Судьба

Джон умел драться и не боялся, когда противников оказывалось больше. Однако всё равно какое-то неприятное чувство царапало сердце ядовитыми когтями. Улей, накатывающийся волнами на двух стражей, не знал усталости и не было конца этому океану тел и криков. — Патронов нет! Перезаряжусь! — крикнул он Эшли, прежде чем перебросил себя телепортацией в пересохший бассейн. Руки быстро и привычно готовили оружие к продолжению схватки, пока глаза неотрывно смотрели на полёт белого варлока. Сейчас Джон не мог и не хотел оспаривать превосходство Эшли в обращении со Светом. Он единственный здесь поливал огнём всё, до чего способен дотянуться. А ещё не бросил немного отставшего Джона, когда имел возможность выскочить через закрывшиеся двери. Вместо этого принял бой как полагалось соратникам, а не соперникам. — Их становится больше, — даже размеренный голос варлока в белом сбивался из-за частого дыхания. — Все двери заперты. Нам не выбраться самостоятельно. — Вижу, — Джон вернулся в бой, и его дробовик сеял смерть каждым выстрелом. — Должно быть, мы около гнезда Стражи были сильны, невероятно сильны. Каждый из этих двоих олицетворял собой воплощение самой концепции опыта. Свет наполнял сердца и души, но этого всё равно не хватало. На место каждого сражённого противника приходило трое. Джон быстро перемещался, не позволяя себе задерживаться на одном месте дольше, чем на пару секунд, потому что там, где он стоял мгновение назад, пол разрывался градом пуль и плазмы. Нужно всего лишь найти выход… Он должен, просто обязан быть! Джон сразил очередного огра тремя выстрелами дробовика и не столько увидел, сколько почувствовал, что они с Эшли вновь вблизи. Два варлока, не сговариваясь, развернулись спинами друг к другу и обрушили неостановимый Свет на окруживших их врагов. — Никогда не думал… — на выдохе сказал Джон, перезаряжая револьвер. — Что умру, сражаясь бок о бок с бывшим полководцем… — А как насчёт бок о бок с другом? — голос Эшли прозвучал слишком весело для того, кому осталось жить, максимум, пару минут. Однако не всё складывалось так гладко даже в этом временном промежутке. Произошёл сильнейший взрыв, почти выбивший душу из стражей. Оказавшись разделённым со вторым варлоком, лежащий на земле Джон отрешённо увидел фигуры рыцарей вокруг себя, окружённых множеством других тварей. Значит, вот так это случится? Едва ли он заслуживал почётной смерти. Эх, Рэй, не хватит твоего Света, чтобы спасти всех… Позади существ приближалось что-то ещё. Высокое, стройное и без плаща. Что-то чертовски знакомое и невероятно злобное. Эрика?! Её руки сверкнули электричеством, а тело почти в танце ушло от удара, так легко оторвав голову своему врагу, что послышался только выразительный треск. Бросившиеся в атаку рабы лишь разлетелись во все стороны от яркой вспышки молний, которыми окружила себя женщина. В её руке вспыхнул искрящийся той же энергией меч и дьявол во плоти начала выкашивать врагов словно сама смерть, собирающая свою жатву. Откуда у неё столько сил в этом месте? — Хэй, поднимайся, приятель, — приходящий в себя от удара и шока варлок увидел перед собой Катрин, чьё лицо скрыто под шлемом, но броню сложно не узнать. Забавно… Он знал её очень непродолжительное время, но почему-то эта персона вызывала смешанное чувство симпатии и недоумения. Своя в доску, словно всегда здесь и была, девушка оставалась невероятно странной. Она взяла варлока за руку, помогая подняться. — Не бойся, дружище. Мы пройдём долиной смертной тени и не убоимся зла. Ибо мы... Блять, где мы? — Катрин только сейчас задалась этим вопросом. — Вы вовремя, — собравшись с мыслями, сказал Джон, пока Селена залечила его раны. — Ещё минута и… Оглядевшись, он понял, почему подкрепление оказалось столь эффективным. Джейн за короткое время собрала вокруг себя почти весь свой прежний отряд. Эрика, Элис, Катрин, Джек и она сама. Богоубийцы воссоединились с Эшли, последним из их числа. Шестеро непобедимых стражей уверенно теснили Улей, как раскалённый нож разрезает масло. Старая команда Молодой Волчицы. Проверенная и надёжная, как железный молот. Они эту Аркологию опрокинут… Но где же остальные, отряд Джона? Больше всего среди них его волновал один конкретный страж. — Где Рэй? *** Культисты принесли Рэя в другой зал, в центре которого был провал, покрытый характерными наростами, вечными признаками Улья. Судя по оружейным стойкам и нарам вдоль стен — сейчас тут жили отнюдь не пришельцы. — Госпожа Кохлер желала заполучить Августа, но ты ей неинтересен, — произнесла Орнави со смесью презрения и надменности, сверху вниз глядя на стража. — Что ты можешь сказать в свою защиту? — Я должен из-за этого оправдываться? — фыркнул страж, шлем которого лежал рядом на полу. Ещё несколько культистов сняли шлемы. Рэй не был знаком с ними прежде, но часть лиц узнал. Члены клана, в котором состояла Орнави. Стражи. — Ты вернул в Город Тараниса. Из-за тебя меня изгнали, — в голосе Орнави не было даже тени сомнения в собственной правоте. — Из-за тебя и Эрики. Она ещё получит своё. Однако, в отличии от неё, у тебя ещё есть шанс спастись. Прими истину и сможешь стать одним из нас. Ты уже убивал других стражей, гасил их Свет. Пусть невольно, но помогал делу освобождения человечества из рабства Странника! — Боюсь, я случайно устрою у вас переворот, — ответил охотник. Где-то там Фелис, скрывающийся от их взоров, очень сильно удивился данному ответу. Орнави, по-прежнему сжимающая руке Люмину, с размаху ударила ей по лицу Рэя и, схватив за шею, вздёрнула вверх, заставив сесть на колени. — Ты считаешь себя крутым, да?! О ком сложат пафосную песню?! Нет! Ты или будешь нашим, или сдохнешь, позорно и жалко! Ты — один из этих смазливых идиотов, как и Таранис! Вы никогда не замечаете каждого, кого считаете ниже себя! Смотрите на других, небожители, как будто умнее всех на свете! А на самом деле вы такие же внутри, из таких же потрохов и дерьма! — Без твоего наставления я бы не догадался об этом… — сдавленно сказал Рэй. Орнави приставила к его голове ствол Люмины, а её лицо перекосилось в безумной гримасе. — Ты… Лицемер. Все знают, что ты уже был во Тьме, познал её суть и свободу. Ты таскаешься за своей нынешней госпожой, Хэйлой, как жалкая рыба-прилипала… Ты служишь призраку, служишь ей, служишь Эрике. Ты считаешь другом Августа, словно забыл, что он сам хотел уничтожить тебя. Освободись от этого! Стань свободен! — Орнави отпустила его и, развернувшись на пятках, раскинула руки в стороны. — Когда-то я была такой же, как и ты! Призрак вернул меня к жизни и сказал, что я ДОЛЖНА идти в Город! И я пошла, потому что даже не знала о том, как всё может быть иначе! И в Городе мне сказали, что я ДОЛЖНА защищать Странника и жалких смертных. Но когда я успела им задолжать? Я не просила ни о чём! Оооо… Как долго я жила в этой лжи… Слушала Тараниса, который предложил мне помощь. Такой же лжец, как и все вы стражи. Но всё изменилось, когда я встретила её. Госпожу Кохлер! Она! Именно она открыла глаза мне! ВСЕМ НАМ! — Я бы предпочёл госпожу Хэйлу, — ответил охотник, чувствуя, что хуже паразитки только полностью слетевшая с катушек паразитка, запутавшаяся в собственных доводах. Рэй знал, какую роль выполнял всю свою жизнь, но и видел черту между служением сродни религиозному и происходящим в этом месте. Служат все, кто напрямую помогает людям. Пожарные, полиция, стражи… Человек так устроен, что он стремится оказать пользу обществу, а паразит пытается тянуть любой кусок под себя, пока не сдохнет в одиночестве. Такой участи охотник для себя не желал. Странник не разговаривал с ним, но когда-то он всё же увидел знак для себя, чтобы спасти Хэйлу. Невесомый и милосердный, его Свет не мог исправить всё в этом мире. Но от того хотелось лишь сильнее защитить и приумножить. Он нужен стражам, а стражи нужны Страннику. В древних книгах о боге они занимали бы место… Ангелов? — Хэйла — жалкая дура. — уверенно заявила Орнави, вновь глядя на Рэя. — Не понимаю, что ты в ней нашёл… Она, как и Госпожа Кохлер, была на Луне во время Великого Осознания! Великой Катастрофы, как это называет Авангард… Но она не прозрела и не поняла всю лживость Света, вместо этого даже сейчас пытаясь цепляться за него. А наша Госпожа — осознала. И начала искать ответы… Однажды она встретила меня. Нас! Всех нас! Тех, кто прежде верил Таранису. Но этот упёртый дурак даже слушать не хотел моих намёков. Пришлось избавиться от него… А затем мы начали медленную работу по развенчанию лжи Авангарда в стенах Города. Эрика была на проповеди Госпожи. Но не вняла её словам… Тогда я ещё надеялась, что и она сможет понять. Но эта сука слишком фанатична для того, чтобы открыть глаза. Из-за неё меня изгнали, но именно тогда я окончательно поняла правду. Культисты сомкнули плотное кольцо вокруг них. На их лицах не было сочувствия. Лишь безразличие, смешанное с презрением и безумием, каким-то немыслимым образом переплетённых с... Жаждой? Голодом? — Я отдала призрака Госпоже. Большинство из нас отдали. Взамен мы обрели могущество… Она смогла внедрить в нас червей, дав нам силу Логики Меча! Всё ещё находящийся на полу Рэй поднял взгляд на людей, которые похоже уже почти потеряли человеческий разум. Он видел проявления Тьмы у Хэйлы. Но те были иными. Более… Красивыми? Тот взгляд с искорками безумия, но не растерявший разум. Признаться, девушка выглядела опасно привлекательно. Однако то, что предстало перед взором сейчас, было тем самым, чего страшились все. Фелис, незримо прятавшийся от культистов, чувствовал накатывающие волны ужаса. Выхода не было. Рэй, наверно, мог спастись, не будь он Рэем. Но его страж никогда не предаст своего призрака и своих друзей. Однако что-то всё ещё удерживало Фелиса от настоящей пучины отчаяния. Словно какое-то потустороннее чувство твердило о неправильности происходящего. Будто он упускает из своего взора некую важнейшую деталь, из-за которой пазл реальности выглядит неполноценным, лживым. — Часть из нас отказалась, — продолжила Орнави, наклонившись к Рэю. — Судьба их была незавидна… Глупцы должны умереть. Но ты можешь не повторять их ошибок… Прими червя. Отдай призрака. Уничтожь лживые привязанности. И обрети Истинную Свободу. Произнеся эти слова, она жёстко схватила Рэя за горло и впилась в его губы грубым поцелуем, полным безумия и похоти. Когда-то охотник уже слышал от Моути, что история циклична, но и предположить не мог, насколько. Каждый раз, когда всё шло хорошо или не очень, происходило одно и то же. Ларчик открывался, разъярённый дракон вырывался из заточения, кот злобно прыгал в лицо дёрнувшего его за хвост человека, а Рэй убивал всех, кто раз за разом повторял ту ошибку, которую действительно не стоило повторять. Первый удар по рёбрам, кажется, сломал их, а вторым уже ногой парень отбросил от себя Орнави. Почти сразу вскочив со своего места и прихватив упавшую на пол Люмину, Рэй убил двоих выстрелами в лицо. Другому свернул шею, а кому-то даже пробил голову подвернувшейся под руку отвёрткой, заширяв насмерть. Поверх этого, страж решил выразить крайнюю степень своего негодования, вонзив стрелу пустотного Амура в сердечко самого здорового. Завершением праздника стала Сверхновая. — Ничему вы, блять, не учитесь… — Рэй резко перевёл на оставшуюся Орнави взгляд безумного папаши, который вот-вот порвёт ремень об её задницу. На заднем фоне от стены отвалился размазанный труп. — Что? Как?! — заорала та, пытаясь отползти назад, словно Рэй уже начал её резать на части. — Тут нет Света! Ты не мог им воспользоваться! Ответом ей стало неумолимое дуло оружия, прежде принадлежавшего Резилу Азиру, впоследствии ставшего частью Тьмы, а теперь вновь вернувшееся в Свет, обретя нового стража, глубоко уважающего подвиги своих предшественников и скорбящего из-за их трагедий. — Он всегда ускользает, верно? Что бы ты не делала, всегда чувствуешь себя куском грязи, от чего закапываешься в неё ещё сильнее. Ненавидишь тех, кто не лишён его и в сердце... Свет никогда не будет тебе доступен, потому что ты присосавшийся паразит. Своим избранникам он дарует испытания, чтобы проверить их. Может даже заставить пройти через Тьму. Но ты… Ты завалила каждый свой экзамен. Все до единого, — вкрадчиво говоривший Рэй держал перед собой Люмину и рука его даже не думала начать дрожать. — Видишь, до чего ты довела свою жизнь? Даже убить тебя из оружия Надежды не будет богохульством. Ведь таких не принимает и Тьма. Раздался выстрел. Однако же, вопреки ожиданиям охотника, падшего стража не убило насмерть, а отбросило назад столкновением двух противоположных энергий, заставив проломить ненадёжную стенку из наростов Улья и с продолжительным грохотом начать падать вниз. — А вот и вентиляция… — Фелис пытался зацепиться за привычную ему картину мира, потому что этот охотник когда-нибудь сведёт маленького робота с ума. — Нам что, спускаться за ней на дно? Звуки падения только сейчас затихли. — Такие, как она, всю жизнь себя наказывают. Позволь ей самой найти свою смерть, — ответил Рэй, опуская оружие. Фелис появился в воздухе рядом с ним. Корпус призрака мелко дрожал от волнения и переполняющей энергии. — Не уверен, но… Свет! Я снова чувствую его! Он здесь, струится и наполняет меня, как никогда прежде! Как тебе это удалось? Я почувствовал, как что-то словно разрезало Тьму, не пускавшую его к нам… — призрак пристально всмотрелся в лицо своего стража. Он чувствовал ответ, но не способен облечь его в плоть слов, которыми мог бы сам себе объяснить произошедшее чудо. — Я… — Рэй явно смутился, невольно отводя взгляд. — Не знаю, что произошло. Словно силы не покинули меня как тогда и их нужно было лишь освободить. А Август… О нет... Мы должны спасти Августа! Парень поспешно схватил с пола свой шлем, но ещё не успел скрыть под ним глаза, как поднял их на оставшегося на прежнем месте призрака, что лишь молча смотрел в ответ. — Когда-то, когда я впервые встретил тебя, я думал, что стану призраком обычного стража, — с мягкой усмешкой в голосе сказал Фелис, исчезая. — Я ошибся. *** Август не чувствовал себя лучше, но и хуже не становилось. Место, в которое его принесли, находилось несколькими уровнями ниже. Лаборатория безумного варлока... Он хорошо разбирался в подобном. Клетки из чёрного металла для людей и ловушки для призраков. Колдовские машины и стол-алтарь в центре зала. — Август, — хриплый дребезжащий голос Кохлер привлёк его внимание. Женщина вошла в лабораторию, когда варлок уже успел удобно устроиться на дне клетки. Насколько это было вообще возможно. — Кохлер, — ответил он, пытаясь в полумраке лучше разглядеть её. — Кажется, тебя слишком задел мой визит в университет. — Смейся, пока можешь, — ответила женщина, подходя ближе. Мужчина смог лучше рассмотреть её. Теперь и понял, что было с ней не так, когда он видел её в Городе. Насекомое, напялившее человеческую кожу, именно такое впечатление та производила. А теперь, избавившись ото всех масок, утратила последние крупицы человечности. Иссушённое болезненное тело отражало изменения разума, который из-за пережитого ужаса возжелал сам стать этим ужасом. Она и Хэйла — два отражения одной беды. Обе получили одинаковую рану, но боролись с болью совершенно по-разному. Хэйла, осознав слабость Света, решила найти то, что позволит ей стать сильнее, выше всех угроз. Кохлер, напротив, пытаясь забиться глубже в тень, стала её частью, её слепой рабыней. — Знаешь... — варлок поддался странному безумному веселью. Он понимал, что умрёт здесь, в безвестности и забвении. Никто не сможет воспеть его стойкость и героизм. Но только перед неизбежностью смерти всё прочее казалось, в сущности своей, просто сказочной ерундой. А, значит, нужно и можно делать то, что кажется верным или хотя бы смешным, не боясь ни боли, ни позора. Ибо, как как-то сказала Хэйла, “мертвые сраму не имут”. — Ты хотела повелевать Тьмой, а стала лишь куклой-перчаткой, в чью задницу засунул руку кукловод. Даже в нескольких метрах он услышал скрип зубов. Кохлер взяла в руки массивный прибор и подошла к Августу. — Смерть твоя не будет быстрой. — Ладно, ладно... Только, пожалуйста, не дыши на меня. Изо рта тухлятиной несёт, — Август демонстративно вынул из кармана мантии белый шёлковый платок и приложил его к шлему, к тому месту, где находился нос. Кохлер направила на него свой прибор и Август пообещал себе, что не будет показывать слабость под пытками. Он не знал его назначение, но это точно не оружие. А затем каждый нерв его тела словно пронзило раскалённой иглой. Стражи умеют терпеть боль? Не такую! Отстранённо варлок осознал, что его рот открыт, но крика уже нет, потому что лёгкие сжало спазмом. Даже кости начали трещать под силой мышц, скручиваемых в немыслимой нагрузке. Но всё это стало симптомом. Главное, что происходило — Свет покидал его тело. Будто часть сущности грубо вырвали, вытаскивая наружу через поры на коже. Август не решился бы сказать, сколько длилась эта пытка. Он боролся, настолько, насколько мог, но в конечном итоге всё оказалось тщетно. И, спустя быть может целые часы и дни, а возможно лишь жалкие секунды, понял, что агония кончилась и лишь фантомные спазмы продолжают сотрясать плоть. В руках Кохлер, стоящей напротив, в ловушке, панически метался Иммортус. Рука Августа невольно потянулась к призраку, но лишь наткнулась на решётку. — Будешь мне дерзить? — надменно улыбнулась Кохлер. — Своего призрака уже убила? — сорванным голосом прохрипел варлок. Мог ли он называть себя так? Был ли всё ещё стражем? Кохлер не удостоила его ответом и неспешно отнесла Иммортуса к одной из клеток, стоящих в дальнем углу лаборатории. Сощурив слезящиеся глаза, Август смог увидеть внутри других призраков. — А теперь перейдём к следующему этапу, — произнесла Кохлер, подойдя к алтарю в центре. — Ты уже не страж. Но в тебе ещё есть тень Света. И я вырежу её. Кривой нож в узловатых пальцах поднялся вверх, словно она хотела получше рассмотреть свой инструмент. Однако неисповедимы были пути живущих в мире этом. Свет, быть может, и не стал убивать своё падшее дитя Орнави. А вот Тьма любила подобные вещи. Ей вообще очень нравилось ломать. По этому поводу люди и собрались за стенами Последнего Города. Однако, на этот раз, то ли этой стихии понравились заигрывания передавшего своеобразную весточку стража с ней и Хэйлой, то ли это просто было своеобразное чувство юмора… Но на алтарь Кохлер, со злобным хлюпающим звуком, прихватив несколько червей, не видевших такого унижения даже в рядах Улья, упала недобитая бывшая ученица Тараниса. — А вот и ужин, — подвёл итог Август. Он не знал, что произошло наверху, но весь вид полуживой Орнави указывал на то, что Рэй идёт бить морды и явно нашёл, чем именно он собирается это делать. — Рэй! Он использовал Свет! — Орнави вцепилась в Кохлер руками и приподнялась на алтаре, чтобы преданно заглянуть в глаза своей госпожи. — Значит, ты подвела меня, — безразлично ответила Кохлер и полоснула ножом по шее той. Жертва лишь взмахнула рукой, тщетно призывая тёмные силы, но вспышка пролетела мимо убийцы и врезалась в ловушку для призраков, в которой по-прежнему сидел Иммортус. Она, отлетев назад, раскололось об стену и призрак юркнул в щель между камней. — Плевать… Орнави пыталась остановить кровь, неверяще глядя на предавшую её госпожу, но та взяла в руки прибор, которым только что извлекала Свет Августа. — Я дала тебе силу, я её и заберу. Ты оказалась как всегда бесполезна. Август подумал, что ему нравится крик Орнави. Жаль, тот звучал так недолго… Она умерла всего минуту спустя. Теперь варлок с интересом смотрел, как Кохлер вновь взяла в руки скальпель и приступила к… Он не был уверен, к чему именно. Но больше всего она походила на извращённую версию Джона, получающую какое-то ненормальное удовольствие от разделки куриной тушки. — Спорим, эта шалава пыталась засосать Рэя и тот так разозлился, что сломал ваше колдовство? — Орнави — самый добрый и милый человек. Как ты смеешь обсуждать со мной такое? — Кохлер положила голову той отдельно. — Ясненько, — лицо Августа было столь же непроницаемо. Иммортус выжимал максимальную скорость, на которой только мог двигаться. Он боялся, очень боялся, но не мог позволить страху возобладать над собой. Впереди его манила искра Света. — Рэй! Фелис! — крикнул призрак, вылетев из узкой трубы в коридор, где чувствовал свою искомую цель. — Помогите! Она вырвала Свет Августа! — Что?! — Рэй сказал это слишком громко, чем привлёк внимание нескольких культистов. Потребовалось немного времени, чтобы Люмина легко разделалась со всеми. Стрелять из оружия Света по тёмным было одним удовольствием. — Он жив? Отведи меня туда, чёрт возьми! — охотник выглядел собой, но чертовски злым. — Да, следуй за мной! — крикнул Иммортус и, развернувшись, понёсся по коридору, где должен быть кратчайший путь. А ведь недавно он боялся Рэя. Не хотел показываться ему лишний раз, помня, как тот когда-то стрелял в его двойника. Какая же глупость… Сейчас Рэй — единственный шанс для спасения его стража. — Если вы оба будете живы, то, уверен, всё можно исправить, — попытался подбодрить его Фелис. — Главное успеть. — Я почти убил Орнави, а ещё вернул себе Свет, — посчитал нужным сообщить на ходу охотник. — Придумаю что-нибудь и с этой тварью. — Я видел Орнави, — не сбавляя скорости, ответил Иммортус. — Она упала прямо на алтарь Кохлер. Та перерезала ей горло. Что случилось дальше, я не видел. — Жесть… — не стал долго подбирать слова Рэй, пытаясь подавить приступ безумного смеха. — Такое и Джону страшно рассказывать. Свернув за угол, он наконец наткнулся на помещение, где всё произошло. Тело, которое самозабвенно делила на куски Кохлер, бросилось в глаза чуть ли не первым, поскольку алтарь находился в самом центре. А кровью было залито всё вокруг него… Первой вошла Сверхновая. Август, уже не пытающийся что-то предпринять и смотрящий стеклянными глазами на Кохлер, резко оживился и даже безуспешно попытался встать на ноги. Но конечности слишком сильно болели после извлечения Света. — Ты! — крикнула Кохлер, невероятным прыжком уклоняясь от атаки Рэя. — Умрёшь! — Знаешь, сколько раз я всё это слышал? — но и охотник не отставал, попутно сумев уронить часть клеток для призраков. — Ты дорого заплатишь за атаку на бар. И не говори мне, что тоже много раз это слышала. — Из-за тебя погибла Орнави! — крикнула Кохлер, обрушив на него атаку энергией Улья. Освобождённые призраки бросились врассыпную, а Иммортус, воспользовавшись тем, что Кохлер отвлечена схваткой с Рэем, поспешил к Августу. Уничтожение замка заняло считанные секунды. — Я чувствую, что могу тебя исцелить, но это займёт время. В тебе почти не осталось Света и… — протараторил Иммортус приступая к работе. Август благодарно кивнул, неотрывно глядя на Рэя. Он смог вернуть Свет! Немыслимо! Невозможно! Но это — реальность. Как же хотелось присоединиться к сражению и помочь другу. Но сил не было даже чтобы подняться на ноги. — Да каким образом вы вообще сумели собрать клан оторванных от реальности психов? — злобно прошипел охотник, вновь схватившись за Люмину и стараясь попасть в Кохлер. — Сейчас я тебя выпишу, безумная тварь… Его взгляд наткнулся на обезображенный труп Ниры, некогда главной среди этих стражей. Её что… Погрызли? Складывалось такое впечатление, словно целый огр потрудился. И больше всего Рэя удивляла реакция собственного желудка, сделавшего вид, словно всё нормально. — В последний момент она передумала, — ответила Кохлер, проследив за его взглядом. В её руках вспыхнула зелёная сфера потусторонней энергии и со скоростью пушечного ядра полетела в Рэя. Охотник смог увернуться от прямого попадания, но не от взрывной волны. Прежде чем он успел прийти в себя, Кохлер бросилась к одному из своих артефактов. Чёрная колонна из камня, покрытого письменами, лучилась от магии. — Готово! — радостно взвизгнула она. — Твоим друзьям только что был отправлен особый подарок!