Прости меня моя любовь

Дазай стоит в кабинете Мори и нетерпеливо топает ногой, как бы намекая боссу, что торопится, однако, Огай лишь выжидающе буравит взглядом Осаму. - Вы что-то хотели? - Эспер хмурится, а Мори, будто получив разрешение к действию, скалится. - Да, а у тебя планы?- Нотка усмешки, и прямой взгляд прямо на собеседника, но Дазаю не впервой. Шумно выдохнув через нос, Осаму кивает. - Вообще - да, поэтому, можно побыстрее? - Возможно,- Хмыкнув, Мори скрещивает пальцы на поверхности стола, а Дазаю все его движения кажутся до безобразия медленными,- Я знаю, что вы с Чуей отличные напарники, и мне интересно, есть ли между вами что-то помимо работы? Растерянный, от такого прямого вопроса, Осаму с минуту смотрел на Огая. Нервно хохотнув, Дазай отводит взгляд, а затем раздраженно отвечает. - Вы хотите сказать, что вы только ради этого ставите под сомнения мои дела на вечер? - Осаму, наверное, ожидал реакции, или хотя бы намёк на шутку в словах главы мафии, но Мори серьёзен, а еще он молчит,- Да, мне кажется мы стали хорошими друзьями, если вам так интересно. Я могу идти? - Показав рукой на дверь за своей спиной, Дазай уже наполовину развернулся, как Мори резко осек его. - Стой.- Металлика в голосе, заставила брюнета изумленно вскинуть бровь,- Дазай, если ты рассчитываешь утаивать от меня что-то, то это глупо, не считаешь? Огай натягивает улыбку, а Осаму же, наоборот, хмурится. В кабинете душно, и очень темно, освещение явно не дотягивает до нормы, и Дазаю слишком некомфортно стоять здесь, под внимательным взглядом. Бывший врач не дожидается ответа, и тяжело вздыхает. - Ладно, мне тут сказали, что вы слишком часто проводите время вместе, и пару раз вас видели за пределами мафии в...довольно странной обстановке,- Видно было, что Мори с трудом подбирает слова, хоть и выглядит безмятежным, но, хотя бы по задумчивому взгляду в стол, можно было понять, что этот диалог был импровизированным, а Осаму твердо смотрит на своего Босса, хотя так и хочется отвести взгляд, будто его в чем-то, и правда, уличили,- Я же буду прав, если скажу, что твои планы сегодня совместны с Чуей? Парень всё же поднимает взгляд в потолок, скрещивая руки на груди. - Да, вы правы. Только...проблемы я в этом не вижу. - Если ваши отношения станут слишком близкими это будет огромная проблема. Привязанность это...отвратительно,- На лице главы Мафии практически омерзение, но оно настолько напыщенное, что эспер не верит ни единому слову, и не хочет верить,-...а ты знаешь, что работа в мафии настолько опасна и непредсказуема, что вы можете попасть под удар, и я не хочу, в таком случае, лишиться двоих. И вообще, отношения на работе ужасная вещь. Мне, как боссу, надо присечь это. - С чего вы...- Дазай раздраженно выпаливает, но резко осекается,- Хорошо, я вас понял. Но Огай видит, насколько Осаму плевать на его слова, и Мори, почти с отеческой болью ощущает, что эта ситуация приведет не к самому счастливому концу. - Отлично, иди, и, пожалуйста, не пренебрегай моими словами, иначе мне придётся насильно вас огорождать. Эспер торопливо кивает и сбивчивым шагом направляется прочь из кабинета, который успел достаточно натянуть его нервы. Шум хлопнувшей двери раскатом грома разносится по коридору и Осаму тяжело выдыхает. "Когда они успели накосячить?" Мысль о том, что его ждёт Накахара, заставила Дазая откинуть размышления на задний план и со всех ног побежать на место встречи. *** Осаму не подавал виду, что что-то не так. Как он может сказать это Чуе, который как кот жмётся к нему, и, разве что, не мурлычет? Дазай только обрёл человека, который смог полюбить его, ну как парень может отказаться от возможности просто сидеть рядом с ним и ласково перебирать рыжие волосы? Он не смог. И осуждал себя за это. И ненавидел, что когда-то оказался в мафии, где чувства остаются за её порогом. А Накахара лежал рядом с Дазаем, и брюнет лишь сейчас дал себе право поразмышлять об этом, пока Чуя беспокойно хмурится во сне, и не понимает, почему ощущение обреченности сжимает сердце. *** - Осаму, это недопустимо, когда ты это поймёшь?! - Мори стоял в паре метров от Дазая, который, кажется, впервые, чувствовал себя нашкодившим ребенком,- Я предупреждал тебя? Я просил тебя, Дазай! Всё тот же кабинет, правда свет с улицы спокойно проникал в помещение, и мог бы создавать впечатление уюта, если бы не звенящий яростью голос хозяина этого кабинета. - Я знаю, и я не могу.- В этот вечер Осаму позволил себе быть искренним,- Я не могу отпустить свои чувства! - Какой ты ребенок! - выкрикнув в последний раз, Мори печально опустил взгляд и приземлился в кресло, закрывая глаза ладонью,- Как же я допустил это? Эспер же всё стоял, не имея силы посмотреть на своего Босса. Да, Дазай не смог. Не смог и не хотел, даже не пытался, если уж говорить об этом. Всё так же дарил свою любовь, всё так же прятался от Мори, и по вечерам обнимал Чую. А Накахара отвечал, и даже не громкими словами, а податливыми движениями и взглядами, единственным, что согревало Осаму , и вспомнив это сейчас, парню стало даже не стыдно, он готов был пожертвовать всем, ради, хотя бы кратковременного счастья с рыжеволосым. - Стоит ли мне угрожать тебе, что если ещё раз я узнаю, что вы были вместе не по работе, я вышвырну вас обоих? - Мори, сжал губы, а Дазай измученно выдохнул. -Я... нет, куда Чуя пойдет это же..- Наконец подняв глаза, Осаму свел брови на переносице и парень сам не заметил, как его руки начали мелко подрагивать,- Думаю...-В очередной раз запнувшись, Дазай сделал глубокий вдох набравшись сил и окончательно осознал, то что он сейчас сделает повернет его жизнь до невозможности, но эта перспектива прельщала больше, чем пытаться всю жизнь делать вид, что Чуя не всё, что заполняет его мысли. Возможно Осаму максималист, возможно глупый ребёнок, и ещё множество "возможно", на которые эспер закрывает глаза, срывая с уст,- Я уйду из мафии. - Что? - Растерянно поднятые брови и Мори хмурится, когда осознание доходит до него,- Куда ты пойдешь, идиот? - Не волнуйтесь. Я найду куда. Но я не могу ставить под удар Чую,- Дазай кивает сам себе и абсолютно не сомневается в своем выборе, чувствуя, что делает всё правильно, так было нужно. Для всех. - Нет, Осаму, ты не уйдешь. А эспер разворачивается, и уходит, торопливо перебирает ногами, стуча каблуками ботинок, и даже не обращает внимание на то, что Мори бросается за ним. Огая даже не смущает, что они уже вышли в коридор - Осаму! Осаму, стой, сейчас же! - Схватив мальчишку за локоть, врач повернул его к себе лицом, которое было абсолютно безэмоционально и привычно отрешённо. - Босс..Я всё уже решил.- С силой дернув рукой, Дазай пару секунд смотрел в лицо Огая, а затем продолжил свой шаг, уверенный, что глава не пойдёт за ним, их и так заметило пару человек, а авторитет для Мори важнее, чем осмелевший подчиненный, пусть и важный. *** - Дазай! - Сбитое дыхание заставило имя, вылетевшее из уст прозвучать хрипло и надрывно, но рыжего эспера это не смущало,- Куда ты?! Осаму останавливается и проклинает все высшие силы за то, что ему придется выдержать самое сложное испытание. Нацепив на себя маску равнодушия, Дазай поворачивается к Накахаре, который, как раз, сокращает расстояние между ними до комфортного. - Ухожу. Чуя недоверчиво хмурится, и, наконец, останавливается в метре от Осаму. - Я знаю. Мне уже сказали,- Накахара своими пронзительными глазами смотрит на Дазая,- Что за чёрт, куда ты собрался? Раздраженный вздох и Осаму окончательно разворачивается к Чуе. - Я собрался уйти из мафии,- Дазай сказал это резко, а Накахара, толи от новости, в которую верить не хотел, толи от отчуждённости человека, такого родного и привычного, растерянно раскрыл рот. - Что ты несёшь? - Рыжеволосый делает шаг вперёд, и нерешительно продолжает - Ты же не оставишь организацию?...- После этих слов в горле встал ком и Чуе потребовалось приложить немалые усилия, чтобы выпалить,- Ты же не оставишь меня? Тяжелая тишина между ними которая, хоть и длилась всего лишь пару секунд, заставила Накахару осознать тот факт, что это никакая не шутка. Что Осаму уходит не на пару дней, и даже не недель. - Оставлю. И организацию оставлю. И тебя оставлю,- Видеть то, как сложно Чуе сохранять самообладание, пошатывало уверенность Дазая в своём выборе. Хотелось сказать, что это шутка, что никуда он не уйдет, и вообще, с первым Апреля, рыжий, ты поверил что ли? Осаму и сам не верит, но спасительный мост обратно был уже сожжён, и тихо тлели его останки, как и доверие Накахары, как и его надежды. - И ты так легко это сделаешь? - Растерянность Чуи сменилось осенней хмуростью на лице и Дазай знал, такое лицо эспер держит перед врагами, незнакомцами или ещё кучи определений, под которые Осаму не хотел подходить, надеялся никогда не видеть этот взгляд, отрешённый и полный чего-то чёрного. - А...что мне мешает?- Дазай почти потерял свою маску, почти показал свою тоску, но сдержался, сдержался и не чувствовал ничего кроме стремительного опустошения внутри. Однако, снаружи были губы искривившиеся в усмешке и приподнятая бровь. Прямая спина, и руки скрещенные на груди, во всём виде Накахары было видно, его это не сломало, не задело, просто...будто раздражает, но он не отвечает, просто смотрит, и глаза всё такие же светло-пронзительные, потому что не знает что сказать. Они никогда не говорили друг другу о чувствах. Никогда они не клялись в верности. Казалось, было достаточно быть рядом и всё это было той самой гарантией спокойствия и неодинокой стабильности. Однако, нет, и Накахара злился, что когда-то не задавал этих наивных вопросов типа "А ты меня любишь?". - Если ты думаешь, будто я останусь здесь только из-за тебя, то придётся тебя разочаровать,- Беззаботно пожав плечами, Осаму надеялся, что Чуя увидит своими, такими, чёрт, пронзительными глазами, что Дазай врёт, что это неправда, и продолжил,- Слизень, я не давал обет, и то, что ты помог мне тем, что находился всё время под боком, не значит, что я теперь буду всегда с тобой,- Дазай устал, устал чувствовать на себе отвращение во взгляде Чуи, которое нарастало как цунами, и серьёзно добавил,- И, как видишь, сейчас я ухожу. Надеюсь, Чуя, ты не надеялся на какие-то чувства? Пока Накахара не ответил, пока Дазай не упадёт прямо там от боли, которую ему самому приносили эти слова, Осаму развернулся и сделал шаг. - Дазай...- Голос Чуи дрогнул на последних звуках, а в них звенело отчаянье, и брюнет почувствовал, буквально почувствовал, что Накахара протянул к нему руку, будто взывая к помощи, но затем, сжав в кулак, вновь одернул. И Осаму не обернулся. Всё внутри молило его, хотя бы посмотреть на рыжего в последний раз, но если бы Дазай повернулся, если бы позволил себе, то не смог бы уйти. Поэтому сейчас он, чувствуя как щиплет в уголках глаз, делает сначала ещё один медленный шаг, и ещё, и ощущение что Осаму своими шагами разрывает то незримое, что держало их дуэт вместе, отяжеляло ступни, однако каждый последующий шаг был всё быстрее. Накахара же стоял. Стоял и смотрел вслед. Стоило Дазаю уйти на десяток метров, Чуя нервно засмеялся, растирая кисть руки, которую так импульсивно протянул и развернулся обратно, откуда прибежал. - Да-да, я так и знал. Я не верил тебе, подонок...- Накахара не знал, врёт он себе, или нет. Но было ясно - эспер не надеялся на вечные чувства, он понимал, что это ненадолго, наверное, даже больше Осаму понимал. *** Дазай искренне верил, что Чуя сильный. Нет, он знал это. Накахара не давал в себе сомневаться. Оставшись без большей части своей силы и поддержки в виде Дазая, рыжеволосый эспер стал влиятельнее, умнее и, несмотря на все неудачи, несмотря на всех, кто не верил в него и пытался над ним смеяться, стал одним из самых важных членов мафии, и это было уж точно не засчет способности. Дазай тоже не стал прохлаждаться. Работа в агенстве, пусть и не особо ему подходящая по натуре, помогла найти своё место в жизни и уверенность в завтрашнем дне. Который Осаму, если честно, так не хотел встречать в одиночестве. Пожалуй, именно этот «завтрашний день» ему к черту был не нужен. Да, Чуя больше не чувствовал ничего к Дазаю. Осаму и правда справился со своей миссией в последний день перед уходом, он заставил Накахару ненавидеть его, и был рад этому...Хотя нет, не был он рад! Одна часть его существа говорила «Ты дал ему спокойную жизнь и возможность реализоваться без мыслей о тебе», а вторая восклицала «Однако, ты-то мучаешься. Все равно ночами лежишь в одиночестве и представляешь его рядом!» И Дазай затыкает обе. И Дазай гипнотизирует взглядом Чую, стоит только им пересечься, не может отвести взгляд. Накахара вроде изменился, но Осаму видит того же мальчишку, и снова вспоминает ласковые прикосновения, и скользит взглядом по ярким прядям волос, и останавливает его на пальцах в чёрных перчатках, так яростно сжимающихся, когда Чуя в гневе. И Дазай чувствует насколько ненавидит себя. И Накахара его тоже ненавидит, и ни за что не простит. Даже не думает об этом. «Пусть только эта скумбрия заикнётся об этом, я затолкаю ему язык в глотку!» Осаму несчастлив, но, видимо так было нужно, чтобы дать Чуе возможность не оглядываться на прошлое. Он был рад, что это получилось.