обнимку с мужчиной, с которым вчера… Вэй Усянь тихо зашипел и мягко уронил лоб на грудь под собой. Он проследил свои ощущения, которые прокатились вниз по позвоночнику к его пятой точке. Чёрт возьми, этот Лань Ванцзи вчера… Да, пускай, это был всего один палец, но дело же не в количестве? А в самом факте… «Мать твою, Лань Чжань, что ты себе позволяешь? Что ты мне позволяешь?» - подумал он, коротко облизываясь. Он приоткрыл губы, втягивая воздух. «Что я себе позволяю?» Дыхание под ним было спокойным и размеренным. Точно спит. Стопроцентно. «А Вэнь Цин, чёрт её дери, всё же была права…» И Вэй медленно, очень осторожно поцеловал бархатную кожу под собой. Она пахла сандалом и теми самыми волнующими нотками второго молодого господина Лань. И Вэй Усянь знал, что это неправильно, что так нельзя. Он понимал, что им надо быстрее заканчивать работать вместе, иначе всё это между ними может зайти слишком далеко. Непозволительно далеко. Оно уже зашло непозволительно далеко! И он понимал, что он себя не контролирует. Совсем. И что три поцелуя со вторым молодым господином Лань невольно делают его зависимым. Он, чёрт возьми, привыкает! Он привыкает, что если совсем плохо, можно просто взять и поцеловать ланьца. Он привыкает к его губам, к его телу, и ему уже начинает казаться, что тот помогает ему не только потому, что этого требуют обстоятельства. Но это же не так! Второму нефриту клана Лань не нравятся мужчины. Не. Нравятся. А даже если бы и нравились, то точно не кто-то типа Вэй Усяня. Усянь осторожно поднял взгляд. Ланец продолжал спать, совершенно не чувствуя, как на его тело снова покушаются. «И пусть», - Вэй Ин задумчиво провёл языком по своей нижней губе. Он вдруг подумал, что после вчерашнего Ванцзи, наверное, и на метр теперь его не подпустит. Они вчера - точнее, ночью - смогли разделить между собой невероятно большое количество Инь, впитанную Вэй Усянем из флейты Старейшины Илин. Разделить и погасить. Усянь очень смутно помнил, как они чем-то там вытерлись, стирая с тел следы своего безумства, и рухнули на сиденье и уснули, да ещё и вот так вместе, но ясно было, что для ланьца это тоже не прошло бесследно: всегда имевший чуткий сон, сегодня он спал без задних ног. Вэй Ин усмехнулся про себя. Ну как же так, а? Он ведь не был геем. Не был. Совершенно точно. Но только вот к Лань Ванцзи это не относилось. Ну просто он не воспринимался ни как противоположный пол, ни как свой пол тоже. Он был просто… вот таким… особенным. Вторым молодым господином Лань. Вэй Ин опустил глаза и посмотрел на мерно раздвигающиеся на вдохе рёбра. На самом деле… если прям вот очень честно: всё было бы гораздо проще, если бы ланьцу всё-таки нравились мужчины… Ванцзи где-то там наверху шумно втянул воздух: - Вэй Ин? Усянь закусил губу и поднял лицо вверх. Он не мог не улыбнуться, хотя понимал, что ничего забавного в их положении сейчас нет. Ланец смотрел на него. Боги, какой же он всё-таки красивый! Волосы Ванцзи слегка разметались, его взгляд был всё ещё немного сонным, с поволокой. Потрясающе! Усянь не смог себе позволить разглядывать его слишком долго, чтобы не нагонять неловкость, поэтому он осторожно поднялся, усаживаясь на сиденье. Он спрятал взгляд, а голос его невольно дрогнул: - Может, простишь меня ещё разок? За вчерашнее. – Он запустил руку в волосы, растрёпывая их. - Я понимаю, ну, всё понимаю. Я постараюсь больше не… Второй молодой господин Лань поднялся тоже: - Тебе не надо за это извиняться. - Но тебе приходится действовать наперекор себе… - попытался Вэй Усянь. - У меня всегда есть выбор: помогать тебе или нет, - Ванцзи посмотрел на него прямо. «И он всегда выбирает помощь. Несмотря ни на что». Вэй Усянь понимающе кивнул. Идеальный мужчина идеален во всём. Его чувству долга можно ставить памятник уже при жизни. Вэй внезапно застеснялся своего голого торса и оглянулся в поисках одежды. Их водолазки пришли в негодность по очевидной и ещё больше смущающей причине, поэтому… Ванцзи словно уловил его мысли. Он перегнулся через переднее сидение, на котором всё ещё бесхозно валялась флейта Старейшины Илин, как какая-то обычная палка, и дотянулся до дверцы бардачка. Там лежало несколько мешочков цянькунь, в которых нашлась новая и почти не мятая одежда. Они наскоро накинули рубашки, и второй молодой господин Лань связался со своим братом, благо, связь здесь была отменной, хотя они, казалось бы, стояли в чистом поле. Пока Лань Чжань разговаривал, Усянь вышел из машины и открыл переднюю дверь. Взгляд его устремился на чёрную дицзы. Красивая. Правда, красивая. Она выглядела, как настоящий древний артефакт, хотя… Она и правда им являлась. Просто она сейчас была совершенно пуста. И с технической, и с энергетической стороны сейчас она была простой флейтой. Просто музыкальным инструментом. Вэй Ин на всякий случай вытянул руку вперёд, стараясь уловить в ней какую-то опасность. Нет. Просто бамбуковая палка. Он подумал секунду, а потом осторожно взял её в руки и рассмотрел поближе. Чёрт возьми, она была просто потрясающей! Она была длиннее и немного тоньше его дешёвой флейты с Али-экспресса. И конечно, качество исполнения не шло ни в какое сравнение: его флейта была просто клоунской дудкой на фоне этого шедевра. Её даже из рук выпускать не хотелось! Усянь чуть ли не облизал её всю от начала до конца, а потом отставил руку чуть в сторону и легко покрутил между пальцами. Красная кисть игриво взлетала в воздух при каждом вращении. И каждая неровность дицзы была словно создана для его пальцев! Он вдруг почувствовал неладное и напоролся на странный взгляд Ванцзи. Оказывается, тот смотрел на него, не отрываясь. - Ой, - он улыбнулся и кивнул на флейту. – Крутая, да? Вот бы можно было её себе оставить. Ванцзи настолько странно смотрел, как он крутит дицзы, что Усянь её чуть не выронил. - Если хочешь, - сказал ланец тихо, сглатывая, - оставь. Я… никому не скажу. И Вэй Усяню на секунду показалось, что уголки губ второго молодого господина Лань чуть приподнялись вверх.