Монстр

Шатохин задумчиво выпускает струйку дыма в сторону девушки. У неё перехватывает дыхание. В полумраке улицы, освещаемый лишь отблесками света от фонарей, он выглядит почти нереальным, придуманным. — Привет, — тихо роняет он. — Привет, — удивлённо выдыхает Саша. Парень кивает ей на ступеньки, предлагая присесть рядом. Какое-то время они молчат. У неё крутятся в голове вопросы, но она не может нарушить эту тишину. Всё ещё злится на него за дневную выходку. Корит себя за то, что повелась на это и позволила ему испортить ей настроение. — Что ты здесь делаешь? — А ты? — он переводит стрелки. — Почему ты смоталась из клуба раньше всех? — Устала просто. — Тогда почему Даша сказала всем, что тебе стало плохо? Он медленно ведёт голову вправо, поворачиваясь к ней. Изучает, кусая губы. Огромные зрачки затягивают в омут. — Кому ты пудришь мозги в этот раз? Блондинка вскидывает брови в недоумении. Цепляется за «в этот раз», и злость мгновенно начинает струиться по венам. — Что ты имеешь в виду? Я никогда не делала ничего подобного. — Ну да, — цокает Артём с усмешкой, щелчком откидывая окурок. — У тебя, видимо, очень избирательная память. Потому что я лично помню кучу раз, когда ты вот так сбегала от Фары, прикрываясь всеми нами. — А какое тебе дело до того, что происходит между мной и Глебом? — раздражённо вставляет она. Он приоткрывает рот, чтобы что-то ответить, но так и не издаёт ни звука. Просто пялится на неё своими бездонными глазами. Потому что знает — у него нет никакого права влезать во всё это. Это их разборки, и ему там нет места. Но эти ебаные чувства не дают прохода, не оставляют выбора. — Если у тебя накопились ко мне какие-то претензии, то огласи весь список сразу, пока возможность есть, — Саша подначивает его с кривой ухмылкой. — А не ходи с кислым ебалом целый день, действуя всем на нервы. Шатен вскакивает с места, на миг пугая её своей резвостью. Делает пару шагов в сторону, поднимая голову к ночному небу и глубоко вдыхая прохладный воздух. А потом подступает к ней с явной решимостью на лице. — Ты ходишь вся такая таинственная, флиртуешь со мной направо и налево, шутишь, играешься с моими чувствами, а потом в конце дня отправляешься в кровать к Фаре. Неплохо устроилась, да? — Твоими чувствами? — изумляется девушка. — Дело не в этом, а в том, что… — Нет, подожди, — она озадаченно поднимается с места, чтобы быть с ним на одном уровне. — Это твои слова. Что это значит? Он отводит взгляд, и блондинка замечает сожаление, промелькнувшее на его лице. Интересно. Кто-то явно ляпнул что-то лишнее сейчас, что вовсе не предназначалось для её ушей. — Это значит, что… — парень запинается, пытаясь подобрать слова. — Я чувствую что-то к тебе уже довольно давно. Но это не стоит твоего внимания, ничего серьёзного. — Почему ты мне не сказал? — А есть смысл? — Артём насмешливо выгибает бровь, кидая на неё острый взгляд. — Ты же с Глебом. — Я не с ним, — выпаливает она. — Сколько раз мы должны повторить это для всех? — Вы вообще видели себя со стороны? Словно ебучая парочка, застрявшая в медовом месяце, — зло выплёвывает он. — Ты сам не знаешь, о чём говоришь. Всё совсем не так. Девушка устало опускается обратно на ступеньку. Потрясение от факта каких-то чувств Депо всё ещё не прошло. Они, конечно, были близки и часто зависали вместе. Но она даже представить себе не могла такого поворота событий. — Послушай, — вздыхает он. — Просто забей, ладно? Давай сделаем вид, будто я ничего тебе не говорил? Это ничего не значит, правда. Всё в порядке. Рэпер заискивающе заглядывает ей в глаза в поисках поддержки. Ему нужно, чтобы она согласилась с ним сейчас. Саша не понимает почему, но делает так, как он хочет. Осторожно кивает, роняя отстранённое «Окей». Он протягивает руку. Это сбивает её с толку, но шатен продолжает ждать с широкой усмешкой. — Давай, вставай. Она слушается, поднимаясь на ноги. Шатохин мягко тянет её на себя, вовлекая в крепкие объятия. Они замирают так на добрые пару минут. Ласковые поглаживания по спине успокаивают, и она расслабляется. Может, он прав, и это действительно ничего не значит. Всё в порядке, так, как раньше. Устраивает голову на его плече, пока тот шепчет ей всякие глупости, вываливая на неё тонну информации о том, как прошёл для него сегодняшний день. После они неспеша поднимаются в свои номера. Саша выходит из лифта этажом раньше, и парень подхватывает её за локоть, мимолётно целуя в щёку, как и всегда. — Увидимся завтра? — он лучезарно улыбается. — Конечно увидимся, мелкий. Артём игриво подмигивает, и это последнее, что она видит перед тем, как створки лифта закрываются окончательно. Улыбка тут же сползает с её лица. Блондинка осторожно приближается к двери нужного номера, выуживая из сумки ключ-карту. В комнате темно и тихо. Она пробирается к кровати почти вслепую, на цыпочках. Прислушивается к мерному дыханию Голубина и после кивает сама себе. Всё спокойно. Скидывает шмотки и потихоньку забирается в постель, прижимаясь к его спине. Мысли возвращаются к Шатохину. Господи Боже, какого чёрта? Они давно друг друга знали, и он всегда был для неё «своим» человеком, с которым можно просто ненапряжно зависнуть и расслабиться. А тут он с какими-то чувствами. Сказал, что это ничего не значит, но в чём смысл тогда? Если это ничего не значит, то зачем вообще об этом упоминать? И почему тогда его настолько задевает факт её чрезмерно близкого общения с Глебом? Всё это запутывает девушку. У неё в жизни и так полный пиздец творится, а тут ещё Артём подкидывает потенциальных проблем. Да, он был очень красивым, и интересным, и просто нереально очаровательным. Но ей сейчас не до этого. Даже если подумать всерьёз и допустить мысль о том, что у этих «ничего не значащих» чувств будет развитие, то какое? В нынешних условиях это не представляется ей возможным. Саша не видит такого исхода. Блондин, лежащий рядом, едва заметно шевелится. Она замирает, неосознанно задерживая дыхание. Но нет, кажется, всё в норме. Разглядывает его макушку в полумраке комнаты, и перед глазами вновь предстаёт прошедший вечер. Она с ужасом думает о завтрашнем дне, ожидая, что Глеб устроит разнос на тему её исчезновения. Но, даже если ей и повезёт, и всё обойдётся, он непременно упрекнёт её хотя бы в том, что она уехала и не предупредила его лично, а потом ещё и на звонки не отвечала. Девушка тихо вздыхает. Чувство вины уже просыпается где-то на фоне, и она знает, что Голубин сделает всё возможное, чтобы она ощутила его сполна. Но ведь в этом замешан и он. Ей бы не пришлось поступать так, если бы он вёл себя адекватно, не переступая границы её личной свободы. Блондинка настолько уходит в размышления, лениво гоняя мысли по кругу, что сама не замечает, как проваливается в сон. Так и не догадываясь, что парень, лежащий рядом, вовсе не спит. Не зная, что ещё пятнадцать минут назад он курил возле приоткрытого окна, наблюдая со своего места её беседу с Шатохиным и их долгие объятия.

***

Как только Депо остаётся один, и лифт увозит его на этаж выше, всё напускное радушие тут же исчезает. Он размашисто шагает по коридору, резко распахивая дверь в номер. Мацони удивлённо вскидывает голову, отрываясь от просмотра фильма на лэптопе. — Всё в порядке? — Да, заебись просто, — огрызается тот. — Хочешь это обсудить? — осторожно тянет друг. Красноречивое «Хочу, чтобы ты оставил меня в покое» во взгляде становится ему ответом. Вадим вздыхает, вновь напяливая наушники, но краем глаза продолжает следить за своим подопечным. Шатен явно на взводе. Нервно расхаживает по комнате, ведя немой диалог сам с собой. «Блять! Блять!», — крутится на репите в его голове. Это же надо было так проебаться, Господи. Случайно брошенная фраза неизбежно стала началом конца. Конечно, он мог соврать, мог придумать какую-то глупую отмазку и увести разговор от опасной темы. Но, честно говоря, не очень-то и хотелось. Его достало уже, просто осточертело хранить всё это в себе изо дня в день. Сходить с ума от ревности, обдумывать каждое слово Саши. Хранить в памяти эти незначительные детали типа запаха её духов, мягкости волос и нежной трели смеха. Заебало мучиться и тонуть во всём этом одному. Артёму казалось, что если он, наконец, озвучит это, то ему станет легче. Он скинет груз с себя, и им придётся делить его на двоих. Но, увидев её реакцию, это неподдельное удивление в зелёных глазах, тут же струсил и дал заднюю. Наплёл ей про то, что «это не важно, давай просто забудем». Теперь нужно иметь дело с последствиями. Парень знает — ни один из них не сможет этого забыть. Слова застрянут в памяти, будут крутиться, как заезженная пластинка. Заставят думать и гадать. Лишь увеличат ненужное напряжение. Твою мать! Всё стало только хуже. И самое дерьмовое в том, что это лишь его вина. Он жалеет, реально жалеет и злится на самого себя, что вообще открыл рот и решил ей что-то рассказать. Потому что сейчас нельзя нажать на спасительную кнопку и вернуть всё назад. До этого у него ещё был шанс на то, что это просто пройдёт, и он забудет обо всём. Чувства растворятся в нём также легко, как и возникли. Оставят после себя небольшую горечь и невысказанное, неосуществимое «А что если?». Но теперь, даже если это и случится, память об этом сохранится у обоих. Внезапно Депо осознаёт, что есть ещё и третий участник ситуации — Глеб. Боже, если она скажет ему, если хоть какой-то намёк даст на то, что у шатена есть чувства к девушке лучшего друга, то это точно не закончится мирно. Он сам лично несколько раз был свидетелем того, как сумасшедший Фара устраивал драки с левыми парнями в клубах или даже с их знакомыми чуваками из-за Саши. Потому что ему казалось, что кто-то как-то не так на неё смотрел или приставал к ней. Шатохин с ужасом думает о том, с чем ему придётся столкнуться, если всё это вскроется. Поэтому искренне надеется, что ничего не произойдёт. Что девушка действительно забудет об их разговоре, и завтра с утра они просто начнут всё заново — как хорошие друзья, без всяких напрягов. Он кивает сам себе, застывая посреди комнаты. Мацони вопросительно выгибает бровь, но парень отмахивается с отстранённым «Всё в порядке». Лезет в мини-бар, вливает в себя бутылочку водки, поморщившись. Заваливается на кровать прямо в одежде и засыпает почти мгновенно. Господи, хоть бы завтра всё было хорошо.