Билет в один конец

      Мужчина и его пёс шли по лесу, постоянно озираясь вокруг. Дорога была им незнакома, но, судя по словам заказчика, осложнений не должно было быть. Один из агентов “Цикад” в городе передал ему список товаров и деньги. Джоэнн даже думать не хотел, сколько покупатели заплатили за услуги посредника. Это была не его проблема — он просто контрабандист, добывающий то, что нужно клиенту, и доставляющий в указанную точку.       Сейчас его рюкзак был плотно набит самым необходимым: медикаменты и бинты, немного одежды и топлива, вода. Никакого алкоголя, сигарет и порножурналов, составляющих львиную долю его багажа на пути следования в крупные поселения — сложно винить людей за то, что они хотят хоть немного отвлечься от окружающего их мира. Даже если это всего лишь трёхминутный побег в марево никотинового дыма.       Иногда на его пути попадались небольшие строения, заросшие и осыпающиеся, бывшие некогда сторожками, метеорологическими станциями или просто туристическими ночлежками. Символ торжества природы над человечеством. Он осматривал каждое: без надежды на хоть что-то полезное, но с пистолетом наперевес.       Ближе к вечеру, попав под ливень, он добрался до пункта назначения: небольшой домик, вдали от дороги. Навстречу ему вышел рослый загорелый мужчина с охотничьим ружьём в руках. Джоэнн медленно снял рюкзак и положил его на мокрую землю, откинул клапан, демонстрируя содержимое. Пёс послушно сидел у ноги, готовый сорваться при первом же признаке опасности. Едва Джоэнн начал выкладывать груз на траву, хозяин остановил его:       — Подожди. Проходи в дом. Отдохни, обсохни, — в его словах была какая-то странная для нынешних времён теплота и забота.       — Грегори, — представился мужчина.       — Джоэнн.       — Будем знакомы.       Пожав друг другу руки, они направились внутрь. Джоэнн не боялся того, что его ждёт внутри. Какой смысл убивать курьера, если денег при нём нет, а за товар ты уже заплатил? Страшнее всего было бы напороться на каннибалов — сам гость интересовал их куда сильнее его рюкзака. Но у Грегори были крепкие руки человека, привычного к тяжёлому труду, а ствол ружья, пока он целился, не дрогнул ни разу. Да и Дейз бы учуял любителя человечины.       — Знакомься, моя семья: жена — Кейт, и дочь — Энни.       Женщины были на удивление похожи. Энн, на первый взгляд, можно было дать лет шестнадцать-семнадцать, ростом она явно пошла в отца, обогнав и без того невысокую маму на пару сантиметров. А вот россыпь веснушек на лице была мамина.       — Это Джоэнн, он принёс нам всё необходимое.       — Здравствуйте.       — Добро пожаловать, — хором откликнулись хозяйки.       — Ты не спешишь? Выпьешь с нами чаю, поужинаешь, выспишься, — их гостеприимность воистину поражала, — а утром уже и отправишься. Да и псу твоему место найдётся.       Джоэнн после некоторых раздумий согласился: с одной стороны, путь действительно занял больше времени, чем он планировал, да и обсохнуть было бы не лишним; с другой же — вид этого счастливого, несмотря ни на что, семейства бередил старые раны.       Скинув рюкзак и куртку, он попросил миску для пса, налил ему воды и, потрепав за ухом, сел за стол. На ужин была тушёная оленина с овощами и травяной чай. Прежде чем притронуться к еде, Джоэнн, наплевав на вежливость, спросил, откуда продукты. Хозяин, не скрывая гордости, рассказал, что края у них тихие, да и местность открытая, так что всё “почти что своё” — что-то выращиваем, что-то собираем. А затем демонстративно отправил в рот кусок мяса, запив его чаем. Взяв тарелку со стола, Джоэнн подошёл к миске пса, отложил ему пару картофелин и небольшой ломтик мяса.       — Извини, что спрашиваю, — начал Грегори через некоторое времени, дожевав очередной кусок, — а откуда всё добро?       Очень бестактный вопрос. Джоэнн предпочитал не распространяться о каналах поставки, тем более, что ответ мог запросто кому-то не понравиться. Но по лицу Грегори было видно, что он интересуется из простого любопытства, да и правильный ответ был на поверхности.       Плечи всего семейства были украшены татуировками, изображавшими крылатое насекомое — символ “Цикад”. Это было очень смелые люди, раз они решились заявить о своих взглядах в открытую. Да и агент группировки в городе сразу дал понять, кому предназначался груз.       — С военных складов. Заброшенных, — уточнил он для подстраховки.       — Понятно, — довольная улыбка выдала Грегори.       Остаток вечера был наполнен вопросами: хозяев интересовали подробности жизни в городе, Джоэнна — что творится в округе, где можно чем-то поживиться, а куда лучше не соваться.       Постелили гостю на полу, рядом с очагом, выделив продавленный матрас, свалявшуюся подушку и изъеденное молью одеяло, но жаловаться было не на что — большинство его ночей за пределами города были куда хуже.       ***       Проснулся Джоэнн от шума на улице. Рёв двигателя? Шорох гравия. Человеческие голоса.       Поднявшись на ноги, он обнаружил рядом с собой хозяина, который также вслушивался в ночь.       — Мне не кажется?       — Нет.       Свет фар, ворвавшийся в окна, прорезал тьму — Джоэнн выхватил из-под подушки пистолет, а Грегори снял со стены ружьё.       — Просыпайтесь! — со двора раздался звук автомобильного клаксона. — Мы знаем, что у вас есть для нас небольшая посылочка! Вытаскивайте всё сюда и никто не пострадает.       Хозяин осторожно выглянул в окно: перед домом стоял потрёпанный внедорожник и несколько человек с оружием. Грегори отошёл назад и, увидев испуганные глаза поднявшихся с постели жены и дочери, принялся их успокаивать. Джоэнну же он лишь молча показал растопыренную ладонь.       “Пятеро”.       Дейз беспокойно крутился под ногами.       — Вы там спите что ли? Подъем! Если мы войдём будет — хуже!       — Что нам делать? — спросила мужа Кейт.       — А у нас есть выход? Они не оставят нас в живых.       Неожиданно в комнату, разбив стекло, влетела бутылка с горючей смесью. Комната озарилась огнём. Ещё одну метнули на крышу.       Грегори, ослеплённый пламенем и светом фар, пару раз наудачу выстрелил в окно. Раздался громкий вскрик — повезло.       — Сами напросились!       Джоэнн услышал, как что-то металлическое покатилось по полу.       — Ложись! — только и успел крикнуть он, падая на того, кто стоял ближе.       Прогремел оглушительный взрыв.       В ушах звенело. Перед глазами всё плыло. Он даже не был уверен, что чувствует тело. Жив ли он?       Кто-то резко дёрнул его наверх. Мужчина инстинктивно отбивался. Сначала руками. Когда действия нападающего стали агрессивней, Джоэнн отпнул его ногой.       Сквозь плену пламени он внезапно увидел Грегори, бегущего к выходу из горящего дома. На его плечо опиралась хромающая Кейт. В другой руке он держал ружьё. С трудом открыв дверь, они выскочили на улицу.       Сквозь стихающий в ушах звон Джоэнн расслышал одинокий выстрел, а затем стрёкот автоматной очереди.       — Быстро в дом! Тащите сюда всё, что уцелело, и девку, если жива!       Мужчина огляделся: огонь подбирался всё ближе, Дейз в панике метался из угла в угол. Энни! Она лежала на полу рядом с ним, судорожно дыша и глядя невидящим взглядом куда-то в сторону. Одним рывком подняв девушку, Джоэнн буквально впихнул её в кладовку, до которой ещё не успел добраться огонь.       За стеной раздались шаги, затем послышался утробный рык, сменившийся душераздирающими воплями. Ещё одна очередь, за которой последовал короткий взвизг.       — Сиди тут.       Джоэнн выскочил из кладовой: на полу лежало тело мужчины, на разорванной глотке которого с бульканьем пузырилась кровь. Рядом лежал бездыханный Дейз. В дверях показался тёмный силуэт. Вскинув пистолет, Джоэнн выстрелил. Столько раз, сколько мог, пока боёк не начал щёлкать впустую. Изрешечённое тело осело на землю.       Во дворе раздался шум мотора и крики. Не помня себя, он рванул на улицу: машина сдавала назад, потому что развернуться ей было негде. За ней бежал ещё один человек, которого, видимо, решили бросить. Неожиданно автомобиль остановился, отчего бегущий, не успев затормозить на спуске, врезался в него грудью. Водитель показывал пальцем ему за спину, явно, имея в виду Джоэнна.       Нападавший развернулся и, увидев мужчину, достал из-за пояса пистолет. Тщательно прицелился и даже подошёл поближе, видя, что незнакомец не предпринимает никаких действий, тупо вперившись безумным взглядом в него.       — Ты ещё кто такой? Здесь должно было быть трое… — раздался выстрел.       Его голова запрокинулась назад. Послышался шорох гравия под упавшим телом. Машина снова пришла в движение, на этот раз быстрее, и скрылась за поворотом.       Развернувшись, Джоэнн увидел в дверях Энни с отцовским ружьем наперевес. Изрешечённые тела родителей лежали у её ног:       — Сколько осталось? — ледяным тоном спросила она, перезаряжая ружье.       — Один рядом с тобой. Один в доме. Проверь, — в крови обоих кипел адреналин, подавляя любую вежливость, а главное, скорбь.       — Этот готов, — Энн пнула ногой тело на полу. Обернувшись, она поняла, что и со вторым уже покончено: если его не убила собака, добьёт пламя. — Так сколько?       Джоэнн как раз сменил магазин и подошёл к телу у окна. Он был первым. Тот, которого вслепую подстрелил Грегори. Да вот только попал в плечо. Лишь услышав у самого уха шаги, прикидывавшийся мёртвым парень, совсем молодой, встрепенулся:       — Не…       Выстрел в голову оборвал крик мольбы.       — Никого, — наконец-то ответил он.       Спрятав пистолет, Джоэнн проскочил мимо девушки и заглянул в дом. Им повезло. Чертовски повезло. Под окном, куда огонь только-только начал подползать, стоял его рюкзак, так и не распакованный с вечера. Метнувшись внутрь, закрывая лицо курткой, он схватил груз. Выбежав обратно, Джоэнн отшвырнул его от себя: ручка нагрелась и начала плавиться, обжигая руку.       Энни так и стояла в своей ночнушке, словно не замечая ночного холода; с босыми ногами, изрезанными гравием. Она смотрела на тела родителей. Затем, повесив ружье за плечо, схватилась за руку матери и потянула на себя.       — Что ты делаешь?       — Пусть лучше огонь, чем падальщики. Они не заслужили лежать здесь.       Джоэнн поднял тело Грегори и вошёл в дом. Затем вернулся за Кейт.       Он просто кидал тела на пол, подальше от входа. Кощунственно. Но ничего другого для них было уже не сделать.       Энни просто стояла и смотрела, как догорает дом, в котором она родилась и провела всю жизнь.       — Спасибо, — сказала она, когда Джоэнн встал рядом, накидывая куртку на голые плечи. — Мне жаль твоего пса.       — Мгм, — все его мысли сейчас были о том, чтобы снова не начался дождь и не размыл следы, оставшиеся после машины.       — Ты ошибся. Остался ещё один.