Отдохнуть не дали

Флэшбек.

Слендермен со своими прокси отправились на охоту. Жертвами была компания пьяных мужиков и шлюха. Вначале решили брать лагерь, в котором остался один парень и девушка. — О да, стони громче, сука! Давай сожми меня! Сильнее!!! — орал мужчина усиливая толчки. С довольным стоном человек излился в развратницу. Около единственного источника света — костра, два потных, отвратительных тела любили друг друга. Вскоре мужчина остался у костра, а женщина удалилась в одну из палаток. Человек сел рядом с костром и уставился на пламя. Сейчас кто-то из помощников Слендермена подойдёт к нему сзади и убьёт его. А, вот и он! Джефф медленно подходит к жертве сзади и уже видит перед собой распластанное тело с ножом, воткнутым в затылок. Но тут из темноты показались руки. Эти маленькие нежные ручки с необычайной грацией и с быстротой поднесли нож к горлу ничего не подозревающего кобеля и перерезали его, после чего быстро исчезли в темноте. Джефф попытался достать ножом незадачливого убийцу, но задел лишь пустоту. А труп мужчины лишь наклонил голову, оставляя ощущение, что человек просто заснул сидя. Тем временем из палатки вышла женщина. Она лишь наскоро накинула на себя плед. Не успела она подойти к мужчине, как в чаще хрустнула ветка. — Эй, кто там? В ответ лишь тишина. Женщина посчитала, что это её клиенты решили внести разнообразие в ситуацию и решили оттрахать её, и последовать на звук. Послышался звук удаляющихся шагов и шлюшка последовала за ними. Убийца уводил её подальше от места недавней смерти. Она оказалась абсолютно одна. Без света и без защиты. Она даже не успела понять, что умерла. Одна рука мягким, танцевальным движением подхватила руку жертвы, приподнимая её, как на танце, а второй нежно воткнула беззащитную плоть свой нож. Убийства были полны грации, достоинства и эстетики. Хотя и были уж очень простыми. На свет у костра вышла фигура. Эти лоснящиеся чёрные длинные волосы словно поглощали тот свет, который исходил из пламени и эти ручки… Убийцей была девушка, а точнее девочка. Маленькая девочка, которой полагалось сейчас спать в мягкой постели под маминым тёплым и якобы всесильным крылом. Ну или, на крайний случай, играть в куклы, носить мамины туфли на высоких каблуках, намазав маленькие губки самой яркой помадой из маминой сумочки и воображать себя безумно взрослой дамой. Девочка залезла в палатку, покопошилась там, и вышла оттуда таща пакет с чем-то, одновременно поедая сдобную булочку, явно наслаждаясь проделанной работой. Осталось лишь побыстрее убраться отсюда, пока якобы хозяин этого леса сюда не припёрся со своей бандой головорезов. Хлебом не корми — да дай на кишки, развешенные по деревьям и кустам посмотреть. Ой, так он уже тут? Вот незадача! Кет решила свалить. Причём по быстрому и не привлекая лишнего внимания. Ну, как сказать, не привлекая: если на ней сейчас всё внимание — это значит, что идти медленно, никого не замечая, но и убить себя не дать при этом — идеальный план. Ну-ну, конечно, "ей дадут просто так уйти!" На неё, с каким-то неописуемым криком, накинулся Джефф. Не сказать, что Кет была в ахуе от такого необдуманного действия — это не сказать ничего. Ну, как говорится: сила есть — ума не надо. Девочка увернулась и продолжила свой путь. Типа, аля: «я тупая — ничего не слышу, ничего не вижу.» Но Джефф решил так просто не сдаваться, и повторил свою попытку со своей удвоенной и безумной яростью. От этого удара девчушка, как ни крути, исходя из своего возраста и роста, увернуться просто не в состоянии. Поэтому пришлось парировать, что Кет незамедлительно сделала. За этим ударом пошёл ещё один. И ещё один. И ещё. Девочке было просто некогда заниматься всякой фигнёй, поэтому она отбросила нож противника и пошла дальше. То ли решили отомстить попозже, то ли… Ну, впрочем — сейчас это не так уж и важно. Кет сыта, и теперь её живот не будет урчать от голода, прося хотя бы о крошке хлеба. — Воу, посмотрите, уто тут у нас! Кет, давненько ты не появлялась. Проблемы с учёбой? — начал Эдвард. В ответ сухой кивок и полная сосредоточенность на деле. Знал бы певец, какую "учёбу" преподают ей родители — даже рваные раны остаются от "усердия". Особенно нехило достаётся от любимого папочки. Бляшкой на ремне и прямо по лицу. Да ещё и Залго со своим проклятьем! Так, сейчас главное — песня. — «Песня о проституции у зомби» —, начал Эдвард, — …Я не знаю, какой такой мастер её сочинил, и уж тем более под чем он был всё это время, но тебе доверили главную тему — ты играешь на саксофоне, и эта главная тема довольно хороша. Да, кстати: твоя нежная, детская психика не испортится от этого? Кет мотнула головой и начала разучивать свою тему. (Итак, врубаем https://youtu.be/sm74weOv04g) Через час начался концерт. Зрители уселись за стойки и столы. Первые места всегда были пропитаны кровью и похотью, но никого это не волновало. Музыкантов интересовали лишь деньги, которые они выкачивали из хозяев своей игрой и пением. Нытики и сопли тут долго не задерживались. Кет даже научилась уворачиваться от кресел, летящих в её сторону во время игры. Эдвард пел хорошо, и он с Кет старались внести в эту пьяную и пошлую атмосферу чуточку улыбки своей песней. Песней про проституцию. В самом конце виолончелист Джонатан должен был вести тему и дать передохнуть саксофонистке и певцу второй раз, а за первым только певцу… Но, как оказалось — он её не выучил. Воцарилась неловкая пауза. Тогда Кет локтём подтолкнула певца, показала, что она готова вести тему, и припев повторился. Хорошо, что барабанщик выручил. Он закончил это произведение так легко, что даже странно. Кет пошла по дороге домой, а там её снова ждут побои. И боль.