Избавление от комплексов

— Р-рик, а т-ты уверен, что стоит идти к королеве в таком виде?.. Опасения Мортиши имели под собой вескую почву — на дипломатический прием, и в куске латекса, гордо называемого платьем, который начинается чуть выше сосков и заканчивается чуть ниже пизды, да еще с хлыстом, прицепленным к поясу? Сомнительная затея! Но она-то еще ладно — а вот Рик в своем садо-мазо костюме и с намордником на лице… — Стоит, — голос деда звучал чуть приглушенно, но сомнений в нем не слышалось вообще. — Это еще хуже той планеты феминисток, это… это планета блядских феминисток-доминатрикс! Представишься принцессой дружественной планеты, пока мои ребята будут грабить королевскую сокровищницу… — Г-грабить?.. — Сукины дети, они со мной в деле, — и Рик протянул ей поводок. — Ну что, погнали? В сапогах с огромными каблуками идти было неудобно, не говоря уж о платье, которое сидело так плотно, что под ним невозможно было носить белье. На чистых, зеленых аллеях множество женщин буднично выгуливали мужчин, и Морти тоже постаралась сойти за свою, с непринужденным насвистыванием таща Рика за собой. При известии о дипломатическом визите принцессы с другой планеты сразу начались оживление и суматоха, все внимание было только на гостье — на то и рассчитывал Рик…       На троне, положив скрещенные ноги на спину раба, сидела женщина с зеленой кожей и антеннками на голове, и одежды на ней почти не было — только лоскуток кожи внизу да корсет, не скрывающий огромной груди. — Мо-рти-ша, — приложила она руку к сердцу. — Я рада приветствовать тебя во своем дворце… Мортиша неловко поклонилась в ответ. — Как я вижу, ты из продвинутого мира, — королева едва удостоила взглядом Рика, стоящего перед троном на карачках. — Мира, где женщины уже установили власть над самцами, и, думаю, содружество наших планет окажется успешным… Но сперва — ритуал! — Р-ритуал ч-чего? — На нашей планете, — королева снисходительно махнула рукой, — все дипломатические вопросы решаются во время педикюра… Надеюсь, твой раб умеет обращаться с пилкой? В прошлый раз мне повредили кутикулу, это было так ужасно… Я, конечно, тут же велела казнить того раба, но тем не менее! Поводок в руке у девушки сильно дернулся. — Я не буду красить твои ебаные ногти! — в ответ на эти слова Рика двор ахнул, кажется, даже кто-то упал в обморок. — Пошли отсюда, Мортиша, это место — отстой, я больше не могу, блядь, их слушать! Ну, чего встала?! Давай сюда порталку, и валим! Королева вскочила с места, сжав кулаки, по толпе придворных дам пробежали гневные выкрики, и что оставалось делать бедной Морти? — М-м-мерзавец!!! Когда она стукнула Рика носком своего сапога по лицу, королева села обратно с облегченным вздохом, а публика замерла в почтительном ожидании. — П-п-простите меня, моя госпожа, — Рик, черт возьми, действительно говорил так, как будто чувствовал свою вину. — П-простите меня за мой грязный язык!.. Мортиша бы на этом и остановилась, но местные доминатрикс это явно бы не устроило, а так как спорить с воинствующими феминистками себе дороже, она поставила одну ногу на плечо Санчеза, заставляя его склониться, и резким движением сорвала хлыст с пояса. — Ах ты, мужлан! Омерзительный, невоспитанный спермобак! Как ты посмел позорить меня перед королевой?! Чернь, ты просто чернь!.. Кожаные полосы свистели в воздухе, впечатываясь в тело Рика, а он, подняв голову, преданно смотрел на внучку, вздрагивая и скуля после каждого удара. — Д-да… да, госпожа! Н-накажите меня как следует, госпожа!.. Морти было невероятно стыдно и неловко за это представление, но, кажется, оно работало, судя по пристальным взглядам вокруг. — Ух, — покачала головой королева. — Ты очень юна, Мортиша, но твоя техника на довольно высоком уровне… Наверное, тебе часто приходится пороть этого дурного раба? Наконец-то, блядь — весь зал вдруг содрогнулся от воя сирены. — Вторжение!!! Вторжение!!! Сукины дети делали все, как планировали, и в одну секунду дипломатический прием обернулся хаосом. — Они пришли за нашим винооом!!! Это ж какое должно быть вино, чтобы так из-за него суетиться и орать — спросила бы Морти, если бы Рик, сдернув с ее пояса портальную пушку, не вернул бы их обоих домой. — Ты м-молодец, м-мелкая, — старик снял с себя намордник и отбросил в сторону. — Все четко сделала… Всю его спину и задницу покрывали тонкие розовые полосы, при виде которых она почувствовала раскаяние. — П-прости меня, — потупилась Морти. — З-за то, что я т-тебя… — Да пустяки, — махнул рукой Рик. — Это все ерунда, и-и… и вообще, могла бы и посильнее, если честно… — Ч-что? — Что?..