Гость

      Питер смеётся, Тони держится за сердце, Ванда крестится. Пожалуй, мужчина бы тоже с удовольствием посмеялся, если бы только что не заработал седину, дёргающийся глаз и предынфарктное состояние. Потому что прикол, выбранный паучком — «внезапная потеря памяти» — одновременно стар как мир и остр как чёртово лезвие бритвы: ещё секунда и мужчина бы отправился на тот свет от ужаса, более того — когда-то давно Старк сам научил своего протеже подобной штуке, которую он обожал проворачивать с излишне настойчивыми дамами.       -Вижу, всё прошло достаточно неплохо, — отдышавшись, констатирует ведьма и касается виска своего пациента в поисках проблем, — Не наблюдаю особых сдвигов, кроме начала нужного нам слияния. Парень будет нормально жить.       -Спасибо, — только и может выдохнуть Тони, у которого ужас всё же немного отступил, — Думаю, тебе стоит отправиться домой. Помощь неоценима и…       -Не начинай, — отмахивается девушка, — Это всё ради Питера, а не ради тебя. В конце концов, именно он избавил меня от страшного ожидания непонятно чего, дав возможность наслаждаться жизнью в полной мере. Питер… — лёгкий кивок, — Старк, дашь джет?       -Пятница!       -Уже готово, сэр, — раздаётся откуда-то сбоку, — Средство передвижения для мисс Максимофф ждёт её на крыше, в базу можно добавить вручную любой адрес, стелс-режим включится автоматически при приближении к густонаселённым районам.       -Не представляю, как ты будешь объяснять это Вижну.       -Я ничего не собираюсь объяснять, — отмахивает Ванда, поднимаясь на ноги, — Он достаточно взрослый мальчик, чтобы понимать необходимость наличия личного пространства в отношениях. К тому же… — она замялась, — Судя по всему, чувства немного угасли и…       -Что-то случилось на программном уровне?       -Не знаю. Он вроде бы не изменился, но при этом… при этом почему-то стал другим, причём я даже не могу это нормально сформулировать… он вечно занят какими-то своими делами и чаще всего вообще не замечает моего отсутствия и…       -Мисс Максимофф, джет находится в полной готовности, — прервала попытку выговориться не отличающаяся особой тактичностью к гостям Пятница, — В ближайшее время будет разработан примерный маршрут и подобран свободный воздушный туннель.       -Лети, пока правительство не спохватилось и не объявило на тебя охоту, — хлопает её по плечу Старк и, когда девушка вздрагивает, уже теплее добавляет, — Всё наладится, вот увидишь. Не всем же суждено найти идеального человека, некоторым приходится как следует постараться. Ты сможешь разобраться, я уверен.       -Хоть бы… ***       Ванда исчезает также тихо, как и появилась: где-то на самом краю слуха Питер улавливает тихий шорох, указывающий на то, что они с любовником снова остались одни. Тони, задумчиво смотрящий вслед движению джета, не замечает чужого беспокойства и, наверно, это даже правильно — ни к чему мужчине знать, какие мысли порой кружат в юной голове.       -Вы успели поужинать? — наконец, отрывается от созерцания дали Старк и, обернувшись, командует, — Пятница, закажи что-нибудь острое, жутко хочется умеренно отравиться. Пит, у тебя не возникло желания употребить необычное блюдо?       Питер вздрагивает: в голосе любовника впервые с момента начала отношений проскальзывает холод и это видится началом конца. Парень трясёт головой: думать о подобном, бесконечно накручивая себя, совершенно не нужно, тем более — когда желанный человек настолько близко и его даже можно коснуться, не боясь получить отказ. Так что он встаёт и, подойдя вплотную, протягивает руку.       -Не сейчас, — мягко ускользает мужчина, устремляясь в сторону кухни, — Хочу есть, просто безумно хочу есть! Пятница, когда будет еда?       -В течении двадцати минут, сэр. Мне повысить приоритет заказа?       -Да, пусть привезут как можно скорее, в желудке словно поселился плотоядный монстр, который вот-вот дожуёт кишки и набросится на печень.       -Вряд ли ему понравится Ваша печень, Мистер Старк, — зачем-то ещё сильнее злит Тони ИИ, — Я бы посоветовала начать с почек, они — одна из самых здоровых частей Вашего организма.       -Предательница… — бурчит мужчина, устраиваясь на высоком стуле, — Что там по акциям? Надеюсь, последние события на Ближнем Востоке не сумели повлиять достаточно негативно, чтобы… О, вижу, спасибо! — Пятница скидывает результаты своих исследований прямо на лежащий на столе планшет и, подхватив его, Старк устремляется к лестнице в мастерскую.       -Тони… — тихо зовёт его парень, но реакции не следует, — Тони. Тони! — от столь резкого выкрика испуганно вздрагивает даже сам Питер, но мужчина не останавливается, не замедляет шаг, — Тони, что происходит? Эй, Тони!       -Пятница, отключи все звонки, хочу какое-то время поработать в тишине, — приказывает мужчина откуда-то с лестницы, уже скрывшись из виду, — И заблокируй Башню, что-то я сегодня устал от внешнего мира.       -Да, Мистер Старк.       -Пятница, что происходит? — решает обратиться к всегда находящемуся в одном настроении ИИ парень, — Почему Мистер Старк себя так ведёт?       -Мистер Старк устал, миссия потребовала использовать все ресурсы костюма, теперь металлической его части необходим ремонт, а человеческой — долгий сон и горячая еда.       -Но он совсем на меня не реагирует!       -К сожалению, моих знаний недостаточно для точного ответа на этот вопрос. Но обычно люди называют это «злость» и сейчас состояние Мистера Старка полностью соответствует медицинскому описанию.       -Но почему он… — Питер осекается, вспоминая свою глупую и немного злую шутку, — Оу… Пятница, сколько времени Мистер Старк обычно злится на людей?       -Насколько я знаю, обычно он просто сразу вычёркивает такие личности из своей жизни.       -Ох… как же я…       -Мне известить Вас, когда прибудет заказанный ужин?       -Нет, я… я лучше пойду и…       -К сожалению, Башня заблокирована до утра, так что никто, кроме самого Мистера Старка, не сможет её покинуть.       -Но мой уровень допуска позволяет…       -Не в том случае, когда Ваши команды противоречат командам Мистера Старка. Он не изменил введённые Вами понятия и правила, но добавил к ним несколько своих. Моя матрица полностью переписана за последний месяц по меньшей мере два десятка раз, остались лишь намётки систем распознавания и уровневого деления.       -То есть, я не могу пойти домой?       -Нет, Мистер Паркер.       -И даже через ту дверь, через которую зашёл? Ну, ты могла бы…       -Мистер Старк дал чёткие указания. Башня заблокирована целиком и полностью. В случае попытки преодолеть мои системы безопасности — не важно изнутри или снаружи — будут вызваны боевые дроны, снабжённые транквилизаторами. Пожалуй, лучшим решением было бы дождаться утра. Если, лежать обездвиженным восемь часов не входит в Ваши планы, разумеется. В этом случае я рекомендую попытаться покинуть здание через главный вход.       -Но ведь работники…       -Приказ Мистера Старка означает активацию протоколов «Отшельник» и «Выходной», которые отправляют всех сотрудников в оплачиваемый отпуск и переносят встречи на более позднее время. Вы можете найти информацию по этому вопросу в списке…       -Не важно, — отмахивается Питер, — В свою комнату-то я хоть могу попасть?       -Разумеется, Мистер Паркер. Мне показать Вам дорогу?       -Спасибо, сам управлюсь.       Уже в комнате, на скорую руку приняв душ, парень прикидывает, успеет ли увернуться от боевого дрона с его «транквилизаторами», но малодушно отклоняет эту идею. Он уже один раз попытался действовать неординарно и в итоге — довёл любовника до бешенства, единственным выходом их которого стало отчуждение. Что, если выкинутый Питером фокус сделает ещё хуже? Зарывшись в одеяло, он тяжело вздыхает: прохладная ткань совершенно не сковывает, лишь легко обволакивает, позволяя представить, будто его обнимают сильные…       Руки!       Питер подрывается на кровати, отталкивая от себя вдруг решившего посетить его комнату человека и прыжком взлетает под самый потолок.       -Что за… — ругается гость и требует, — Пятница, свет!       Лампы вспыхивают настолько ярко, что в первый момент даже приходится зажмуриться, а потом — осторожно приподнять веки, рассматривая мужчину. «Человек» резко превращается в растрёпанного и порядком пьяного Тони Старка, который где-то умудрился потерять левый ботинок и дужку очков.       -Тони? — настороженность отступает и, Питер спускается обратно, на всякий случай продолжая держаться подальше от инженера, — Почему я не слышал, как ты пришёл?       -Потому что ты спал, карапуз! — от до боли знакомого прозвища сводит скулы, сдерживать раздражение становится физически невозможно, — Что, не нравится кличка? — тут же улавливает малейшие изменения на чужом лице Тони, — А мне вот не понравилось, когда ты притворился, будто не знаешь меня! Не поверишь: вся жизнь перед глазами пронеслась, ещё никогда не был в таком ужасе! Меня в Афгане макали в воду, заставляя давиться ей вместо воздуха, пока не начинали кровавые мушки перед глазами скакать, и я тогда не боялся, а в момент, когда ты меня не узнал, чуть с ума не сошёл! Как представил, что потеряю тебя — ничего стало не нужно, все деньги мира пусть идут в задницу, лишь бы появилась возможность вернуть моего малыша!       -Тони… — опустившись рядом со сжавшимся в клубок любовником, парень обнимает его, заставляя прижаться к себе, уткнуться в плечо, — Прости, это была глупая и злая шутка. Я не хотел обидеть тебя или напугать, просто — немного пощекотать нервы.       -Тебе удалось, — выдыхает Старк куда-то в шею, — У меня давно не было панических атак и, как оказалось, от некоторых из них даже таблетки не помогают.       -Ох… Прости, — прижав к себе мужчину, Питер вынуждает его растянуться по диагонали, чтобы они могли свесить с кровати ступни, — Прости, прости, прости, прости…       -Я напился до состояния, в котором проблематично даже ровно сидеть, вырубился, не проснувшись на запах доставленной еды, и очнулся с единственной мыслью — что ты исчез и больше никогда не вернёшься. Что тебя нет, понимаешь?       -Но я здесь, — гладит окончательно разваливающегося под действием алкоголя и истерики мужчину по голове парень, — Тут, прямо у тебя в руках. И всё будет хорошо, обещаю.       -Точно?       -Точно, — смеётся Питер, — Мне действительно хорошо и уютно рядом с тобой, действительно нравится кататься на машине, ужинать в «Павлине» и смотреть на звёзды…       -Я хочу показать тебе звёзды, — щетина колет шею, парень сжимается, улыбаясь и стараясь не завизжать от этой неожиданной щекотки, — Как насчёт увидеть их прямо сейчас, Питер?       -А тебе не станет плохо?       -С чего бы это?       -Ну… ты нервничал, напился и… прочее…       -Что «прочее»?       -Ну… я тебя напугал и ты… всё равно хочешь «показать мне звёзды»?       -Оу, действительно, как я мог забыть? — шутливо хлопает Питера по щеке мужчина, — Да, ты действительно заслужил наказание: я поеду смотреть, а ты должен не отрывать взгляд от меня, ясно? А не то отшлёпаю!       -Согласен…       Через пять минут они спускаются в гараж, уже оба облачённые в джинсы и простые футболки. Питер мог бы сказать, что разочарован, но… Ох, оказывается, говоря о «звёздах», Тони и вправду имел ввиду миллионы огоньков ночного неба, а не… А не безудержный секс до ударов кровати о стену и сорванных хрипов, как сразу же нарисовала фантазия. В очередной раз погрузившись в бурные потоки своего воображения, парень едва не пропустил момент выезда из города. Сосредоточенный на дороге мужчина мазнул взглядом по домам и как-то мимолётно скользнул ладонью по узкому колену, вызывая невольную дрожь. Питер замер. Тони, даже собираясь нагнуть его где-нибудь в лесу, никогда не демонстрировал чувства на людях, предпочитая закрытые или тёмные места. «Это потому, что мы — всего лишь любовники, а не в полноценных отношениях, — убеждал себя парень, раз за разом запирая дверь на ключ, — Он — публичная личность и не имеет права дать осечку, натравив на свою компанию ораву журналистов.» Но, когда горячие пальцы, вернувшись, поползли вверх, почти достигнув паха, это «всего лишь любовники» неожиданно заиграло новыми красками, потеряв свою горечь. Плевать на «всего лишь», да и на остальное, в принципе, тоже, Питер хочет его сейчас, до дрожи в коленях и сведённых губ, до почти болезненного излома бровей и сбившегося дыхания, которое отдаётся горячими волнами где-то в рёбрах.       -Почти приехали, малыш, потерпи ещё немного, — говорит Тони и фраза повисает в воздухе единственным утешением безудержного томления страсти пока он крутит руль, сворачивая с основной трассы куда-то в кусты, — Приехали.       У Старка достаточно машин, чтобы «выгуливать» добрый десяток любовниц, но чтобы «смотреть на звёзды» мужчина всегда выбирает что-то не особо приметное (один раз категорию «не особо приметного» как-то затесался Shelby Cobra 427, сильно отремонтированный после «неудачи во время испытаний» и потому — лишённый крыши). В этот раз они в красной Ауди и Питер, с интересом проводя пальцами по обивке сиденья, думает о подаренной ему самому машине. Интересно, можно попробовать забрать её назад, если у них уже всё наладилось или придётся снова устроить скандал?       -О чём думаешь? — в припаркованной в темноте машине настолько уютно, что парень успевает слегка задремать, поэтому вопрос заставляет его вздрогнуть, — Что такое, карапуз?       -Не боишься, что нас… ну… поймают?       -Однажды нас всё равно поймают. Надеюсь, это случится не скоро.       -«Не скоро»… — хмыкает Питер, — Звучит так, словно ты собираешься на мне тайно жениться или как минимум продолжать отношения десятилетиями.       -А что, если действительно хочу?       От этого предположения перехватывает дыхание. Медленно повернув голову к любовнику, парень смотрит на его различимые в темноте черты. С того момента, как Тони погасил фары, они скрылись от посторонних глаз, выключенный свет салона маскирует лучше плотной тонировки, так что держать себя в руках не обязательно. Питер бросается вперёд, используя всю паучью ловкость для того, чтобы одновременно обхватить руками шею мужчины и ногой нажать на нужный рычажок где-то снизу, включая автоматическое отодвигание сиденья. Губы горят и, словно раскалённую сигарету, парень тушит их резкими поцелуями, почти укусами, несдержанными стонами и тяжёлыми выдохами. Руки мужчины обнимают тонкую талию и плавно движутся вверх по спине, задирая футболку, кончики пальцев на обнажённой коже заставляют задержать дыхание. Время словно изменяет само себе, замедляясь.       -Ох, у меня такая горячая детка… — шепчет Тони между поцелуями, пока его ладони, просочившись под джинсы, оглаживают ягодицы и парню хочется закричать от напряжения, но он только чуть откидывается назад, покорно позволяя терзать свою шею, — Чего хочет моя детка?       -То-ни… — разделённое на слоги, с растянутыми гласными и лёгкой хрипотцой, имя звучит даже лучше, чем обычно, поэтому моментально лишившийся штанов Питер даже не удивляется: не будь у мужчины железного костюма, он мог бы с гордостью носить прозвище «укротитель штанов», — Тони, да, господи… — дрожащими руками парень пытается ослабить чужой ремень, радуясь отсутствию своего, пока смазанные пальцы аккуратно касаются его задницы, — Тони, боже, да когда уже… — наконец, в него проникает один палец, а сам Питер находит способ расстегнуть ширинку инженера, — Тони, ну же…       -Такой сладкий… — выдыхает мужчина ему в висок, пока уже два пальца мягко толкаются сзади, - Просто слюнки текут… Хотя нет, это не слюнки… Ну надо же…       Питеру приходится остановиться, чтобы понять о чём именно идёт речь: он шарит по телу любовника полуслепым от возбуждения взглядом, каким-то чудом натыкаясь на истекающий смазкой член. От этого многократно наблюдаемого вида всё внутри перекручивает, уже подобранные слова камнем падают вниз, куда-то в живот или ниже… Возможно, они проваливаются через машину прямо к центру земли, а может — застревают намертво в глотке, которой парень, скатившись в ноги, насаживается на чужой член…