Отдохнуть не дали

      Кет прямо сейчас спала рядом с Чарой. Сейчас Кетти напоминала больше призрака жёлтого цвета. Чара развалилась на зелёном диване в полный рост и мирно посапывала, путешествия по «живому» миру давались хорошо, но всё равно отнимали силы. Так как нужно взвесить все «за» и «против», Кет дала ей время "подумать". Ну, как сказать, «подумать». — ЛоЛ, если ты действительно готова пойти на это, то хорошенько подумай! Сделки с демонами — штука, с которой не стоит шутить. Про Ад то я молчу, ты всё равно в него попадёшь, не правда ли? С чего это всё началось? Она вызвала всеми «презираемое и никчёмное» существо, как говорит Санс. Хотя что он смыслит в «ничтожестве»? «Кет — это сгусток садизма, плавно перетекающий в мазохизм, и всё это не хило разбавлено крепким бодрящим кофе. Очень жаль, что мы потеряли её. Хоть бы, сука, сказала решение заклинания Билла, а то взяла и съебалась, и всё на этом! Эгоистка. Ты, это, меня не слушай, эт я любя. Просто действительно обидно, ушла и не попрощалась!» Именно это сказала ей Вонна Дай. (Wanna die — «хочу умереть» (англ.); I'm wanna die, wanna die!) А началось всё с того, что Чаре захотелось с кем-то поговорить и попросить этого «кого-то» выполнить одно поручение.

Кет.

Это единственное, что пришло тогда ей в голову. Но Санс… Он её ненавидит. Но вся ирония была в том, что Кет плевала на него с высокой башни. Для неё абсолютно ничего не значили слова скелета-учёного, а слова пятилетнего ребёнка: «Тёть, а почему вы светитесь?», заинтересовали, будто это было что-то реально важное.

***

Чара толкнула Кет в бок. Раздалось недовольное бурчание: — Ну что, уже подумала. — Да, я согласна, но какова плата? — Гхм, — Кет ехидно растянулась и обвила девушку, заглядывая ей в глаза. В призрачной форме она могла изгибаться как угодно и становиться всем, чем угодно, — Знаешь, я бы взяла с тебя душу… Чару передёрнуло. Душа. Не может быть. Они ведь давние друзья. — Но знаешь, крошка, я возьму с тебя чуть меньше. — Кет улыбнулась, — Но за это тоже придётся поработать, услуга за услугу, знаешь ли. Ну и кое-что в придачу. Детка, надеюсь, ты умеешь резать вены. — Кет отстала от Чары и спокойно расположился на спинке зелёного дивана. — Это как? — Ох, господи… Я — величайшая малютка Кетти, обучаю деток-подростков изрядно облегчать себе свою никчёмную жизнь. Ладно, потом. — «Малютка Кетти»? Это кто тебе дал такое милое прозвище? — Неважно, но учти — его уже давно нет в живых. — Оу, — Чара замялась, — А можно тебя так называть? — Знаешь, киска, у тебя ещё нос не дорос, чтобы называть меня так. — А кто тебя так может называть? — Ты большую часть не знаешь всё равно. — А если всё же меньшую. — Билл меня так называл… Всё, не раздражай. Ты ведь не хочешь оказаться на том свете раньше времени, верно? Чара помотала головой, воцарилось молчание. — А что за поручение? — Пока это неважно. Но не волнуйся, убивать никого не придётся. — улыбка расплылась в жуткий оскал. С таким оскалом людоед смотрит на людей и прикидывает, что будет лучше: сырое мясо или слегка поджаренное? — Ладно, хорошо, я тебе доверяю. — Ну, что ж, значит сделка. И Чара погрузила руку в голубоватое свечение.