Contract

Врач заметно нервничает - блокнот в его когтистых лапах дрожит, а сам он постоянно отводит болотного цвета глаза куда угодно, лишь бы не смотреть на пациента. - М-Мистер Аластор, - предварительно прокашлявшись, неуверенно начинает он, - К сожалению, вынужден сообщить вам, что у вас Ханахаки. Широкая улыбка не сходит с уст Радио-демона, но теперь она становится какой-то дёрганной, а вокруг самого мужчины за какую-то долю секунды появляется незримая пугающая аура - что заставляет доктора отступить на два шага назад и громко сглотнуть застрявший в горле комок. - Правда? - обманчиво вежливо переспрашивает Аластор, - Думаете, я без вас не смог бы этого понять?! - буквально на секунду он теряет самообладание, но тут же вспоминает, зачем пришёл сюда, и берет себя в руки, - Что мне делать? Демон указательными пальцами до боли трёт алые глаза, хмуря брови и устало вздыхая. Черт бы пробрал Шарлотту Магне с ее никому не нужным отелем. Спасение грешников, говорите? Ха, да ничего глупее он в своей жизни не слышал. А ведь даже месяца не прошло с тех пор, как они стали партнерами, так когда она успела? Одного упоминания имени хватает, чтобы вызвать приступ. В легких резко кончается воздух - Аластор уже знает, что будет дальше - каждый последующий вздох даётся все тяжелее предыдущего. Кашель пылающим огнём вырывается из груди - девственно белые лилии - в последние несколько дней именно они мешают ему дышать - до крови саднят горло и язык, а дышать становится невозможно. Секундой спустя в ладонях оказывается сгусток зелено-розового месива из цветов и лепестков, вымазанных в слюне и крови. На ум время от времени приходит мысль, что смерть в такой ситуации стала бы актом милосердия. Но он же в Аду, так что к черту милосердие. В это время врач дёргается, едва ли не скуля, торопливо встаёт со стула я достаёт платок, протягивая его демону - в зелёных глаза отчетливо считаются страх, смешанный с жалостью. У Аластора сводит скулы - он уже давно решил, что в скором уничтожит мелкого демона. Двое могут хранить секрет только когда один из них мертв, не так ли? - В-вы не могли рассказать, как давно вас беспокоит этот недуг? - запинается врач, стараясь говорить как можно тише, - Вы ведь знаете, кто является предметом вашей л... болезни? - Да, знаю, - тяжело дышит Аластор, стараясь оттереть отвратительные пятна с рукавов и перчаток, впрочем, вновь безуспешно, - В первые недели это случалось, только когда она была поблизости, сначала я думал, что меня отравили, но потом, спустя какое-то время начали появляться сначала стебли. Теперь, стоит ей только возникнуть в моих мыслях, то появляются цветы, иногда это лилии, иногда акации, а временами - калина,* - он на секунду прикрывает глаза, чтобы свернуться с ноющей болью и собраться с мыслями, - Что меня ждёт? - Боюсь, даже современная медицина в вопросе лечения бессильна, - кривится доктор, - Но если ничего не предпринять, то через какой-то время в-вы можете погибнуть от удушья. Алые зрачки расширяются, а боль отходит на второй план. Аластор начинает смеяться - не натянуто, но истерически, надрывно, громко, будто смешнее шутки в жизни не слышал. Ещё совсем недавно он был Демоном, который сумел свергнуть Повелителей Ада, правивших веками и тысячелетиями - был одним из сильнейших. А что теперь? Неужели он позволит себе пасть от рук какой-то девки?