Судьба

— Наверно, здесь было довольно неплохо, — отметил Таранис. — Только подумать… Снаружи бушуют шторма, а в этом месте тишина, покой и отдых в тени деревьев на берегу прекрасных озёр. Воистину, цивилизация на пике своих технологий может достигнуть невероятных высот! Алекса пожала плечами и выложила на стол две карты. — Я победила. — Ведьма… — то ли с уважением, то ли раздражением ответил варлок Судного Часа. Алекса рассмеялась и сгребла себе весь блеск, лежащий на столе. — Том, иди к нам! — крикнул Нэйтан. Титан не оборачиваясь махнул рукой. — Не, я не люблю карты. Лучше тоже берите удочки и давайте ко мне! На лицах стражей, сидящих за импровизированным картёжным столом, застыло немое удивление. Этот псих уже оглушил всё, что плавало в воде, с помощью нескольких противотанковых мин. Вот восьмиглазая тварь десяти метров в длину как раз плывёт мимо пузом кверху... Но титана подобные мелочи совершенно не смущали. Он любил рыбалку и результат оставался неважен, когда процесс так умиротворяет. Почему стражи вообще разбили пикник под куполом Аркологии, в её внутреннем оазисе? Ну, тут всё довольно просто. Когда товарищи пропали в неизвестном направлении они отправились на поиск альтернативного пути. И коллективное деструктивное слабоумие, грамотно возглавленное Томом, привело к простому выводу. Входить надо там, где не ждут, а ломать где тонко. Потому сначала они попытались пробить дыру в верхней прозрачной части корпуса взрывчаткой, но не преуспели. И тогда свой ход сделала Алекса, вспомнив про тактику тарана. Судному Часу идея понравилась. Их корабль был оборудован тараном в виде огромного черепа. Потому, достигнув желаемого уровня разрушения, стражи упали вниз, где встретили орды Улья. Около часа шла кровавая бойня, но это же Судный Час… Они слишком упорны и имеют плохую фантазию, чтобы допустить саму мысль о поражении. И вот теперь, когда живых врагов в обозримом пространстве просто не было, а идти вниз никто не рискнул из-за топографического кретинизма, не осталось ничего, кроме карт и рыбалки. — Похоже, что Том нашёл выход. Точнее вход, — Элис на бегу посмотрела на пролом у самой верхушки купола. — Жестоко… Вон их корабль! — Народ, нам крышка, если он не взлетит! — Катрин обернулась на полчища разнокалиберного Улья позади. Стражи уцелели все и даже убегали в сопровождении стайки освобождённых призраков. Напарники так легко отдали их Кохлер... Лучше спасти этих маленьких роботов, которые не виноваты, чем вообще никого. Быть может, они ещё однажды найдут своих настоящих стражей, чем падут жертвами эгоистичного вероломства, искажающего человеческую суть и Свет. — Стив, немедленно свяжись с их призраками! — отдала приказ Эрика. — Если не унесём отсюда ноги, сами отправимся на алтари! — Уже! — бодро ответил призрак. — Они заводят двигатель и собирают… Карты? Пиво? О, предвечные небеса…. Однако, вопреки опасениям Стива, Судный Час справился со своим кораблём и, когда бегущие стражи добрались до трапа, всё было готово ко взлёту. Нэйтан, занявший пулемётное гнездо под пилотской кабиной, безумно басовито расхохотался, глядя как пули рвут тела врагов. — АХАХАХХ! СОСИТЕ МОЙ БАРСКИЙ ХУЙ, ВЫБЛЯДКИ! ЭТА ДЕТКА СТОИТ ДОРОЖЕ, ЧЕМ ВСЕ ВАШИ ЖОПЫ! И пусть Улей пытался стрелять в ответ, но судно стремительно набирало высоту, а Судный Час не жалел денег на свой летающий брутальный танк. Поэтому он отломил ещё кусок потолка купола, прежде чем вылетел наружу. — Афина, активируй телепорт Вечного, — коротко сказал Амадеус и вскоре исчез во вспышке. Его корабль находился на автопилоте не так уж и далеко, чтобы увидеть происходящее даже оттуда. А посмотреть было на что. Том активировал какую-то кнопку у себя в руках, от чего комплекс Аркологии изрядно перекосило серией взрывов. Хорошо, что Слоун этого не видит... Титан большой, парочки зданий ведь никто не хватится? — Чёрт... Он не тонет, — сказала Элис, понявшая замысел собрата титана. — Пока не тонет... — заговорщицки подмигнул Том и распахнул вещевой шкафчик, из которого вынул неприметную увесистую ракету. — Я хотел покрасить её в розовый и назвать “Объятия Купидона”, но не успел. — Просто ракета? Чёрт с тобой, давай сюда… — Элис выхватила снаряд у титана и не раздумывая сунула в свою ракетницу, ибо калибр так идеально подходил, словно Том готовился к этому дню. Уже в момент полёта этой штуки в голову воительницы закралось подозрение, что он действительно подготовился. Но… Если этот тип и в самом деле припас маленькую игрушку для крайнего случая, то с какой же силой сейчас рванёт? — Советую поднять трап, прежде чем нас достанет, — умиротворённо попросил Том. — Достанет? — не поняла Алекса, нажимая на кнопку подъёма трапа. — В смысле достанет? Ответ пришёл быстрее, чем Том успел открыть рот. Первой была вспышка, столь яркая, что даже стражи в шлемах ослепли. Но призраки сразу же вернули им зрение и позволили увидеть, как купол аркологии разорвало на части, что стремительно опускались в кипящий метановый океан. Мгновение спустя, ударная волна подхватила корабль как пылинку и, закрутив, понесла вверх. Громадный ядерный гриб расцвёл в небесах Титана, а волны, расходившиеся вокруг, колебали другие купола. — Но… Они же стояли на сваях, на дне… — вымолвила Хэйла. Том смущённо улыбнулся. — Ну я просто подумал, что будет, если зашифровать в энграмму ядерную бомбу. И заложить автоматическую дешифровку с последующим подрывом… — Подожди… Эта штука серьёзно всё это время была на корабле? — первым осознал Рэй. Повисла неловкая пауза. — Элис, Том и Судный час, с ними ядерный фугас, — жизнерадостно нарушила тишину рыжая охотница Катрин, стоя между Алексой и Джеком. — Метановый океан вам стекловатой... — произнесла Эрика, мрачно наблюдая за происходящим снаружи. *** Хэйла смотрела на Город, раскинувшийся внизу. Он снова выстоял. Наверно, в этом и смысл? Не существует идеальной панацеи и совершенного щита. Нельзя построить что-то вечное, не требующее поддержки и участия. Однако этого и не нужно. Жизнь — постоянное удержание баланса. Тебе лишь необходимо отыскать его. — Я слышу твои шаги, — сказала девушка, развернувшись к Рэю, а на её губах играла лёгкая улыбка. — Один раз запомнив, как ты что-то делаешь, уже никогда не спутаешь. — Я думал, мы научились обходиться без нападений со спины. Особенно когда ты занята чем-то не отличающимся этичностью. Значит, в опасениях больше нет смысла, — улыбнулся страж, подойдя ближе и взглянув на Странника. — Я знаю, о чём ты хочешь спросить, но у меня нет ответа на этот вопрос. Зато есть на многие другие… — Тогда попробуй удивить меня, — Хэйла тоже посмотрела на белый диск расколотого бога. Она попыталась представить, как бы выглядел Город без него, но воображение спассовало. Дом людей вырос под Странником и отдельно от него казался немыслимым, неполноценным. — Хотя чувствую, что наши мысли могут быть схожи... — Думаю что там, в Аркологии, мы с тобой кое-что поняли. Вероятную природу Света и Тьмы. Быть может древние мудрецы человечества уже давно дали ответ на вопрос о том, какова природа грани между ними? — охотник вздохнул. — Они решают какой-то фундаментальный вопрос, попутно ломая всё на своём пути. Из-за того, что ты тогда убежала, а я за тобой погнался, последствия были… Занимательные. — Гармония противоположностей? — голос Хэйлы звучал спокойно, однако… Неужели щёки порозовели? Или просто так ложился свет? — Когда гармония нарушается, наступает хаос. И Странник, бегущий от Тьмы… Решение фундаментального вопроса, да. Хэйла снова посмотрела на Рэя. Объединив усилия, они не просто получили сумму своих навыков, а нечто качественно большее. И, если это так, то… Объединив силы, Свет и Тьма создавали мир именно таким, каким его раньше знали люди. Где было место злу и добру, а подчас пинок мог сделать гораздо больше полезного, чем хорошее слово. Эти двое невольно разыграли миниатюрную сцену происходящего между двумя фундаментальными силами. — Для нас происходящее кажется катастрофой, потому что мы слепые муравьи для таких масштабов. Но на деле они что-то выясняют друг с другом, — произнёс Рэй, переведя взгляд на Странника. — В натуре людей всегда лежала тяга осознавать природные процессы, чтобы взять под контроль. Древние придумали целые пантеоны богов, чтобы попросить их о дожде. Хотя не с видом на Странника мне рассуждать об атеизме… Но я думаю, что он мог выбрать нас именно поэтому. Чтобы мы не прыгнули под жернова, а разгадали эту тайну. Разрушения и созидания. Охотник улыбнулся. Хэйла почувствовала, что за все десять лет для него именно она была бестолковой и порывистой девицей, норовящей засунуть голову в мясорубку. Из-за хорошо развитых инстинктов страж подсознательно понимал, как делать не нужно, но объяснить словами это не мог. Вот вам и секрет везения… Мозги. — Я задавалась вопросом. Быть может, Свет и Тьма проявляли себя и прежде, но не так ярко. Подобно капели, а не раскатам грома. Если так, наше человеческое естество намного сильнее связано с ними. Боги, ангелы, духи и демоны… Как знать? — Хэйла улыбнулась в ответ. — Не знаю, был ли это Их замысел, или наша собственная природа позволила осознать то, что и так было в нас даже до того, как мы стали стражами? — Ещё один ответ на вопросы. В мире почти ничего не бывает однозначным. Если ты убьёшь Тьмой человека, угрожавшего взорвать Город, то кто из вас злой? Чем это отличается от полицейского, застрелившего убийцу? А добр ли тот, кто убивает Светом невинных людей? Вот в этом и дело… Мир настолько многогранное и запутанное место, что похоже даже Странник не может решить часть его загадок, — ответил охотник-варлок. — Но я немного переборщил с философией… Ловким жестом Рэй извлёк откуда-то белую розу, разумеется, с шипами. Только теперь она больше ассоциировалась с Люминой… В последнее время с ним становилось интереснее. То наивный пугливый мальчик, а иной раз превращается в такого галантного и так у него всё схвачено, что Хэйла чувствовала, как у неё отрастает характерная кепка и бутылка пива. — Даже интересно, — задумчиво сказала она, осторожно прикоснувшись к стеблю цветка. — Ты всегда думал о подобном? Или последние события заставили тебя смотреть глубже? — из её груди невольно вырвался вздох. — Сама я слишком долго смотрела на Свет и Тьму через призму материализма... Профессиональная деформация. Получается, что тут нужен не физик, а психолог. — Я думал об этом с того дня, как впервые увидел Странника, — ответил пробудившийся, дав ей договорить. — Но не находил уместным поднимать эти вопросы, пока не смогу правильно их задать. Да и сейчас нам не стоит рассказывать о том, что мы узнали... Другие не поймут, пока не увидят то же самое. Так что пусть всё идёт своим чередом, а мы постараемся сделать так, чтобы оно не рухнуло в пропасть. Хэйла осторожно сомкнула пальцы на розе и поднесла к лицу, вдохнув аромат. — Всё-таки с этими силами ничего не бывает просто так. Ты прав. Не ощутив, не познав лично, сложно принять подобное на веру и не оступиться. Но именно ты стал катализатором нашего понимания и, мне кажется, на самом деле лучше всех понял Свет. Будь ты главным героем книги, ты бы оказался избранным. — Предпочту свалить всё на Джейн. Это она движением локтя выбивает душу из богов, а я во вражеское логово проникаю всегда связанный, — усмехнулся парень. — Ну, предположим, не только к врагам, — в глазах Хэйлы заплясали озорные искры, а пальцы, которыми она коснулась его плеча, казались словно наэлектризованными. Рэй знал, что она может пропустить через него парочку разрядов и даже изучила, как сделать это на той самой грани, что лишь добавляет остроты ощущениям, а не заставляет корчиться от боли. Раньше такое поведение могло казаться чрезмерной агрессией, но сейчас, после смертельного танца с Тьмой и Светом, являло себя под совсем другим углом. Хэйла никогда не хотела уничтожить этого стража. Даже будучи одержимой и безумной, искала способы оставить его рядом с собой. Они выглядели противоположностями и одновременно так походили друг на друга. Казались со стороны хрупкими, но моментально съедали своего врага как две лисицы одну несчастную мышь. И не было для них лучшего повода напомнить себе о союзе двух душ, как собственноручно устроенная катастрофа. — Кстати, раз уж тебе нужен повод поджарить меня… Я бы хотел на некоторое время покинуть город. И это не то, что ты думаешь, — Рэй улыбнулся и лишь сильнее приблизился к Хэйле, невзирая на шансы получить настоящий удар молнией. — Джон хотел взять меня с собой на пару месяцев. Ветер чуть усилился, играя полами охотничьего плаща и варлочьей мантии. — Джон, значит? — Хэйла тоже подалась вперёд и коснулась пальцами щеки Рэя, вновь вызывая это странное, но вместе с тем приятное чувство. — Попробую угадать… Август тоже увязался с вами? — Для Августа это первый подобный опыт, — ответил охотник. — Неужели будет справедливо прогнать его? — Прогнать? Нет, конечно, — Хэйла качнула головой. — Не буду врать, при первой встрече он показался мне редкостным куском дерьма. Ты помнишь, как меня порадовала его смерть. Но сейчас Август стал… Нет, не другим. Скорее раскрылся с той стороны, с которой он достоин помощи и уважения. Так кем я буду, если помешаю тебе спасти эту душу? — Да… — задумчиво произнёс Рэй. — Враги приходят к нам со сладкими речами, а преданные друзья порой бывают таковы, что при первой встрече пытаешься понять, что это за придурок. Хэйла широко заулыбалась, а разряды вокруг её охотника стали уже почти видны глазу, всё ещё не причиняя мучительную боль. Маленькая Тьма поймала маленький Свет… Но она была так очарована его чуткостью и непоколебимой решительностью ещё при их первой встрече, что никогда не станет по-настоящему лишать это существо свободы. Чем дольше наблюдала, тем сильнее льстил выбор молодого стража остаться на её стороне. Самоубийственные решения того оборачивались в продуманный план и помогали всех спасти, исправить ошибки. У него было какое-то особенное видение ситуации, то, что зачастую оставалось недоступно подруге. И Хэйла не могла сказать себе вслух, однако же всегда осознавала, что испепелит всякого, ставшего между ними. Он принадлежал только ей, стал её собственным Светом. Есть такая граница, перейти которую дозволено только ей и… Фелису? Взгляд Хэйлы невольно пал на наблюдавшего за ними призрака, всем своим видом как бы говорящего, кто на самом деле ближе всех к Рэю. Чуть позади смущённо завис в воздухе Моути. — Следи за этими любителями приключений, — сказала она, вновь посмотрев на Фелиса. — Я знаю, что ты самый ответственный среди них. Призрак издал звук, похожий на ироничный смешок: — Можешь на меня положиться. Верну всех в целости и сохранности. — Война банд внутри Города, утопленный купол Новотихоокеанской Аркологии, а также повреждения, нанесённые всему остальному комплексу. Ещё два неустойчивых купола затонули окончательно, — Завала пристально смотрел на двух главных виновных — Эрику и Нэйтана. Но то, что он искал в их взглядах, так найти и не смог. Совести там не было. — Неприкрытое использование Тьмы. Сговор с организованной преступностью. Я не считаю такие мелочи, как нарушение правил дорожного движения и использование ядерного оружия. Нэйтан не спешил отвечать. Обычно его отчитывал Шакс, а с ним достаточно молчать и не ковыряться в носу. Повелитель Горнила сам всё скажет, сделает выводы и примет решение. — А также уничтоженные культисты, затонувшая лаборатория их предводительницы, спасённые жизни... В том числе призраков. Эта история никогда не выйдет за пределы малого числа свидетелей, — спокойно ответила Эрика, как никто знавшая, чем порой приходится жертвовать ради долга. Завала пристально посмотрел в глаза охотницы, пытаясь понять, что у неё в действительности на уме. Эрика опасна, в этом нет сомнений. Но интуиция утверждала, что несмотря на спорность методов, она верна Городу и Свету больше, чем многие другие стражи, громогласно заявляющие об этом на улицах. И не было ни одного повода для сомнений. — Разумеется. Никто не должен знать о произошедшем. По официальной версии клан Нирвы героически погиб в разведке на Луне. Улей проявляет там ненормальную активность и в ближайшем будущем там планируется провести массированную атаку. Но мы не должны повторить ошибок прошлого. — Мы не те, что прежде, — серьёзно сказал Нэйтан. Несмотря на всю свою эпатажность, он прекрасно понимал суть своей службы. — Стражи, Город, Странник... На этот раз катастрофа не произойдёт. Завала перевёл взгляд на него. Судный Час.. Ещё один пример истинного многообразия Света и его стражей. Хорошо, что они прислушивались к Эрике. — Во все времена зло легче было предотвратить, чем справляться с его последствиями, — произнесла женщина. — Но это не должно превратиться в ещё худшее зло, — Завала наконец перестал давить стражей взглядом и развернулся к окну кабинета. — Рэй. Он использовал Свет там, где это было не под силу другим стражам… Теперь я понимаю, почему Джейн отдала ему Люмину. Но оба всё ещё молоды. Присматривайте за ними. Городу нужны такие защитники. — Очень похоже, что они сами за нами, стариками, присмотрят, — позволила себе смешок Эрика. — Рэй предпочёл оставить историю со Светом в тайне. — Мудрое решение, — согласился Завала. — Что ж... Не задерживаю вас больше. Охотница кивнула. Вместе с Нэйтаном они неспешно направились к дверям. — И ещё одно, — произнёс Завала, когда они уже стояли в дверях. — Спасибо. В Жопе Сатаны вновь громко играла музыка. Неизвестно, к каким чудесам прибег Назар, но ему удалось добиться разрешения на возобновление работы своего бара. Пусть на стенах всё ещё виднелись следы пуль, окна закрывали временные деревянные щиты, а мебель стала ещё более мятой и гнутой, чем всегда, но посетителей это ничуть не смущало. Кровавая бойня лишь укрепила репутацию самого брутального бара в Городе. Тем более, в новости информация официально не попала, а спекуляции на сайтах лишь добавляли загадочности. — За счёт заведения, — усмехнулся Назар, поставив на стол огромный поднос, полный бутылок и еды. — Птичка на хвосте принесла, что вы взгрели этих ублюдков. — Это была просто бомба! — Элис схватила первую бутылку. — Уверяю, главная сука страдала больше всех. Даже наш мутный Август дал им жару. Хэй, Таранис… Не делай такую грустную рожу. Бери пример с Джона. Он и слова не сказал, когда Эшли научил Рэя парочке своих трюков. Потому что знает, кто для этого парня в доме папочка. — Да не делаю я никаких грустных… Выражений лица, — Таранис пододвинул к себе одну из бутылок. — Просто непривычно. Когда-то я слепо гордился Августом. Потом… Вы знаете, что было после. Но сейчас он проявил себя как настоящий страж. — Иногда молодым полезно почувствовать настоящую опасность, а не слушать чужие речи о славных победах. Это закаляет настоящий дух, избавляет от губительных иллюзий, — Амадеус выливал уже вторую бутылку в свою огромную кружку, чтобы наполнить ту до краёв. — Август славный парень, но страдает из-за своего ума. Хорошо, что он нашёл Рэя. — Который страдает из-за своей тупости, — хмыкнула Элис. — Кстати... Чем ты вообще кормил своих учеников, что им всенепременно хотелось Рэя? На месте Хэйлы я бы побеспокоилась из-за того, что Августа он всё же пощадил. А вдруг ему понравилось? Полюбившая шутки про крепкую мужскую любовь Шершень коварно улыбнулась во все свои идеально ровные зубы. — Я уже сказала, — меланхолично усмехнулась Хэйла, рядом с которой на столе лежала белая роза. — Если они залезут друг другу в штаны — выебу обоих… — Ты же шутишь? — внимательно посмотрел на неё Таранис. — Да? — Угадай, — улыбка Хэйлы стала шире и она сделал большой глоток пива. Немногословная Джейн спокойно слушала их. Её команда вернулась в полном составе, Последний Город спасён от потенциальной угрозы, а она снова здесь, как ни в чём не бывало. Лучшая в своём деле, не требовала почестей, но и не отказывалась принимать благодарность людей. Её сдержанность, уживающаяся с чистой и сильной душой, завораживала, интригуя стражей и людей. Кто-то уважал, кто-то завидовал, а эти стражи были готовы погибнуть, защищая ту, кто сама всех спасла. Так к чему громкие слова, если ты снова дома, в кругу друзей, в тепле и слушаешь их рассказы? Не ради ли таких настоящих моментов стоит жить и бороться за этот мир? — Знаете, — Том был необычайно тих и спокоен. Он смог организовать самый большой взрыв за всю свою карьеру и теперь наслаждался чувством светлой меланхолии. — Когда-то, только став стражем, я думал, что всё будет довольно просто. С одной стороны — мерзкие пришельцы, с другой — благородные защитники Города. Потом я понял, что всё гораздо сложнее. Среди стражей есть мерзавцы, а пришельцы, напротив, бывают благородны. Но теперь, узнав всех вас, я понял, что пусть добро и противоречиво, часто оно принимает странные облики, а инструменты его могут быть жестоки… Но мы защитили наш Город и простых людей, что даже не догадываются, где мы были и что делали. И это самое главное. А глобальные вопросы философии… Не для меня. — А я всё же кое-что скажу, — негромко произнёс Эшли. — Всех мерзавцев объединяет одна и та же черта. Они искренне удивляются и требуют справедливости, когда с ними делают всё то же самое, что они сами делали с другими. За все годы своей жизни я убедился, что ни разу не оказывался неправ, когда был вынужден убивать их. — И потому, как говорит Банши, главное помнить, кто на стороне добра, — согласилась с ними Хэйла. — Не искать сложных оправданий себе и другим, не пытаться рвать мораль на куски, обращая её уродливой химерой. Просто помнить, ради чего мы всё это делаем. *** Голубые облака пролетали в небе над Джоном. Такие далёкие и такие близкие… Изумительно красивые в своей простоте. Сколько раз он видел их прежде и увидит ещё? Варлок как-то слышал про теорию множественности миров. Это был не его профиль, но тем не менее… Однако в такие моменты задавался вопросами, каковы другие вселенные там, за тончайшей кромкой бытия. Есть ли альтернативные версии его, Джона Смита, и как сложилась их судьба? Был ли там Коллапс. Стали ли они стражами? Или, быть может, эти миры столь невероятны, что даже пытаться представить их заведомо бессмысленно? Услышав шаги, приглушённые густой травой, мужчина повернулся на звук. Позади стоял Рэй. Он двумя пальцами подцепил в воздухе зависшего рядом Фелиса и сам придвинул его к своей щеке, позволяя прижаться в излюбленном жесте. Призрак только обрадовался как кот приступу нежности своего стража. А охотник легко улыбался, дыша полной грудью. Глаза его как прежде светились, только в них появилось больше силы и осознанности. Пробудившийся, что прошёл через множество тяжёлых испытаний, но лишь стал сильнее. Такова сущность Рэя. Он боролся две своих предыдущих жизни, не уступал обстоятельствам и в третьей, сохранив силу духа. Последнему Городу очень нужны такие стражи, герои. Ловкие, умелые, душа компании… Джон видел, как его ученик сумел не совершить те ошибки, что случались с ним самим. Где-то проявил больше твёрдости, в другом случае, напротив, уступил, лишь выиграв от этого. А чего он хотел от древней сущности, хоть и потерявшей свою память? — Давно мы вот так просто не любовались красотой лета, — произнёс Рэй, подойдя ближе и посмотрев куда-то на уровне горизонта. — Похоже, что мне всегда нравилась планета Земля, моя настоящая родина. Сюда я вернулся и погиб, здесь же обрёл свою новую жизнь. Наверно я, как и Завала, навсегда остался человеком. — Все мы люди, — ответил Джон, жестом приглашая его сесть на траву рядом. — Будь то “люди”, пробудившиеся или экзо. Стражи и смертные... Свет и Тьма… Эти стихии многое дают, но прячут главное. Наши души, наши сердца. Они сделаны из единого пламени, вечного пламени. Рэй ненадолго присел, а потом и вовсе лёг, рассматривая проплывающее мимо облако. Тёплый ветер нежно обдувал лицо, а шелест травы вызывал приятную сонливость. Это его дом. Даже далеко за пределами Последнего Города, все эти поля и леса всегда были его частью. Голубая планета, давшая жизнь человечеству. Что бы с ней не происходило, она раз за разом восстанавливалась даже без помощи Странника. Может он прилетел к ним не просто так, увидев нечто большее? Человека, в ком дьявол и ангел сплелись воедино. Способного как покоряться, так и бороться. Воина и творца. Существо, способное сделать свой выбор высоко взлететь, либо низко пасть. — Знаешь, Джон... — Рэй прикрыл глаза. — Мне нравилось быть стражем с моего самого первого дня. Я тоже задаюсь вопросом, для чего это всё было нужно, но судьба бессмертного не мучает меня. — И не должна мучить, — следуя его примеру, Джон тоже лёг на мягкую траву, подложив руки под затылок. — Жизнь — прекрасный, удивительный дар. Нам он дан с запасом, но это не должно умалять его ценность. И ты это знаешь… Варлок замолчал. Он чувствовал, что мир меняется. События невероятно ускорились. Неизменность, что прежде царствовала веками, ушла в прошлое. Глобальные силы пришли в движение и Джон не знал, как к этому относиться. Быть может, мир обречён? Или напротив, воспрянет из пепла? Но что толку гадать о будущем, власти над которым всё равно не имеешь. Он обрёл семью, друзей и дом, в который хотелось возвращаться. Сколько бы времени ни было впереди, считанные годы или века — страж знал, что будет бороться за них. — Мы сами должны вкладывать смысл в свою жизнь, — продолжил Джон. — Странник молчит. Так, значит, проявим уважение к его выбору. Он дал нам новый шанс и не один, а это заслуживает благодарности. Вновь послышались шаги. Август шёл не таясь, а на его лице сияла счастливая улыбка. Он не мог вспомнить, испытывал ли когда-то столь лёгкое и светлое чувство? Наверно в далёком прошлом. Но сейчас, сбросив все маски в очищающем пламени, наконец мог быть собой. Сняв со спины тяжёлый походный рюкзак, страж сел на траву рядом с друзьями. — Таранис был немногословен, но дал понять, что одобряет это путешествие. И ещё… Он сказал, что считает, что я умнее чем он. Кажется, он мной гордится... По-настоящему. — Он всегда тобой гордился и именно из-за этого вовремя не остановил. Ты его лучший ученик, — Рэй тепло улыбнулся. — Но тебе будет полезно развеяться и увидеть все прелести простых путешествий. Не находишь? Все старались не поднимать тему того, что в часть приключения входил небольшой список контрактов. Но кто-то же должен этим заниматься, верно? — Да, — Август запустил пальцы в волосы и растрепал их, из-за чего стал чуть больше походить на Рэя. — Сколько раз, пролетая под небесами, мы не видим земли под своими ногами… И лучше понять это поздно, чем не осознать никогда. — Ты сделал правильный выбор, — Джон смотрел на небо, но по голосу было слышно, что он тоже улыбается. — Который? — Август повернулся нему. — Когда пришёл к Эрике? — А вот этого я не знаю, — старший варлок посмотрел ему в глаза. — Но по тебе видно, что какой бы из выборов это не был, он оказался верным. Рэй встал со своего места. — Так… Всё. Я морально готов. Джон, ты обещал показать Пирамиды. Август, ты обещал не смеяться над моим страхом перед лошадьми. Фелис, ты обещал воскресить меня, если он оправдается, — произнёс охотник. — Они не такие страшные, я уверен, — рассмеялся Фелис. — Хотя зубы меня пугают… Джон энергично поднялся на ноги и закинул на плечо дорожную сумку. — Вы даже не представляете, сколько тайн и красоты таит Земля. И я покажу вам свои самые любимые. — Мы в нетерпении, — Август последовал их примеру, поэтому тоже встал. — Но теперь меня мучает один вопрос, Рэй. Ты познал Свет и Тьму. Смог совершить невозможное. Спас Город вместе с величайшими стражами нашего времени. И боишься лошадей… На твоём месте я бы представлял, что это огр, и всё пройдёт. — Слова утешения — вообще не твоё, — вкрадчиво произнёс пробудившийся. Стражи подошли к своим лошадям. Джон был хорошо осведомлён, где можно их добыть, и знал как обращаться с этими умными животными. А Рэй и Август всегда умели хорошо учиться. Поэтому вскоре три фигуры без спешки, суеты и лишних слов отправились вслед за Солнцем, что начинало клониться к закату. Они не знали, какие вызовы поджидали их за горизонтом, но, что бы не случилось, готовы ко всему. — Нам нужно заглянуть к Ярраксу, — вспомнил Рэй. — Кто-нибудь знает, как выглядят маленькие эликсни?